• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
19:59 

Итория Рей и Джеда окончена...

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Да! Я сделала это, хотя потребовалось больше года. Еще одна история любви в сети завершена! Как сложилась судьба героев, решать вам, но я искренне верю, что все будет хорошо. Спасибо всем, кто поддерживал.

15:29 

"Как наломать дров в написании фанфика по Сейлор Мун"

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Автор: Magicheskaya (ficbook.net/authors/Magicheskaya)
Фэндом: Sailor Moon
Персонажи: Все, кому не повезло
Рейтинг: G
Жанры: Экшн (action), Пародия, Эксперимент, Злобный автор, Статьи (заметка)

Размер: Мини
Статус: закончен

Описание:
Все возможные нелепости/ казусы/ глупости и крайности, которые сотворяют господа фикрайтеры с несчастными персонажами.
Людям, не настроенным на критику и каплю язвительности, вход строго воспрещен!

Публикация на других ресурсах:
С разрешения

Примечания автора:
Подобную работу я проводила по фэндому Гарри Поттера (пара Гермионы и Драко), теперь же берусь за Сейлор Мун, но уже не буду себя ограничивать какими-то героями.
Возможно, некоторые моменты будут перекликаться с другим моим произведением - "(Не)типичный Мамору, или Крик души".
________________________________________
От автора


Наверное, кто-то сейчас может возразить: у всех фантазия разная, у всех разные читательские предпочтения, так что говорить, что та или иная версия событий плоха, нельзя. И я с этим соглашусь. Любое мнение имеет право на существование. Автор сам решает, в какую ситуацию поставить героев, читатель выбирает, хочет ли он о такой ситуации читать. Все, казалось бы,понятно, вопрос исчерпан.

Только вот некоторые авторы (не будем тыкать пальцами) доводят свое "воображение" до того, что воображения-то и не остается. Герои, события становятся до такой степени предсказуемыми, "замыленными" и нереальными, что таким образом и возникают эти самые "плохие ходы" при написании фанфика. То есть, конечно, найдется пара-тройка читателей, которые дружно крикнут "Аффтар, продочку!", но на большее не следует и рассчитывать. Если история не предполагает чего-то действительного нового, чисто авторского, то и читатель ее вскоре забудет, ведь таких работ с такими героями и такими событиями - пруд пруди! Но самое обидное, когда действительно талантливые и незаурядные люди пишут "типично", а ведь у них самих бы хватило фантазии на что-то новенькое...

В общем, не буду растекаться мыслью по древу, а начну разбирать наиболее (на мой взгляд) ошибочные "ходы" фикрайтеров в фэндоме Сейлор Мун. Хочу сразу предупредить, что мое мнение может не совпадать с вашим, нужно быть к этому готовым. Также я не хочу никого оскорбить, никого конкретного не подразумеваю (тут, как говорится, все совпадения случайны и т.д. и т.п.) и не пишу ради того, чтобы кого-то рассорить. Я всего лишь скромно верю, что хоть кто-то прислушается к моему призыву освобождаться от "типичности", вот и все. Надеюсь, мне это хоть чуть-чуть удастся.

P.S. Кстати, самый верный способ "наломать дров в написании фанфика по Сейлор Мун" - это написать свою работу безграмотно. Тогда вас точно посетят местные прекрасные воительницы за Добро, Справедливость и Грамотность (возможно, среди них буду и я), и тогда... до содержания даже дело не дойдет.

P.P.S. Цель работы - не научить писать фанфики и не заявить, мол, мое мнение главное, пишите, как я сказала, а обобщить мнение многих и натолкнуть на кое-какие размышления. Жанр - заметки.
_______________________________________________________________________________________________________________________________________________________________ Совет первый:

Сделайте из Усаги (Серенити) Мери Сью



И это одно из самых частых явлений в фанфике с данным персонажем. Кого ни почитаешь (особенный кивок в сторону начинающих), Усаги - самая прекрасная, честная, добрая и страдающая, просто ангел без крыльев, каким-то образом затерявшийся на бренной земле, а остальные ее обманывают, такую хорошую и бесхитростную, строят козни, изменяют. В общем, бедняжка Серенити, как всем ее жалко!.. (На этом моменте читатели пишут "Продочку!", автор счастлив, строчит дальше, добавив в новую главу побольше страданий Серенити и россказней врагов). Думаю, каждый из более-менее опытных читателей встречал такую историю. И самое главное, что 80% авторов не просто не ставят предупреждение "Машки", они даже и не осознают, что создали ее!

Некоторые могут мне язвительно возразить: "Вообще-то, нам так и представляли Серенити! Она - чистота, мессия света (и прочее, прочее...)!" Но скажите тогда, кто сказал, что она - не человек? Ведь получается, что Усаги не может быть человеком (человек - это совокупность черт характера, достоинств и недостатков, а Серенити лишена изъянов).

Автор неосознанно создает безгрешного персонажа (часто претендуя на реалистичность, например, при написании AU), тем самым лишая его человечности как таковой. Подойдите к зеркалу, осмотрите себя и честно скажите: у вас глаза "рассветного неба"? Или волосы цвета "зрелого пшеничного колоса"? И наверняка, вы иногда склонны на кого-то кричать, обижаться, бездельничать...

Однажды я постаралась объяснить свою точку зрения одному автору, который написал Мери Сью, но в предупреждениях "галочки" не было, так на меня налетели "подружки" (те самые, что яростно просят продочку), а потом и сам автор, который заявил, что я не понимаю его утонченной писательской души. "И вообще, не нравится - не читай!" - добила меня "писательница". Хорошо, хоть матом не обложила. Ну а мне ничего не осталось, как гордо вздернуть нос и отписаться от новостей странички.

Какой урок я для себя извлекла? Есть люди, к которым даже и не стоит всерьез обращаться. Нет, пробовать стоит, но если человек отказался идти на контакт, так что нечего и проповедовать свою правду.

Я ничего не имею против Мери Сью, это такое же предупреждение, как ООС и Насилие, вы можете использовать его и быть счастливым. Но знаете, как один известный когда-то сказал, что в России поэт - больше чем поэт, так и я верю, что фикрайтер должен быть чуть выше определения фикрайтера. В его работе должна быть не только голая история любви, детектив, этакая дань понравившемуся произведению (и т.д.), но и какая-то мысль, какое-то обращение к читателю. Практика показывает, что герой Мери Сью какой-то мыслительной, душевной ценности не несет. Исключительно развлекательный характер. Ты попечалишься с такой Усаги, попереживаешь и... всё.

Вот и получается, что страдающая, безгрешная и распрекрасная Серенити - пустышка для нас, земных, способных на ошибки. Не стоит так издеваться над персонажем, обеднять свою работу. Внимательно читайте текст, прикидывайте, а как бы вы поступили в его ситуации? Помните, что:

а)всепрощающим у нас был только Иисус Христос;
б)вечные муки достались Сизифу (да, тому, что был проклят всегда закатывать тяжелый каменный шар на гору, а когда добивался задуманного, шар снова летел вниз, и все начиналось сначала);
в)многие, кого признавали в чем-то самыми лучшими, плохо кончали жизнь.

Не игнорируйте адекватной критики, советуйтесь с теми, кого вы считаете действительно знающими и откровенными (умоляю, пусть это будет не подружка из второго класса!). Балансируйте "плохое" настроение с "хорошим" (опять же, если есть пометка Даркфик, то никаких вопросов), в человеческой жизни не может быть только все прекрасно или наоборот! Честно, такая вот "однобокая" работа выглядит убого.

Если вас предупреждают, что ваш персонаж неестественен, а вы в упор ничего не видите, то или критично, с полной строгостью все перечитывайте (знаю, это нудно, но если вы себя уважаете, свой труд и читателя, то вы будете это делать), или набирайте целый ряд бет, не махайте на все рукой, мол, сойдет.

Но главное правило остается прежним: переносите героя на реальную жизнь!

Серенити - человек. Человек способен на все. На глупости и ошибки - в том числе! Так вот и делайте из нее человека. Вообще, создавайте жизнь из мультфильма, ломайте рамки, придуманные создателями аниме и манги, делайте персонажа ближе. Поверьте, такому фанфику цена намного больше, чем "одноразовой работе", которая может быть великолепно написана, но пуста.

Наверное, я могу только мечтать, что однажды все работы приобретут смысл, нормальных, "непокалеченных" персонажей, а авторы и читатели станут единым целым. Это все просто мечта. Но кто сказал, что мечта не может стать реальностью?..
____
P.S. Для тех, кто не знает, что есть Мери Сью:

Мэри Сью или Марти Стю — принятое в англоязычной среде (с недавних пор — и в русскоязычной) обозначение персонажа, которого автор наделил гипертрофированными способностями. Автор произведения, как правило, ассоциирует себя со своей «Мэри Сью». Создание таких персонажей обычно считается плохим тоном. (Википедия)
______________________________________________________________________________________________________________________________________________________________-

Совет второй:

Сделайте из Сейи влюбленного идиота


Под «идиотом» я подразумеваю отнюдь не дурака и тупицу, это пренебрежительное слово относится не к самому герою, а к образу (!), который благодаря господам фикрайтерам закрепился за данным персонажем. Пусть он будет трижды влюблен в Усаги, но то, что он совершенно не борется за свое счастье и не имеет никакой гордости, лично меня пугает. Он горазд только размышлять, как любит свою Куколку, вот и все.

«Я сделаю все, чтобы ты была счастлива…» - вздыхает он, с тоской глядя на ее балкон/ на звездное небо (и т.д. и т.п.)

На этом, как правило, его действия заканчиваются. Это, конечно, умилительно (и все такое), но сами-то подумайте, очень бы нравился вам такой человек в жизни? Вот парень, он вас любит, смотрит преданной собакой, примет любой ваш выбор, но при этом не делает ничего, чтобы завоевать место рядом с вами. И пусть кто-то скажет, что это великий пример самопожертвования и вечной любви! Как там у Пушкина? «Как дай вам Бог любимой быть другим». Может, для Пушкина и для его лирического героя это вполне приемлемо, а вот для человека со складом характера Сейи – большая редкость.

Теперь постараюсь объяснить, почему (чтобы мои увещевания не были голословны, а обоснованы). Кто такой Сейя в аниме? Парень с легким характером, обладающий чувством юмора и обаянием, но при этом не какая-то там пустышка, а человек думающий. Как правило, люди с таким темпераментом прекрасные приятели для всех и очень верные друзья для немногих. Для людей дорогих они действительно способны на самопожертвование и нежность, но (в своем большинстве) не терпят бездействия. Не терпят! Они не могут ждать чего-то, свесив ножки, ноя где-то в уголке и кляня жизнь. Они пытаются, крутятся, вертятся, даже когда не верят в успех своих действий! (Кстати, Сейя в аниме боролся за свое счастье, хоть и отказался от него потом, так что не надо говорить, что все, мол, по канону).

Увы и ах!.. Мой, настоящий, сильный и волевой Сейя, способный бороться за свои чувства, мне так и не повстречался ни в одном фанфике. Нигде. И это было полным разочарованием, я бросила читать про него вообще, ибо Сейя-размазня меня не устраивает. К тому же, часто он даже уже и не рассматривается, как полноценная личность, а как придаток Усаги (такая же участь, может, даже чуть хуже, настигла Мамору, но о нем далее).

Коу предстает как-то бесхитростно и пресно. Стандартный набор его качеств в фанфике: безумно любит Усу (от этого и страдает), просто волшебный певец и красавчик. Все. Остальное уже «довешивается» автором, если довешивается вообще. А сцены, где он меланхолично думает о своей любимой или посвящает ей свои песни, известны всем. Да здравствует разнообразие, господа!

Я не буду давать советов, как избавиться от подобного ляпа (да, для меня это ошибка грубая, может, вы не согласитесь), это полностью зависит от того, как автор чувствует героя и представляет себе. И лично мне очень жаль, что Сейю представляют именно так: жалкая мямля (простите уж за резкость).

Фикрайтеры! Дорогие и многоуважаемые (возможно, даже злые на меня)! Не надо делать из Сейи Коу такого безвольного типа, способного только хныкать и ждать манны небесной! Дайте ему уже гордость, силу и мужественность! Большего уже и не требуется, все за вас прекрасно сделали создатели манги и анимэ.

Я прошу всего ничего.
_______________________________________________________________________________________________________________________________________________________________ Совет третий:

Сделайте Мамору "зацикленным на будущем неудачником"


Скромно процитировала себя любимую. Но ведь, по сути, так оно и есть (особенно если брать в расчет фанфики с «треугольником» Мамору/ Усаги/ Сейя)! Усаги любит Сейю, а Мамору, дурак такой, никак этого не поймет, твердит про будущее, вселенский долг и Малышку, капая на нервы не только Сейлор Мун, но и читателю, который уже начинает не сочувствовать ему, а испытывает почти отвращение, как к слабаку и нытику (из Мамору делают безвольную куклу в некотором другом смысле, чем Сейю). А в конце Серенити остается с Воином… Честно, после роли Мамору а-ля «умирающий лебедь» даже не жаль как-то. Во всяком случае, мы не очень печалимся, если Усаги и Сейя остаются вместе.

В чем вся проблема? Почему читатель уже подсознательно не желает видеть Усаги с Мамору, а данный «треугольник» не несет в себе интриги? Потому, что персонаж обыгран так, что Мамору заранее ведется себя и выглядит как проигравший, слабый, ненужный. Скажите, когда вы в последний раз читали историю с Мамору, где он – нормальный человек, веселый, счастливый (вспомните уже аниме, самое начало; разве вам не нравился язвочка Джиба, изводящий Усаги?)? Его лишают всего, чем живет человек! Мамору – болванчик, запрограммированный на одну фразу про пресловутое будущее, не менее пресловутый долг и Малышку (которая часто оказывается дочерью Сейи). Это первая причина.

Вторая причина: Мамору часто выставляют сволочью. Не больше и не меньше – сволочью! Он изменяет Усаги (причем, когда Усаги застает его с любовницей, то он ведет себя так, как будто это – норма), а ведь если брать то, каким его характер выражен в каконе, то он бы ни за что так не реагировал (даже если и изменял). Часто его выставляют эгоистом, вруном, исключительно плохим персонажем из дешевых дамских романов (что говорит о бедности автора как автора и ограниченности идеи).

Причина третья: автор не создает из персонажа полноценной личности (нечто похожее иногда происходит и с Сейей или другим неугодным фикрайтеру персонажем). Опять-таки ему дают набор одногранных качеств, признаков и черт, и… всё. У читателя даже нет интереса к его персоне, он просто пропадает, мнение о данном герое становится стереотипным. Таким образом, Мамору становится слишком блеклым, занудным и «однобоким».

В качестве итога хотелось бы сказать, что если вы явно симпатизируете одному персонажу, и вся история обернется не в сторону "нелюбимого", то все равно не стоит делать своего персонажа «будущим суицидником» или заклятым злодеем. Давайте ему что-то светлое, доброе, то, что будет представлять его как личность, а не облик из вашего фанфика. Таким образом вы и сохраните интригу, и интерес к герою, а как следствие – желание читать до конца, а не бросать все на середине.
_______________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

Совет четвертый

Сделайте из Ятена эгоистичного злодея


А почему, собственно говоря, нет? Интриги-то больше! «Она – нежная и ранимая, бесконечно влюбленная наивная девочка… Он – грубиян, самовлюбленный тип, не знающий любви… И только Она способна пробить брешь в его ледяном сердце…» Отлично придумано, читатели будут в восторге. Еще бы надо, чтобы Он сначала ее оттолкнул, как-то предал. А потом посыпал голову пеплом, осознавая, что потерял Любовь Всей Жизни. Она все простит, и они будут счастливы, родят семерых детей и станут петь дуэтом. Конец. Здорово придумано, правда?

Спешу заверить – «здоровского» здесь с гулькин нос, ибо ничего банальнее нет в мире фанфиков. И чаще всего под раздачу попадает именно Ятен, как один из самых неоднозначных характеров всего аниме. Автор так спешит создать острую атмосферу между героями, покорить всех захватывающим сюжетом, что не замечает: его герой стал «трафаретным». Согласитесь, телевидение, дешевая беллетристика кишит подобным образом зазнавшегося красавчика. И Ятен тут как тут.

В каждом фанфике он до неприличия красив и популярен. Женские сердца – мусор, валяющийся под ногами (как вариант, его сердце – мусор под ногами стервозной красавицы, играющей с ним в чувства). Дорогая одежда, машины, вечеринки. Этакий роковой мужчина. При этом он ведет себя так, словно кругом плебеи, не достойные его персоны. Конечно, это очень яркий образ. Только вот есть несколько «но», портящих все на корню:

1) Первый вариант: автор совсем позабыл, что изображает человека. Ятен остается журнальной вырезкой (опять-таки «однобоким» персонажем)

2) Другой вариант: автор начал рьяно показывать прекрасную душу ледяного красавчика в противопоставление поведению, стал описывать его глубокое одиночество, чуткий внутренний мир (и т.п.), как бы желая доказать всем: «Ятен – не бесчувственное бревно, он умеет страдать, любить и пр.!» А в итоге? В итоге вышел герой дешевой мелодрамы

Что получилось? В первом случае писатель оставил образ «необтесанным», в другом – переборщил с сентиментальностью. И можно долго спорить, что хуже! Самовлюбленный злодей или истеричка? По-моему, они друг друга стоят.

Как так вышло? Почему образ Ятена не задался? Тут уж два ответа: или от большой любви (даже чрезмерной)фикрайтера к данному персонажу (как во втором случае), или от собственной невнимательности/ неопытности и пр. (как в первом).

Как избавиться от этого «косяка»? Есть несколько способов.

1) Не входите в крайности, т.е. не создавайте ситуации сродни мексиканскому сериалу в полторы тысячи серий – вообще, поменьше пафоса; многие судьбоносные случаи на самом деле являются мелочами

2) Соответствуйте общей «ауре» персонажа. Не нужно делать так, чтобы Ятен вдруг поступал, как человек с раздвоением личности (писатели этим грешат: то он поразительно нежный и милый, то злой, как цепной пес; особенно это возмущает, когда такие перепады происходят резко)

3) Найдите ему прототипа из реальной жизни, например, какого-нибудь знакомого вам человека; это поможет контролировать персонажа как личность

4) И мой любимый (постоянный, надоевший всем совет): переносите персонажа на жизнь!

Помните: мир не делится на черное и белое. Человек не делится на хорошее и плохое. Это касается и Ятена. Не делайте его характер безнадежно дурным, а сложным и противоречивым. Разница есть, довольно существенная. Но эту разницу нужно уметь прочувствовать (а для этого больше читайте классики!). Так что читайте книжки и следите за собой!
____________________________________________________________________________________________________________________________________________________________
Совет пятый

Испортите образы лордов

Если судить это явление, учитывая фанфики, которыми сейчас пестрит Интернет, то подобная ситуация встречается редко. Чаще достается Старлайтам, которые прямо-таки пали жертвами юных (а иногда и не очень) садистов, гордо называющих себя фикрайтерами. Почему? Молодой талант, насмотревшись аниме, тут же и пишет фанфик, опираясь на просмотренные серии (намеки на пары Минако-Ятен, Тайки-Ами, Сейя-Усаги, согласитесь, имеются в достаточном количестве), а тему ГенСена (пары Генералы-Сенши), как правило, затрагивают более-менее опытные писатели и читатели, ведь на самом деле ее фактически нет ни в манге, ни в аниме. Это - выдумка поклонников, а значит, и образы лордов тоже являются некой "канвой", общепринятой меркой. Кунсайта (как лорда Льда) сделали поистине холодным и непоколебимым, Джедайта (лорда Иллюзий) - малоэмоциональным и умным, Нефрита (лорда Звезд) - обольстительным и мудрым, а Зойсайта (лорда Огня) - переменчивым и язвительным. Придуманы были и четкие пары между принцессами внутренних планет и генералами Земли: Ами-Зой, Мина-Кун, Мако-Неф, Рей-Джед. При этом пары настолько закрепились в народе, что практически стали каноническими, и такое явление, как, например, Рей-Кун - нечто из ряда вон экзотическое.

Но вопрос сейчас не в этом. Вопрос в том, что даже в таких узких рамках, придуманных для каждого персонажа, авторы умудряются сделать таких ошибок, что хоть святых выноси. Особенно достается POV (POV - написание от первого лица), где генералы - солидные мужчины, повидавшие не одну войну и убившие как минимум легион народу - рассуждают и думают, словно шестнадцатилетние подростки. Читаешь и удивляешься: и эти люди видели войну? И это мысли взрослого человека? На это можно возразить: и пишут-то, в основном, подростки, так? Но если вы не можете мыслить, поставить себя каким-то образом на место такого человека (слишком взрослого, мужественного и пр.), то,быть может, следует отказаться от POV? Ведь повествование от первого лица - это своеобразное слияние писателя и его персонажа, где автор пытается "стать" своим героем. И далеко не у каждого получается хотя бы на время превратиться во взрослого мужчину, побывавшего на войне. Так что прежде чем взяться за подобный способ повествования, сто раз подумайте: а осилите ли?

Второе - отсутствие пометки ООС. Авторы просто ее не ставят, принимая общепринятую "канву" за правду, а на самом деле, вводят опытного читателя в заблуждение, ведь характеры лордов, описанные в аниме (манге), не соответствуют характеру, придуманному автором, в 90% случаев. Много раз ловила себя на том, что (согласно "шапке") ожидаю одного, а получаю совершенно другое, и все благодаря волшебному предупреждению ООС. Если вы не уверены, что ваш характер каноничен, лучше перестрахуйтесь и поставьте пометку или хотя бы сделайте описку, что ООС возможен. И вообще, писать о лордах и при этом избегать отклонений от характера практически нереально (особенно если вы описываете любовные истории с их участием).

Принимаясь за тему предательства лордов по отношению к возлюбленным-принцессам, помните: эту тему пробороздили вдоль и поперек, вы рискуете просто создать "клона" великого множества фанфиков. А если вы еще до кучи воскрешаете лордов в нашем времени (или во времени Нео-Королевы), то тут вообще фантазии простору нет (ну помучаются принцессы, все равно простят, а дальше - жить им долго и счастливо, хоть и пройти еще сто бед придется). Об этом уже писали (и были случаи: писали гениально, до дрожи в коленках и слез), нужно для себя решить, а сможете ли вы написать так же достойно, или останетесь в рядах тысяч подобных работ?

Есть и странные "ляпы", повторяющиеся из работы в работу. Жаркая битва лордов-демонов и принцесс. И (не удержалась - черт возьми!) они умудряются как-то нескромно прижаться друг к другу, сказать что-то неприличное, вскользь подумать о том, как красив враг и прочее. Господи, люди, неужели романтическая линия событий до такой степени застилает глаза, что интим прет отовсюду?! Вам вот-вот перережут горло (как вариант - саданут фаэрболом, вынут душу, закуют в цепи, уволокут в Темное Королевство и пр.), а вы думаете, какие у врага шикарные волосы, глаза и грудь "энного" размера? Смех! Да, можно подумать о превратности судьбы, мол, и красота умеет убивать, но порой такое прочтешь: волосы на загривке дыбом! И о чем только лорды и сенши думают во время битвы?..

В общем, проблем хватает и "на поле" лордов: то они как слюнтяи, то как пошляки, то еще что-нибудь. Одно радует - к ГенСену относятся более трепетно и осторожно, что ли, больше вкладывают в них чувств. Ведь история предательства и прощения - более трагичная и глубокая, чем история самопожертвования (пусть меня удавят поклонники Эндимиона и Серенити). И огромное спасибо, низкий поклон тем, кто воскрешает для нас эту сказку, заставляет окунуться в эту вечную историю! Спасибо!
____________________________________________________________________________________________________________________________________________________________
Совет шестой
Превратите Сенши … в рабов? Злодеев? А наляпаю-ка все подряд!!

Писалось совместно с Venus... Just Venus.
По-моему, заметно.


Чем чаще читаю новые фанфики, в которых участвуют или хотя бы упоминаются Сейлор Сенши, тем чаще встаю в ступор, заприметив парочку интересных пунктиков. Что я имею в виду? Автор в самом начале вдруг заявляет: «Все девочки отвернулись от Усаги, считая, что она – плохая королева…» Первая реакция: «WHAT?!»* То есть, они столько лет вместе с ней пробыли, съели не один пуд соли, вкатали в асфальт столько врагов, сколько людей проживает в Японии, да и на ближайших к ней островах… И? Отвернулись? Можно поинтересоваться, куда? И что самое интересное, юный автор стопроцентно уверен, что ему пришла в голову «гениальная» и «не избитая» идея. Зачем включать мозг и придумывать обоснованную причину, почему Усаги (ну или не Усаги) больше не общается с девочками или вынуждена уехать? А пусть они ее предадут! Переспят с Мамору, свергнут с престола и будут воротить от нее нос. Да?

Ладно, едем дальше. А что там с титулом? Не замечали никогда метаморфозы, часто с ним происходящие? Серенити - королева Солнечной Системы! Серенити - Королева Галактики! Глядишь, и до Вселенной доберемся. Ах, точно... УЖЕ добрались. Все у нас Серенити... И плевать, что она максимум, кем может быть - королевой Луны или Земли. А что до Сенши? ДА, ДАВАЙТЕ СДЕЛАЕМ ИЗ НИХ ВТОРОЙ СОРТ! Пускай будут служанками, горничными, личной гвардией, но на их титул мы забьем! И плевать, что Минако - принцесса Венеры, а Марс под руководством Рей... Знаете, они похожи на кого угодно, только не на принцесс. Потому что, кажется, ничего своего и не имеют. Есть только слово и власть Серенити. Остальные так, на побегушках.

Создается впечатление, что люди, писавшие подобные фанфики, аниме не смотрели, мангу не читали и вообще как-то туго владеют логикой. И собственной фантазией. То ли «кумекалка» ничего стоящего не преподносит, то ли в людях нездоровая жажда эгоцентризма… Как-то непонятно.

Очень грустно читать подобные вещи. Мало того, что аниме грешило тем, что девочки были вечно на втором плане, так еще и каждый второй новый фанфик этим отдает. Грустно и гадко.
____
* "Что?!"
________________
Совет седьмой
Сделайте Ючиро "третьим лишним"

Подобная тенденция встречается давненько и довольно прочно «засела» в фанфиках. В чем вся соль? Постараюсь объяснить.

Ючиро изображается преданной собачонкой, ходящей за Рей на задних лапках (заметьте, в аниме Ючиро сумел найти в себе силы уйти, и это Хино его остановила). Из него получается нечто вроде жертвенника Сейи и запрограммированного Мамору в одном флаконе. Он готов ей все прощать: будь то интрижка с Джедайтом (и даже нечто большее), холодность и прочие причуды, однако уважения к данному персонажу у читателя не возникает. Он просто становится жалким.

То, что Ючиро практически никогда не бывает главным персонажем (или хотя бы приравнивается к ним), тоже играет свою роль. Никогда не встречала его ярко прорисованный образ, который очеловечивал бы его, чаще же он «третий лишний» в паре Джед/ Рей. Этакое препятствие Хино на пути к Джедайту, не более. Ну, и замечательный друг, которого девушка щадит. Такое ощущение, что авторы придумали для него роль «пятого колеса», совершенно не нужного, а даже мешающего общему развитию событий.

И что самое интересное, он всегда отпускает Рей, уходит в сторону, сколько бы до этого не добивался ее расположения, мол, флаг тебе в руки, Рей Хино! Благородство? Сильно сомневаюсь. Какой-то страдалец, зачем-то придуманный фикрайтерами. Для разжигания интриги? А интриги нет, все и так прекрасно ясно.

С моей стороны было достаточно сказано слов, остальное – дело за авторами. Хотят – прислушиваются и задумываются, не хотят – что ж, мое мнение не самое верное и не единственное. Оно просто имеет место быть.

