Magicheskaya
Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Автор: Magicheskaya

Фэндом: Bishoujo Senshi Sailor Moon
Основные персонажи: Ами Мизуно (Сейлор Меркурий), Зойсайт.

Пэйринг или персонажи: Зойсайт/ Миливия, Нефрит, неканонические

Рейтинг: G
Жанры: Гет, Романтика, Ангст, AU
Предупреждения: OOC
Описание:
Зойсайта, самого младшего лорда Земного королевства, женят на одной из принцесс Меркурия, сделав оговорку, что невеста больна. Но, оказывается, все намного сложнее.

Принцесса Миливия немая от рождения.
_________________________________________

Зойсайт знал, что это - фальшь. От начала и до самого конца. Нужно жениться. Ну да что ж? Все мужчины (особенно высокопоставленные лица) рано или поздно женятся, и это считается нормальным и даже разумным. Наоборот, все бы посчитали его глупцом, если б он отказался от невесты-принцессы, способной открыть ему такие перспективы, о которых он и мечтать не смел, хотя занимал пост четвертого лорда Земного королевства. Немного давило на гордость то, что на Меркурии землянин не считается завидным женихом (спасибо войне, продлившейся почти десять лет), но это тоже можно упустить. Какое ему дело? Он заберет свою женушку, отведет ей какой-нибудь замок в живописных местах, где она не будет знать ни в чем отказа, а сам продолжит прежний холостяцкий образ жизни. Тем более, ни о какой вселенской любви не идет и речи: Зойсайт ни разу не видел свою невесту, знал лишь, что она старше его на год и является единственной из шести сестер незамужней девицей. Про себя лорд назвал ее старой девой, пытающейся использовать хоть какой-то шанс выйти замуж (даже за ненавистного землянина). Что ж, это не зазорно. Каждый из них получит то, что хочет: Зойсайт - новый уровень и положение в Солнечной системе, она - статус жены. Вот и чудно! Правда, была одна маленькая оговорочка, которую Зой предпочел пропустить мимо ушей. Принцесса Меркурия больна. В конце концов, ему же не жить с ней. Так что ее хромоту или хронический гайморит он вполне в состоянии пережить.

В день свадьбы Зойсайт ничуть не волновался. Он с привычным щегольством и придирчивостью подбирал к белому кителю шелковый платок, ленту, атласные перчатки, прекрасно осознавая, что будет неотразим даже в крестьянской одежде. По его спине не била дрожь, и руки не тряслись от неизвестности. Наоборот, в его резких чертах, четких движениях видны были рассудочность и хладнокровие, наверное, не присущие всякому жениху. И еще он мечтал о бокале легкого шампанского, которое наверняка поможет ему окончательно расслабиться и даже насладиться предстоящим торжеством.

Следуя земным традициям, Зойсайт в одиночку достиг церкви под шум и крики толпы и зашел в полутемное пустынное помещение, пахнущее ладаном. С леденящем душу спокойствием лорд огня прошел к алтарю и со скучающим видом (благо, что никто, кроме священника, не может смотреть в его лицо) уставился перед собой. Ему хотелось поскорее выйти, словно он пребывал на скучнейшем в своей жизни заседании. Наверное, так оно и есть. На обычном заседании хотя бы обмениваются мнениями. Здесь же только тишина и давящий на глаза полумрак.

Ворота скрипнули. "Невеста", - машинально подумал Зойсайт, слушая тихие приближающие шажки. Он даже не повернул лица, когда маленькая фигурка (гораздо ниже его ростом) встала рядом с ним, и священник потянул свою монотонную речь... Бесстрастно ответил "Да" и коснулся безвкусных губ новоявленной жены... Машинально взяв ледяную ладошку, повел ее из церкви, чтобы предстать перед земным народом. Всё заучено, всё лишено переживаний. На поздравления и улыбки отвечал кивками. Странно, но его жена тоже молчала, лишь яростно держала его руку, словно боялась быть потерянной в толпе.

Зойсайт внимательно посмотрел на ее лицо лишь тогда, когда они сели за свадебный стол, по бокалам полилось шампанское и вино, зазвучали шутки, и все невольно отвлеклись от виновников торжества за яствами и ничего не значащими разговорами. У Миливии (именно так звали жену Зойсайта) было тоненькое, бледное лицо, единственной примечательной чертой которого были большие синие глаза с не пушистыми ресницами, едва касающийся плеч синий же венчик прямых волос, чуть курносый нос и довольно тонкие розовые губы. "Не красавица", - промелькнуло в голове у Зойя, но он вежливо улыбнулся:

- Рад видеть вас, принцесса, в стенах земного дворца, - однако Миливия не ответила вежливостью на вежливость, и лорду пришлось продолжить: - Старые обиды между нашими планетами должны забыться, не так ли?

Девушка (Зой не дал бы ей двадцать три ни за что в жизни!) кивнула и покраснела; что ж, диалог состоялся, как говорится. Интересно, кто обучал ее манерам? Неудивительно, что женихи ее обходили стороной.

- Как вам Земля? Я слышал, что для инопланетных гостей она является довольно любопытным объектом, - продолжил Зойсайт, заскучав через десяток минут. Принцесса снова ничего не ответила и покраснела еще гуще; глаза ее стали просто несчастными, словно молящими ни о чем ее не спрашивать. - Вижу, вы не в настроении сегодня беседовать. Что ж, просто отдыхайте. Я не буду отвлекать вас.

Наконец, начались танцы, и лорд смог улизнуть из-за стола. К счастью, тут же из разношерстной толпы возник Нефрит, которого Зой буквально уволок подальше от любопытных ушей на балкон. Раздражение и усталость все чаще заставляли его морщиться и терять сдержанный вид.

- Ну, как? - полюбопытствовал Неф, единственный неженатый лорд, и как всегда чуть насмешливо улыбнулся, словно предлагая поиронизировать над сложившейся ситуацией. Выглядел он неотразимо: синий китель ладно сидел на широких плечах, идеальные каштановые кудри развивались на разгулявшемся ветре, что придавало ему какой-то особенно привлекательный и романтичный вид.

Зойсайт хмыкнул и отпил из своего бокала. Мысленно наслав чары Молчания (от чужих ушей!), он тут же ответил:

- Мне досталась самая скучная и неразговорчивая старая дева на свете! - он поморщился, глядя на безоблачное голубое небо. - Кажется, она мужчин видела пару раз в жизни - только и краснеет.

- Про неразговорчивую ты тонко подметил, - Нефрит улыбнулся лишь синими глазами. - Особенно если учесть, что она немая.

- Немая?! - лорд огня не узнал собственного голоса; бокал выскользнул из его пальцев и разлетелся на тысячи мелких осколков, алкоголь брызнул на белоснежные брюки. Нефрит с недоумением смотрел на его перекосившееся лицо:

- Ты... разве не знал?! - между его бровей пролегла морщинка. - Да быть того не может!

Зойсайт молчал. Кажется, в его грудь кто-то вбил железный кол - ни вдохнуть, ни выдохнуть, ни избавиться. И это робкое предложение, и скорая свадьба, и ее молчание стали вдруг удивительно естественными и понятными. Его окрутили! Обманули! Все знали, что единственная незамужняя принцесса немая, все молчали об этом, и он один не знал, на ком женится! "Больная!" И это - больная? Его жена - инвалид, ограниченный человек, а никто и не подумал поставить его в известность!

- Зой? Все нормально? - с тревогой спросил Нефрит, тряся друга за плечо, и лорд огня с трудом очнулся от своих мыслей. Едкая, кислотная ненависть разлилась по его жилам, лицо стало острым и бледным от гнева; зеленые глаза подозрительно заблестели. Не говоря ни слова, Зойсайт стремительно вышел с балкона и чеканным шагом направился к столу новобрачных.