То, что я изложила в этих маленьких заметках, не упало мне с неба, а являлось подмеченными мною «ляпами» и закономерностями. Быть может, я не самый опытный читатель, автор и бета (некоторые области я вообще не затрагивала, ибо не имею о них достаточного преставления), но я постаралась дать советы.

Спасибо за внимание!
________
КОНЕЦ

@темы: Мои фанфики

17:53 

Клеймо

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Автор: Magicheskaya
Пейринг: Кунсайт/Миналин/Нефрит
Рейтинг: PG-13
Жанр: Гет, Драма, Ангст, Психология
Размер: мини
Статус: закончен

Описание: Нет ничего страшнее равнодушия. Оно убивает все: привязанность, дружбу, любовь. Мы, равнодушные, убиваем себя, свои мечты, искренность и тех, кого любим больше жизни. Мы убиваем без оружия...

Размещение на других ресурсах: с разрешения

_______________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

Эпизод 1

Вдох-выдох, и мы опять играем в любимых…
(«Ода нашей любви»)


Им было все равно. Абсолютно. Ломать комедию так легко, так повседневно, что это входит в распорядок дня; лживая улыбка впечатывается в губы, как и лживая вежливость, и вот два чужих друг другу человека превращаются в счастливую супружескую чету. Он постоянно следит, чтобы ей было удобно и весело, она дарит самые нежные взгляды, достойные умиления. Что может быть прекраснее?
Но вот свет гаснет, расходятся музыканты и усталые слуги, и двое счастливых влюбленных, которые, казалось, еще минуту назад не могли дышать друг без друга, не сказав ни слова, расходятся по разным спальням. Отмучились.

Он долго сидит за письменным столом и курит сигары, слушая, как мерно тикают часы, потом нетерпеливо открывает форточку, чтобы хоть немного развеять тяжелый дух, и идет спать, если, конечно, ночь не разнообразит какая-нибудь девица, снятая на час.

Она, избавившись от шелков и драгоценностей, сразу ложиться в кровать, выпив на ночь снотворное, чтобы, не дай Бог, не проснуться раньше рассвета и не услышать того, что происходит в соседней комнате.

И так всегда, так – закономерно. Если бы можно было жить в разных частях замка, они бы, наверное, отказались. Какая разница? Что близко, что далеко – им одинаково безразлично состояние друг друга. И одинаково мучительно. Их жизнь - длинная, нескончаемая череда из бескрайней лжи и одиноких ночей, пропитанных снотворным, дурманом и продажной любовью. И они бы уже давно наплевали на общественное мнение и традиции, если бы видели в этом смысл. Хоть капля света на стороне, хоть капля чувства – и эти двое навсегда разбежались бы, но, видимо, они замкнуты друг в друге. Замкнуты в этом браке, в этом долге и в этом одиночестве.

Раз в месяц они честно встречаются в назначенное время, чтобы сделать попытку продлить свой род и хоть немного наделить смыслом свое существование, но тщетно. Наверное, там, наверху, обидевшийся на своих родителей малыш отказывается соединить этих чужих друг другу людей. И день тянется за днем, а месяц за месяцем, и холод, забредший когда-то в души этих двоих, породил самое страшное чувство – равнодушие. Равнодушие из боли… и любви.

Эпизод 2

И где-то хлопнет дверь…
И дрогнут провода…
Привет, мы будем счастливы теперь…
И навсегда…
(«Романс»)


-Миналин, смотри, - Амалия, покрывшись очаровательным румянцем, ткнула пальчиков в куст гортензии и, встав на самые носочки, стала разглядывать земную делегацию.

Миналин, нетерпеливо откинув водопад золотых волос, тоже выглядывала из-за куста, боясь неровно вздохнуть.

Час назад на Луну прибыла земная королева Татео, а вместе с ней и ее четырнадцатилетний сын, наследник престола Эндимион. Должны были пройти какие-то очень важные переговоры, потому что Серена созвала принцесс всех внутренних планет, и хоть совсем еще юным девушкам были совсем не интересны нудные политические диспуты, вялую обстановку оживляли инопланетные гости. Маленькие правительницы во главе с неугомонной Миналин и не менее неугомонной Серенити то и дело, позабыв свое положение и обязанности, крутились в порту, где прибыл земной корабль, или поблизости от Эндимиона, который привез с собой своих товарищей, а по совместительству еще и учителей.

-Знаете, - хмыкнула Рейана, принцесса Марса, глядя на четверых подтянутых молодых людей лет двадцати-двадцати трех, следовавших за юным принцем. – Что-то они совсем не похожи на учителей.

Остальные согласно закивали: каждая из принцесс под словом «учитель» представляла древнего старца, а не юношу, причем совсем не дурного собой.

-Вот посмотрите, - пожаловалась Серенити, надув губки, - у Энди целых четыре таких учителя, а мне хотя б одного. Дак нет же!

-Совсем сомневаюсь, что они могут научить хоть чему-нибудь в своем возрасте, - задумчиво покачала головой Амалия, но Миналин перебила ее:

-Особенно такую кокетку!

Серенити только мечтательно вздохнула.

-Не печалься, - утешила подругу Ливия, - вот выйдешь замуж за Эндимиона, и такие учителя у тебя обязательно появятся.

-Вот еще, - фыркнула Серенити, но с неизменным интересом глянула на принца.

Девушки уже хором «поженили» Серенити и Энди, а потом «разобрали» и учителей, но, на самом деле, молодые люди мало обращали на них внимания. Отделавшись от краснеющих в волнении девчушек парой положенных по этикету фраз, они удалились в сад, но и принцессы были не промах. Девушки, не имея занятия интереснее, организовали слежку и, рассредоточившись по саду, пытались найти землян. Удача улыбнулась Амалии и Миналин, которые торчали в кусту гортензии, чтобы хоть чуть больше разглядеть их.

Молодые люди (а чего еще ждать от мужчин?) разговаривали о всяких глупостях: о драконах, прибывших из Японии, о бывших подружках (на этом месте Миналин, уже претендующая на всех учителей разом, гневно топнула ножкой) и еще о чем-то, отчего хотелось зевать. Но даже скромница Амалия с волнением наблюдала за юношами.

Так проходили все дни, пока земная делегация была на Луне. Учителя, даже не подозревавшие, что давно женаты, имеют детей и прочее, наслаждались поездкой и всеобщим вниманием, а юные принцессы наблюдали за своими героями, придумывая всякие романтические истории.
Настал день отъезда, в Лунном дворце намечался большой бал до рассвета, и даже четырнадцатилетним принцессам разрешалось танцевать и развлекаться, сколько душе угодно. Девушки нарядились в свои лучшие платья и совсем как взрослые дамы скользили по мраморному полу, глядя из-под опущенных ресниц. Первый танец принадлежал Серене и земному королю как символ союза государств, второй – внутренним принцессам и лордам ( учителя, к полному восторгу девочек, оказались еще и титулованными особами, что было как никогда романтично). Каждая хотела казаться настоящей леди и каждая была абсолютным ребенком в руках этих сильным мужчин.

Миналин, которой достался самый старший лорд, Кунсайт, предводитель остальных, совсем растерялась. Красавец выглядел таким спокойным и неприступным! Собственные движения девушке казались неизящными и даже нелепыми, хотя зал просто замер, глядя на лордов и принцесс. Миналин так боялась сделать что-нибудь не так, и, видимо, от волнения, а может, Боги сговорились, но туфелька, всегда ладно сидящая на маленькой ножке, выскользнула при очередном па. Девушка, красная, как рак, хотела было выйти из круга танцующих, как Кунсайт, ловко взяв туфлю и быстрым движением надев ее на ногу партнерши, спокойно повел Лин в танце, изумленную от неожиданности.

И девушка со всей горячностью детского сердца подумала: «Это судьба». Лорд спас ее от позора (ведь в этом возрасте так страшно оступиться), и Миналин тут же отдала ему первенство среди других учителей Эндимиона. Хотя, каждая из принцесс предалась мечтаниям о взрослых молодых людях, даже Ливия, которая с рождения была обручена с принцем Алмазом, и та не переставала раздумывать, как назовет их с Нефритом дочь. Но все доброй завистью завидовали Миналин, которая взахлеб рассказывала о Кунсайте и его благородном поступке.

Земная делегация уплыла, а Миналин смотрела вслед кораблю с синими парусами и думала: судьба отметила их с Кунсайтом, именно их. И это не шутка. Они будут вместе… когда-нибудь… обязательно…


Эпизод 3

И лампа не горит…
И врут календари…
И если ты давно хотела что-то мне сказать…
То говори…
(«Романс»)


И судьба отметила их. Поставила клеймо, которое вечно будет гореть в их душах.

Они не виделись два года. За это время черты первого лорда Кунсайта поблекли и размылись в памяти Миналин, а «случай с туфелькой» (так нарекли его принцессы) оброс новыми подробностями и пылью. Да и сама девушка выросла и изменилась, в ее жизни появилось нечто более существенное, чем просто фантазии: долг воина и будущей правительницы. Конечно, она не переставала быть бойкой, кокетливой Миналин, но что-то уже безвозвратно изменилось в ней.

От худенькой угловатой девчушки с огромными голубыми глазами на пол-лица остались только воспоминания. Ее стан вытянулся и округлился, черты лица лишились резкости, а движения – торопливости. Кажется, все в ней кричало, что этот бутон готов распуститься и показать свой истинный цвет и аромат. И именно в этот момент ее жизни появился Кунсайт. Появился, чтобы остаться там навечно.

И девушке вновь казалось, что она влюблена, что ее сводят с ума его спокойный вид и мужественность, что эти северные, необычные черты лица так близки ей, так необходимы. И новость о том, что Луне и Земле нужен дипломатический брак в лице первого лорда и Венеры, только горячило молодое сердце. Нет, не будет никакого дипломатического брака! Все будет по любви, как мечталось! Ведь Кунсайт не может не полюбить ее в ответ, правда?..

Девушка с радостью и волнением ловила взгляды жениха, его слова, движения. Сердце рвалось от нежности и предвкушения другой, прекрасной жизни.

Но все поломалось. В одно мгновение развеялось жалкой пылью.
В тот вечер Кунсайт был в саду. Набравшись храбрости, Миналин пошла за ним, чтобы хоть чуть-чуть побыть с ним наедине, вдали от официальности и людей. Она нашла его у фонтана и хотела было возвестить о своем присутствии, как заметила, что жених не один. В нескольких шагах от него стояла беременная женщина, жалко обнимающая свой живот. Тенью юркнув за дерево, Миналин принялась слушать.

-Ты жесток, Кунсайт, ты жесток, - женщина смахнула слезы и вытерла глаза синей шалью, накинутой на плечи. – А что же мне теперь делать?.. – ее голос стал жестким и отчаянным. – Беременная… вдова! Что скажут?

-Это твои проблемы, - бесстрастно ответил Кунсайт, садясь на бортик фонтана. – Ты знала, что наша связь закончится, и иногда, - он саркастично хмыкнул, - после «этого дела» дети бывают.

-Я думала… думала, - растерянно промямлила вдова, но лорд перебил ее:

-Что я на тебе женюсь? Нет. Даже бы если меня не связали с принцессой Венеры, я бы не женился. И ты знала об этом. А теперь у меня есть невеста…

-Девчонка! – яростно бросила отчаявшаяся женщина.

-Да, может, и девчонка, но, надеюсь, она лучше тебя заботилась о своей чести.

-И ты мне говоришь о чести? – взвилась вдова, но Кунсайт был все также невозмутим:

-Именно. И тебе пора уже и честь знать.

-Но это же твой ребенок! – сделала она последнюю попытку достучаться до его сердца.

-Не уверен. Зная тебя, Белл, можно всего ожидать.

-Ну, Кансайт, отольются тебе еще мои слезы, - она полубезумно рассмеялась, глотая рыдания. – Твоя девчонка та еще штучка, настоящая подстилка, посмотрим, от кого ребенка получишь ты!

Кунсайт вскочил с места и резко завел руку для удара, но женщина быстро скрылась.

А Миналин, беспомощно зажав рот ладошкой, почти без чувств глядела на своего жениха. Господи, Господи, за что это?.. За что жизнь связала ее с этим чудовищем, этим бездушным человеком? Ведь он только что бросил своего будущего ребенка, оставил разбираться женщину с позором, в котором не мало участвовал. И это – ее будущий муж, отец ее детей…

Ожидание свадьбы, простого девичьего счастья разом померкло. Однажды он может поступить так и с ней, растоптать ее чувства. Нет, не это… только не это…

Вот так вот жестоко кончилось детство, а розовая пелена спала с глаз, показав весь деготь, всю грязь этого мира. И девушка еще не осознавала, что тонет в этом болоте, тонет безвозвратно, а вскоре – станет его частью.

Эпизод 4

Столько дней
Он, не зная правды,
Просто шел за ней,
Убивая навсегда свою мечту.
Но только ту,
Кого не мог понять,
Только ту,
Он и не мог забыть,
Так может быть.
(«Аэропорты»)


Миналин как можно крепче зажмурила глаза, чтобы не видеть его лица, хотя от ощущений не убежать, не скрыться… Это была их первая брачная ночь, о которой все женщины думают с особым трепетом, но для девушки она превратилась в настоящее издевательство над самым святым. И самое страшное, что тело предавало ее, поддавалось на умелые ласки, полностью игнорирую голос совести и разума.

Кунсайт, удивленный и опечаленный поведением молодой жены, пытался еще понять ее холодность, но ничего не выходило. И первый лорд кожей чувствовал, что дело вовсе не в неопытности. Она сознательно отгорождалась от него, находясь с ним в одной постели и при этом за тысячу миль.

Он и понятия не имел, что дальше все будет только хуже, что скоро, совсем скоро он переберется в отдельную комнату и заведет себе кучу девиц, в тщетной попытке забыть вопросы, на которые нет ответов. Скандалы, крики, вазы, разбитые о стену в исступленной ярости, не помогали и не давали душевного покоя. Девушка просто сжималась, будто он хотел ее ударить, и это еще сильнее пугало Кунсайта. Он ни разу не поднимал на нее руку, не замахивался, а она… боится его, как зверя. Он молил ее сказать, что произошло, почему вдруг та девочка, с которой его обручили, пропала и превратилась в затравленного зверька. Но она молчала… всегда молчала, даже если из глаз помимо воли брызгали слезы…

А потом ушли и скандалы. Они стали просто чужими, просто холодными и безразличными. Их брак рассыпался, так и не начав жить. И каждый из них по-своему не понимал другого. Но они молчали, скрываясь за равнодушием, огромной ледяной коркой… девушка с влюбленностью в юном сердце и мужчина со зрелым чувством. А между ними – боль, непонимание и предубеждение – самые далекие точки Галактики.

Миналин еще не понимала, что судьба действительно связала их клеймом, и та щемящая боль в груди не рассосется. Уж лучше бы он снова кричал, добиваясь ее ответа, почти грубыми полусумасшедшими ласками требовал тепла. И как спичка сгорал от чувств… Но он леденел, чем приносил еще большее страдание девушке, которая только убеждалась в своей ненужности. Любила… но боялась и не верила. И именно поэтому сидела на снотворном, ведь знала, что муж водит к себе женщин, а это так больно, что хочется выть в подушку. Так невыносимо…

Кунсайт страдал. Сох, вял, его силы иссякали, как вода из пробитой вазы. Наверное, это небеса покарали его за грубость и жестокость, за бездушие и за то, что бросил собственного ребенка. Ради нее. Да, да! Ради этой «девчонки», в которую он влюбился. Нет, сначала просто загорелся темной страстью, обычной, физической, а потом и моральной. Ему необходимо было видеть ее хоть раз в день, чтобы свободнее дышать, чтобы чувствовать в себе силы и уверенность в будущем, их будущем! Он верил ей, верил.

Как часто грани стираются, и то, что раньше казалось простым, усложняется. Так и его сердце – грубое и неотесанное, оно вдруг приобрело огранку благодаря шестнадцатилетней девочке. Ее улыбка, непосредственность и живость тронули приземленный ум лорда, привыкший к цинизму и некоторой здоровой для этого мира расчетливости. Но чтобы окончательно создать новую жизнь для себя и маленькой Лин, Кунсайту требовалось сжечь за собой все мосты, разорвать старые связи, однако… кроме лжи и пустых ночей ничего не родилось. И не родится.

Эпизод 5

Не отрекаются, любя,
Ведь жизнь кончается не завтра…
(песня на стихи В. Тушновой)


Ему казалось, что он обманывает всех, что сквозь синие радужки не видно сути, которую Миналин почувствовала сразу. Лорд Нефрит, внимательно сканирующий залу под видом обычного кутилы, вполне довольный своим актерским мастерством скользил меж венерианок, кокетливо строящих красавцу глазки. Конечно, это просто его работа, но при первой же возможности девушка дала понять, что видит насквозь его уловки. Ну как человек, горячо обсуждающий с Кунсайтом проблему корабельных телепортов между Землей и Луной, может с совершенно полутупым видом пудрить мозги дамочкам? Нефрит, осознав, кто перед ним стоит, перестал ломать перед ней комедию. Обманщик мало чем может удивить обманщика…

Они могли подолгу сидеть на скамье в парке средь венерианских яблонь, пить фруктовое вино и смотреть на звезды, и, что самое главное, быть откровенны друг с другом. Дипломатическая поездка на Родину, сулившая Миналин новую череду серых будней со снотворным под подушкой, превратилась в приятное времяпровождение, хоть и приправленное горечью собственных терзаний.

-Ты несчастна, - сказал в тот вечер Нефрит, привычным движением накидывая девушке свой плащ. – И брак тут совсем не причем.

-Ошибаешься, - горько возразила Миналин, впервые улавливая проницательного лорда на осечке; иногда ей казалось, что он умеет читать чужие души и ее в первую очередь.

-Разве? – хитрая смешинка вперемешку с грустью промелькнула во взгляде. – А разве есть у сердца понятие брака? Душу не окольцуешь, с ней не подпишешь договор. И что в том, что Ливия замужем за Алмазом? Разве сердце перестало любить меня? Нет, нет, - он задумчиво глянул ей в глаза. – Все дело в тебе и в нем. Скажи, если бы вы не поженились, уменьшилась бы твоя боль?

-Кунсайту не бывает больно, - буркнула девушка, отворачиваясь от проницательных глаз.

-Он всего лишь человек, Лин. Более того, он влюбленный человек, но не получающий ответного тепла, а значит, страдающий вдвойне. Я тоже мучаюсь, что Ливия никогда не станет моей, но то, что ее сердце принадлежит мне, спасает меня. Скажи, что спасает Кунсайта?

-Скажи, Неф, ты веришь Ливии? – лорд невольно поразился твердости ее голоса и взгляда. – Веришь, что она будет твоей опорой, что не покинет? А я не верю Кунсайту. Я видела, как он растоптал чужие чувства, как бездушно бросил своего ребенка, а сам остался чист и бел в глазах всех. Он спокойно вычеркнул из своей жизни неугодных ему людей. А что, если однажды вычеркнуть придется меня? Он сделает это, не задумываясь. И ты зря упомянул любовь, - она страшно усмехнулась. – Ее не было и нет.

-Ты умираешь от любви, Миналин, - сухо рассмеялся Нефрит, невольно выплескивая вино из бокала в порыве чувств, - и говоришь, что ее нет? Ты сохнешь от сознания своей беспомощности и одиночества. Ты лжешь. Ты прикрываешь свою слабость холодностью и словами, а сама… умираешь. А если я сделаю так, что ты скажешь? – он, резко отбросив бокал, обхватил ладонями ее лицо и впился в грубоватом поцелуе.

В первые секунды она ничего не понимала, совершенно сбитая с толку его поведением, но когда до сознания все-таки дошло, что происходит, то изо всех сил забила кулачками в грудь лорда и, вырвавшись, отпрянула от него.

-Что… ты… да как? – изумленный шепот срывался с ее губ, отказываясь превращаться в четкие мысли.

-Вот видишь, Лин, есть любовь, и она – в тебе. Ее столько, что даже поцелуй унижает и жжет тебя. Для тебя не существует чужих губ, только его, что бы ты ни говорила.

-Ты врешь! – на ее глазах выступили злые, отчаянные слезы. – Ничего нет , - девушка кинулась к изумленному лорду на шею, чтобы доказать, что все ложь, что в ней – пустота и ненависть, а сама невольно повисла на его руках, давясь рыданиями. – Нет, нет, нет…

-Тихо, - шепнул Нефрит, качая ее на коленях, как маленького ребенка. – Тихо…

Эпизод 6

Если хочешь идти – иди,
Если хочешь забыть – забудь,
Только знай, что в конце пути
Никого уже не вернуть. (с)


-Тихо, - Нефрит обнял его – его! - жену и принялся успокаивать. – Тихо…

По губам Кунсайта прошлась змеиная усмешка, больше напоминающая судороги. Кажется, он понял. Он все понял. Только почему так поздно? Почему небо заставило его мучиться целый год, прежде чем правда вышла наружу? И совсем непонятно, что лучше – жить в неведении или знать эту самую правду…

-Я вам не мешаю? – как бы ни было больно, притворяться, что ничего не происходит, больше нет сил; его голос бесстрастен и сух.
Нефрит и Миналин испуганно обернулись.

-Хотя, кажется, я как-то опоздал с претензиями, - лорд в по-шутовски серьезном поклоне встал перед женой и другом. – А что же ты плачешь, дорогая? – елейным тоном спросил ледяной лорд у заплаканной Миналин, отскочившей от Нефрита. – Жаль с любимым прощаться?

-Кунсайт, - Нефрит поднялся со скамьи и загородил собой девушку. – Ты…

-Молчать, - бросил лорд совершенно бесстрастно, а от этого еще страшнее. – Ты умер для меня. Катись на все четыре стороны, не бойся, любимая скоро тебя догонит.

-Если только ты… - свирепо начал звездный лорд, но Кунсайт перебил его:

-У меня еще есть честь и гордость, чтобы не поднять руку на женщину, но для начала мне нужно дать ей вольную.

-Честь? – голос Миналин почти неслышно раздался из-за спины Нефрита, но прозвучал удивительно хлестко. – У тебя нет чести, Кунсайт, а ты смеешь затрагивать мою? – она вышла навстречу мужу, совершенно его не боясь. Пусть делает, что хочет, пусть хоть забьет ее до смерти, но она скажет свое слово. – Ты продал свою честь за гроши, когда оставил беременную женщину с еще не родившимся ребенком, - Миналин видела, как белеет лицо мужа и еще больше убеждалась в своей правоте. – Я молчу про свои обиды, про то, как была обманута влюбленная шестнадцатилетняя девочка, мечтающая о счастье. Ты говоришь мне про честь… А что ты скажешь мне про девиц, которые ночевали у тебя, а потом смеялись мне в лицо, совершенно не стыдясь? Ты даже не представляешь, в какое ничтожество я превратилась, лживое, забитое и безмолвное. Но я хотя бы могу поклясться, что моя честь при мне.

-Откуда?.. – только и выдохнул он, становясь совершенно беззащитным перед правдой, которую утаивали слишком долго, чтобы говорить о ней без боли.

Бастионы из холода и отчаяния рушились, осыпая все вокруг грязной, душной пылью, провонявшей сыростью и ложью. Тот идеальный ледяной замок, который видели окружающие, рассыпался жалкой лачугой. Всё.

-В тот вечер я пошла в сад, чтобы хоть чуть-чуть побыть с тобой наедине, хоть чуть-чуть дольше послушать твой голос. И я впервые услышала тебя. Тебя настоящего, - Миналин казалось, что рушится все, и их жизни уже не спасти, ее слова – лишь звук, опоздавший на год. Но она говорила. Довольно жить так. – И все к чертям полетело, Кунсайт, меня не стало. Нас не стало. И все, что было до и после – не любовь, а просто болезнь.

Нефрит, бессмысленно стоящий в стороне, ушел незамеченным. Наверное, это его судьба – уходить оттуда, где он нужен, чтобы и дальше скитаться в своем одиночестве.

-И ради этой болезни я отказался от всего, - в его голосе не было ничего, кроме горечи. – Вот так вот, Миналин. Я думал, что расчищаю нам дорогу к новой жизни, к будущему, а сам мостил дорогу сюда, - он обвел рукой венерианский парк, криво усмехнувшись. – Я думал, что поступаю правильно, отгорождаю тебя от своих проблем. А оказывается, я не думал вовсе. Или думал только о себе, чтобы мне крепче и спокойнее спалось. Не знаю, как я докатился до того, что ни разу не видел своего ребенка, а моя жена целуется с моим другом. В любом случае, мы не поняли друг друга. Мы чужие, и если сейчас останемся рядом, то так будет всегда.

-До свидания, Кунсайт, мы встретимся, - тихо прошептала девушка, глотая слезы.

Кунсайт только вздохнул:

-Ты уверена?

-На нас клеймо, - просто ответила она.

Эпилог

Мое море, прошу, не выплюни меня на берег
Во время очередной бури твоих истерик…
(«Мое море»)


Косые лучи касались его обветренного лица и личика маленького мальчика с темными мягкими волосами и карими серьезными глазками. Кажется, Кунсайт не был на Венере целую вечность, а на самом деле всего лишь год. Он уже успел позабыть, какой здесь терпкий воздух весной, как бескрайни эти степи, а дома, сделанные из белого камня, тропкой бегут ко дворцу, где живет она.

Он не знал, чего ждет от этой встречи, и успела ли Миналин понять, нужен ли он ей, и готова ли она верить ему, но чувствовал: вернуться или сейчас, или никогда. Практически год отшельнической жизни в маленьком домике покойной вдовы Белл сент Кале, наверное, научил его очень многому, и если Миналин оттолкнет его и теперь, он не умрет и вряд ли впадет в отчаяние. Да, его жизнь так и останется половинной, и клеймо будет по-прежнему жечь ночами, но у него есть стимул жить. Маленький кареглазый стимул, так похожий на мать.

Кунсайта спокойно пустили во дворец и до покоев королевы Миналин. Он шел спокойно и твердо, но перед самой дверью дрогнул… и испугался. Чего-то. Однако малыш, цепко держащий отца за руку, не пожелал стоять долго и постучал маленьким кулачком о деревянную резную дверь.

-Войдите, - послышался за ней самый родной голос, и Кунсайт толкнул дверь.

Она, видимо, сидела над какой-то вышивкой. ЕЕ точеный профиль, нечеткий в лучах солнца, размывался и плыл перед глазами лорда, словно призрак из его снов, и мужчина только краешком сознания понимал, что перед ним – живая девушка. Вот «призрак» поднялся с софы и с молчаливым изумлением смотрит на неожиданного гостя.
Они глядели друг другу в глаза и каждой клеточкой ощущали, сколько секунд прошло с того дня, как в последний раз виделись, сколько прошло бессонных ночей и тягучих будней только ради этого утра. Только ради этой встречи и этого правдивого, откровенного молчания. Этого прощения. Этой любви…

-Папа, папа, - малыш нетерпеливо дернул отца за руку, с интересом поглядывая на женщину. – А кто эта тетя?

-Познакомься, Кай, - мужчина поднял ребенка на руки, не отрывая взгляда от жены. – Это наша мама.

***
За парковой зарослью дворца Венеры, когда особенно светят утренние лучи, но роса еще маленькими капельками горит на траве, вы можете увидеть необычную картину: высокого светловолосого мужчину, молодую женщину и маленького мальчика лет восьми со своей младшей сестренкой, встречающих рассвет. Рассвет нового дня и новой жизни.

Нефрит был прав.

@темы: Мои фанфики

00:53 

Возвращение блудного "попугая"

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Экзамены позади, впереди - 2 месяца отдыха. И 2 месяца творческого труда! Обещаю порадовать своих читателей продолжением!

18:46 

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
В последнее время у меня было охлаждение ко всякому творчеству. Мне уже не хотелось дышать своими персонажами, видеть их во снах, заходить на ФБ каждый день в надежде, что кто-то отправит весточку - рассказ не забыт, нет, я жду продолжения, автор! Я изредка появлялась на сайте (сама даже не знаю, зачем), пролистывала список работ и со странным беспокойством понимала - это все не то. Нет, то, конечно. Все мое, родное, вывернутое из глубин переживай души. Но будто бы из прошлого. Будто бы хочется чего-то еще... того, к чему я не прикасалась, не пробовала. Я горжусь всем, что я написала, горжусь просто для себя. Однако же... это как будто лишь малое, чего я хочу от творчества и жизни.
Знаете? Я мечтаю написать свою антиутопию. Нет, я не мечу в Замятины, в Брэдбери. Хочу остаться той же Катей Магической и раскрыть то, как поменялась я, мое представление о мире и людях, как развенчивались мои собственные мифы о настоящем счастье, вечной жизни и нерушимой любви, как это все менялось во мне. Но уже не через известных персонажей (Ами, Минако, Зойсайта), а через собственных - таких же молодых людей, как я и вы (скорее всего).
Теперь я ищу себя. Так что простите меня за мою холодность. Или, скорее, отстраненность. Я думаю, это пройдет, когда я пойму себя, куда мне плыть и к чему стремиться.
Мир СМ не покинет меня, нет, останется рядом. И, надеюсь, я еще напишу по нему не одну и не два работы.
Спасибо за бесконечное терпение тех, кто ждет от меня хоть чего-нибудь.
Спасибо за молчаливое понимание. Или молчаливое равнодушие,
Я обязательно вернусь. Какая-нибудь.

00:58 

Практически идеальная Миливия

Хочешь изменить мир? Начни с себя!

16:55 

Демонически обаятельные лорды

Хочешь изменить мир? Начни с себя!




16:50 

Фанфик "Маленькое королевство больших сердец" Глава 8. В процессе

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Глава 8. После бала (комната Джедайта)
- Нет, это правда было весело, - не переставал щебетать Зойсайт, единственный из юношей, расположившихся в полутемной комнате Джеда, которая была негласно признана самой уютной. - Я танцевал до упаду и не пропустил ни одного танца. Хоть какая-то отдушина после скучнейших военных занятий! И перестань смотреть на меня так, Кунсайт! - уже недовольно закончил он.

Кунсайт не ответил, но гневного холодного взгляда не отвел, и Неф всерьез стал опасаться, что тот что-нибудь да учудит. Нервы у Куна железные, но и они иногда сбои дают.

- Зой, ты бы помолчал, что ли, - заметил Эндимион, разлегшийся в кресле перед камином. - Сам ведь нарываешься на разборки. Уж не знаю, что там произошло...

- Абсолютно ничего, что бы вас касалось, - гордо вздернул веснушчатый нос лорд огня с видом полнейшей независимости. - И в частности - Кунсайта.

- Поподробнее, пожалуйста, - усмехнулся Нефрит, откидывая рубашку в сторону. Слава небу, больше не нужно носить душный китель и сапоги!

- Не лучшее время все это обсуждать, - подал голос Джед, садясь на широкий подоконник. - Чую знатную трепку.

- Отчего же! Пусть похвастается своими успехами, - скривил губы Кунсайт, и голос его был до мурашек ровным, как и льдинистый взгляд. - Опозорил нас перед всеми. Моя бы воля - я бы вышвырнул тебя из замка, как щенка.

Нефрит взволнованно заерзал и перекинулся взглядом с Эндом и Джедом; Зойсайт так и вовсе побурел:

- Что? - тоненько и возмущенно пискнул он, готовый, кажется, биться до последнего из всех воробьиных сил.

- Что слышал, - отрезал Кун. - Мало тебя гоняют.

- Так, все, - замахал руками вконец смутившийся принц, - что такого чудовищного он совершил?! Не иначе как разболтал государственную тайну или продал свой титул за бесценок!

- Хуже. Он подставил всех нас, осмеял. Мозгов у тебя, Зойсайт, как у ребенка, - все так же ровно выплюнул Кунсайт, и Зой вскочил с кровати. Его худое лицо резко побледнело, глаза наполнились ужасом. Никто и опомниться не успел, как он выскочил из комнаты, оставив после себя сноп искр.

- Ну, Кунсайт, - с досадой прорычал Нефрит, - думай, что говоришь, - и выбежал за другом, как был, без рубашки.

- Объяснись, - сурово практически приказал Энд, глядя на хлопнувшие двери.

- У мальчишки никакого воспитания и чувства такта, - взвился лорд льда и заметался по комнате, - он без умолку болтает, глотает бокалами вино, травит неприличные шутки и зажимает по углам Миливию у всех на виду! Мои слова просто проходят мимо ушей, а больше на него, как известно, никто воздействовать не может. Я всегда думал, что леди Миливия - девица разумная, но и она потакает этому маленькому капризному мерзавцу, порочащему наш титул! Не знаю, как вам, но мне он испортил весь праздник. А ведь это был день совершеннолетия Миналин! - закончил Кунсайт с еще большим жаром.

- Не слишком ли ты суров, Кун? - с сомнением пожал плечами Джедайт. - Ты же знаешь, Зойсайт всегда таким был - без царя в голове. Что чувствует, то и порет на общее обозрение.

- И при этом умудряется быть всеобщим любимчиком, - подхватил Энд. - Трепка ему не помешает, согласен. Рамки надо иметь. Но ты перегнул, безусловно.

- И в чем же? - саркастично улыбнулся Кунсайт.

- Во всем, Кун, во всем. Да, Зой болтает, но его острый язык собирает вокруг него целую толпу заинтересованных зрителей. Да, он несколько налегает на вино. Но никогда я не видел, чтобы он находился в свинском состоянии. Да, он остряк и умеет пошутить за гранью. У него всегда это получается непосредственно и не пошло. А Миливия и вовсе его невеста, которую он не видит большую часть года.

- Ты его так мило обелил, дорогой мой Джедайт, - холодно бросил Кунсайт. - Прямо мальчик-одуванчик получился. Все смотрят на него сквозь розовые очки. А он всего лишь маленький невоспитанных юнец, который вот-вот превратится в пустоголового и праздного мужчину.

- Вспомни, Кун, ты говоришь про своего брата! - пораженно и сурово воскликнул принц. - Про человека, которого учил держать меч и смотреть в лицо опасности! Ты его главный авторитет!

- Авторитет? - покачал головой Кунсайт. - Был бы авторитетом, он бы хоть чуть-чуть прислушивался к моему мнению. А для него не важно ничто, кроме собственных прихотей.

- Ты знаешь, что это не так, знаешь. И вообще - такой праздник испортился... - вздохнул Джедайт. - Кажется, я даже чуть-чуть соскучился по балам.

- Скорее, по марсианке своей ненаглядной, - фыркнул Эндимион, за что получил внимательный осуждающий взгляд:

- Страшись, Энд, сказанного слова...

Энд от души показал ему язык и отвернулся. Двери в комнату снова открылись, и в центр прошел Нефрит, буквально волочащий Зойсайта за ворот шелковой рубашки. Зой не сопротивлялся, но в сторону Кунсайта не смотрел принципиально.

- А ты соврал, Кун, что его мало гоняют, - Нефрит снова уселся, - он бегает как черт! Я бы ни за что его не поймал, если бы не магия. Шикарное завершение вечера, ничего не скажешь! - несмотря на явный сарказм, лорд звезд улыбался. - И девушка в далекое плавание отправила, и нос себе чуть не разбил, гоняясь за Зойем.

- Не все же у нас такие везунчики в любви, - презрительно фыркнул Кунсайт.

- Кто бы рычал, - вскинулся Зой со своего места, исподлобья глядя на старшего товарища. - Сам себя вел, как бревно неотесанное. Миналин чуть не плакала от обиды.

Кунсайт только поджал губы.

Разошлись через полчаса. Нефрит, Эндимион и Джед - подшучивая друг над другом, Зойсайт выскочил первым, а Кун ушел в полном молчании.

В его душе бушевала тревога и... вина? Не перед капризным мальчишкой, конечно. Он свою трепку заслуженно получил. Ему такая вот встряска не помешает. А вот принцессу и правда жалко. Его промах. Сам-то чем лучше?

Подумав, Кун вспомнил цветы, которые когда-то видел у королевы Венеры в волосах. Желтые розы. Прекрасные, яркие, хрупкие. Как Миналин. Почему бы не сделать хоть какую-то попытку все исправить?

Через несколько секунд в его руках материализовался горшочек с маленьким, тщедушным цветком. Да, слабовато. А может, так лучше? Ведь и Лин только-только распускается, как этот бутон.

Вздохнув, юноша направился к себе. Осталось лишь отправить подарок по назначению...

@темы: Мои фанфики

18:29 

Видение. Ами и Зойсайт

Хочешь изменить мир? Начни с себя!










23:33 

Фанфик "Ершистый нянь" (4) в процессе

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Два пса, предатель и проныра
- Черт! - выругался Драко, едва осознал, что девчонка утащила его записи, в которых подробно описывался Скраутер и все сведения о нем. - Убью мелкую пакость!

Юноша тут же вскочил и побежал наверх, куда пустилась со всех ног Грейнджер, но тут же вспомнил, насколько велик и ветвист его замок, и тихо застонал. Малфой Менор - это тебе не маггловская квартирка на окраине Лондона, это - родовой дворец, и Драко прекрасно осознавал, что не знает и половины его секретов. А вот девчонка уже достаточно слонялась по коридорам и закоулкам, чтобы выведать такие тонкости, о которых мог догадываться лишь...

- Цицерон!

Кот едва ли не свалился на него с потолка, распушив хвост, и тут же выжидательно сел с меланхоличным видом прямо посреди длинного коридора, убегающего вперед.

- Цицерон, ты знаешь, куда могла деться Гермиона? - что-то подсказывало слизеринцу, что кот сдружился с гриффиндоркой и много что знает. Но вот его совершенно равнодушный вид как будто бы говорил об обратном.

- Не имею ни малейшего понятия, - кот меланхолично уставился на коготки правой лапки, словно на них облупился лак.

- Ну так найди ее! - заявил слизеринец. - Эта мерзавка утащила мои записи.

- Я не домовик, чтобы мне приказывали, неблагодарное ты чудовище, - заявил кот и неожиданно уменьшился до размера спичечного коробка. - Надеюсь, маленькая мисс тебя сделает! - и провалился в пол.

- Вот зараза! - психанул от души Драко. Ну, и что ему теперь делать?!

"Бог мой! - изумился он своей глупости. - Волшебник я или кто?!"

Драко взмахнул палочкой, и на полу появились маленькие следы, словно разукрашенные фосфорической краской. Они убегали куда-то вперед, и Малфой улыбнулся: теперь найти проныру Грейнджер не составляет никакого труда. Слизеринец прибавил шагу.

Оказывается, девчонка действительно выведала немало тайн дворца. Драко то и дело натыкался на неожиданные проходы и лазы, которые, кажется, вовсе не кончались. То поверни голову статуи, то снизу подлезь, то нащупай определенное место в стене. Но девчонка что-то уж слишком развольничалась, и Малфой сам себя не простил бы, если б сейчас сдался и стал ждать, когда Грейнджер сама выйдет из своего укрытия.

К огромному удивлению Драко, он оказался... в его собственной спальне. Все эти немыслимые проходы и механизмы вели все-навсего в его же комнату, до которой он мог добраться за считанные секунды. Гермиона нагло сидела на его кровати и играла с Цицероном, развалившимся на подушке. Когда Драко распахнул дверь, девчонка взвизгнула, а кот спрятался за ее спину.

- Ах ты, маленькая заноза! По-моему, ты перешла все границы. А ну отдай мои бумаги! - Драко подлетел к кровати и рывком вырвал из-под Гермионы порядком измятые записи. - Думаю, хорошее наказание тебе не повредит.

Гермиона молчала. Она раскраснелась от досады и упрямства и сычом смотрела на своего няня.

- Пару часиков в одиночестве - самое то, - Драко злорадно улыбнулся. - Джина! Запри девчонку в Круглом саду!

- Вот еще! - фыркнула Гермиона, но с кровати спрыгнуть не успела.

Эльфийка тут же возникла из ниоткуда и отвесила поклон. Печально и сочувствующе вздохнув, она взяла чуть не плачущую Гермиону за руку.

***

- Уже почти темно, сэр, - проквакала Джина, неотступно, на свой страх и риск, появляясь перед Драко каждые полчаса. Настенные часы перевалили за семь. - Девочка совсем одна, пусть идет к себе.

- Нет, - упрямился Малфой. - Она совершенно несносна. Наказание ей не повредит.

Драко пытался сосредоточиться на письме, которое писал Скраутеру. Нужно сделать так, чтобы он явился в Малфой-Менор, и Гарри с Роном перехватили его. Чтобы Поттер с Уизли ему не мешали своими расспросами, Драко направил их в библиотеку, вдруг что выйдет, а сам углубился в написание, но слова получились фальшивыми и неубедительными. Скраутер в жизни не поверит, что Малфой, например, может пригласить его на ужин или попросить прощения за едкие слова. А вот попросить о помощи... Притвориться...

"Никогда бы в жизни я не обратился к тебе. И ни к кому другому. Мне противно от одной мысли, что я могу это сделать. И, тем не менее, я это делаю..."

Драко даже попытался представить, что это все происходит в самом деле. Он загнан, в отчаянии, его вот-вот растопчут. И он делает последний рывок - просит о помощи того, кого не так давно жестоко оскорбил...

"Естественно, я за все заплачу. Я и без того в жалком положении, чтобы просто побираться. Я не прошу дружбы или понимания, а всего-навсего укрытия..."

Он наживает себе смертельных врагов, танцует на самом лезвии ножа, вне которого - пропасть. Его уничтожат, и помощи будет ждать не от кого. Гарри и Рон кинут его в тот же момент, как выжмут все, что возможно. Малфой понимал, что, копая яму Скраутеру, готовит могилу себе. Теперь надеяться на спокойное существование не имеет смысла.

"Последнее, о чем я тебя прошу (а я уверен, что никогда больше не замараю себя подобным унижением), так это прибыть в Малфой-Менор послезавтра, в шесть часов. Я буду уже готов".

Драко поставил подпись и открыл окно в кабинете отца. Пахнуло прохладой. Тут же подлетел белоснежный филин, и Драко подвязал письмо к его лапке. Взмах крыла, и птица скрылась.

И что он наделал? Подготовил настоящую облаву! Завел механизм бомбы, который взорвется совсем рядом с ним и вряд ли его не коснется. Если Скраутер клюнет, то наверняка угодит в лапы Уизли и Поттера, которых даже травить не надо, чтобы они разодрали бывшего Пожирателя без суда и следствия. Однако и навлечет на них неминуемую беду: остальные Преследователи вряд ли оставят без внимания пропажу одного из своих главарей. Что за сумасшествие?

Драко стоял неподвижно, нахмурив белесые брови, и смотрел на последние краски кровавого заката. Пропасть совсем близко, он чуял это. Открывается настоящая негласная война, тайн и загадок в которой куда больше, чем ясных деталей. Границы врагов и соплеменников окончательно стерты. И Малфой снова между всеми, снова в пропасти. И вряд ли хоть кто-то вытащит его на землю.

С той секунды, как филин скрылся во тьме, их жизни грозит неминуемая, страшная опасность. А это значит, что...

- Господин, господин! - громкий хлопок, и в кабинете оказалась Джина, прерывая недобрые размышления Драко.

- Что? - бросил он, не радуясь, что его думы были бесцеремонно оборваны.

- Маленькая ми-ми-мисс... - пролепетала эльфиха, чуть не плача. - Пропала.

Перекрестье лжи
Сначала Драко даже не понял, о чем мямлит Джина. Ручонки эльфихи тряслись, как и старчески сморщенные губы, огромные глаза налились слезами.

- Что? - медленно и громко спросил Малфой, смотря на домовика сверху вниз.

- Мисс... Маленькая мисс пропала, - голос эльфихи сорвался, и она зарыдала. - Она была в саду, господин, Джина клянется своими ушами. Я приносила ей печенье и молоко на закате, но теперь... Джина обыскала все, все! Но мисс пропала!

- А ну прекрати слезы! - рявкнул Драко, покрываясь холодным потом. "Только этого не хватало", - пронеслось в его голове.

Хлопок, и он тут же трансгрессировал в Круглый сад. Это была довольно большая территория на заднем дворе Малфой-Менора, засаженная розами и стрижеными кустами. Сад как сад. Только вот с небольшим секретом: по круглому периметру росла стена живого плюща, не выпускавшего никого, оказавшегося в нем, и ликвидирующего любое волшебство слежения. Оттуда есть лишь один ход, о котором знал лишь хозяин замка - Малфой. Но как же, черт возьми, смогла улизнуть Грейнджер? Или ей помогли? Уизли и Поттер снимут с него голову, если узнают, что их подружка пропала. Или Драко сам копыта откинет, коль с Гермионой разделаются. Как-никак их связывает Непреложный обет. А это значит...

- Цицерон! Цицерон, мать твою! - заорал Драко, перебегая от одного куста к другому и заглядывая под каждый. Заклинание не показало присутствия другого живого существа, кроме слизеринца, но он с остервенением метался по саду.

- Др-драко? - взлохмаченный рыжий кот выскользнул откуда-то из розария. Кажется, вопиющая грубость хозяина немало его ошеломила. - Что?..

- Гермиона. Пропала! - выдохнул Малфой. - Не придуривайся, говори...

- Клянусь усами бабушки, - проквакал кот. - Я и сам... Гермиона... я понятия не имею! Надо срочно ее найти! Она же маленькая! И может испугаться.

- Испугаться? - прорычал Драко. - Меня это волнует меньше всего! На эту бедовую девчонку точат зуб Преследователи, а моя жизнь связана с ее... Я сдохну вместе с ней! И еще - если хоть один волосок упадет с ее головы, с меня шкуру сдерут.

- Да хватит уже думать только о себе! - психанул кот, шныряя вслед за Драко. - Она ребенок! Ребенок, который оказался вне своего привычного мира, а теперь еще и потерялся неизвестно где!

- Откуда?..

- Я что, тупой? Я побольше тебя знаю, остолоп, - с достоинством фыркнул Цицерон. - И я знаю, что никакая она не девочка, а уже взрослая девушка. И знаю, что в нее прилетело заклятье. И то, что ты пожалел ее.

- Заткнись уже, - буркнул Малфой, останавливаясь. Всё. Нет смысла искать. Ее тут нет.

- И знаю, что кроме нее, надоедливой и, конечно, лишней, у тебя никого нет! - упрямо продолжил кот. - Вот никого, никогошеньки, кто бы смотрел на тебя без предубеждения, кто бы старался заботиться о тебе, кто бы безоговорочно тебе верил. Какая бы она не была, она доверяет тебе, да! И в эту самую минуту, если она попала в беду, ждет именно тебя, а не кого-то другого. Тебя! Малфой, очнись! Кто бы ждал тебя, кроме нее?!

Драко продолжал молчать. Он знал, что Цицерон говорит неприглядную правду, и Драко конченный эгоист, но не понимал, что с этим делать. Куда бежать, где искать? Вот-вот прибудут Гарри и Рон, и Малфой точно понимал, что не сможет признаться. А ведь девчонка действительно может оказаться в неприятности.

- Что стоишь, дубина, - зашипел Цицерон, ощетинившись. - Иди и встречай гостей, я пока поищу. Ври, как можешь, не смей говорить. Ваш план должен сработать, ясно? Пусть они будут уверены в этом на сто процентов! Скажи, что девочка крепко спит, понял? Ты слышишь?!

- Слышу, - устало выдохнул Драко, готовясь трансгрессировать. - Но знаешь? Это будет самое сложное вранье в моей жизни.

Кот ничего не ответил. Вильнув хвостом, он снова исчез в кусте роз.

***

Драко трансгрессировал. Зря он назначил эту встречу, ой зря. Решил перестраховаться, а сам себя подставил. Юноша с трудом постарался успокоиться, но получалось плохо. Наконец, ровно в восемь камин серой залы вспыхнул зеленым огнем, и на ковер вышли Гарри и Рон. Оба были потрепанными, уставшими и осунувшимися, но явно не настроенными уступать. Оба кивнули Драко, но руки не протянули, оставшись стоять у камина. Да Малфой и не ждал.

- Малфой, у тебя пять минут, у нас ночное дежурство, - хмуро сказал Рон, стряхивая пепел с черной мантии прямо на пол. - Ты отправил письмо?

- Да. Уверен, что послезавтра в шесть Скраутер будет тут.

- Ну и мы с ребятками - соответственно, - криво усмехнулся Гарри. - Завтра покажешь пару мест, где можно забазироваться.

- Кстати, как Гермиона? - Рон заискивающе осмотрелся, словно девочка спряталась от него и вот-вот выскочит откуда-то из-за угла.

- Она уже спит, я уложил ее, чтобы не слышала чего лишнего, - невозмутимо пожал плечами Драко, чувствуя, как с его слов течет тягучая ложь, но Гарри и Рон кивнули, не понимая этого. Верят. Собственно, почему бы и нет? - Думаю, нужно будет усилить защиту. Теперь здесь совсем небезопасно.

- Гермиону можно отправить к Молли, - рассудил Гарри и с каким-то подозрением глянул на Малфоя.

- Если бы я хотел ее сдать Преследователям, то сделал бы это уже давно, - процедил блондин. - Так что хватит на меня смотреть так. Если хотите, чтобы все прошло гладко, вы должны мне поверить.

С полминуты Гарри едко смотрел на слизеринца и лишь потом устало вздохнул.

- Вы все решили? - недовольно спросил Рон, прерывая тишину. - А теперь вот что. Мы прибудем незадолго до появления Скраутера, чтобы оставить как можно меньше магических следов. Окружим залу с разных точек. Гермионы с утра там не должно быть, это очевидно. Тебе, Малфой, отведена главная роль обманщика. Мы нападаем и, если что, защищаем твою жизнь. Всё, все основные моменты? Возражений не вижу, - с довольным видом закончил Уизли. - А теперь до завтра.

Когда оба гостя скрылись в камине, Драко вздохнул с облегчением. Но уже в следующую минуту вернулась прежняя тревога. Гермиона пропала. И он не знает, где ее искать. У него не больше суток. И, быть может, этого ничтожно мало.

Продолжение следует

@темы: Мои фанфики

22:29 

Хочешь изменить мир? Начни с себя!

22:08 

Вот такой вот неожиданный подарок мне преподнес читатель...

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Давно хотелось написать мнение об этом Авторе. Именно так, Авторе с большой буквы.

Уже долго ее читаю и, честно говоря, влюбилась в ее работы с самой первой строчки. Все они очень тонкие, прочувствованные. Такое ощущение, будто Автор сама проживает все то, что пишет. И хотя есть одна оговорка: работы у нее по Сейлор Мун. Но, сказать по правде, больше они воспринимаются, как ориджиналы, причем очень качественные. В ее историях все логично, все обоснованно, и вместе с тем она затрагивает вопросы смелости и малодушия, прощения и ненависти, взросления и любви. В ее работы всегда погружаешься с головой, они захватывают и не отпускают до последней точки.

Спасибо вам, дорогая Magicheskaya, за ваше творчество! ficbook.net/authors/Magicheskaya

23:51 

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Иногда начинаю ловить себя на том, что недостает стимула писать. Нет, желание есть по-прежнему, идей хоть отбавляй, но вот стимула... Нет. Потому что иногда совершенно не чувствуется, что это кому-нибудь, кроме меня и нескольких человек, надо. Вот и думаю: то ли я перестала вызывать у читателя интерес как автор, то ли этот самый читатель обленился и обмельчал. Конечно, скидывать на других хорошо, удобно. Именно поэтому склоняюсь в сторону первого аргумента. И не знаю, как быть: бросать не хочется (даже на время), писать (зачастую) - тоже. Просто я тоже человек, и иногда становится очень обидно: выложишь всю душу, промучишься, ища самые меткие слова, вывернешь наизнанку все чувства, а в ответ... тишина. Странная тишина. Были бы хоть отрицательные отзывы, пожелания, исправления. А тут - тишина. И сиди с этой тишиной, думай. И за этими мыслями порою вытесняется все, что хотелось превратить в рассказ или очередную главу.

Жаль, что читатель не понимает: пустота порождает пустоту. И хотя бы маленький отзыв может спасти многомесячную работу. Но покуда это остается странной, никем не скрытой "тайной", я буду об этом думать. И терять слова, затем идеи, затем... всё.

23:41 

Фанфик "Сумасшедшая" В ПРОЦЕССЕ (4)

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Иг­рушка
Зой­сайт вот уже не­делю не вы­ходил из до­ма, ста­ра­ясь за­рыть­ся в до­маш­ние проб­ле­мы и за­боты. Ули­ца, дет­ская пло­щад­ка, двор вни­зу пу­гали его, как пу­га­ют ма­лень­ко­го ре­бен­ка тем­но­та или оди­ночес­тво, и он го­тов был за­нимать­ся чем угод­но, лишь бы не вы­бирать­ся из квар­ти­ры Ами. Де­вуш­ка не тро­гала его и ни о чем не спра­шива­ла, лишь как-то стран­но вни­матель­но смот­ре­ла сво­ими боль­ши­ми от­кро­вен­ны­ми гла­зами, и на лбу ее по­яв­ля­лась тре­вож­ная скла­доч­ка, го­воря­щая о ча­сах раз­ду­мий. Ей то­же бы­ло страш­но. Страш­но ви­деть в нем та­кие пе­реме­ны, ви­деть его блед­ность, его тря­сущи­еся паль­цы, по­терян­ный взгляд. Ведь это она во всем ви­нова­та, да? Она сби­ла его с пу­ти, сде­лала его та­ким же из­го­ем, вы­соса­ла из не­го все си­лы. Но она ведь не хо­тела, не хо­тела! Она все­го лишь бо­ялась ос­тать­ся в оди­ночес­тве. Что же она на­дела­ла...

Нет, ни­кому Ами не смо­жет при­нес­ти счастья, ни­кому. На шее ма­мы ви­села яко­рем, а те­перь и на шее Зой­сай­та. Она та­щит его в са­мую глу­бину, в са­мую чер­но­ту неп­ро­ходи­мого бо­лота, пе­рек­ры­ва­ет ему ды­хание, за­лива­ет гор­ло и нос вяз­кой ти­ной. Его хит­рые, за­дирис­тые гла­за ста­новят­ся мут­ны­ми, мер­твы­ми, блед­ны­ми, а она без­душно та­щит его даль­ше! Как эго­ис­тично! Она при­вяза­ла его к се­бе! Он да­же не соп­ро­тив­ля­ет­ся, не пы­та­ет­ся выр­вать­ся и кам­нем идет ко дну. Гос­по­ди, что она нат­во­рила!

Ами тер­пе­ла не­делю. Жда­ла, жда­ла... жда­ла, ког­да же он все-та­ки оч­нется от сво­его страш­но­го сна, нач­нет вы­рывать­ся из ее смер­то­нос­ных объ­ятий, пос­пе­шит на по­вер­хность, но это­го не про­ис­хо­дило. Зой­сайт ос­та­вал­ся та­ким же бе­зучас­тным ко все­му, что про­ис­хо­дило вок­руг не­го, и Ами ре­шила, что са­ма вы­тол­кнет его на­ружу, как бы ни бы­ло боль­но. А боль­но бу­дет, обя­затель­но бу­дет, боль­но уже сей­час, ког­да она ду­ма­ет об этом. Но Зой­сайт не дол­жен по­гиб­нуть ря­дом с ней, нет! Он дол­жен жить ря­дом с людь­ми, ря­дом с рав­ны­ми ему, дол­жен ра­довать­ся, жить пол­но­цен­ной жизнью. А с ней он за­чах­нет. Раз­ве это спра­вед­ли­во? Ес­ли и есть в жиз­ни спра­вед­ли­вость, то она не поз­во­лит Ка­то про­пасть.