Но по мере того, как он шел, решимость разнести все в замке до основания куда-то пропадала. Он словно видел себя со стороны. И кто же виноват в его ослоумии, кроме него? Никто! Он сам даже не потрудился узнать, на ком его, собственно, женят. А король хорош!.. Умолчал о маленькой особенности меркурианской принцессы! Ну ничего. Если все тут думают, что скрутили в рог огненного лорда, то глубоко ошибаются. Он не станет вести себя, словно глупый мальчишка, и устраивать сцены. Он решит все тихо, и никто не узнает о расторжении брака. То-то им будет всем весело, когда дойдет дело до связей с Меркурием!.. То-то обрадуется его хитроумное величество!

Зойсайт спокойно подошел к столу и невольно замер в десятке шагов от него. Миливия сидела совсем одна и потерянно смотрела по сторонам. Никто не обращал на нее внимания, не пытался заговорить (конечно, зная о маленькой тайне), и девушка сидела в полном одиночестве среди незнакомых людей. На какое-то мгновение Зойсайту даже стало жаль ее, но он тут же попытался отогнать эти мысли. Это он остался в дураках, эта девчонка наверняка все знала, так что себя жалеть надо, а не ее.

Зойсайт сел на свое место и рассеянно покрутил за ножку бокал. Принцесса неловко повернула к нему лицо, и он не сдержался от вздоха досады:

- Немая!..

Принцесса, до этого пунцовая, побелела как мел. Она с ожиданием и горечью смотрела на него своими откровенными глазами, но Зойсайт отвернулся от нее и более не поворачивался до тех пор, пока девушку не повели готовить к брачной ночи. Которой не будет. Зойсайт с ненавистью обманутого человека слушал поздравления и традиционные по этому случаю шуточки, мечтая плюнуть в лицо всем лгунам, что собрались здесь (включая новоявленную женушку), однако покинул праздник в положенное время. Зная замок как свои пять пальцев, он быстро достиг отведенных для новобрачных покоев и зашел внутрь.

Внутри был полумрак, чем-то напоминающий тьму церкви. Миливия, облаченная в кружевную свадебную сорочку, сидела на постели, устланной белоснежным бельем; как только лорд зашел внутрь, она вздрогнула и неосознанно вцепилась пальцами в коленки, однако Зойсайту было уже не жаль ее, и он раздраженно прошел к дальнему от кровати креслу. Он бы высказал сейчас все, что думает, выплеснул бы всю свою ненависть, но что-то мешало ему. Наверное, взгляд лживой девицы. Ее глаза были умными и печальными, удивительно красноречивыми и честными, и это мешало, заставляло ощутить нервную дрожь. Что она на него так уставилась? Окрутила и рада?

- Значит, так... - на высокой ноте начал лорд, но тут же осекся и поморщился; слова, кажется, до этого такие естественные и понятные, превратились в полную бессмыслицу. - Безусловно, было очень умно так быстро назначить свадьбу... - но все, что он произносил, казалось неуместным и глупым.

Неожиданно принцесса встала с кровати и подошла к нему, взяла своими холодными пальцами его руку, яростно замотала головой и принялась успокаивающе гладить его ладонь. Слова застряли в горле Зойсайта, он с изумлением уставился на свою жену. И опять этот взгляд - умоляющий, печальный, умный. Он не мог понять, чего она от него хочет, и одновременно чувствовал, что может ощутить каждую ее эмоцию, волнами исходящую из этого непонятного, бьющего в упор взгляда и неловких успокаивающих движений.