Ког­да Ами поз­ва­ла Зой­сай­та на обед, он что-то чи­нил в ван­ной. Точ­нее, по­чин­кой это мож­но бы­ло наз­вать с на­тяж­кой, по­тому что ру­ки пар­ня бы­ли все еще не­уме­лыми и не­лов­ки­ми, и то и де­ло слы­шалось его приг­лу­шен­ное чер­ты­хание. Грудь Ами сдав­ли­вало от стра­ха. Она с тру­дом на­лила суп и тря­сущи­мися ру­ками пос­та­вила пи­алу на стол, ожи­дая Ка­то. Вот бы зак­рыть гла­за и оч­нуть­ся ча­са че­рез два! Но нет, она са­ма дол­жна все раз­ру­шить. Зря она мо­рочи­ла се­бе го­лову тем, что ско­ро все из­ме­нит­ся. Ни­чего не бу­дет. Ни­кого не бу­дет. Ду­ра она все-та­ки, ду­ра.

Зой­сайт сел за стол и ут­кнул­ся в свою та­рел­ку; вид его был все та­ким же сос­ре­дото­чен­ным и зам­кну­тым, что де­вуш­ке по­дума­лось, что, быть мо­жет, он да­же ее не ус­лы­шит.

- Зой? - он под­нял гла­за, но в них нет ин­те­реса. Что та­кого осо­бен­но­го она мо­жет ему ска­зать?.. - Мне... я... - Ами за­мол­кла, не­щад­но те­ребя край цве­тас­то­го пе­ред­ни­ка. Жал­кая, ка­кая же она жал­кая! - Я дол­жна те­бе кое-что ска­зать, - спа­сибо, ну хоть ка­кая-то твер­дость в го­лосе.

Зой по­жимал пле­чами, и ры­жий хвост сос­каль­знул за спи­ну:

- Нуж­но что-то по до­му? - ли­цо глад­кое, ров­ное.

- Нет, - Ами зах­ва­тила гло­ток воз­ду­ха и на нес­коль­ко се­кунд за­дер­жи­ва­ет ды­хание. Ну же, ну же!.. - Ты дол­жен уй­ти.

Всё. Кон­че­но. Она ска­зала. Сер­дце, ка­жет­ся, сор­вется вниз.

- Что? - он был спо­ко­ен и чуть-чуть удив­лен.

- Я хо­чу, что­бы ты ушел, - из пос­ледних сил вы­дала она и ис­подлобья пос­мотре­ла в его гла­за, дер­жась ру­кой за край сто­ла. Уй­ди, уй­ди же!

- Сов­сем? - ос­то­рож­но уточ­нил он, не по­казы­вая ни гне­ва, ни ра­дос­ти. Та­кое ощу­щение, что они об­сужда­ют, пой­дет ли ве­чером дождь, и сто­ит ли ему на­деть обувь пок­репче или же ос­тать­ся в той, что есть.

- Сов­сем, - ти­хо-ти­хо.

Он за­чем-то ки­нул взгляд на прак­ти­чес­ки пол­ную та­рел­ку и лег­ко выс­каль­знул из-за сто­ла. Без лиш­них воп­ро­сов вы­шел из кух­ни, и Ами по­чему-то тенью сколь­зну­ла за ним, ста­ра­ясь заг­лу­шить от­ку­да-то взяв­ше­еся ры­дание. Ка­то взял свою кур­тку и неб­режно ски­нул та­поч­ки, пе­ре­обул­ся, не гля­дя на де­вуш­ку. Он де­лал это на ав­то­мате, не за­думы­ва­ясь, не ре­шая. Де­лал прос­то, и все. На­вер­ное, ему все рав­но, где жить - на ули­це или здесь. Се­кун­да, и он ушел, ос­тавляя пос­ле се­бя зве­нящую ти­шину.

Ами смот­ре­ла на дверь и не мог­ла от­вести взгля­да. Ей и страш­но, и ра­дос­тно. Она прак­ти­чес­ки уби­ла его в сво­ем пле­ну, но те­перь есть хоть ка­кая-то на­деж­да, что он смо­жет стать преж­ним. Нет, не о та­ком счастье она меч­та­ла, не та­кой це­ной. Она не мо­жет и даль­ше то­пить его. Не мо­жет...

***

Ка­кое-то вре­мя Зой­сайт шел бес­цель­но, без­думно, прос­то так. Его го­лова лег­кая, как воз­душный шар, и прак­ти­чес­ки та­кая же пус­тая. Он так ус­тал ко­пать­ся в се­бе и ду­мать, что сло­ва Ами не ка­жут­ся уди­витель­ны­ми, о них не хо­чет­ся раз­мышлять. Прог­на­ла. Ну и что же? Он вез­де лиш­ний, вез­де чу­жой, вез­де на па­ру дней. Как же ему на­до­ела эта глу­пость! Ну по­чему нель­зя, как рань­ше?! Байк и ско­рость - ре­шение всех проб­лем. По­чему не про­катит сей­час? Ведь не про­катит же, он зна­ет! И от это­го внут­ри по­яв­ля­ет­ся ка­кая-то уди­витель­ная, поч­ти не­уп­равля­емая оз­лоблен­ность, от ко­торой на­лива­ет­ся си­лой все те­ло, каж­дая мыш­ца.

- Как вы ме­ня дос­та­ли, - глу­хо, со злостью, с не­навистью к каж­до­му, кто идет ему навс­тре­чу. Стран­но, ни на что сил нет, а на гнев - хоть от­бавляй. - Не­нави­жу.

Всю ду­шу ему вы­мота­ли, всю жизнь раз­бомби­ли к чер­тям со­бачь­им. И всем де­ла до не­го нет. На­вели свои по­ряд­ки, а как ему даль­ше жить, ни­кому не­ин­те­рес­но. Все хо­рошие, один он пло­хим ос­тался. Швы­ря­ют, как щен­ка, из уг­ла в угол. Тва­ри.

- Да пош­ли они все... - Ка­то да­же не за­мечал, что го­ворит это вслух, и встреч­ные про­хожие с не­до­уме­ни­ем и ис­пу­гом гля­дят на не­го, спо­тыка­ют­ся о сви­репый взгляд и тут же при­бав­ля­ют хо­ду. Пле­вать он хо­тел на них. - Тва­ри.

Он прак­ти­чес­ки бе­жал по тро­ту­ару, не ла­вируя меж­ду про­хожи­ми, по­тому что те са­ми об­бе­гали его, слов­но бо­ясь при­кос­нуть­ся, и в его ду­ше все боль­ше и боль­ше рос­ла ре­шимость нав­сегда из­ба­вить­ся от прош­ло­го, втоп­тать его в грязь, как ког­да-то втоп­та­ли его са­мого. Ник­то ему не ну­жен, сам спра­вит­ся. Ни ро­дите­ли, ни Ма­ко с Неф­ри­том, ни эта ума­лишен­ная Ами.

- Зой­сайт, Зой­сайт! - кто-то от­ча­ян­но звал его из тол­пы, ка­сал­ся сво­им при­зывом ло­паток, шеи, до му­рашек, до оз­но­ба, но он не ос­та­нав­ли­вал­ся. - Зой­сайт!

Он пе­решел на бег, и го­лос ста­новил­ся ти­ше, но прон­зи­тель­нее.

- Зой­сайт!

Он бе­жал так, как не бе­жал ни­ког­да, сшиб ко­го-то с ног, но ле­тел даль­ше. Прочь, прочь! Пусть ос­та­вят его в по­кое!

- Зой­сайт! - го­лос сры­ва­ет­ся, ути­ха­ет, да­же не на­до боль­ше зак­ры­вать уши.

Он ос­та­навил­ся. Ды­шит. Вдох-вы­дох, вдох-вы­дох. Лю­ди мель­те­шат вок­руг. И го­лоса нет, ни­како­го го­лоса нет. Сов­сем. Он прис­нился, по­мере­щил­ся.

- Зой­сайт...

Кто-то тя­жело ды­шит ему в ухо, на­гиба­ет вниз го­лову, тро­га­ет его ли­цо, тя­нет гор­ло фут­болки, и нет да­же сил от­махнуть­ся от это­го на­зой­ли­вого го­лоса, не­ожи­дан­но та­кого ощу­тимо­го и ося­за­емо­го. Ос­тавь­те его уже в по­кое!

- Уй­ди! - пе­ред ним сно­ва Ами, сом­не­ний нет, но ему не хо­чет­ся ее ви­деть.

Пусть она ис­чезнет. Пусть. Или пусть ис­чезнет он, так да­же бу­дет луч­ше. По­чему у не­го ни­как не по­луча­ет­ся?

- Уй­ди! Уй­ди­те все!

Ами от­сту­па­ет, и Зой ви­дит ее сле­зы. Они бес­стыд­но бе­гут по рас­крас­невшим­ся ще­кам, и по­чему-то это да­вит на нер­вы, а не зас­тавля­ет жа­леть. Сколь­ко мож­но из­де­вать­ся над его чувс­тва­ми? Он же че­ловек! Сколь­ко мож­но им иг­рать?

- Прочь уй­ди, прочь! - стран­но, он то­же пла­чет! И как он не за­метил, что ли­цо его сы­рое от слез, слез, ко­торый не име­ют ни­чего об­ще­го со сле­зами Ами.

Его сле­зы жел­чные, горь­кие, злые, они ис­то­ча­ют яд и бес­по­мощ­ность. Муж­чи­ны не пла­чут, муж­чи­ны же не пла­чут!

- Что те­бе на­до?! Что вам всем от ме­ня на­до?! - орет Зой­сайт, и лю­ди вок­руг ша­раха­ют­ся еще ис­пу­ган­нее, ви­дя рас­тре­пан­но­го ры­жего пар­ня, раз­гне­ван­но­го и по-дет­ски нер­вно­го. Ами мол­ча ку­са­ет гу­бы, и пле­чи ее тря­сут­ся. - Уй­ди из мо­ей жиз­ни, по-хо­роше­му же про­шу...

За­чем она бе­жала за ним? Са­ма же выш­вырну­ла и по­бежа­ла? Где ло­гика этих гре­баных лю­дей, ко­торые его ок­ру­жа­ют?!

Вдруг Ами раз­верну­лась и поб­ре­ла прочь, от­ку­да приш­ла, и лю­ди тол­ка­ли ее пле­чами, слов­но не за­мечая, а Зой не­до­умен­но и из­ну­рен­но смот­рел, как уда­ля­ет­ся ее жал­кая щуп­лая фи­гур­ка в ста­ром бе­лом платье, по­верх ко­торо­го за­вязан пе­ред­ник. Она да­же не по­дума­ла его снять, ког­да по­бежа­ла за ним сле­дом. Вот чу­чело. Про­падет. И от этих мыс­лей горь­ко и от­че­го-то жаль. Се­бя или ее?

Не по­нимая, что де­ла­ет, Зой сор­вался со сво­его мес­та и в мгно­вение дог­нал ре­вущую в го­лос де­вуш­ку, гру­бо раз­вернул ее за пле­чо и встрях­нул, слов­но она ни­чего не ве­сила. Боль­но? Си­няки ос­та­нут­ся? Да ну и пусть! Зас­лу­жила!

- Толь­ко пос­мей... толь­ко пос­мей еще хоть раз... - бо­же, как же хо­чет­ся уда­рить ее, да, да, уда­рить, но он не мо­жет, и ру­ки та­кие сла­бые! - Толь­ко пос­мей, буд­то ко­тен­ка, выш­вырнуть... Слы­шала? Я че­ловек!

Она шум­но всхли­пыва­ла и раз­ма­зыва­ла ку­лач­ком по ли­цу сле­зы, не в си­лах от­ве­тить, и Зой­сай­ту за ру­ку приш­лось та­щить ее до­мой, слов­но на бук­си­ре. И хо­чет­ся боль­но-боль­но дер­нуть ее за ру­ку, слов­но не­навис­тную дев­чонку из до­ма по со­седс­тву, но не хва­та­ет злос­ти.

- Это - пос­ледняя кап­ля, яс­но? - не обо­рачи­ва­ясь к ней, от­ре­зал Зой­сайт, за­ходя в подъ­езд. - Наш­ли иг­рушку.

Глав­ный
- Пе­рес­тань уже ры­дать, пра­во сло­во, - Зой­сайт прак­ти­чес­ки раз­дра­жен­но снял кур­тку и пря­мо в бо­тин­ках про­шел на кух­ню; Ами по­кор­но пош­ла за ним сле­дом, всхли­пывая, буд­то ре­бенок. - Вот, по­пей во­ды, - он су­нул ей в ру­ки ста­кан, сто­ящий на сто­ле.

Ми­цуно по­кор­но при­жалась гу­бами к краю ста­кана и по­пыта­лась от­пить, и зу­бы ее звон­ко зак­ла­цали о стек­ло. Зой по­мор­щился.

- Сядь и ус­по­кой­ся, вы­пей во­ды, и не на­до смот­реть на ме­ня ще­нячь­ими гла­зами, - Зой поч­ти на­силь­но уса­дил ее на стул. - А по­том умой­ся и пе­ре­одень­ся. Ес­ли еще раз уви­жу те­бя в этом ста­рушечь­ем тряпье, чес­тное сло­во, побью.

Ами тря­сущи­мися ру­ками пос­та­вила во­ду на стол и ак­ку­рат­но взя­ла се­бя за кра­ешек бе­лого по­дола. Да, платье уже ста­рень­кое, но все-та­ки чис­тое и пог­ла­жен­ное. Раз­ве нет? И раз­ве мож­но бить вот так, за платье?..

- Что? - Ка­то, про­читав ее не­до­умен­ный и бес­по­мощ­ный взгляд, не­мило­сер­дно кив­нул. - Что­бы я боль­ше это­го не ви­дел. Яс­но? - мень­ше все­го ему хо­телось воз­вра­щать­ся к то­му, что про­изош­ло не так дав­но, и хоть ка­кая-то сме­на те­мы бы­ла как нель­зя кста­ти. Не хва­тало еще за­душев­ных раз­го­воров. Та­кого уни­жения он не вы­тер­пит.

- Хо­рошо, я пе­ре­оде­нусь, - де­вуш­ка, поч­ти ис­пу­ган­ная, по­кор­но вста­ла и уш­ла в свою ком­на­ту, а Зой­сайт обес­си­лен­но усел­ся на ее мес­то.

Пар­ши­во, до че­го же все на све­те пар­ши­во. Лад­но еще, ес­ли бы он один был, ос­то­лоп та­кой. Так нет! Чу­до еще это бес­по­мощ­ное ему на го­лову упа­ло. В се­бе бы ра­зоб­рать­ся, у­ехать от все­го прочь, най­ти свое мес­то, так нет же. Как те­перь ос­та­вишь это ди­тя ве­лико­воз­рас­тное? Зак­лю­ют, за­топ­чут в тол­пе. Тол­кнет кто-ни­будь, а она и на зем­лю грох­нется, соп­ли по ли­цу раз­ма­зывать ста­нет. И ник­то за нее не зас­ту­пит­ся.

- Так луч­ше? - роб­ко спро­сила Ами, встав пе­ред ним в длин­ном блед­но-зе­леном са­рафа­не, де­ла­ющем ее свет­лую ко­жу ка­кой-то бо­лез­ненной и нез­до­ровой. Чес­тно го­воря, ему все рав­но на ее внеш­ний вид, он к не­му при­вык. Но дев­чонку жал­ко.

- Нет, - за­явил Зой, и Ами вспых­ну­ла и по­пяти­лась, слов­но он тол­кнул ее; и как-то стыд­ли­во при­жала ру­ки к гру­ди, в том са­мом за­щит­ном жес­те, ко­торый не­воль­но де­лала, ког­да кто-то пы­тал­ся ее оби­деть. - Всё это те­бе со­вер­шенно не идет, - бо­лее мяг­ко про­дол­жил Зой­сайт, по­нимая, что, на­вер­ное, слег­ка пе­рег­нул пал­ку со сво­им су­ровым то­ном. Прос­ти­те, что не сю­сюка­ет­ся! - Ты ни­ког­да не ду­мала, что по­доб­ные ве­щи дав­но выш­ли из мо­ды?

- Из­ви­ни, я пе­ре­оде­нусь, - пис­кну­ла она и хо­тела выс­ко­чить из кух­ни, но па­рень за­дер­жал ее и уса­дил на стул, вновь под­нявшись.

- Я не хо­тел те­бя оби­деть, - чле­нораз­дель­но про­гово­рил Ка­то, ста­ра­ясь заг­ля­нуть де­вуш­ке в гла­за, но она то и де­ло их опус­ка­ла. - Прос­ти. Но те­бе и прав­да по­ра по­думать о се­бе.

- Я знаю, что я нек­ра­сивая, - про­лепе­тала Ми­цуно, и на ее ли­це по­яви­лась грус­тная по­лу­улыб­ка-по­луг­ри­мас­са вмес­то нах­му­рен­ных бро­вей и на­дутых губ.

- Нет, ко­неч­но, - рас­те­рял­ся Зой, отод­ви­га­ясь.

- Ты мо­жешь не врать, я это знаю.

- Гос­по­ди, да при­чем здесь это?! - вскри­чал Зой­сайт. - Я сов­сем не о том. Вот пос­мотри на се­бя. Это зе­леное ста­ромод­ное платье, эти бе­лые нос­ки. Ник­то та­кого сей­час не но­сит. Не но­сит, по­нима­ешь? И лад­но, ес­ли бы те­бе это шло, ведь и та­кое бы­ва­ет. Так нет. Ты, счи­тай, моя ро­вес­ни­ца, а пос­мотришь на те­бя со сто­роны и ска­жешь, что те­бе лет со­рок! Вот пос­мотри на ме­ня, - Зой сел пе­ред Ами на кор­точки, и де­вуш­ка с тру­дом не от­ве­ла влаж­но­го взгля­да, пол­но­го но­вых слез. - Вот пос­мотри, Ами, ты ведь неп­ло­хая де­вуш­ка, а ува­жать те­бя ну ни­как не по­луча­ет­ся.

- Это из-за мо­его внеш­не­го ви­да, да? - от­во­рачи­ва­ясь, дро­жащим го­лосом спро­сила Ами.

- И не на­до обо мне ду­мать, что я - все­го лишь бу­каш­ка и ме­ряю всех од­ной мер­кой. Ты уже не чу­жой мне че­ловек. Но есть то, что за­висит толь­ко от те­бя. Как бы грус­тно и ци­нич­но это не зву­чало, прак­ти­чес­ки ни­кому не ну­жен внут­ренний мир без со­от­ветс­тву­ющей внеш­ности. Я не имею вви­ду сей­час рост, цвет во­лос или еще что-то та­кое. Я го­ворю о люб­ви к се­бе. Ты се­бя сов­сем не лю­бишь, Ами. По­чему? По­чему ты се­бя не лю­бишь?

Тя­желая сле­за по­пол­зла по ее ще­ке к под­бо­род­ку, и Зой сжал ее дер­га­ющи­еся ла­дони ру­ками. Тем­ная чел­ка пол­ностью скры­ла ее гла­за, но па­рень знал, что они пол­ны бо­ли. И сам был не рад, что имен­но сей­час, на пи­ке сво­ей злос­ти и раз­дра­жения, взял­ся за этот де­ликат­ный раз­го­вор, тре­бу­ющий чут­кости и мяг­кости, а не су­рово­го при­гово­ра. Но ес­ли уж все пош­ло так, то он дол­жен до­вес­ти все до кон­ца.

- Ты бо­ишь­ся лю­дей, бо­ишь­ся... впус­тить ко­го-то в свою жизнь и бо­ишь­ся оди­ночес­тва. Это же все не прос­то так. Ска­жи... будь чес­тной, - его го­лос по­теп­лел.

- Ос­тавь ме­ня од­ну, по­жалуй­ста, - поч­ти спо­кой­но поп­ро­сила Ами, вста­вая. - Мне од­ной луч­ше и при­выч­нее. Я сей­час поп­ла­чу и пе­рес­та­ну. По­пей по­ка чай или вклю­чи те­леви­зор, - она скры­лась в сво­ей ком­на­те, но Зой не прож­дал и пя­ти ми­нут.

Нет, она дол­жна ска­зать сей­час. Выр­вать это из сер­дца, выс­ка­зать, выб­ро­сить на ве­тер, а не сно­ва зас­тавлять ныть и гно­ить­ся ста­рую, ко­неч­но же ста­рую, ра­ну. Он ре­шитель­но, не сту­чась, за­шел в ее ком­на­ту и уви­дел де­вуш­ку ле­жащей на кро­вати ли­цом к сте­не; пле­чи ее, нак­ры­тые си­ним пу­ховым плат­ком, су­дорож­но под­ра­гива­ли, ко­лени при­жаты к жи­воту.

- Не бе­ги от ме­ня, ты са­ма вер­ну­ла ме­ня в свою жизнь, - Зой­сайт сел на край ее кро­вати, но Ами не обер­ну­лась, а толь­ко на­тяну­ла пла­ток на го­лову, и в этом она сно­ва на­пом­ни­ла Ка­то ре­бен­ка. И от это­го ста­ло еще силь­нее жаль ее. - Вот за­чем ты это сде­лала? За­чем, ес­ли я тут сов­сем не ну­жен? - па­рень от­ки­нул­ся спи­ной на сте­ну и ос­та­новил взгляд на по­тол­ке. - Те­бе ведь я-то и не ну­жен, - бе­зэмо­ци­ональ­но рас­суждал он сам с со­бой. - Те­бе впол­не хва­та­ет собс­твен­ных меч­та­ний и раз­мышле­ний. Об­ще­ние... Что об­ще­ние? Ты сто­ронишь­ся лю­дей. Лю­бовь? Ее ты то­же не ждешь. При­вязан­ность? Быть мо­жет. Что ты хо­чешь от жиз­ни? За­чем она те­бе? Ты не ду­мала? - он ста­щил пла­ток с ее го­ловы и тут же стол­кнул­ся с вни­матель­ны­ми зап­ла­кан­ны­ми гла­зами. - Я пос­то­ян­но те­перь ду­маю об этом. Ку­да иду? За­чем? Я не ве­рю, что ты об этом не ду­ма­ешь.

- Я не мо­гу об этом ду­мать, не дол­жна, - глу­хо от­ве­тила Ами осип­шим го­лосом. - У та­кой, как я, нет бу­дуще­го. Ты го­воришь, что мне хва­та­ет меч­та­ний. А я и на них не ос­ме­люсь. По­тому что меч­ты не сбы­ва­ют­ся. По­тому что это са­мо­об­ман, - она по­мор­щи­лась и на се­кун­ду при­жала ла­донь к жи­воту. - И я не знаю, за­чем мне жизнь. Быть мо­жет, да­же луч­ше, есть ли бы ме­ня не бы­ло. Да, так всем бы­ло бы лег­че, - ее взгляд стал за­дум­чи­вым, от­сутс­тву­ющим и да­же пу­га­юще пус­тым. - Все бы бы­ло по-дру­гому.

- Всё?

- Да. Пред­став­ля­ешь? Моя ма­ма мог­ла бы вый­ти за­муж, а не хо­ронить се­бя за­живо, кля­ня за сла­бость к не­чес­тно­му муж­чи­не, вы­лив­шу­юся в бе­ремен­ность. И вмес­то ме­ня ро­дилась бы дру­гая де­воч­ка, на­вер­ное, ве­селая, кра­сивая, счас­тли­вая, - ее го­лос заз­ве­нел, - и ее бы очень лю­били. С ней бы иг­ра­ли во дво­ре де­ти, ее обо­жали бы од­ноклас­сни­ки. Она бы ра­дова­ла сво­их ро­дите­лей, да. Но по­яви­лась я и все ис­порти­ла, - ли­цо Ами по­сере­ло. - Как бы был, на­вер­ное, хо­рош мир без ме­ня! - она сно­ва пос­мотре­ла на Зойя и за­мол­ча­ла, ви­дя его разъ­ярен­ное, бе­лое от гне­ва ли­цо.

- За­мол­чи! - ряв­кнул он. - И не смей ни­ког­да та­кого го­ворить, по­няла?! Ду­ра, - он схва­тил ее за пле­чи и гру­бо встрях­нул, но Ами не по­пыта­лась выр­вать­ся или отс­тра­нить­ся; она про­дол­жа­ла бес­по­мощ­но смот­реть на не­го, буд­то бы из­ви­ня­ясь за то, что она та­кая - дос­той­ная его злос­ти, през­ре­ния, брез­гли­вос­ти. Да, ее мож­но толь­ко не­нави­деть, она не зас­лу­жила неж­ности и жа­лос­ти. Она - ошиб­ка при­роды. Она - жал­кое, ни­кому не нуж­ное соз­да­ние.

- Ну и ду­ра же ты, ду­ра, - Зой при­жал ее к се­бе и с си­лой наг­нул тем­но­воло­сую го­лову к пле­чу. - Ду­ра.

И не­понят­но, что де­лать с ней, как быть, как зас­та­вить по­кинуть приз­ра­ков прош­ло­го, страш­но­го прош­ло­го, рас­топтав­ше­го в ней прак­ти­чес­ки все, что так не­об­хо­димо каж­до­му че­лове­ку: ве­ру в бу­дущее, лю­бовь, счастье. Он, вы­ращен­ный на всем го­товом, единс­твен­ный и лю­бимый сын в семье, и по­нятия не имел, ка­ково жить и чувс­тво­вать се­бя веч­но ви­нова­тым... за собс­твен­ное по­яв­ле­ние на свет. И те­перь так по­нят­но ее су­мас­шедшее, от­ча­ян­ное же­лание хо­тя бы за­вес­ти ре­бен­ка, выр­вать единс­твен­ный луч све­та сре­ди пол­ней­шей ть­мы чу­жих, рав­но­душ­ных к ней лю­дей. Есть то, что ос­та­ет­ся с ре­бен­ком на всю жизнь, то, что от­кла­дыва­ет­ся не­зави­симо от же­лания. И чувс­тво оди­ночес­тва, стра­ха пе­ред людь­ми, их черс­твость и глу­хость не да­ют Ами по­коя по сей день. Она бе­жит за Зой­сай­том, ста­ра­ет­ся удер­жать его так, как уме­ет, и при этом бо­ит­ся из­му­чить сво­им при­сутс­тви­ем, как ког­да-то му­чила мать. Она не воз­не­нави­дела мир, но на­учи­лась не до­верять ему.

- Я тут, слы­шишь? Я с то­бой, - пы­тал­ся ус­по­ко­ить ее Зой­сайт, рас­ка­чива­ясь из сто­роны в сто­рону. Нель­зя да­вать ей ни­каких обе­щаний, ни­каких клятв, но и бро­сать - нель­зя. Он не лю­бит ее, и это да­же жаль. Ведь так бы­ло бы про­ще по­мочь ей. Но об­ман неп­ри­ем­лем. - Ты ме­ня слы­шишь, Ами?

Она ти­хонь­ко кив­ну­ла, об­мякшая в чу­жих лас­ко­вых ру­ках. Взгляд ее был ту­ман­ным, из глаз все рав­но бе­жали по-дет­ски горь­кие и круп­ные сле­зы, но пла­ча уже не бы­ло. Был зыб­кий, дро­жащий по­кой, зас­тавля­ющий сла­беть.

- С это­го дня обе­щай ме­ня во всем слу­шать­ся, яс­но? - ти­хо про­из­нес Зой, ре­шая что-то очень важ­ное и нуж­ное для се­бя и их дво­их. - Те­перь я тут глав­ный.