Она отпустила его руку и стыдливо натянула поверх сорочки черную, скрывающую ее до самых пяток мантию, натянула капюшон. Медленно попятилась к двери, словно человек, желающий избежать встречи с хищником и показывающий, что не собирается причинить ему зла. И вышла. Несколько минут Зойсайт, не двигаясь, сидел на кресле и смотрел на дверь. Было оглушающе тихо. Ему казалось, что он слышит собственный пульс. Все произошло так... быстро, так непонятно, что он и сам толком не понял, как остался один. Еще несколько минут назад он был полон праведного гнева, желания разнести здесь все в пух и прах, разоблачить обман, заставить эту девицу постыдиться своего поступка. Еще несколько минут назад! А теперь сидит и не может сдвинуться, оглушенный, опустошенный ее уходом. Лорд встал с кресла и вышел в коридор, машинально оглядываясь, но в этой части замка никого не было. Почему он чувствует иррациональную, совершенно непонятную вину? Почему сердце заходится от стыда и тревоги? Не анализируя своих поступков, он тут же пошел в покои принцессы, отведенные ей за несколько дней до свадьбы, лишь бы избавиться от стискивающего душу чувства. Ничего не понимая, он быстро достиг комнаты, но Миливии в ней не оказывается, и это заставляет испугаться еще сильнее. Все должно было быть не так.

Он еще полчаса ищет по замку, заглядывает в самые потаенные, невозможные уголки отведенного им крыла, но принцессы и след простыл. В конце концов, Зойсайт возвращается в комнату Миливии и с удивлением и облегчением обнаруживает ее в постели.

Девушка не спит. Она, тревожно и удивленно нахмурившись, поднимает голову с подушки, а потом открывает ящик прикроватной тумбочки. Достав оттуда перо, чернильницу и бумагу, Миливия садится на постели. Зойсайт, неловко потоптавшись у порога, сел на край ее кровати. Принцесса принялась писать. Она торопилась, руки ее дрожали, но когда лорд принялся читать, то сильно удивился, какой у нее ровный и аккуратный почерк.

"Милорд! Не знаю, как сказать Вам все то, что крутится сейчас в моей голове. Я поняла, Вас обманули. Вам не сказали о моей неполноценности. Прошу Вас, простите меня за то, что я невольно стала причиной Ваших неудобств! Клянусь свой жизнью, что я не знала о Вашем неведении. Умоляю, не тревожьтесь, я не потребую ничего. Верните меня завтра моей матери, никакого межпланетного скандала не будет.

Я догадывалась, что такую, как я, могли выдать за такого, как Вы, только обманом. Идите и не думайте ни о чем, я больше не причиню вам зла".


Она ждала его реакции, но Зойсайт отупело смотрел на строчки, боясь поднять глаза. А когда все-таки решился на это, чуть не шарахнулся в сторону. Ее глаза умоляли. Умоляли не винить ее. Умоляли так яростно, что заставляли застревать в его легких воздух. А еще в ее взгляде было понимание и жгучая, тоскливая печаль. "Я знала, что такую, как я, могли выдать за такого, как вы, только обманом. "...Такую, как я..." Ему хотелось бы сказать ей что-то утешающее, но слов не было. Они казались пустыми и бездушными. Ему нужно уйти и не травить ей душу. Ведь ей, наверное, сейчас невыносимо больно. Быть может, это не первый раз, когда ее бездумно вышвыривают из своей жизни просто потому, что она отличается от других.

На тоненьком лице Миливии нет слез, но нет и надежды. Кружевная свадебная сорочка аккуратно сложена на краю постели за ненадобностью, а на ней - обычная, девичья, закрывающая по самое горло. И от этого принцесса кажется еще более хрупкой и юной, чем есть на самом деле. Она не подталкивает, но ждет, когда же он все-таки уйдет и даст ей возможность вволю залиться слезами. Он читает это по ее глазам. И от этого ноги немеют еще сильнее.

- Принцесса, я... - хрипит зачем-то Зойсайт, но она снова качает головой, и он замолкает. "Не вините себя, я все понимаю".

Почему он не радуется? Все заканчивается так складно! Жена и сама согласна навсегда покинуть его жизнь и ни разу не потревожить своим существованием. Он избежит всех проблем и добьется рано или поздно сладкой мести. Получит назад свою свободу. Но как теперь ему спокойно спать, когда он видел эти умные и печальные глаза, глаза брошенной, никому не нужной девчонки, которую никто не любит, никто не защитит, никто не назовет своей? Глаза одинокого ребенка, который опять остался один на один со своим горем. Глаза женщины, не знающей чужой любви...