Ами не от­ве­тила. Она ни­как не от­ре­аги­рова­ла. Но все-та­ки сле­зы пос­те­пен­но пе­рес­та­ли бе­жать из глаз, и спазм бо­ли от­сту­пил. И это не­мало.

@темы: Мои фанфики

23:38 

Фанфик "Маленькое королевство больших сердец" Главы 7-8 В процессе

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Гла­ва 7. Плен
Ли­вия поч­ти не­нави­дела сво­его же­ниха. Она во­об­ще не лю­била че­рес­чур смаз­ли­вых и бла­гопо­луч­ных лю­дей, они вы­зыва­ли в ней чувс­тво през­ре­ния. А Неф­рит ма­ло то­го что был кра­сив, бо­гат и ро­довит, так еще и жут­кий ро­ман­тик и ще­голь. Бе­зуко­риз­ненный ки­тель, вы­сокие са­поги, си­яющие эпо­леты на лад­ной фи­гуре - всё в нем. Эта­кий по­родис­тый пес сре­ди двор­ня­жек. Да­же Кун­сайт, всег­да ак­ку­рат­ный и сдер­жанный, не соз­да­вал та­кого впе­чат­ле­ния в све­те, как его млад­ший то­варищ, по од­ной осан­ке ко­торо­го мож­но ска­зать, что он ис­тинный арис­тократ. Ли­вия не мог­ла на­ходить­ся в его об­щес­тве и пя­ти ми­нут; и, на­до ска­зать, боль­ше из собс­твен­ной вред­ности, а не из-за по­веде­ния лор­да. Неф-то вел се­бя поч­ти как па­инь­ка, счи­тая ссо­ру с жен­щи­ной ни­же сво­его дос­то­инс­тва. За­то прин­цесса ни­ког­да не стес­ня­лась в вы­раже­ни­ях, ста­ра­ясь как мож­но глуб­же и боль­нее за­деть на­пыщен­но­го лор­да. Во вре­мя скуч­ней­ших ви­зитов на Зем­лю, от­ры­ва­ющих ее от стрель­бы из лу­ка и охо­ты, де­вуш­ка толь­ко тем и раз­вле­калась, что вы­води­ла сво­его же­ниш­ка из се­бя. И лишь иног­да, ког­да ос­та­валась од­на, с го­речью ду­мала, как нес­час­тна и не­выно­сима бу­дет их се­мей­ная жизнь.

Неф­рит бу­дет "иде­аль­ной пар­ти­ей", как всег­да го­вори­ла мать Ли­вии. Да и как не стыд­но ей ко­рить судь­бу, ведь ее бу­дущий муж столь хо­рош со­бой и бла­горо­ден? А Ли­вии кри­чать хо­телось от тос­ки, вол­ком выть при мыс­ли, что ее зап­рут в клет­ке, ску­ют кан­да­лами бра­ка и до кон­ца жиз­ни свя­жут с че­лове­ком, ко­торый ни­ког­да не пой­мет ее. Что ему во­ля, лес, ско­рость? Что ему раз­го­рячен­ные ко­ни, бе­гущие в го­ры? Что ему чер­ное, спрыс­ну­тое звез­дным мо­локом не­бо и ло­мота в те­ле от дол­гой не­ис­то­вой скач­ки? Там, где вы­рос­ла она, бь­ют­ся до смер­ти, бь­ют­ся от­ча­ян­но, не на жизнь, а нас­мерть. Там, где вос­пи­тывал­ся он, де­рут­ся до пер­вой кро­ви, соб­лю­дая за­коны чес­ти. Они из раз­ных ми­ров. Они чу­жие друг дру­гу. А как лег­ко бы­ло в детс­тве: ми­рись, ми­рись, ми­рись и боль­ше не де­рись...

По­чему у дру­гих все не так? По­чему Рейя и Джед так по­нима­ют друг дру­га, слов­но вмес­те не од­но ты­сяче­летие, слов­но жи­вут, не зная рас­ста­ваний? По­чему Ми­налин и Кун хоть и час­то ссо­рят­ся, но еще ча­ще це­лу­ют­ся в за­рос­лях ду­шис­той аза­лии, нап­ле­вав на оби­ды и при­личие? По­чему Энд и Лу­ни мо­гут го­ворить обо всем на све­те? А Зой хоть и за­дира­ет Ми­ливию, пер­вым же бе­жит к ней, что­бы по­делить­ся и го­рем, и ра­достью? По­чему ее, Ли­вию, прак­ти­чес­ки вы­вора­чива­ет при од­ной мыс­ли о же­нихе? Его не­допус­ти­мо, прак­ти­чес­ки до неп­ри­личия кра­сивое ли­цо, не­ес­тес­твен­но си­ние гла­за, гус­тые вь­ющи­еся во­лосы, чувс­твен­ные, чет­ко очер­ченные под­бо­родок и рот, ши­рокие пле­чи, креп­кие мыш­цы, уп­ру­гая по­ход­ка - всё слиш­ком, всё че­рес­чур. Он как ядо­витый цве­ток ди­ковин­ной кра­соты, при­мани­ва­ющий лег­ко­мыс­ленных мо­тыль­ков, а по­том без­жа­лос­тно зах­ло­пыва­ющий ло­вуш­ку смер­то­нос­ных ство­рок. От не­го жди бе­ды. Ли­вия это ко­жей чувс­тво­вала. Муж­чи­на дол­жен быть во­ином, как Кун, мыс­ли­телем, как Джед, стра­тегом, как Зой, пред­во­дите­лем, как Энд. А не смаз­ли­вой кар­тинкой. Да и она не под­хо­дит ему ни­чуть. Го­раз­до луч­ше бы по­дош­ла та же Ми­налин с ее ан­гель­ски-ку­коль­ной кра­сотой или уж Ми­ливия. Ко­неч­но, в пла­не внеш­ности она ему не че­та, но хо­тя бы сло­ва по­перек не ска­жет.

Да, увы, Ли­вия не ле­ди. А мо­жет, и не увы. Ама­зон­ка. Вы­сокий рост, креп­кое те­ло, во­левое, от­кро­вен­ное ли­цо с вы­соким лбом и кол­ки­ми зе­лены­ми гла­зами; по-жен­ски мяг­кие и ок­руглые пле­чи, вы­сокая грудь, но от­лично пос­тавлен­ный ку­лак, тя­желая по­ход­ка. Прек­расная на­ез­дни­ца, уме­лый во­ин. Она да­же лет в три­над­цать про­сила от­ца ам­пу­тиро­вать грудь, что­бы лег­че бы­ло стре­лять из лу­ка, как это де­лали ис­тинные Ама­зон­ки. Ко­неч­но, это бы­ло ре­бячес­твом. Но уже тог­да мож­но бы­ло по­нять, что свет­ская ле­ди из нее не по­лучит­ся.

Она ни­ког­да не бу­дет ува­жать сво­его му­жа, а зна­чит, и лю­бить. Всег­да бу­дет чувс­тво­вать се­бя силь­нее его, ум­нее, креп­че. Не ви­дать ей жен­ско­го счастья. Так пусть хо­тя бы бу­дет это ма­лень­кое удо­воль­ствие под­тру­нивать над лор­дом, вы­мещать на нем свое бес­по­мощ­ное раз­дра­жение, пол­ное тем­ной го­речи и тос­ки. И са­мое от­вра­титель­ное, что Неф прак­ти­чес­ки всег­да се­бя сдер­жи­вал. Ли­цо его ка­мене­ло, ста­нови­лось жес­тким и да­же жес­то­ким, но он тер­пел. И иног­да Ли­вии ка­залось, что она все­го лишь глу­пая, кап­ризная дев­чонка.

Ли­вии без­мерно до­сади­ло то, что на Туйу ее от­пра­вили вмес­те с Не­фом. Точ­нее, на­обо­рот. Это ее прис­та­вили к Неф­ри­ту, ко­торый счи­тал­ся луч­шим дип­ло­матом сре­ди лор­дов. По­чему-то это его дос­то­инс­тво де­вуш­ка ни­как не счи­тала та­ковым, рас­су­див, что уме­ние за­бол­тать и умас­лить - это ка­чес­тво ба­зар­ной тор­говки, а не нас­то­яще­го муж­чи­ны. Ли­вия ку­да охот­нее по­еха­ла бы с Кун­сай­том, Дже­дом или Эн­дом, но от­ка­зать­ся от по­ез­дки с Неф­ри­том оз­на­чало про­иг­рыш и тру­сость, так что де­вуш­ка тут же сог­ла­силась на эту мис­сию, ре­шив, что рас­хле­бывать пос­ледс­твия сог­ла­сия бу­дет поз­же. Тем бо­лее, туй­е­ан­цы - важ­ней­шие со­юз­ни­ки не толь­ко Зем­ли, но и Юпи­тера. Все жи­тели это­го ос­тро­ва за­нима­ют­ся гон­чарным ис­кусс­твом, их ра­боты - са­мые луч­шие во всей Сол­нечной сис­те­ме. Ли­вия пла­ниро­вала не толь­ко за­мол­вить сло­веч­ко о сог­ла­шении со сво­ей пла­нетой, но и пос­мотреть, как из­го­тав­ли­ва­ют­ся нас­то­ящие туй­е­ан­ские копья и ме­чи. А для это­го мож­но и по­тер­петь не­дель­ку-дру­гую. Тем бо­лее, им с Неф­ри­том со­вер­шенно не­зачем пе­ресе­кать­ся.

По­года на мо­ре ра­дова­ла сво­ей теп­ло­той, лег­кой све­жестью за­пад­но­го ве­тер­ка. Прин­цесса спа­ла под от­кры­тым не­бом, иг­но­рируя рос­кошно об­став­ленную ка­юту со все­ми удобс­тва­ми, смот­ре­ла на звез­ды или ус­та­лых мат­ро­сов, и днем и ночью сну­ющих по тар­та­не*. Это бы­ло ей го­раз­до боль­ше по ду­ше, чем нуд­ные при­емы и ба­лы, де­шевый прид­ворный флирт и об­жорс­тво. Плыть и плыть бы по бес­ко­неч­но­му оке­ану, слу­шать ро­пот волн, спать на жес­ткой под­стил­ке и ви­деть это бар­ха­тис­тое не­бо над го­ловой. Так упо­итель­но хо­рошо, так воль­но ды­шать!..

Прин­цесса и не за­мети­ла, как ее смо­рил сон. Раз­бу­дил ее жут­кий гро­хот, до­нося­щий­ся от­ку­да-то с но­са тар­та­ны, на­поми­на­ющий стук де­ревян­ных бо­чек о пол. На­вер­ное, ка­кой-то не­задач­ли­вый мат­рос... Но не ус­пе­ла де­вуш­ка так по­думать, как на ее ли­цо на­кину­ли жес­ткий ку­сок ро­гожи, зас­та­вив­ший де­вуш­ку вскри­чать от не­ожи­дан­ности и изум­ле­ния. Удар, - и тем­но­та.

Оч­ну­лась Ли­вия уже свя­зан­ной, да так креп­ко, что ру­ки оне­мели. Ком­натка, в ко­торой она по­луле­жала пря­мо на по­лу, бы­ла тес­ной и тем­ной, на­поми­на­ющей под­собное по­меще­ние, по­тому что мож­но бы­ло раз­гля­деть си­лу­эты швабр и ве­дер. От не­удоб­ной по­зы все те­ло прин­цессы ло­мило, и она не сдер­жа­лась и вы­руга­лась сквозь зу­бы. Что это за иди­от­ские шу­точ­ки? Не мог­ли же на них и в са­мом де­ле на­пасть! Стран­но, но стра­ха не бы­ло. Толь­ко бес­ко­неч­ный гнев.

- Эй, есть тут кто-ни­будь? - гром­ко крик­ну­ла она, не же­лая и се­кун­ды ос­та­вать­ся в не­веде­нии и тер­петь та­кое свин­ское от­но­шение. Они еще пос­мотрят у нее!.. Кем бы они ни бы­ли! - Эй!

- Что во­пишь? - люк при­от­крыл­ся, впус­кая в ком­на­туш­ку ре­жущий луч све­та, и кто-то сплю­нул ря­дом с ли­цом со­щурив­шей­ся двуш­ки. - Сос­ку­чилась? - об­ла­датель гру­бого про­курен­но­го го­лоса хо­хот­нул. - Ни­чего, ско­ро тво­его друж­ка об­ра­бота­ем и к те­бе за­кинем.

- Ка­кого еще друж­ка? - хму­ро про­тяну­ла прин­цесса, не по­нимая, о ком речь. Гла­за чуть при­вык­ли к све­ту, но со­бесед­ник не вы­совы­вал­ся, и де­вуш­ка не мог­ла его раз­гля­деть.

- Кра­сав­чи­ка тво­его на­пома­жен­но­го, - охот­но по­яс­нил на­лет­чик и за­хохо­тал, до­воль­ный сво­им ос­тро­уми­ем. - Пок­репче ока­зал­ся, чем мы ожи­дали, но и он из мя­са и кос­тей сде­лан. Раз­бе­рем­ся!

- Неф­рит? - опус­тившим­ся го­лосом вы­дох­ну­ла Ли­вия. Нет. Это не шут­ка. Это­го прос­то. Не мо­жет. Быть.

- А по мне хоть ал­маз с брил­ли­ан­том! - зар­жал му­жик.

- Что вам на­до? - Ли­вии жут­ко не пон­ра­вилось, что в ее го­лос про­сочил­ся страх. Не дол­жно его быть. Она не ки­сей­ная ба­рыш­ня.

- Си­ди мол­ча, - вдруг не­ожи­дан­но ог­рызнул­ся "шут­ник". - Не лезь не в свои де­ла! - и зах­лопнул крыш­ку лю­ка.

Тем­но­та. Бац! - и как буд­то не бы­ло све­та. И ста­ло вдруг так уду­ша­юще страш­но!

- Эй! А ну отоп­ри ме­ня! - зак­ри­чала Ли­вия не сво­им го­лосом, но, ко­неч­но, ник­то ей не от­ве­тил.

Пол­ча­са сто­яла гро­бовая ти­шина, по­том раз­да­лись го­лоса по мень­шей ме­ре че­тырех муж­чин, крыш­ка от­кры­лась, и на прин­цессу ски­нули поч­ти без­ды­хан­ное те­ло. Люк зак­рылся. Ли­вия при­няла бы те­ло прос­то за ме­шок, но оно бы­ло теп­лым и, не­сом­ненно, жи­вым. Де­вуш­ка по­пыта­лась по­шеве­лить­ся, но пу­ты ме­шали ей, а муж­чи­на (вряд ли жен­щи­на столь тя­жела) и не ду­мал при­ходить в се­бя и об­легчать ей жизнь.

- Неф, - как-то жал­ко прос­ку­лила Ли­вия, по­ража­ясь сво­ей до­гад­ке. - Неф, это ты? - те­ло мол­ча­ло.

А по­том бы­ли са­мые длин­ные ча­сы в жиз­ни Ли­вии. Ча­сы, где каж­дая ми­нута ти­шины рав­ня­лась ча­су...

***

Неф­рит что-то прос­то­нал и по­шеве­лил­ся.

- Неф? - го­лос де­вуш­ки ох­рип. Оне­мения поч­ти не чувс­тво­валось, лишь лег­кость, и ко­жа не­обы­чай­но чувс­тви­тель­на, слов­но на юно­ше не ки­тель, а наж­дачка. - Неф?

- Ли­ви? - сла­бое, удив­ленное.

- Я, я! - де­вуш­ка ни­ког­да не ду­мала, что бу­дет так ра­довать­ся его го­лосу. Все эти ча­сы она толь­ко и ду­мала о том, что­бы он не умер. И вот под­линное до­каза­тель­ство то­го, что лорд при­ходит в се­бя. - Как ты?

- Бы­вало и по­луч­ше. По­моги-ка мне с те­бя ска­тить­ся.

Нас­коль­ко мог­ла, Ли­вия пе­рева­лилась на пра­вый бок, и Неф поч­ти ку­лем упал на пол, ед­ва по­давив стон.

- Те­бя не тро­нули?

- Нет.

- И то хо­рошо, - лорд ды­шал тя­жело, на­туж­но. - А у ме­ня, ка­жет­ся, сло­мана па­ра ре­бер, - и за­мол­чал, по­нимая, что его не­вес­ту вряд ли вол­ну­ют его ра­ны. И он в це­лом.

- Че­го они хо­тят? - на­вер­ное, ему ме­рещит­ся ее со­чувс­твие.

- Что и все. Вы­куп. Пы­тались вы­бить из ме­ня ко­ор­ди­наты. Я мол­чал. Прав­да, бес­по­лез­но все это. На­вер­ня­ка они уже дав­но за­лез­ли в мою ка­юту и зна­ют о нас го­раз­до боль­ше, чем мы са­ми.

- Но ты же мог... вос­поль­зо­вать­ся си­лой. Ты же маг, - как-то роб­ко спро­сила де­вуш­ка, от­че­го-то бо­ясь спра­шивать лор­да и об­ви­нять тем са­мым в без­дей­ствии. Что ее так пе­рело­мило? Что зас­та­вило?..

- И тог­да бы раз­нес здесь все и всех, - про­дол­жил за нее Неф­рит, от­кашли­ва­ясь и хри­пя. - Как и ты. Зна­ешь, я час­то ду­мал, по­чему же­нят имен­но нас с то­бой. По­чему в па­ру те­бе не пос­та­вили, нап­ри­мер, Ку­на, а мне - ту же Лин. И по­нимаю толь­ко сей­час. На­ши си­лы и энер­гия кос­ми­чес­ко­го мас­шта­ба, они ча­ще гу­битель­ны и опас­ны, не­жели доб­ры. Ни ты, ни я ни­ког­да не ис­поль­зу­ем свои воз­можнос­ти да­же на по­лови­ну, ина­че мы мо­жем раз­ру­шить це­лые ми­ры. Про­тив ме­ня мо­жешь бо­роть­ся толь­ко ты и Энд, но ес­ли лишь при­зовет ма­гию Зем­ли. Толь­ко вы же спо­соб­ны и со­еди­нять­ся со мной, - и не­ожи­дан­но пе­решел на преж­нюю те­му: - Зна­ешь, я в от­ве­те за всех этих мат­ро­сов, за каж­до­го из них. Как пред­во­дитель и лорд. И я не имел пра­ва спас­ти свою шку­ру и ид­ти в от­кры­тый бой. Ты ведь это осуж­да­ешь?

- Нет, - ти­хо от­ве­тила Ли­вия пос­ле не­кото­рого мол­ча­ния. На что-то бо­лее раз­верну­тое и эмо­ци­ональ­ное она фи­зичес­ки не бы­ла спо­соб­на.

- Тог­да мы бу­дем ждать вы­купа. Ни ты, ни я не спо­соб­ны за­щитить на­ших лю­дей. Так что пос­та­ра­ем­ся им не нав­ре­дить.

Ког­да Не­фа (в лу­чах све­та Ли­вия на­конец уви­дела, что он ок­ро­вав­лен с го­ловы до ног) ута­щили в сле­ду­ющий раз, де­вуш­ка зна­ла, что он даст дан­ные ко­роля и доб­ро­воль­но на­пишет ему пись­мо. В дру­гой си­ту­ации она бы воз­не­нави­дела его без­дей­ствие, но сей­час яс­но по­нима­ла, что его ре­шение бы­ло са­мым муд­рым из воз­можных. Са­ма бы Ли­вия ки­нулась в бой и про­иг­ра­ла бы го­раз­до боль­ше, чем вы­иг­ра­ла. Не так пуст Неф­рит, как ей ка­залось.

А че­рез два дня их всех ос­во­боди­ли. Ни Неф, ни Ли­вия не учас­тво­вали в сра­жении, их тут же от­пра­вили во дво­рец, в ла­зарет, где ско­рей­шим об­ра­зом взя­лись за их здо­ровье. У Ли­вии бы­ли лишь ца­рапи­ны и си­няки, Неф­ри­ту зап­ре­тили да­же вста­вать с пос­те­ли. Прин­цесса от­че­го-то не ре­шалась хо­тя бы зай­ти к не­му, по­ка лорд не прис­лал ей за­пис­ку:

"Прин­цесса!
Про­шу Вас на­вес­тить ме­ня в мо­ей ком­на­те пос­ле по­луд­ня. Де­ло ог­ромной важ­ности. Н."

Крас­нея и вол­ну­ясь, де­вуш­ка спус­ти­лась в боль­нич­ное кры­ло и пос­ту­чала в две­ри. Ус­лы­шав веж­ли­вое "Вой­ди­те", она заш­ла внутрь. Неф­рит ле­жал на пос­те­ли, по по­яс зак­рывшись оде­ялом. Грудь его бы­ла стя­нута бин­та­ми, как и пред­плечье, ли­цо пок­ры­то сса­дина­ми, но жал­ко он не выг­ля­дел. Кив­нув, он ука­зал на стул, сто­ящий у кро­вати.

- Я не зай­му мно­го вре­мени.

Де­вуш­ка се­ла.

- Се­год­ня ут­ром я го­ворил с ко­ролем. Он сог­ла­сил­ся, хоть и не без уго­воров, по­гово­рить о рас­торже­нии на­шей по­мол­вки.

Ли­вия по­ражен­но мол­ча­ла. Она столь­ко до­бива­лась это­го, но, ока­зыва­ет­ся, так все прос­то! Все­го лишь раз­го­вор. Но что же так стис­ки­ва­ет гор­ло? По­чему его спо­кой­ствие так ра­нит?

- Я не мо­гу ска­зать, что это бы­ло прос­то. Мы раз­ры­ва­ем аль­янс, ко­торый был при­думан еще до на­шего рож­де­ния, - го­лос Не­фа был сух и веж­лив. - Но я пос­та­рал­ся убе­дить Ар­то­рик­са, что вмес­те мы ну ни­как не мо­жем. На­де­юсь, ве­ликие пра­вите­ли прос­тят и пой­мут нас, - он опус­тил гла­за, но тут же под­нял их, впи­ва­ясь взгля­дом в пы­ла­ющее ли­цо прин­цессы. - На­ша свадь­ба дол­жна бы­ла сос­то­ять­ся этой зи­мой. И хо­тя ее не бу­дет, я хо­чу по­дарить те­бе вот это, - в его паль­цах по­яви­лось коль­цо с круг­лым кам­нем, по­ловин­ка ко­торо­го бы­ла зе­леной, а дру­гая - си­ней. - При­ми его хо­тя бы из веж­ли­вос­ти, в знак на­шего при­мире­ния. Не же­лаю, что­бы те­бе от ме­ня ос­та­лись толь­ко дур­ные вос­по­мина­ния.

Де­вуш­ка дрог­ну­ла и взя­ла ко­леч­ко, а по­том ос­то­рож­но на­дела его на па­лец. Как наз­ло, имен­но на тот, на ко­торый на­дева­ют об­ру­чаль­ное. Неф слег­ка поб­леднел и от­вернул­ся к ок­ну, и прин­цесса как мож­но не­замет­нее ста­щила ук­ра­шение в ла­донь. Се­реб­ря­ный обо­док жег ко­жу.

- Спа­сибо.

Лорд кив­нул, не по­вора­чивая к ней го­ловы. Де­вуш­ка вста­ла. И собс­твен­ное те­ло ка­залось ей тя­желее гру­ды кам­ней. Гор­ло сда­вило, но­ги от­ка­зались ид­ти.

- Неф! - она уди­вилась сво­ему го­лосу - силь­но­му, гром­ко­му, поч­ти тре­бова­тель­но­му. Юно­ша удив­ленно пос­мотрел на нее. - На­денешь мне его зи­мой, - за па­ру стре­митель­ных ша­гов прин­цесса дос­тигла кро­вати лор­да и вло­жила в его ла­донь коль­цо.

А по­том оп­ро­метью бро­силась из ком­на­ты.

Да­же спус­тя го­ды она не мог­ла по­нять, по­чему пос­ту­пила так и не ина­че.

*Тар­та­на, тар­тан — не­боль­шое сре­дизем­но­мор­ское суд­но XVI-XIX ве­ков с ко­сым па­рус­ным во­ору­жени­ем.

Гла­ва 8. Пос­ле ба­ла (ком­на­та Ми­ливии)
- Нет, ты ви­дела, ты ви­дела?! - ни­как не мог­ла ус­по­ко­ить­ся Се­рени­ти, рас­пле­тая свои одан­го. Ее свет­лые во­лосы раз­ме­тались по бе­лой ноч­ной со­роч­ке и прос­ты­не мяг­кой кро­вати. - Та­кой об­хо­дитель­ный, стро­гий, га­лан­тный. А как он на ме­ня смот­рел! - де­вуш­ка меч­та­тель­но воз­ве­ла гла­за к по­тол­ку. - Не мо­гу дож­дать­ся на­шей свадь­бы. Мы с ним... вдво­ем... - она бла­жен­но за­тих­ла.

Все прин­цессы, уже об­ла­чен­ные в ноч­ные на­ряды, рас­по­ложи­лись в ком­на­те Ми­ливии, что­бы по­делить­ся слиш­ком яр­ки­ми впе­чат­ле­ни­ями от зем­но­го ба­ла.

- По-мо­ему, ты пе­речи­тала ро­манов, - Рей­яна бы­ла спо­кой­на, но тем­ные гла­за ее бы­ли кол­ки­ми и нас­мешли­выми; прин­цесса Мар­са си­дела у ка­мина, и ще­ки ее пы­лали.

- Ты иног­да го­воришь та­кие вред­ности, Рейя, - с уп­ре­ком пос­мотре­ла на под­ру­гу Лу­ни. - Не­уже­ли ты не меч­та­ешь о Дже­де? Стой, мол­чи! - за­маха­ла она ру­ками, ког­да Рейя нах­му­рилась и от­кры­ла рот, что­бы дос­той­но от­ве­тить. - А то я вас не ви­дела!

- Да брось ты, Рейя, дай ей из­лить ра­дость, - зас­ме­ялась Ли­вия и при­села ря­дом с Лу­ни. - Ну, де­лись.

- Так вот... - на ли­це прин­цессы Лу­ны сно­ва по­яви­лось меч­та­тель­ное бла­женс­тво. - Вы за­мети­ли, как Энд воз­му­жал? У не­го пле­чи ши­ре, чем у Зой­сай­та!

- У Зойя кон­сти­туция та­кая, - всту­пилась за же­ниха Мил, рас­че­сыва­ющая нед­линные во­лосы, и при­выч­но рас­крас­не­лась, но Се­рени­ти, при­быва­ющая в пер­со­наль­ном эк­ста­зе, не об­ра­тила на ее сло­ва ни­како­го вни­мания:

- И ему так идет эта чер­ная фор­ма! Все да­мы ко­сились на не­го!

Ми­налин, ле­жащая на кро­вати и смот­ря­щая на огонь, фыр­кну­ла. У нее на этот счет бы­ло свое мне­ние.

- Энд тан­це­вал со мной все тан­цы... Все-все! Я та­кая счас­тли­вая, де­воч­ки! Он лю­бит ме­ня, да, да! Ес­ли бы не лю­бил, то не приг­ла­шал бы на каж­дый та­нец, я уве­рена! Толь­ко жаль, что Энд та­кой не­раз­го­вор­чи­вый, - на се­кун­ду прин­цесса на­дела губ­ки. - Я бы хо­тела, что­бы он все-та­ки го­ворил о сво­ей люб­ви, а не за­гадоч­но улы­бал­ся вре­мя от вре­мени.

- Чем боль­ше слов, тем мень­ше прав­ды, - ка­тего­рич­но за­яви­ла Рейя, встря­хивая во­допад чер­ных во­лос и про­водя по ним щет­кой. - Нас­то­ящая лю­бовь не нуж­да­ет­ся в веч­ных приз­на­ни­ях.