- Так не должно быть, - бездумно, сам себе прошептал Зойсайт и громче добавил: - Все будет не так. Я был неправ. Я поступил грубо и... жестоко, - он бормотал почти бессвязно, но Миливия во все глаза смотрела на него и ждала его слов. Зой неловко взял ее ледяные пальцы в свои, словно стараясь придать себе уверенности. - Вы не вернетесь на Меркурий. Я хочу, чтобы вы стали моей женой. Настоящей женой. Нет. Не так, - он почти беспомощно качнул головой. - Вы уже моя. Я вас... тебя... никому не отдам.

Он никогда не испытывал такого волнения, не ощущал, как в чужих маленьких ладонях бьется живое сердце, и оно полностью в его власти. Оно может наполниться смыслом, нужностью, радостью, стоит ему лишь сказать живительное слово; и оно навсегда осиротеет от его необдуманной черствости. Он может раздавить это сердечко даже взглядом. И взглядом же оживить. В ладонях Миливии сейчас билось ее сердце, а в глазах - изумление и доверчивость. Ее взгляд словно спрашивал, можно ли ей оставить это самое сердце в его ладонях, и Зой ободряюще, но все-таки неуверенно сжал ее руки.

Словно преодолевая какие-то физические препятствия, принцесса неуверенно качнулась в его сторону и положила голову на его плечо; и Зой осторожно дотронулся до ее мягких, тонких волос, будто лаская маленького испуганного зверька, проявившего к нему удивительную доверчивость.

***

Утро наступило внезапно. Когда Зойсайт открыл глаза, небо было пронзительным в своей голубизне, солнце заливало девичью комнату. Миливия спала, уткнувшись щекой в его предплечье, и лицо ее было мягким и спокойным. Зой аккуратно натянул на ее голые плечи и грудь одеяло и осторожно выскользнул из постели, тут же потянувшись всем телом. Кажется, внутри него невесомый воздушный шар, делающий его тело гибким, а голову - легкой. Некоторые решения нужно принимать, не забивая мозг раздумьями. Иначе, прикинув все трезвым умом, можно от них вообще отказаться. Сейчас лорд не знал, правильно ли поступил, что сулит ему его решение, и, собственно, знать этого не хотел. Всему свое время.

Он быстро и бесшумно оделся и вышел, тихо притворив за собой двери. Надо найти мать или сестру Миливии и хотя бы узнать, что она предпочитает на завтрак и какие любит цветы. Ей будет приятно.

Только лорд спустился в гостевое крыло, как тут же наткнулся на Владлену, которую ему уже приходилось встречать на одной из межпланетных конференций. И, надо сказать, она очень походила на свою старшую сестру, только вот была чуть женственнее да носила две толстые синие косы, спускающиеся ниже талии. Лицо ее было испуганным и почти таким же светло-зеленым, как и ее платье.

- А я искал вас, миледи, - вежливо склонил голову Зой, однако принцесса тут же перебила:

- Я знала, что так и будет, - и бесцеремонно потянула его в одну из комнат.

Когда двери за ними закрылись, девушка нервно заломила руки и отвернулась от лорда:

- Прошу вас, не спрашивайте. Дайте мне сказать. Не удивляйтесь и не перебивайте, прошу. Иначе я не выдержу, - Зой оставил свое недоумение на потом, а принцесса продолжила: - Я знала, я знала, что вы придете. Кому сейчас нужна больная девочка? Тем более, молодому, влиятельному, здоровому и красивому мужчине. Не перебивайте! - предостерегающе махнула рукой она, когда лорд попытался возразить, и Зойсайт сел на крошечную табуреточку в гардеробной. - Поверьте, Миливия ни в чем не виновата. Она не знала, что вам ничего не сказали. От вашего короля поступило предложение, и моя мать тут же согласилась, потому что не надеялась выдать мою сестру замуж. Мужчины не хотели с ней связываться. Я знаю, Миливия тоже уже не надеялась, ее очень ранила эта скомканная подготовка, эта преувеличенная радость по поводу ее замужества и то, что вы даже не захотели с ней встретиться (скорее всего, по хлопотам нашей же матери). Конечно, мама не хотела ее оскорблять, она причиняла боль невольно. И все-таки... Нет, я не к тому сейчас говорю, чтобы вы передумали, нет! Я не хочу несчастья ни вам, ни моей сестренке. Я лишь об одном молю вас. Позвольте Миливии улететь до того, как начнется процесс развода! Она не заслужила вашей ненависти и чужого порицания! - по лицу Владлены полились слезы, Зой видел это, потому что принцесса повернулась к нему и умоляюще сложила руки. - Я увезу ее к своему мужу и детям, я постараюсь залечить ее раны. Я молю вас о милосердии. Вы же знаете, что шансов у нее почти больше нет. Я верю, вы - благородный, добрый человек, вы не допустите такой жестокости. Позвольте ей улететь.

И тут Зойсайт понял, что Владлена не спала всю ночь, переживала, готовилась к этому разговору и, наверное, мысленно утешала свою сестренку. Она изводила себя тревогой. Она понимала, что ее больная сестра никому не нужна.

- Вы ошиблись, миледи, - беспокойно ответил лорд, поднимаясь с табуретки. - Я пришел не за тем, чтобы вести речь о разводе. Мы с вашей сестрой... признали друг друга мужем и женой и завтра уезжаем в мои владения.

- Вы... шутите? - пораженно прошептала она. - Прошу вас, будьте серьезны!

- Я серьезен. И я не желаю больше видеть ваших слез, - Зойсайт постарался улыбнуться, но вышло с натяжкой. - Я всего лишь хотел узнать, что ваша сестра любит на завтрак. И какие цветы ей нравятся.

- Она неприхотлива, - всхлипнула девушка, улыбаясь сквозь слезы. - Правда, не любит оливки и бобы. А цветы ей любые нравятся. Ей их никто не дарил, - и робко добавила: - Я буду молиться за вас всю жизнь, если вы сделаете мою сестру счастливой.

Зойсайт кивнул и вышел. Бывает два пути - "легко" и "правильно". И он сделал все правильно. Сейчас он был практически уверен в этом. Впервые в жизни он осознанно понимал свой выбор.

В легкой задумчивости Зой вышел в сад и бесцеремонно вырвал с клумбы целый букет. "Анемоны означают ожидание, - машинально подумал Зойсайт и вырвал еще несколько розовых цветков, - нарциссы - новое начало и дружбу. А пионы - счастливый брак, здоровье и процветание". По пути в покои лорд попросил служанку принести легкий завтрак (без всяких бобов и, не дай Бог, оливок) и оставить его около дверей, а сам поспешил к жене. Он намеренно ни с кем не разговаривал и ни на кого не смотрел, избегая бесед и расспросов. Единственное, что он по-настоящему желал, так это забрать Миливию и отправиться домой. Туда, где не будет этих лживых людей. Пусть знают, что лорд огня горд и благороден. И у него есть воля. И пусть будет стыдно всем мелочным людям, которые хотели извлечь пользу из его брака с Миливией (хотя когда-то он чуть ли не встал в их ряды, если бы не был обманут, как и его невеста).

Миливия уже не спала, а сидела на постели и смотрела в окно. Она робко улыбнулась, когда зашел Зойсайт, и вопросительно посмотрела в его глаза. "Я... твоя? Ты не обманешь?"

- Доброе утро, кроха, - Зой подошел и положил ей на колени свой букет. В ее синих глазах появились дрожащие золотистые блики.

И что это? Первое их настоящее обещание стать друг другу близкими и родными. Первое понимание. Первая надежда на то, что у них все будет. Обязательно.

@темы: Мои фанфики