- Мно­го ты по­нима­ешь, - без­злоб­но фыр­кну­ла Лу­ни. Вот еще! Как же без приз­на­ний? И приз­на­ния дол­жны быть, и цве­ты, и от­крыт­ки. Еще бы же­латель­но ка­кой-ни­будь ге­ро­ичес­кий пос­ту­пок со­вер­шить. Нап­ри­мер, убить шес­тигла­вого дра­кона. Нет, две­над­ца­тиг­ла­вого! И пос­вя­тить эту по­беду ей, Се­рени­ти. Са­мой неж­ной, прек­расной, ве­лико­леп­ной де­вуш­ке...

- Это у те­бя, Рейя, так все хо­рошо, - ус­мехну­лась Ли­вия, при­об­няв на­супив­шу­юся прин­цессу Лу­ны. - Вы с Дже­дом боль­ше пя­ти слов за ве­чер не ска­зали. Вам не на­до, все и так по­нят­но, - мар­си­ан­ка не­ожи­дан­но зар­де­лась. - А вот не­кото­рым бы­ло бы неп­ло­хо хоть вре­мя от вре­мени рот от­кры­вать. Вон, Лин вся из­ве­лась! Кун взгля­нул в ее сто­рону ед­ва ли раз!

- Мог­ла бы и не на­чинать сей­час, - про­буб­ни­ла Ми­налин, по ли­цу ко­торой бы­ло яс­но, что она боль­ше всех не­доволь­на про­шед­шим праз­дни­ком. - Я не по­нимаю, как эта се­вер­ная ль­ди­на мо­жет быть та­кой бес­чувс­твен­ной! - де­вуш­ка в сер­дцах уда­рила изящ­ной ла­дош­кой по мат­ра­су. - Я кру­тилась око­ло не­го весь ве­чер, а он ед­ва удос­то­ил ме­ня кив­ком го­ловы!

- Ну ма­ло ли что мог­ло слу­чить­ся... - пос­та­ралась уте­шить под­ру­гу Ми­ливия. - Ка­жет­ся, они с Зой­ем пос­со­рились.

- Вот-вот! И Кун весь ве­чер ме­тал в его сто­рону про­жига­ющие взгля­ды! - ог­рызну­лась Ми­налин. - Уж что учу­дил твой не­наг­лядный, я не знаю, но ему обя­затель­но дос­та­нет­ся от ме­ня! В мой же праз­дник я ос­та­лась без вни­мания!

- За­то я по­ряд­ком ус­та­ла! - встря­ла Ли­вия. - Неф­рит и на пол­ча­са ме­ня не ос­тавлял. По эти­кету не по­ложе­но, я же его да­ма! Гос­по­ди, как иног­да мне хо­телось...

- По­цело­вать его?

- Дать ему зат­ре­щину! - за­кон­чи­ла Ли­ви и не­доволь­но по­коси­лась на хи­хика­ющую Лу­ни. Хо­тя все рав­но бы­ло яс­но, что ей от­части бы­ло при­ят­но вни­мание Неф­ри­та. Уж луч­ше так, чем хо­лод­ное без­разли­чие, ко­им ода­рил се­год­ня Ми­налин Кун­сайт.

- А вы зна­ете, что я ви­дела?! - вдруг под­прыг­ну­ла на кро­вати Се­рени­ти и за­говор­щи­чес­ки под­мигну­ла Ми­ливии. - А я ви­дела, как Ми­ливия и Зой­са-а-айт... - поч­ти про­пела де­вуш­ка, но тут же ей в го­лову при­лете­ла ди­ван­ная по­душ­ка, ки­нутая вспых­нувшей, буд­то ма­ков цвет, Мил:

- Мол­чи!

Се­рени­ти рас­хо­хота­лась и ки­нула по­душ­ку на Лин:

- Как они це­лова­лись!

Все прин­цессы обод­ря­юще и по­нима­юще улыб­ну­лись сго­ра­ющей со сты­да прин­цессе, го­товой про­валить­ся сквозь зем­лю.

- Ну и что же? - пис­кну­ла она, на­поми­ная птен­чи­ка, пы­та­юще­го за­щитить­ся от по­доб­равшей­ся кош­ки.

- О, это бы­ло очень неп­ри­лич­но, ле­ди Ми­ливия, - с ко­мич­ной серь­ез­ностью ска­зала Лу­ни, и ос­таль­ные прыс­ну­ли, лишь бед­ная прин­цесса Мер­ку­рия чуть не пла­кала от сму­щения и до­сады. - Лорд Зой­сайт при­жал вас пря­мо к ко­лон­не и, не стес­ня­ясь, це­ловал. Раз­ве бла­говос­пи­тан­ные ле­ди та­кое поз­во­ля­ют?

- Хва­тит из­де­вать­ся, - оса­дила под­ру­гу Ми­налин, - не об­ра­щай на эту пе­рес­мешни­цу вни­мания, Мил! Ты же зна­ешь, язык у нее без кос­тей.

Прин­цесса Мер­ку­рия оби­жен­но от­верну­лась.

- Она прос­то те­бе за­виду­ет, - ед­ко вста­вила Ли­вия.

- Вот еще! Мой Энд, ког­да хоть нем­но­го рас­ше­велит­ся, пос­то­ян­но бу­дет ме­ня це­ловать! - гор­до за­яви­ла Лу­ни, вска­кивая на кро­вати у упи­рая ру­ки в бо­ка. Но тут же улыб­ка про­пала с ее ли­ца. - Воп­рос толь­ко в том, как ско­ро я смо­гу его рас­ша­тать. Он же та­кой серь­ез­ный. И тог­да...

- Хва­тит, ма­лень­кая бол­тушка, - рас­хо­хота­лась Ли­вия.

- Эх, Рейя, как я те­бе за­видую! - не­ожи­дан­но серь­ез­но за­яви­ла Се­рени­ти, и все де­вуш­ки с удив­ле­ни­ем на нее ус­та­вились. - Джед то­же та­кой сдер­жанный. Но он с то­бой неж­ный, что ли. Ему сов­сем не­обя­затель­но го­ворить те­бе о люб­ви... а вот мне... а вот мне хо­тя бы это­го до­бить­ся... - она зах­лю­пала но­сом.

- Бо­же, Лу­ни, ка­кая ты все-та­ки пе­ремен­чи­вая, - Ли­вия при­жала под­ружку к се­бе, и ос­таль­ные де­воч­ки то­же при­сели поб­ли­же, за­бывая обо всем дру­гом. - Все у те­бя еще бу­дет, вот уви­дишь.

- Те­бе ли жа­ловать­ся? - грус­тно ус­мехну­лась Ми­налин.

- Энд влюб­лен в те­бя, это все зна­ют! - под­бодри­ла Ми­ливия.

- А ес­ли он, наг­лец та­кой, еще не влюб­лен, то ни­куда не де­нет­ся! - по­бед­но за­яви­ла Ли­вия.

- Влю­бит­ся и же­нит­ся! - серь­ез­но до­бави­ла прин­цесса Мар­са.

Де­вуш­ки бол­та­ли и сме­ялись до глу­бокой но­чи, рас­ска­зывая о сво­их мыс­лях и меч­тах, и в кон­це раз­го­вора да­же Ли­вии приш­лось приз­нать, что Неф­рит не та­кой уж на­пыщен­ный ду­рак, а Ми­налин от­ме­нила ка­ру над Зой­ем. И нет вре­мени от­кро­вен­нее, чем ночь, нет сер­дца бли­же, чем сер­дце под­ру­ги.

В свою ком­на­ту Ми­налин воз­вра­щалась с лег­ким сер­дцем, за­быв все не­уря­дицы. И уж ни­как не ожи­дала, что навс­тре­чу ей вы­бежит слу­жан­ка.

- Ле­ди Ми­налин? - де­вуш­ка, уку­тан­ная в плащ, не до­жида­ясь от­ве­та изум­ленной прин­цессы, су­нула ей что-то в ру­ки. - Это вам, - и тут же скры­лась за по­воро­том.

Не сдер­жавшись, Лин тут же раз­верну­ла бу­маж­ную обер­тку, пе­ревя­зан­ную свер­ху. Внут­ри ока­залась не­рас­пустив­ша­яся до кон­ца жел­тая ро­зоч­ка в не­боль­шом гор­шочке. А на кро­хот­ном ку­соч­ке бу­маги ста­ратель­но вы­веде­но: "Мо­ей М."

@темы: Мои фанфики

23:35 

Фанфик "Под дождем. Часть 2" В ПРОЦЕССЕ (2)

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
2. Гос­по­дин Слу­чай (часть 2)
- И что я де­лаю?.. - Коу вот уже ми­нут пять за­давал­ся этим воп­ро­сом, сколь­зя по ноч­ной ули­це прочь от до­ма Ми­нако.

Дей­стви­тель­но - что он, собс­твен­но, де­ла­ет? Ему что, сно­ва во­сем­надцать? Сно­ва этот дет­сад и под­рос­тко­вая ро­ман­ти­ка? В кон­це кон­цов, он уже взрос­лый му­жик, име­ющий свою семью и ра­боту. А он все еще ве­дет­ся на тро­гатель­ные го­лубые глаз­ки. Уму не­пос­ти­жимо! Жаль, что Сейи нет ря­дом, тот бы хоть дал ему знат­ную зат­ре­щину. Хо­тя нет. Хо­рошо, что это все ос­та­нет­ся в тай­не. Не­чего ко­му-то знать, что он сно­ва повс­тре­чал­ся с Ай­но и, по­хоже, встре­тит­ся с ней вновь.

А встре­тит­ся ли?..

Яте­ну хо­телось бы ска­зать твер­дое "Нет", но он прек­расно знал, что сов­рет сам се­бе. Коу и так, буд­то зап­рав­ский мань­як, воз­вра­щал­ся на мес­то ее ра­боты, не очень-то по­нимая, что это ему да­ет. Что-то стран­ное, не­уло­вимое тя­нуло его к Ай­но, что-то, на­вер­ное, ма­зохист­ское, не ина­че. Ка­жет­ся, нич­то уже не дро­жало в ду­ше при ви­де нее, нич­то не раз­ли­валось по ве­нам слад­кой не­гой, но ка­кая-та ма­гия в ней ос­та­лась. Весь мир пе­ревер­нулся с ног на го­лову за эти шесть лет. И толь­ко Ми­нако ос­та­лась преж­ней. Ощу­щение, что она все та же, не да­вало Яте­ну по­коя. Все та же стран­ная Ай­но из да­лекой, бес­печной школь­ной жиз­ни...

Да, это прок­ля­тое лю­бопытс­тво бы­ло неп­ра­виль­ным, поч­ти прес­тупным. А как ина­че? У не­го же­на, ус­то­яв­ша­яся жизнь. И хо­тя, собс­твен­но, меж­ду ни­ми ни­чего нет и не бу­дет, да­же са­мого муж­чи­ну сму­щала та­кая тя­га. Это ведь не­нор­маль­но, прав­да? Не­нор­маль­но хо­дить к чу­жой жен­щи­не на ра­боту, же­лая прос­то ее уви­деть. Не­нор­маль­но по­лурев­ни­во ду­мать, есть ли у нее кто-то. Не­нор­маль­но быс­трее ехать прочь, что­бы она не ус­пе­ла вер­нуть пид­жак, и у них на­шел­ся по­вод вновь встре­тить­ся. Не-нор-маль-но. Ятен счи­тал се­бя до­воль­но ра­зум­ным че­лове­ком, по­это­му, при­кинув все трез­вым умом, при­шел к вы­воду, что ка­тит­ся под от­кос.

А до­ма ведь Ки­мико. Да, их от­но­шения да­леки от иде­аль­ных, а за­час­тую да­же на­водят на мысль, что луч­ше сто раз по­думать, преж­де чем же­нить­ся. Да, по­рой все за­кан­чи­ва­ет­ся ал­ко­голем, ис­те­рика­ми и би­той по­судой. Но это бы­ла его семья, его от­ветс­твен­ность. Фрэнк всег­да учил его быть от­ветс­твен­ным. Ятен пом­нил об этом. Тем бо­лее, сей­час у них с Ки­мико под­держи­вал­ся ху­дой мир. Они сно­ва ста­ли спать в од­ной пос­те­ли и да­же зав­тра­ка­ют вмес­те по ут­рам, ста­ра­ясь не по­вышать друг на дру­га го­лоса. Ме­лочь, а при­ят­но. Хо­тя... мо­жет, и неп­ри­ят­но. По край­ней ме­ре, луч­ше, чем при­выч­ные ос­кор­бле­ния.

И от это­го ста­нови­лось еще га­же. У не­го столь­ко проб­лем, столь­ко не­раз­ре­шен­ных воп­ро­сов, а он тра­тит вре­мя на ка­кую-то стран­ную де­вицу из прош­ло­го. С од­ной сто­роны, хо­чет­ся вер­нуть­ся до­мой, при­жать к се­бе Ки­мико, ска­зать, что он не хо­чет те­рять их семью, сде­лать хоть что-то, хоть са­мое ма­лое, что­бы вер­нуть от­но­шени­ям кап­лю преж­ней теп­ло­ты. С дру­гой, бе­жать бы прочь от нее, от все­го и от всех, вор­вать­ся к этой глу­пой Ай­но в квар­ти­ру и нап­ро­сить­ся на чай. Не зная, за­чем. Го­ворить с ней до рас­све­та, спра­шивать, спра­шивать, спра­шивать... и рас­ска­зать на­конец то, что не рас­ска­зал ког­да-то.

Но все это блеф, ту­ман, все это прош­ло. Или дол­жно прой­ти. Так, на­вер­ное, бы­ва­ет, ког­да стал­ки­ва­ешь­ся с не­решен­ны­ми за­дача­ми прош­ло­го. Это прос­то еще од­на се­мей­ная проб­ле­ма. Ес­ли бы все бы­ло бла­гопо­луч­но, Ятен ни­ког­да бы не за­думал­ся об этой Ай­но, не ис­кал бы с ней встре­чи, не вспо­минал о ней. За­чем? Ведь у не­го есть лю­бимая, род­ная жен­щи­на, ко­торая за­нима­ет все его мыс­ли... Но нет. Это­го нет.

И нуж­но опять ехать до­мой, и не­из­вес­тно, что го­товит ему гря­дущий ве­чер. И знать осо­бен­но не хо­чет­ся, а нап­ра­шивать­ся к брать­ям уже неп­ра­виль­но и стыд­но, хо­тя ник­то из них не от­тол­кнет. Есть толь­ко од­на ма­лень­кая на­деж­да: Ай­но, этот бо­жий оду­ван­чик и свя­тое бла­городс­тво, за­хочет вер­нуть ему пид­жак об­ратно...

***

Ми­нако ис­крен­не не зна­ла, что ей де­лать, в та­ком бы­ла смя­тении. А что та­кого про­изош­ло? Ни­чего же! Тог­да по­чему так от­ча­ян­но ко­лотит­ся сер­дце, так страш­но и од­новре­мен­но вол­ни­тель­но? Не­уже­ли она сно­ва уда­рилась в свои ро­ман­ти­чес­кие бред­ни, на ко­торых здо­рово на­поро­лась в прош­лом? Быть то­го не мо­жет! Стоп, стоп, стоп, Ай­но! А ну пе­рес­тань прев­ра­щать­ся в ду­роч­ку!

Де­вуш­ке хо­телось пла­кать и сме­ять­ся от до­сады на се­бя. Та­кая вот рас­тре­пан­ная ку­рица. Сто­ит толь­ко вспом­нить вы­соко­мер­ное вы­раже­ние ли­ца блон­ди­на, ког­да он смот­рел на нее. Жал­кое соз­да­ние! Ми­нако пе­ре­оде­лась в до­маш­ний мах­ро­вый ха­лат с за­ячь­ими уш­ка­ми, вя­заные тап­ки и сно­ва ки­нула воп­ро­ситель­ный взгляд на муж­ской пид­жак, слов­но тот мог вдруг с ней за­гово­рить. И что те­перь де­лать? Ми­на ну ни­как не хо­тела (а не хо­тела ли?) встре­чать­ся с Коу, что­бы вновь выс­та­вить се­бя ду­роч­кой, но, ви­димо, при­дет­ся. Это ж на­до быть та­кой рас­тя­пой и заб­рать его вещь. Бы­ла бы без­де­луш­ка, а пид­жак до­рогой, фир­менный. Мож­но выс­лать поч­той. Толь­ко вот где взять его ад­рес?..

Де­вуш­ка с опас­кой по­дош­ла к пид­жа­ку, ак­ку­рат­но ле­жаще­му на ди­ване, и за­пус­ти­ла ру­ку в кар­ман. От­вра­титель­ное чувс­тво! Но дол­жна же быть хоть ка­кая-то ви­зит­ка у ад­во­ката при се­бе. Так оно и бы­ло. Кар­ма­ны бы­ли аб­со­лют­но пус­ты­ми, но нес­коль­ко ви­зиток там ва­лялось, на ко­торых зна­чил­ся но­мер Коу. Его но­мер.

"Что тут та­кого? Поз­во­ню, и всё!" - соб­равшись с си­лами, по­дума­ла де­вуш­ка и при­нялась на­бирать но­мер.

Од­на­ко это ока­залось не так-то прос­то. Сов­сем не прос­то. Паль­цы как-буд­то от­ка­зыва­лись на­жимать на за­вет­ные кноп­ки. Что за ре­бячес­тво? Гос­по­ди, это прос­то те­лефон­ный зво­нок! Она от­даст пид­жак, и де­ло с кон­цом. Они ра­зой­дут­ся и вряд ли еще уви­дят­ся. Но Ми­на по­чему-то сом­не­валась, что это так. Од­нажды она так раз­мышля­ла, и судь­ба под­су­нула ее Коу в са­мый не­под­хо­дящий мо­мент. Не сто­ит за­рекать­ся.

На­конец, но­мер был наб­ран. Ну, всё. В путь. Де­вуш­ка, шум­но вы­дох­нув, слов­но пе­ред прыж­ком в хо­лод­ную во­ду, на­жала "вы­зов". Па­ра гуд­ков, и труб­ку под­ня­ли.

- Ал­ло? - зна­комый хрип­ло­ватый го­лос, сме­шан­ный с ка­пель­кой удив­ле­ния.

- Ятен? То есть... - зап­ну­лась Ай­но. - Мис­тер Коу?

- Ятен, - вздох­нув, поп­ра­вил блон­дин. Яс­но, что он по­нял, от ко­го зво­нок.

- Тут вы... То есть ты... То есть я... - вот ду­ра же! - Да, я! Я слу­чай­но прих­ва­тила твой пид­жак. Не­хоро­шо по­лучи­лось. Ты не мог бы его заб­рать?

- Сей­час? - скеп­ти­чес­ки спро­сил Коу. Мда, вре­мя-то уже де­сятый час! У не­го яв­но есть за­боты по­важ­нее, чем ви­зит к ка­кой-то рас­тя­пе!

- Нет, ду­маю, это не­удоб­но. Я мо­гу и са­ма...

- Я подъ­еду, ку­да ска­жешь, но не сей­час. Ви­дишь ли, я уже до­ма, - спо­кой­но, хо­лод­но. - Но зав­тра...

- От­лично! - пе­реби­ла его Ай­но. - Ты же зна­ешь, где я ра­ботаю.

- Во сколь­ко у вас обе­ден­ный пе­рерыв?

- В час, как и у всех.

- К ча­су я бу­ду у те­бя, - и сно­ва бес­це­ремон­но от­клю­чил­ся, как это уже бы­вало рань­ше.

Де­вуш­ка еще ка­кое-то вре­мя не­до­умен­но смот­ре­ла на те­лефон и лишь по­том по­ложи­ла его на­зад в су­моч­ку. Стран­но, как па­ра ми­нут мо­жет пол­ностью опус­то­шить!

"По край­ней ме­ре, - по­дума­ла Ми­на, - я точ­но знаю, ког­да он за­явит­ся, так что бу­ду го­това!" Эта мысль да­ла ей по­вод хоть чуть-чуть взбод­рить­ся.

***

- И кто те­бе опять там наз­ва­нива­ет? - Ки­мико смот­ре­ла на Яте­на так, слов­но жан­дарм. - Оче­ред­ная лю­бов­ни­ца? - она зло при­щури­ла ак­ку­рат­но под­кра­шен­ные ка­рие гла­за и, раз­вернув­шись, выш­ла из кух­ни, не дож­давшись от­ве­та.

Ятен ни­как не от­ре­аги­ровал на вы­пад. Его ли­цо да­же не дрог­ну­ло при зву­ке яз­ви­тель­но­го го­лоса же­ны. Опять она наш­ла по­вод пос­со­рить­ся, и Коу со­вер­шенно не хо­тел это­му пот­ворс­тво­вать. Вот сколь­ко мож­но? Каж­дый бо­жий день од­но и то же. С тех пор, как Ятен за­ик­нулся о раз­во­де, Ки­мико как с це­пи сор­ва­лась, хо­тя дол­жна бы стать па­инь­кой. Но нет. Не же­лая рас­ста­вания, она все­ми си­лами пы­талась сде­лать Коу глав­ной при­чиной всех их бед. И ког­да муж­чи­на, вко­нец вый­дя из се­бя, на­чинал кри­чать, что им по­ра раз­вестись, раз они так не пе­рено­сят друг дру­га, жен­щи­на ус­тра­ива­ла ис­те­рику и об­ви­няла его в черс­твос­ти и глу­хос­ти к ее бе­дам. Ха! К ее бе­дам! Да ка­кие у нее бе­ды? С тех пор, как она за­бере­мене­ла от Яте­на и ста­ла приз­нанной не­вес­той в семье Коу, у нее не бы­ло ни од­ной "за­ковыр­ки".

Уже с по­рога она объ­яви­ла, что он за­дер­жался, те­перь упо­мяну­ла ка­кую-то "оче­ред­ную" лю­бов­ни­цу. Яте­ну, в сущ­ности, бы­ло все рав­но на ее пре­тен­зии. Да, иног­да он пы­тал­ся по-доб­ро­му по­гово­рить с же­ной, вы­яс­нить от­но­шения, сде­лать шаг к при­мире­нию, но все это ле­тело впус­тую. И тог­да нас­ту­пала апа­тия, са­мая прос­тая по сво­ей при­роде. Гля­дя на эту веч­но злую, нер­вную жен­щи­ну, не хо­телось ни­чего: ни при­мире­ния, ни бра­ка, ни семьи. Хо­телось толь­ко по­коя.

И Коу, вып­леснув уже ос­тывший чай в ра­кови­ну и да­же не удо­сужив­шись про­полос­нуть чаш­ку, мед­ленно под­нялся на вто­рой этаж, в хо­лод­ную спаль­ню. Сла­ва Бо­гу, Ки­мико там еще не бы­ло, а зна­чит, был шанс спо­кой­но ус­нуть, без ссор и об­ви­нений. Муж­чи­на неб­режно раз­делся, ки­нув ру­баш­ку, гал­стук, брю­ки и нос­ки на стул, и лег в кро­вать, на пра­вую сто­рону. Го­лова гу­дела, и бы­ло от­вра­титель­но ле­жать на этой пос­те­ли, слов­но он и прав­да на­ходит­ся у де­шевой лю­бов­ни­цы, а не у за­кон­ной же­ны. Пси­ханув, муж­чи­на дос­тал из прик­ро­ват­ной тум­бочки снот­ворное и, на­лив из гра­фина чуть-чуть во­ды в ста­кан, вы­пил.

Сла­ва Не­бу, зав­тра сно­ва на ра­боту.

2. Впе­ред, в бу­дущее
- Эй, Ятен, не хо­чешь с на­ми? - Но­ми, сим­па­тич­ная сот­рудни­ца из бух­галте­рии, при­вет­ли­во по­маха­ла Коу ру­кой, но тот лишь от­махнул­ся:

- Прос­ти, се­год­ня у ме­ня дру­гие пла­ны, - и кол­ле­ги уш­ли, шум­но ра­ду­ясь воз­можнос­ти от­влечь­ся от ра­боты и пе­реку­сить.

Коу быс­тро соб­рал все не­об­хо­димые ве­щи и вы­шел из зда­ния "Вре­мя за­щиты". Боль­шинс­тво сот­рудни­ков пош­ло в бли­жай­шие ка­фе, но блон­дин, оде­тый уж слиш­ком тща­тель­но для обыч­но­го ра­боче­го дня, нап­ра­вил­ся к ав­тосто­ян­ке, при­лега­ющей к кон­то­ре. На­жатие на кноп­ку сиг­на­лиза­ции, лег­кий писк и по­мар­ги­вание фа­рами, и Ятен сел в са­лон сво­ей крас­ной А­уди. Ста­ра­ясь не ду­мать о том, с кем у не­го пред­сто­ит встре­ча, муж­чи­на по­ехал к зда­нию "Час То­кио", бла­го оно на­ходи­лось сов­сем ря­дом, в се­ми ми­нутах ез­ды. Но пе­ред этим все-та­ки дос­тал ще­точ­ку для обу­ви и на­тер чер­ные ла­киро­ван­ные бо­тин­ки, и без то­го, на­до ска­зать, свер­ка­ющие чис­то­той.

Ми­нако уже бы­ла са­ма не своя. Она то и де­ло не­воль­но смот­ре­ла на на­руч­ные ча­сики или в зер­каль­це, чувс­твуя се­бя глу­пой школь­ни­цей, го­товя­щей­ся к пер­во­му в жиз­ни сви­данию. И че­го ра­зоде­лась? Го­лубое шел­ко­вое платье с ко­рот­ким ажур­ным ру­кавом яв­но не выг­ля­дит пов­седнев­ным, и ежу яс­но, для ко­го ста­ралась. Ло­доч­ки на до­воль­но вы­соком для нее каб­лу­ке то­же не в нор­ме, как и ма­ки­яж, пусть и неб­роский, но ощу­тимый: ко­рич­не­вая тушь, пуд­ра, проз­рачный блеск для губ... Ка­кое пос­ме­шище! Нет, Ми­на зна­ла, что выг­ля­дит хо­рошо, да­же очень. Она ни с чем не пе­ребор­щи­ла, не выг­ля­дела вуль­гар­но. Но уж слиш­ком бы­ло оче­вид­но, что все ста­рания лишь ра­ди при­ез­да Коу. Зна­ла бы она, сколь­ко Ятен во­зил­ся, вы­бирая ру­баш­ку и брю­ки!

Ког­да муж­чи­на ока­зал­ся в ком­на­те сек­ре­тар­ши, Ми­на ед­ва не под­прыг­ну­ла на мес­те, и труд­но ска­зать, кто был боль­ше изум­лен: тут же за­лив­ша­яся ру­мян­цем Ми­нако или Ятен, чуть не зас­тряв­ший на по­роге.

- Вот твой пид­жак, - про­лепе­тала все-та­ки де­вуш­ка, дос­та­вая но­вень­кий па­кет, и Коу тут же не­лов­ко пе­рех­ва­тил его, так от­дернув ру­ку, слов­но бо­ял­ся при­кос­нуть­ся к Ми­не.

Вот, собс­твен­но, и всё. Глу­пое гне­тущее мол­ча­ние.

- До сви­дания, - ску­по улыб­ну­лась Ми­на, прек­расно по­нимая, что ни­како­го "сви­дания" не бу­дет. Ятен лишь кив­нул. Он да­же раз­вернул­ся и про­делал нес­коль­ко ша­гов к вы­ходу, как вдруг все-та­ки обер­нулся:

- Не хо­чешь по­обе­дать? - спо­кой­но и ров­но, в его фир­менной ма­нере. - А то обед за­кан­чи­ва­ет­ся, а по­есть и не ус­пе­ли, - ага, ми­нут со­рок до ра­боче­го вре­мени!

- Мож­но, - спо­кой­но кив­ну­ла Ми­нако, но го­лосок внут­ри нее (эта­кая Ми­ни-жен­щи­на) чуть не ос­корбил­ся: "А ты ду­мал, что я прос­то так вы­ряди­лась?!"

Обе­дать в ка­фете­рии ни­же не бы­ло смыс­ла: тут и там кол­ле­ги, еще слу­хи пой­дут. Но ос­тать­ся не­заме­чен­ны­ми у них все рав­но не выш­ло. Оба ве­ли се­бя, как ма­лые де­ти. Ятен дер­жался пре­дель­но веж­ли­во, по сто­ронам не смот­рел, а прос­то мол­ча шел, от­кры­вая пе­ред Ми­нако две­ри, слов­но она его толь­ко для это­го и на­няла; Ми­на то­же не стре­милась сра­зу на­чать ще­бетать и мол­ча же сле­дова­ла за ним, ти­хо скри­пя зу­бами: не так-то лег­ко пос­пе­вать за вы­соким муж­чи­ной на каб­лу­ках... И все это выг­ля­дело так не­ес­тес­твен­но, так не­лепо, что все обо­рачи­вались на стро­гую, поч­ти по-праз­днич­но­му раз­ря­жен­ную па­роч­ку, го­товую вот-вот сор­вать­ся на бег, лишь бы их ник­то вмес­те не уви­дел.

Сла­ва Не­бу, Ятен не за­хотел обе­дать в бли­жай­шем ка­фе, где сплошь и ря­дом лю­бопыт­ные гла­за, а ре­шил отъ­ехать хо­тя бы на па­ру квар­та­лов. Хо­тя, это мог­ло сыг­рать с ни­ми злую шут­ку: а вдруг пус­тят слух, что Ай­но тай­но ез­дит ку­да-то с но­во­яв­ленным уха­жером?.. Но это луч­ше, чем есть и ду­мать, что за то­бой сле­дят.

Это бы­ла ти­пич­ная япон­ская ка­феш­ка, ка­ких мно­го, ни­чего при­меча­тель­но­го. Ятен, не спра­шивая спут­ни­цу, выб­рал сто­лик у ок­на, и к ним тут же под­бе­жал офи­ци­ант и по­дал ме­ню.

- Мне, по­жалуй­ста, та­маго-яки* и зе­леный чай без са­хара, - Коу да­же не бро­сил взгля­да на спи­сок блюд и тут же по­яс­нил, уви­дев нес­коль­ко оза­дачен­ный взор Ай­но: - Я всег­да ем на обед од­но и то же.

- И не на­до­еда­ет? - по­любо­пытс­тво­вала она и тут же при­куси­ла язык. Ну вот, от­личное на­чало раз­го­вора! Ей по­ра на­писать книж­ку "Что ска­зать, что­бы у со­бесед­ни­ка не бы­ло ни­како­го же­лания от­кры­вать рот еще раз". - Фу­тома­ки**, по­жалуй­ста. И во­ду без га­за.

Офи­ци­ант де­жур­но улыб­нулся и ушел.

- Нет, не на­до­еда­ет, - не­ожи­дан­но для Ми­нако от­ве­тил Ятен, от­ки­дыва­ясь на спин­ку пле­тено­го сту­ла. - Я не люб­лю слиш­ком за­мора­чивать­ся во вре­мя ра­боче­го дня. А та­маго-яки мне нра­вит­ся. Вот и вы­бираю то, что съ­ем с удо­воль­стви­ем в лю­бом слу­чае.

Прак­тично, здра­во, но скуч­но. Ми­на не­лов­ко по­жала пле­чами. Нет, слиш­ком она вы­ряди­лась для ка­кого-то "не­замо­рочен­но­го" обе­да!

- Я боль­ше по­эк­спе­римен­ти­ровать люб­лю, поп­ро­бовать что-то но­вое. Ни­ког­да не ду­маю, что съ­ем или при­готов­лю в сле­ду­ющий раз. За­хожу и вы­бираю под нас­тро­ение.

По­мол­ча­ли. При­шел офи­ци­ант. Сла­ва бо­гу, те­перь мож­но мол­чать, за­едая это са­мое мол­ча­ние блю­дами. Хо­тя, ка­жет­ся, и то­го, и дру­гого под­мы­вало за­дать воп­рос. Но умес­тно ли? Не бу­дет ли это... че­рес­чур?

- Как Сейя? Тай? - наш­лась Ми­на, ког­да мол­ча­ние ста­ло уж сов­сем не­выно­симым.

- У них все хо­рошо, - поч­ти с об­легче­ни­ем от­ве­тил Коу. - У Сейи свой биз­нес, он про­да­ет нед­ви­жимость: вся­кие квар­ти­ры, учас­тки, прос­то зем­лю. Прак­ти­чес­ки пос­то­ян­но в разъ­ез­дах. Тай­ки уда­рил­ся в на­уку, всех тон­костей не знаю, - на се­кун­ду он улыб­нулся, - но де­ла что-то не спо­рят­ся. Нет фи­нан­си­рова­ния. Ами с ним. За­оч­но учит­ся и пы­та­ет­ся во­оду­шевить на­шего уж слиш­ком лю­бяще­го за­мороч­ки брат­ца.

Ми­на не удер­жа­лась от улыб­ки:

- А как твои ро­дите­ли?

- Отец ра­бота­ет, но за­пала нет, на­вер­ное, прос­то сти­мула боль­ше не хва­та­ет. Рань­ше нуж­но бы­ло нас под­ни­мать, а те­перь мы са­ми с уса­ми. Все разъ­еха­лись. Ма­ма до­ма си­дит, как и рань­ше. Отец не поз­во­ля­ет ра­ботать. Она же жен­щи­на, - и по­чему-то из его уст это так проз­ву­чало, слов­но де­вуш­кам не прис­та­ло тру­дить­ся.

- И что же? Это уже ста­ромод­но, - фыр­кну­ла Ми­на, те­ряя ос­то­рож­ность. - Жен­щи­на впол­не мо­жет быть са­мос­то­ятель­ной. Да и вы дав­но вы­рос­ли. Че­го ей си­деть на од­ном мес­те?

- Так у нас при­нято, - прак­ти­чес­ки неп­ри­яз­ненно от­ве­тил Коу, и Ми­на за­мол­ча­ла. Уви­дев ее поч­ти ис­пу­ган­ный взгляд, блон­дин ис­пра­вил­ся: - Жен­щи­ны семьи Коу не ра­бота­ют. На­до бы­ло так ска­зать.

- И по­это­му нес­час­тная Мис­ти да­же учит­ся за­оч­но? - жа­лос­тли­во спро­сила Ми­на, и бы­ло что-то очень ин­тимное в том, как имен­но она наз­ва­ла Ами Ми­цуно; а еще она име­ла пред­став­ле­ние, как тя­жело де­ятель­ной и ум­ной де­вуш­ке прос­то быть за спи­ной сво­его из­бран­ни­ка-уче­ного.

- Офи­ци­аль­но она не яв­ля­ет­ся же­ной Тай­ки... - нес­коль­ко рас­те­рял­ся Ятен. - Но да, ду­маю, по­это­му. Мне и са­мому ее жаль. Тай­ки вро­де ее не вы­нуж­да­ет до­ма си­деть, ес­ли что. Толь­ко ему по­мощь сей­час нуж­на, и Ами, по­хоже, не мо­жет ос­та­вить его.

Бы­ло стран­но го­ворить все это. Го­ворить зап­росто, го­ворить так, слов­но она своя. Ко­неч­но, с ка­кой-то сто­роны это так и бы­ло. Ми­на зна­ла всю семью Коу, об­ща­лась с ни­ми и да­же бы­ла ког­да-то друж­на. Но это же бы­ло ког­да-то. Сей­час Яте­ну не нуж­но бы это­го все­го го­ворить чу­жому че­лове­ку. Бог с Сей­ей, у не­го все хо­рошо. Но Тай... Ятен во­об­ще по­доз­ре­вал, что у не­го деп­рессия. При ог­ромном по­тен­ци­але не бы­ло воз­можнос­тей, и это то­чило Тай­ки из­нутри. Но за­чем знать об этом пос­то­рон­не­му?

- Поп­ро­шу ни­кому все­го это­го не рас­ска­зывать, - стро­го за­метил Коу, ко­выря­ясь в ос­тавшем­ся ом­ле­те.

- Мне и не­кому, - по­жала пле­чами Ми­на.

- А... То­ни? - вне­зап­но спро­сил Ятен.

Ти­шина. Изум­ленный, от­ча­ян­ный взгляд Ай­но. Вре­зав­ши­еся угол­ки ее губ...

- Я не об­ща­юсь с ним с вы­пус­кно­го, - жес­то­кий, но прав­ди­вый при­говор.

И опять не­лов­кость. Нет, ее уже не­воз­можно пре­одо­леть окон­ча­тель­но.

- Спа­сибо за обед, я, по­жалуй, пой­ду, - Ми­на под­ня­лась из-за сто­лика, пря­ча взгляд за чел­кой. Вот и пе­рес­ту­пили грань. Ту са­мую, то­нень­кую-то­нень­кую, слов­но па­утин­ка, и ос­трую, как лез­вие но­жа.

- Я до­везу те­бя.

- Не сто­ит.

- Сто­ит.

Они выш­ли в та­ком же мол­ча­нии, в ка­ком вош­ли, и сно­ва от­тол­кну­лись друг от дру­га. Ни у ко­го не хва­тило ду­ху про­дол­жить на­болев­ший раз­го­вор, ни у ко­го не бы­ло сил ска­зать "Прос­ти...", а ведь сто­ило! Счет идет на ми­нуты, на се­кун­ды, у них уже нет по­вода уви­деть­ся, нет по­вода сно­ва пос­мотреть друг дру­гу в гла­за. Они се­ли в ма­шину, Ятен за­вел мо­тор. И нет ни кап­ли праз­дни­ка в шел­ко­вом платье и но­вой ру­баш­ке...

И сно­ва "Час То­кио". А­уди при­пар­ко­вано. По­ра ухо­дить.

- Спа­сибо за обед, - роб­кая про­щаль­ная улыб­ка, об­ра­щен­ная зер­ка­лу. - Жаль, мне не­чем те­бя от­бла­года­рить за все за­боты, - от­крыв­ша­яся дверь, стук каб­лучка об ас­фальт. Ос­та­лось толь­ко встать и нав­сегда зах­лопнуть двер­цу.

- От­че­го же? - Ятен еле-еле по­вер­нул го­лову на­зад. Ми­на удив­ле­на. Он, ес­ли чес­тно, то­же. - Я дав­но не ужи­нал до­маш­ней пи­щей.

Это поч­ти как воп­рос, да­же на­мека нет. И Ми­на яв­но ус­лы­шала: "Приг­ла­сишь?" По его ли­цу и не по­нять, что тол­ка­ет его на этот пос­ту­пок, за­чем ему эта оче­ред­ная встре­ча, но она по­кор­но, как змея, при­ручен­ная ук­ро­тите­лем, кив­ну­ла:

- При­ходи. Ты пом­нишь ад­рес?

- Да.

- Я за­беру те­бя с ра­боты, - рез­ко нах­му­рив­шись, Ятен от­вернул­ся, и Ми­на по­няла, что раз­го­вор окон­чен. По край­ней ме­ре, до ве­чера. И не­из­вес­тно, к че­му этот ве­чер при­ведет.

__

*Та­маго-яки - ом­лет.
**Фу­тома­ки - рол­лы.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

@темы: Мои фанфики

23:31 

Фанфик "Библиотекарша" ЗАКОНЧЕН

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Библиотекарша
Автор: Magicheskaya

Фэндом: Bishoujo Senshi Sailor Moon
Основные персонажи: Ами Мицуно (Сейлор Меркурий), Зойсайт

Пэйринг или персонажи: Ами/ Зойсайт

Рейтинг: G
Жанры: Гет, Романтика, AU
Предупреждения: OOC
Размер: Мини, 6 страниц

Описание:
Библиотекарша и ее не самая скучная "работа".

_______
Ами ста­ратель­но под­кле­ива­ла книж­ку, ког­да ря­дом на сто­леш­ни­цу опус­ти­лась ру­ка. На­до ска­зать, что сна­чала ей по­каза­лось, буд­то ру­ка жен­ская - слиш­ком тон­кая и по-сво­ему изящ­ная, что ли. Но уже че­рез се­кун­ду де­вуш­ка по­няла - ру­ка муж­ская, жи­лис­тая, с ок­руглы­ми ро­зова­тыми шра­мами на кос­тяшках.

- Чем я мо­гу по­мочь? - при­выч­но по­ин­те­ресо­валась Ами, под­ни­мая гла­за и стал­ки­ва­ясь взгля­дом с со­вер­шенно бан­дит­ским зе­леным при­щуром, кол­ким и наг­лым.

- Я бы хо­тел за­писать­ся, - за­явил об­ла­датель за­дирис­то­го взгля­да, уж слиш­ком раз­вязно улы­ба­ясь для та­кого бла­говос­пи­тан­но­го мес­та, как биб­ли­оте­ка.

Да и во­об­ще, труд­но най­ти че­лове­ка, ко­торый столь же силь­но не под­хо­дил бы это­му мес­ту. На вид юно­ше лет сем­надцать, не боль­ше, в вы­зыва­ющих уз­ких си­них джин­сах и чер­ной ко­жаной ко­сухе с ка­кими-то це­пями-ши­пами и ке­дах; пу­шис­тые куд­ря­вые во­лосы чуть стя­нуты у кон­цов ре­зин­кой пош­ло­го ро­зово­го цве­та, буд­то впо­пыхах, на пле­че за од­ну лям­ку ви­сит бо­лот­но­го от­тенка рюк­зак, сплошь пок­ры­тый раз­но­мас­тны­ми знач­ка­ми. Да и вид та­кой, буд­то биб­ли­оте­ку он ви­дит впер­вые в жиз­ни: го­лова во все сто­роны вер­тится.

- Ко­неч­но, - нем­но­го отой­дя от за­меша­тель­ства, де­жур­но улыб­ну­лась Ами. - У вас есть пас­порт?

- Пас­порт? - не­умес­тно жиз­не­радос­тная улыб­ка ры­жего не­фор­ма­ла сду­лась, как воз­душный ша­рик. - А что, ну­жен пас­порт?

- Обя­затель­но, - кив­ну­ла де­вуш­ка. И что это он так пя­лит­ся?! - При­ходи­те зав­тра.

- А вы зав­тра ра­бота­ете? - жи­во по­ин­те­ресо­вал­ся па­рень, сно­ва на­чиная улы­бать­ся, и от этой улыб­ки Ами ста­нови­лось как-то не­лов­ко.

- Да, биб­ли­оте­ка ра­бота­ет с де­вяти до...

- Нет-нет, - про­тара­торил ры­жий. - Вы зав­тра ра­бота­ете?

- Я?! - Ами от­кро­вен­но ото­ропе­ла. - Да...

- Ну вот и от­лично! - зас­ве­тил­ся па­рень. - Тог­да до встре­чи! - мах­нул ру­кой, и был та­ков. Толь­ко дверь хлоп­ну­ла.

А Ами до кон­ца ра­боче­го дня не мог­ла прий­ти в се­бя и бы­ла жут­ко рас­се­ян­ной. Это ж на­до бы­ло пе­репу­тать Дик­кенса с Дю­ма!..

***

В то же вре­мя юно­ша за­явил­ся и на сле­ду­ющий день.

- Я сно­ва за­был пас­порт, - ни­чуть не огор­ча­ясь, рас­сме­ял­ся он. - Я прос­то так заг­ля­нул, - и, по­махав ру­кой, убе­жал.

***

На сле­ду­ющий день нез­на­комец при­шел под ве­чер. Ра­дос­тно вру­чил Ами пас­порт, ви­димо, страш­но гор­дясь сво­ей ис­полни­тель­ностью, с удо­воль­стви­ем рас­пи­сал­ся в фор­му­ляре. За­то воп­рос о вы­боре кни­ги яв­но его оза­дачил. И сно­ва это лег­кое изум­ленное огор­че­ние на тон­ком хит­ром ли­це!

- Я мо­гу вам что-то под­ска­зать, - веж­ли­во отоз­ва­лась Ами. В кон­це кон­цов, это ее ра­бота! - Чем вы ув­ле­ка­етесь?

- Фан­тасти­ку мож­но... или что-то та­кое... Да­вай­те прой­дем­ся и ре­шим что-то по хо­ду де­ла, - ра­дос­тно пред­ло­жил ры­жий.

Ис­пы­тывая стран­ное вол­не­ние от бли­зос­ти Зой­сай­та (имен­но так зва­ли но­вого лю­бите­ля книг), де­вуш­ка по­вела его по биб­ли­отеч­ным за­ко­ул­кам. Бы­ло в нем что-то... Ка­кая-то своя ат­мосфе­ра. Ка­жет­ся, так го­ворят о лю­дях со стран­ностя­ми? У не­го оп­ре­делен­но бы­ла эта "своя ат­мосфе­ра". И она зас­тавля­ла Ами нер­вни­чать и сму­щать­ся. А еще бы­ло по­нят­но без вся­ких разъ­яс­не­ний, что кни­ги его ма­ло ин­те­ресу­ют, а ес­ли и ин­те­ресу­ют, то он из тех лю­дей, ко­торые не по­нима­ют, че­го хо­тят.

- Вот, а это что? Как ду­ма­ете? Ин­те­рес­но? - по­минут­но спра­шивал он, ты­кая в лю­бую (Ами бы­ла уве­рена!) кни­гу, и тут же по­вора­чивал­ся к дру­гой. - А эта? О мо­реп­ла­вании? Ну нет, это не мое... Мо­жет, по­ищем где-то еще? - и тут же бес­це­ремон­но та­щил ее под ло­коток в дру­гую сто­рону, на­чиная бол­тать о чем-то сво­ем.

Сна­чала Ами от­кро­вен­но крас­не­ла и выс­во­бож­да­лась. По­том прос­то мол­ча со­пела, но выр­вать­ся уже не пы­талась. А за­тем и вов­се по­кор­но шла сле­дом, из­редка вслу­шива­ясь в бол­товню кли­ен­та.

- Нет, ме­ня это не ин­те­ресу­ет, - Зой­сайт пе­рех­ва­тывал ее ла­донь и, не вы­пус­кая, шел даль­ше. - Что ска­жете об этом? - са­мая вы­сокая пол­ка! - Вам по­мочь? - ну ему же так прос­то встать на мыс­ки и дос­тать эту злос­час­тную книж­ку, но нет, он пе­рех­ва­тыва­ет де­вуш­ку за та­лию и при­под­ни­ма­ет ее. - Дос­та­ли? А? Ой, ка­жет­ся, это я уже чи­тал... - уж слиш­ком на­рочи­тое ра­зоча­рова­ние и му­чени­чес­кий вздох. - Это о муш­ке­терах?

- Нет, о са­доводс­тве! - за­душе­но пых­те­ла Ами, поп­равляя сбив­шу­юся вя­заную жи­леточ­ку.

- Я так и знал! - во весь рот улы­бал­ся Зой­сайт.

Они плу­тали пол­ча­са, не мень­ше, и нич­то не за­нима­ло вет­ре­ного Зойя доль­ше пя­ти се­кунд; из во­роха ав­то­ров и книг он ни­чего не выб­рал, за­то Ами до­вел до по­лу­об­мо­роч­но­го сос­то­яния.

- Я к вам зав­тра зай­ду, - за­явил Зой­сайт, ду­шев­но про­ща­ясь с вы­мотан­ной Ами у две­рей. - Вы ведь зав­тра ра­бота­ете?..

- Нет! - от­ре­зала де­вуш­ка, прек­расно зная, что ес­ли и за­рабо­тала се­бе мир­ный день, то счастье не­надол­го.

***

- А врать не­хоро­шо! - за­явил Зой­сайт, за­ходя в книж­ный зал. И вид у не­го был до то­го по-дет­ски оби­жен­ный, что Ами пок­расне­ла от сты­да и до­сады. Пло­хая де­воч­ка! - Вы не вол­нуй­тесь, я вам боль­ше ме­шать не бу­ду. Дай­те, мне, по­жалуй­ста, Дже­ка Лон­до­на "Бе­лый клык".

Прис­ты­жен­ная Ами тут же при­нес­ла нуж­ную книж­ку. Зой гор­до рас­пи­сал­ся в фор­му­ляре и тут же ушел с ви­дом ос­кор­блен­ной чес­ти, за­дирая нос к по­тол­ку.

***

Стран­но, но лю­битель биб­ли­отек не по­яв­лялся не­дели две. То ли и прав­да ра­зоби­дел­ся, то ли кни­га шла ту­го. Но Ами сов­сем из­ве­лась, та­ращась на лю­бого куд­ря­вого ры­жего пар­ня, при­шед­ше­го за ли­тера­турой или прос­то про­мель­кнув­ше­го за ок­ном. С од­ной сто­роны, от до­тош­но­го кли­ен­та хо­телось под стол спря­тать­ся. А с дру­гой...

- Вот вам ваш "Бе­лый клык", - кни­га с не­мило­сер­дным сту­ком при­зем­ли­лась на стол. Ка­жет­ся, за это вре­мя бу­ря ми­нова­ла, и па­рень ус­пел вер­нуть се­бе преж­нее ра­дос­тное нас­тро­ение.

- И как вам? - лишь бы не мол­чать (а еще - вып­ро­сить из­ви­нение!) спро­сила Ами, и Зой неб­режно по­жал пле­чами. У Ами по­яви­лось стой­кое ощу­щение, что фо­ли­ант мер­твен­но ле­жал в его рюк­за­ке.

- Дай­те что-ни­будь на свой вкус.

- Вам вряд ли пон­ра­вит­ся то, что я люб­лю чи­тать, - ос­то­рож­но от­ве­тила Ами, но все-та­ки по­кор­но вста­ла из-за сто­ла, поп­равляя скуч­ное си­нее платье. - Ду­маю, вку­сы у нас ну слиш­ком раз­ные.

- Вы уве­рены? - при­щурил­ся Зой и так прис­таль­но пос­мотрел на Ами, что та за­лилась крас­кой. - Раз­ве раз­ным лю­дям не мо­жет нра­вить­ся од­но и то же?

- Мо­жет, ко­неч­но, но... - нес­коль­ко сби­тая с тол­ку, про­лепе­тала де­вуш­ка, но Зой­сайт тут же ее пе­ребил, ка­жет­ся, сов­сем не слу­шая:

- Вот му­зыка, нап­ри­мер. Она объ­еди­ня­ет та­ких лю­дей, ко­торые при встре­че, воз­можно, да­же не об­ра­тили бы друг на дру­га вни­мания. Или вот я, - он ткнул паль­цем в свою грудь, прос­матри­вая пол­ки с кни­гами. - Мне вы нра­витесь. И при этом я сов­сем не ду­маю, чем вы от ме­ня от­ли­ча­етесь.

- А что нас объ­еди­ня­ет? - вы­пали­ла Ами не­ожи­дан­но да­же для се­бя и тут же сно­ва глу­по рас­крас­не­лась.

Зой отор­вался от по­лок и хит­ро улыб­нулся, гля­дя на Ами:

- Лю­бовь к хо­рошей ли­тера­туре, я ду­маю.

***

- Вы схо­дите со мной в ка­фе?

- Нет!

- Од­на­ко ж, как вы быс­тро сре­аги­рова­ли! - изу­мил­ся Зой, и на ли­це его не бы­ло и кап­ли ра­зоча­рова­ния; ка­жет­ся, он не из тех лю­дей, ко­торые при­вык­ли сра­зу от­сту­пать. - И по­чему же? - он взял пер­вую по­пав­шу­юся книж­ку с ближ­не­го стел­ла­жа, и Ами за­писа­ла ее в фор­му­ляр. "Ле­чение ка­пус­тным лис­том".

- Я на ра­боте, - ту­по бро­сила де­вуш­ка, ста­новясь уже се­ро-бу­ро-ма­лино­вой от сму­щения. Руч­ка лоп­нет от дав­ле­ния.

- Та­кое ощу­щение, что вы всег­да на ра­боте! Вы ведь не круг­ло­суточ­но тут си­дите? - по­ин­те­ресо­вал­ся па­рень с ви­дом свя­той на­ив­ности, буд­то та­кое дей­стви­тель­но воз­можно.

- Нет...

- Ну вот и от­лично! - об­ра­довал­ся Зой. - Я зай­ду к по­лови­не шес­то­го, - и ушел. А Ами с до­садой по­дума­ла, что не ска­зала "Да".

***

- Я сам ху­дож­ник, а мой отец был аф­ри­кано­ведом, пред­став­ля­ете? Он це­лыми дня­ми... Вам скуч­но, Ами? - Зой отод­ви­нул от се­бя блю­деч­ко с пи­рож­ным и нах­му­рил­ся. Вол­не­ние ему не идет. Пусть луч­ше улы­ба­ет­ся.

- Нет, вов­се нет, - жал­ко улыб­ну­лась Ами.

Чувс­тво­вала она се­бя бо­лее, чем не­лепо: бе­лая стро­гая блуз­ка, се­рая скуч­ная юб­ка-тра­пеция, ста­ромод­ные туф­ли. И Зой, как по за­казу, в про­вока­ци­он­ной, кис­лотно­го цве­та фут­болке с монс­тром, рва­ных джин­сах и тон­ком чер­ном вя­заном шар­фе.

- Вы не по­хожи на че­лове­ка, ко­торо­му все нра­вит­ся. Мо­жет, ко­фе пло­хой? Не хо­тите чай? Или сок? Или?.. - за­час­тил Зой, и Ами тут же лег­ко рас­сме­ялась:

- Нет, ко­фе пре­вос­ходный, как вы...

- Ты.

- Как ты и обе­щал.

- Тог­да в чем де­ло? - сно­ва нах­му­рил­ся па­рень. Он-то чувс­тво­вал се­бя ве­лико­леп­но. По край­ней ме­ре, ни­како­го раз­де­ления не ощу­щал. - Вам...

- Те­бе, - в тон ему поп­ра­вила Ами. - Так что там с па­пой аф­ри­кано­ведом?..

Уже че­рез пять ми­нут Ами сме­ялась так, как не сме­ялась ни­ког­да. А Зой, раз­ма­хивая "Ле­чени­ем ка­пус­тным лис­том", взах­леб рас­ска­зывал что-то из жиз­ни...

***

- И как?

- От­личный слог, за­меча­тель­ный сю­жет.

Ами прыс­ну­ла и вы­чер­кну­ла книж­ку. А Зой тем вре­менем про­дол­жал с ко­мичес­кой серь­ез­ностью:

- И вам со­ветую. Вы ведь не чи­тали, да? Обя­затель­но проч­ти­те! Та­кая куль­ми­нация - уме­реть от нап­ря­жения! А опи­сание дей­ствий? Я еле се­бя сдер­жи­вал. А ин­тимные под­робнос­ти? Осо­бен­но там, где опи­сыва­лось, что что­бы из­ба­вить­ся от зас­тоя мо­лока при кор­мле­нии, нуж­но за­вер­нуть грудь в лист ка­пус­ты, сма­зан­ный...

- Зой­сайт!

- Что? - со­вер­шенная на­ив­ность в гла­зах. - И что крас­неть-то?!

***

- Ты что, так ни­чего о се­бе тол­ком и не рас­ска­жешь? - Зой пнул ка­мушек, и тот за­терял­ся в осен­ней лис­тве; Ами, сжи­мая в ру­ках бу­кет гер­ба­рия, улыб­ну­лась:

- А что рас­ска­зать? Моя жизнь скуч­ная, как я са­ма...

- Вот уж глу­пос­ти, - фыр­кнул ры­жий и ве­село за­тара­торил: - Ну раз не хо­чешь, я тут вспом­нил од­ну от­личную шту­ку!..

***

- Ами-и!..

- Ти­хо ты!

- Ну АМИ!!!

- Зой, я на ра­боте.

- Брось свои нуд­ные фо­ли­ан­ты, се­год­ня фес­ти­валь мо­роже­ного в ста­ром пар­ке!

- Ну не мо­гу же я уй­ти с ра­боче­го мес­та?! - Ами по­низи­ла го­лос, по­тому что ста­рая ма­дам Кон­зи по­коси­лась на слиш­ком уж гром­ко бол­та­ющую кол­ле­гу из-под оч­ков-по­лови­нок.

- Ну и лад­но! Съ­ем все один! Ты толь­ко пред­ставь!.. - го­лос его стал по­добен го­лосу Змия-ис­ку­сите­ля. - Ша­рик ба­нано­вого, ша­рик шо­колад­но­го, ша­рик... ммм... мят­но­го, а по­том чер­нично­го. И - как ты лю­бишь! - оре­ховый си­роп.

- Все, сда­юсь, - прос­то­нала де­вуш­ка, - ес­ли ты за мной не за­едешь, Зой­сайт Ка­то, я смер­тель­но на те­бя оби­жусь и от­ка­жусь вы­давать те­бе кни­ги!

- Вто­рое я пе­режи­ву, - рас­хо­хотал­ся па­рень.

***

- Зна­ешь, мо­ей ма­ме уже за пять­де­сят, но она та­кая мо­лодая! - Ами не зна­ла, как ей ос­та­новить­ся и пе­рес­тать го­ворить о се­бе. В кон­це кон­цов, это да­же эго­ис­тично. Но на ли­це Зойя не­под­дель­ный ин­те­рес, и пе­ред ним как-то не стыд­но от­кро­вен­ни­чать. Да­же о са­мом глав­ном. - Из­ви­ни, я те­бя, на­вер­ное, убол­та­ла.

- Те­бе ме­ня не пе­реп­лю­нуть, хоть ты не умол­ка­ла це­лый ве­чер, - мах­нул ру­кой Зой, и его за­меча­ние бы­ло по­чему-то сов­сем не обид­ным. - Го­вори. Мне нра­вит­ся те­бя слу­шать.

И сно­ва гром­кий смех и раз­го­воры...

***

"Будь го­това, при­ду к шес­ти. Жди и вол­нуй­ся", - Ами хи­хик­ну­ла и уб­ра­ла те­лефон­чик в сум­ку.

Уже два ме­сяца она ка­тего­ричес­ки не мог­ла ра­ботать. Два ме­сяца она жи­ла в ка­ком-то ту­мане, а точ­нее, в эпи­цен­тре тор­на­до, имя ко­торо­му Зой­сайт. И сей­час, вспо­миная их пер­вую встре­чу, она ис­крен­не не­до­уме­вала: "И как я сра­зу не по­няла, что он - моё?.."

@темы: Мои фанфики

23:30 

Заметки "Как наломать дров в написании фанфика по СМ" ПРОДОЛЖЕНИЕ

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Со­вет вто­рой
Со­вет вто­рой: соз­дай­те па­роч­ку за­нуд

Да­вай­те по­иг­ра­ем в од­ну ко­ротень­кую иг­ру. Вы, ува­жа­емые чи­тате­ли, са­ми пой­ме­те, о ком идет речь, при­чем, мгно­вен­но. От­веть­те се­бе на па­ру воп­ро­сов. Пер­вый: "Чей ха­рак­тер, как пра­вило, де­ла­ют са­мым не­яр­ким и бес­хре­бет­ным из "Трех звезд"? Есть вер­сии? А вот вам вто­рой воп­рос (по­ка пер­вый пе­рева­рива­ете): "Кто из сен­ши, как пра­вило, яв­ля­ет­ся нам в раз­личных ра­ботах са­мой неп­ривле­катель­ной, а иног­да и от­талки­ва­ющей"? До­гада­лись? Мо­лод­цы! Ду­маю, всем по­нят­но, что в мо­ем ма­лень­ком со­вете речь пой­дет о со­юзе Тай­ки и Ами, глав­ных на­ших ин­теллек­ту­алов. Най­ти что-то год­ное по этой па­ре и не ра­зоча­ровать­ся на пол­пу­ти - это вам не за хле­буш­ком схо­дить, тут нуж­но не­дюжин­ное тер­пе­ние и чер­тов­ская ве­зучесть. А все по­чему? По­тому что ав­то­ры ну ни­как не уме­ют пе­редать осо­бый вид люб­ви - люб­ви зам­кну­той, ин­теллек­ту­аль­ной, люб­ви, ко­торая не яв­ля­ет­ся про­тивос­то­яни­ем ха­рак­те­ров, не стре­мит­ся быть вы­чур­ной и про­ис­хо­дит где-то на мен­таль­ном, а то и ас­траль­ном уров­не, прос­то­му смер­тно­му не­ведан­ном. Ведь с Ми­ной и Яте­ном все прос­то, да? У них же вой­на круг­лы­ми сут­ка­ми, знай-при­думы­вай не­лепые си­ту­ации для взрыв­ной па­роч­ки. И у Сейи с Усой все от­лично, да­же Ма­мору для ос­тро­ты есть. А что де­лать нес­час­тным Ами и Тай­ки, ко­торые по при­роде сво­ей не­кон­фликтны, для про­тиво­полож­но­го по­ла из­лишне зак­ры­ты, каж­дое сло­во взве­шива­ют и лиш­них прик­лю­чений на пя­тую точ­ку не ищут? Что? Сов­сем ис­чезнуть со стра­ниц фан­фи­ков с их слиш­ком ти­хими от­но­шени­ями? Не тут-то бы­ло! Мы еще по­борем­ся за мир­ные чувс­тва и за здра­вый смысл фэн­до­ма "Сей­лор Мун"!

Со­вет глав­ный - не пе­реги­бай­те с О­ОС, не пе­реги­бай­те! По­нят­ное де­ло, что, ско­рее все­го, при­думы­вать нес­тандар­тные си­ту­ации для этих дво­их при­дет­ся, глав­ное - не вхо­дить в край­нос­ти. Ес­ли уж до­пус­ка­ете О­ОС, то пом­ни­те, о ком идет речь.

Ами скром­на, зас­тенчи­ва, не­уве­рен­на в се­бе, иног­да за­цик­ле­на на чем-то, ло­гич­на и до скре­жета зу­бов пра­виль­на, слов­но весь ка­толи­чес­кий мо­нас­тырь во гла­ве с нас­то­ятель­ни­цей. Ес­ли она де­ла­ет что-то ну очень для нее неп­ри­выч­ное (до­пус­тим, на­чина­ет вы­зыва­юще оде­вать­ся по со­вету под­руг, что­бы прив­лечь вни­мание мо­лодо­го че­лове­ка), то не на­до пи­сать, что она от­лично се­бя чувс­тво­вала на шпиль­ке в де­сять сан­ти­мет­ров и не пы­талась да­же на­тянуть ми­ни-юб­ку по­ниже. Ник­то не по­верит! Ду­маю, ак­три­сы из та­ких де­вушек не очень хо­роши, тем бо­лее, ес­ли роль не­под­хо­дящая.

Тай­ки в пла­не ха­рак­те­ра бо­лее плас­ти­чен, что ли, но и у не­го есть осо­бен­ности. Он умен, уп­рям, уве­рен в собс­твен­ной точ­ке зре­ния, зак­рыт и, ка­жет­ся, не так уж силь­но нуж­да­ет­ся в том, что­бы кто-то со­вал нос в его жизнь. В этом и проб­ле­ма! В от­но­шении дру­гих он это­го то­же не де­ла­ет. Так что Тай, под­сте­рега­ющий пов­сю­ду Ами, прес­ле­ду­ющий ее или выт­во­ря­ющий ка­кие-то вы­чур­ные(!) ро­ман­ти­чес­кие пос­тупки - ложь, трын­деж и про­вока­ция!

Их от­но­шения - это сли­яние ду­ши, сли­яние ха­рак­те­ров, ощу­щение по­нима­ния пар­тне­ра, из­бавле­ние его от оди­ночес­тва сре­ди тол­пы. Ведь, по су­ти, и Ами, и Тай­ки оди­ноки сре­ди сво­их до­воль­но рас­кре­пощен­ных дру­зей. По­кажи­те эту тон­кую грань, как им у­ют­но вмес­те, как они мо­гут по­нимать друг дру­га и чувс­тво­вать. Не на­до без­думной су­еты, бе­шено­го action-а. Ес­ли вы хо­тите по­казать имен­но этих ге­ро­ев (то есть та­ких, как их при­дума­ли до вас На­око и ав­то­ры ани­ме), не стре­митесь силь­но да­вить на раз­ви­тие со­бытий. Тут иг­ра­ют чувс­тва.

Имен­но яр­кое рас­кры­тие чувств из­ба­вит Ами и Тай­ки от при­сущей им нуд­ности, ко­торой за­час­тую ода­рива­ют их фик­рай­те­ры. И тог­да и эта па­ра за­иг­ра­ет на фо­не взбал­мошных Яте­на и Ми­ны, Сейи и Уса­ги. Лю­бовь бы­ва­ет раз­ная. И не все то зо­лото, что блес­тит. Ами и Тай - па­ра осо­бен­ная, не­пов­то­римая, бе­зум­но слож­ная, па­ра, ко­торая боль­ше скры­ва­ет, чем по­казы­ва­ет. Сде­лай­те пе­режи­вания этих ге­ро­ев нас­то­ящи­ми, цеп­ля­ющи­ми, и тог­да фан­фик ожи­вет. Ожи­вет так, как ожи­ва­ет да­леко не каж­дая ра­бота.

@темы: Мои фанфики

23:28 

Фанфик "Ершистый нянь" В ПРОЦЕССЕ (3)

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Шаг пер­вый
По­нять - это од­но, сде­лать - сов­сем дру­гое. Яс­ное де­ло, что на­чать сле­ду­ет с Мал­фоя как с са­мого по­нят­но­го пер­со­нажа пред­ска­зания. Но чем, собс­твен­но, мо­жет по­мочь Дра­ко, Рон не знал и знать не же­лал. Мень­ше все­го ему хо­телось при­бегать к по­мощи сли­зерин­ско­го зме­ены­ша, от­равляв­ше­го Ро­ну и его друзь­ям су­щес­тво­вание на про­тяже­нии столь­ких лет. Да и ес­ли все-та­ки нас­ту­пить на гор­ло гор­дости и поп­ро­сить о по­мощи, то что ска­зать? У­из­ли по­нятия не имел, ка­ким об­ра­зом Мал­фой спо­собен по­мочь Гер­ми­оне. И все опять за­ходи­ло в ту­пик. Быть мо­жет, зас­та­вить это­го мер­зко­го ти­па по­могать им с Гар­ри на­силь­но? А что? Впол­не се­бе ва­ри­ант. Мал­фою и ры­пать­ся не­куда. По­обе­щать за­мол­вить о нем сло­веч­ко в Ми­нес­терс­тве, и всё. Так уж и быть, Рон бы да­же сдер­жал обе­щание ра­ди Гер­ми­оны. Но сно­ва-та­ки по­яв­ля­ет­ся од­но "но". Вряд ли Мал­фой зна­ет, с че­го на­чать. А ес­ли и зна­ет, то сто лет бу­дет ло­мать­ся, преж­де чем рас­ко­лет­ся.

"Об этом по­раз­мышля­ем по­том", - ре­шил У­из­ли, пред­став­ляя се­бе тес­ную ку­хонь­ку Но­ры.

Стран­ный, но уже зна­комый пе­ревер­тыш, и У­из­ли очу­тил­ся в ро­довом гнез­де. Сколь­ко лет прош­ло, а Но­ра не ме­ня­ет­ся: та же тес­но­та, та же по­ряд­ком ис­тертая ме­бель, тот же у­ют. И все здесь род­ное, близ­кое. Мол­ли и Ар­ту­ру мно­го раз пред­ла­гали но­вый дом, при­чем, хоть в Ан­глии, хоть в Ру­мынии, во Фран­ции или да­же Егип­те, но те не­из­менно от­ка­зыва­лись. Все луч­шие со­бытия жиз­ни про­изош­ли имен­но в этом мес­те, и те­рять их ник­то не хо­тел. Хо­тя Рон прек­расно по­нимал сво­их ро­дите­лей, ему и са­мому боль­ше нра­вилось воз­вра­щать­ся имен­но сю­да, в это теп­лое, не ом­ра­чен­ное бе­дами мес­то, где всег­да пах­нет вы­печ­кой и детс­твом. И сей­час млад­ше­му сы­ну У­из­ли хо­телось с кри­ком бро­сить­ся в свою ма­лень­кую, об­кле­ен­ную пла­ката­ми ком­натку и ждать, по­ка ма­ма по­зовет его на обед.

- Мам! - Рон ма­шиналь­но пя­тер­ней приг­ла­дил вих­растую го­лову и сел на стул, буд­то гость.

Со сто­роны гос­ти­ной пос­лы­шались то­пот ша­гов и приг­лу­шен­ный го­лос. Мол­ли пос­та­рела, при­бави­лось се­дых во­лос и мор­щин, но ли­цо ос­та­лось та­ким же при­вет­ли­вым и лу­чис­тым. Ед­ва уви­дев сы­на, жен­щи­на тут же ки­нулась ему на грудь, гром­ко при­читая:

- Рон, ми­лый! По­худел, осу­нул­ся, - она тут же при­жала сы­на к се­бе, бес­це­ремон­но ог­ля­дывая его. - Как Гер­ми­она? - нес­коль­ко роб­ко спро­сила жен­щи­на.

Рон не рас­ска­зал ро­дите­лям всей прав­ды, сов­рал лишь, что Гер­ми­она в отъ­ез­де. Уди­витель­но, но мис­сис У­из­ли не выс­пра­шива­ла ни­каких под­робнос­тей, до­воль­ству­ясь до­гад­ка­ми, что, быть мо­жет, они прос­то пос­со­рились и ре­шили по­жить от­дель­но ка­кое-то вре­мя. Все это, ко­неч­но, тре­вожи­ло ее, но что и ког­да зас­тавля­ло Ар­ту­ра и Мол­ли У­из­ли ду­мать окон­ча­тель­но пес­си­мис­тично?

- У Гер­ми­оны все хо­рошо, - вы­давив вы­мучен­ную улыб­ку, от­ве­тил Рон. - А па­па где? Гар­ри и Джин­ни нет?

- Отец твой дню­ет и но­чу­ет в Ми­нис­терс­тве, - всплес­ну­ла ру­ками жен­щи­на, тем са­мым вы­ражая, как ей на­до­ел фа­натизм му­жа по от­но­шению к ра­боте. - Ско­ро сов­сем свих­нется со сво­ими маг­гла­ми!

- Да брось, мам, - Рон при­об­нял мать за пле­чи, - до сих пор здо­рове­хонек, зря за не­го вол­ну­ешь­ся! Ты бы луч­ше по­бес­по­ко­илась о сво­ем го­лод­ном сы­не.

Рас­сме­яв­шись, мис­сис У­из­ли взмах­ну­ла па­лоч­кой, и из шкаф­чи­ка с по­судой выс­ко­чила та­рел­ка; она тут же при­зем­ли­лась на стол, буд­то ожи­дая, ког­да же ее на­пол­нят.

- А Джин­ни ко мне дав­но не заг­ля­дыва­ла, - на ли­це жен­щи­ны вновь по­яви­лась оза­бочен­ность, по­ка она нак­ла­дыва­ла в та­рел­ку ту­шеные ово­щи из пу­затой си­ней кас­трю­ли. - У них то­же де­ла. Нет вре­мени мать на­вес­тить.

Рон вздох­нул, но про­мол­чал. И не пос­по­ришь: вре­мени сов­сем нет.

- Хо­рошо, что хоть ты оду­мал­ся, вспом­нил о ро­дите­лях, - чуть стро­го улы­ба­ясь, про­дол­жи­ла Мол­ли. - Здесь те­бя всег­да ждут, Рон. Пом­ни об этом. Здесь твой дом.

- Спа­сибо, мам, - не­весе­ло улыб­нулся Рон.

Мол­ли не по­уча­ет, не нас­тавля­ет, не бра­нит за дол­гое от­сутс­твие и при­чинен­ное ей бес­по­кой­ство; но Рон слы­шит в ее сло­вах ти­хий уп­рек, и это ра­нит. Сов­сем он из­мо­тал­ся, ког­да с Гер­ми­оной прик­лю­чилась эта бе­да, от­го­родил­ся ото всех, зак­рылся. И нуж­но как мож­но ско­рее ис­кать ре­шение. Пусть да­же ес­ли при­дет­ся уни­зить­ся пе­ред сли­зерин­ским га­дены­шем, он смо­жет. Нас­ту­пит се­бе на гор­ло. Но боль­ше не зас­та­вит сво­их род­ных так пе­режи­вать, спа­сет Гер­ми­ону. С ка­кой-то сто­роны да­же стран­но, что он еще не от­ча­ял­ся.

- Мам, я не на дол­го, у ме­ня есть де­ло к Гар­ри.

Мол­ли ни­чего не от­ве­тила, обид­чи­во по­жав пле­чами.

- Не вол­нуй­ся, - Рон под­нялся из-за сто­ла и при­об­нял жен­щи­ну. - Так на­до. Вот уви­дишь, ско­ро все на­ладит­ся. Ско­ро все ста­нет по-преж­не­му.

И не­из­вес­тно, ко­го он уте­шал в этот мо­мент - се­бя или мать?..

***

Ког­да Гар­ри и Рон се­ли на стулья в се­рой за­ле, был уже поз­дний ве­чер. Мал­фой вы­шел к ним от­ку­да-то свер­ху и да­же не взгля­нул на них, а сра­зу по­дошел к ка­мину, в ко­тором ве­село плес­кался огонь - единс­твен­ное яр­кое пят­но этой ком­на­ты. Все трое мол­ча­ли, по­ка хо­зя­ин по­местья не обер­нулся к сво­им гос­тям, по­казы­вая, что го­тов их слу­шать.

- У нас к те­бе де­ло, - впол­го­лоса ска­зал Гар­ри, под­ни­ма­ясь; ему бы­ло не­уют­но смот­реть на Дра­ко сни­зу вверх.

- Я что-то по­доб­ное уже слы­шал, - бро­сил Мал­фой, бе­ря по­лено и ки­дая его в огонь. - Ты же та­кой са­мос­то­ятель­ный маль­чик, Пот­тер, с че­го та­кое до­верие к мо­ей пер­со­не?

- Ты хоть раз мо­жешь по­гово­рить нор­маль­но? - не­ожи­дан­но хму­ро спро­сил Рон, и на ли­це его не бы­ло при­выч­ной брез­гли­вос­ти или не­навис­ти, толь­ко ус­та­лость. Имен­но от­пе­чаток ус­та­лос­ти и ле­ниво­го сар­казма на ли­цах объ­еди­нял всех тро­их.

- Нор­маль­но? - чуть уди­вил­ся Мал­фой. - Прос­ти, У­из­ли, но я да­же во сне не мог бы пред­ста­вить, как мы нор­маль­но раз­го­вари­ва­ем.

- А при­дет­ся, - за­метил Гар­ри, - раз уж у нас об­щее де­ло.

- Это у вас ко мне де­ла, - още­тинил­ся Мал­фой, - лич­но мне от вас ни­чего не на­до.

- Да что ты, - про­пел елей­ным го­лосом Рон, - да ес­ли бы не мы...

- Прек­ра­тите, - ос­та­новил его Пот­тер с со­вер­шенно не­воз­му­тимым ви­дом. Сно­ва ста­ло ти­хо. Толь­ко лег­кий треск ка­мина. - Да­вай­те сде­ла­ем это быс­тро. Так, по-мо­ему, удоб­нее всем.

- Я весь во вни­мании, - скри­вил гу­бы Дра­ко и де­монс­тра­тив­но усел­ся на од­но из жес­тких кре­сел, за­киды­вая но­гу на но­гу. По его ли­цу, по ко­торо­му иг­ра­ли ры­жие бли­ки, не­воз­можно бы­ло по­нять ни од­но­го чувс­тва.

- Нам нуж­на твоя по­мощь, - нес­коль­ко не­уве­рен­но на­чал Гар­ри, и Мал­фой не­поч­ти­тель­но пе­ребил его:

- Опять?

- Сно­ва, - мрач­но бур­кнул Рон.

- А без ме­ня ни­как? - гу­бы сли­зерин­ца сно­ва скри­вились в ус­мешке. - Ка­жет­ся, я не от­кры­вал бю­ро доб­рых ус­луг.

- Это и в тво­их ин­те­ресах то­же. Чем быс­трее ты нам по­можешь, тем ско­ро мы за­берем Гер­ми­ону и ре­шим твой воп­рос с нас­ледс­твом.

Ли­цо Дра­ко пе­реме­нилось, ста­ло злым и уп­ря­мым:

- По­пахи­ва­ет шан­та­жом.

- При­нимай, как хо­чешь, - не вы­тер­пел Рон, то­же вска­кивая. - А по­могать при­дет­ся. Вот, - он в па­ру ша­гов по­дошел к Дра­ко и су­нул ему бу­маж­ку. - Чи­тай.

Мал­фой про­читал на­писан­ное и не­до­умен­но под­нял гла­за от лис­та:

- И что это за бред? Без­дарные вы по­эты, я вам ска­жу.

- Это не бред, а пред­ска­зание. И сог­ласно это­му пред­ска­занию, ты дол­жен нам по­мочь.

- Ин­те­рес­но, и где тут на­писа­но, что Дра­ко Лю­ци­ус Мал­фой обя­зан вам по­могать? - не­доволь­но спро­сил блон­дин.

Рон воз­вел к по­тол­ку гла­за, при­зывая все си­лы не­ба по­мочь ему. Ему и так бы­ло тя­жело на­ходить­ся с Мал­фо­ем в од­ной ком­на­те, а тер­петь его выс­ка­зыва­ния - и то­го ху­же.

- Ты мо­жешь по­мол­чать и выс­лу­шать? - ка­жет­ся, и у Пот­те­ра ста­ло ис­ся­кать тер­пе­ние, по­тому что бро­ви его нах­му­рились, а го­лос пе­рес­тал быть та­ким уж спо­кой­ным и сдер­жанным. - Мы и са­ми на­мучи­лись с этим пред­ска­зани­ем, по­тому что тут и по­лови­ны не по­нять. Яс­но толь­ко, что ты мо­жешь нам по­мочь, по­тому что ты как раз тот, кто "нам свя­тыню бе­режет". Ес­ли был хо­тя бы один шанс, ник­то бы из нас не при­шел к те­бе за по­мощью, и ты это зна­ешь, Мал­фой. Но что-то нам ве­зет друг на дру­га. Ты по ми­ру без нас пой­дешь, а мы не спа­сем Гер­ми­ону. Чем доль­ше ты вы­пен­дри­ва­ешь­ся, тем доль­ше до­капы­ва­ет­ся до те­бя Ми­нис­терс­тво и тем доль­ше ты тер­пишь Гер­ми­ону у се­бя. Ду­маю, это не вы­зыва­ет у те­бя вос­торга, - слов­но в под­твержде­ние, Мал­фой сар­кастич­но ус­мехнул­ся. - То-то, - Пот­тер сно­ва рас­сла­бил­ся.

- И что мне на­до та­кого сде­лать? - ле­ниво про­тянул Дра­ко, на­рочи­то ста­ра­ясь по­казать, как его не вол­ну­ют их с Ро­ном проб­ле­мы.

- Вот это мы у те­бя хо­тим спро­сить, Мал­фой. Что та­кого ты мо­жешь сде­лать, что­бы рас­колдо­вать Гер­ми­ону? - нес­коль­ко тре­бова­тель­но спро­сил Рон, ви­дя, что Дра­ко по-преж­не­му без­мя­теж­но спо­ко­ен и не слиш­ком-то за­дум­чив.

- Раз­ве что пос­та­рать­ся по­мочь най­ти то­го, кто нас­лал на нее зак­ли­нание?.. - воп­ро­ситель­но про­тянул сли­зери­нец.

Рон и Гар­ри пе­рег­ля­нулись.

Взбуч­ка от Грей­нджер
Да, Дра­ко, ка­жет­ся, до­воль­но хо­рошо знал тех, кто гор­до на­зывал се­бя Тем­ны­ми Прес­ле­дова­теля­ми. А ес­ли и не хо­рошо, то он хо­тя бы спо­собен под­ме­тить, кто из них на что спо­собен. В ос­новном, ко­неч­но, это бы­ли пол­ные без­дарнос­ти, вряд ли спо­соб­ные при­думать та­кое мощ­ное зак­ли­нание. Но бы­ли и по-нас­то­яще­му опас­ные лич­ности, чьи уме­ния и поз­на­ния пе­реси­лива­ют мно­гие то­ма тем­ных книг. Имен­но с них Дра­ко и ре­шил на­чать. Он пы­тал­ся упом­нить все, лю­бые под­робнос­ти би­ог­ра­фии или внеш­ности, иног­да ис­крен­не не по­нимая, за­чем так ста­ра­ет­ся. За­чем вста­ет по но­чам, вне­зап­но осе­нен­ный вос­по­мина­ни­ем? За­чем так тща­тель­но ко­па­ет под тех, кто спо­кой­но мо­жет выб­ро­сить его в вы­копан­ную им же яму? Это бы­ло так стран­но, так... не­понят­но - быть с У­из­ли и Пот­те­ром за од­но. Ко­неч­но, все де­ло в Неп­ре­лож­ном обе­те и в же­лании из­ба­вить­ся от ма­лень­кой прис­та­вучей Грей­нджер. Ко­неч­но. Или в чем-то еще?

Дра­ко не хо­тел в этом раз­би­рать­ся. Да, Гер­ми­она за­час­тую раз­дра­жала его. Тем, что увя­зыва­лась сле­дом, что пу­талась под но­гами. У­из­ли хо­чет­ся от­клю­чить, ту­по шлеп­нув его кам­нем по за­тыл­ку. Вот так. Без фан­та­зии и уси­лий. Да и вид свя­тоши Пот­те­ра бод­рости не при­бав­ля­ет. Но они... лю­ди. Единс­твен­ные лю­ди, с ко­торы­ми Дра­ко име­ет хоть ка­кое-то пол­но­цен­ное об­ще­ни­ем, лю­ди, для ко­торых он пред­став­ля­ет хоть ка­кую-то лич­ность, ка­кой-то вес. И У­из­ли, и Пот­тер не­нави­дят и пре­зира­ют его, но он им ну­жен. А Гер­ми­оне - и то­го боль­ше.

Дра­ко знал, что, ког­да най­дет­ся по­жира­тель, на­ложив­ший на Гер­ми­ону зак­ля­тие, и де­воч­ка вер­нет се­бе преж­нее об­личье, все это свер­нется са­мо со­бой. Да, он по­лучит на­зад свои вла­дения и за­рабо­та­ет по­кой. Но есть ли в нем хоть ка­кая-то от­ду­шина? Как сно­ва на­учить­ся жить в изо­ляции, в рав­но­душии ко все­му и всем, кто ря­дом? Как сно­ва по­любить свое оди­нокое прис­та­нище у мо­ря, но­сящее в се­бе столь­ко вос­по­мина­ний и пе­чали?.. Черт возь­ми, он же мо­лод! Мо­лод! И об­ре­ка­ет се­бя на веч­ное от­шель­ни­чес­тво, до са­мой смер­ти. Хо­чет нав­сегда уй­ти ту­да, где нет ни юнос­ти, ни ста­рос­ти, ни вре­мени, ту­да, где не для ко­го на­ряжать­ся, изоб­ра­жать улыб­ку или де­лать ре­монт. Ту­да, где у не­го ни­кого нет. И не бу­дет.

И по­это­му Дра­ко с осо­бым усер­ди­ем ис­кал ма­лей­шие де­тали, ко­торые мо­гут по­мочь най­ти прес­тупни­ка, и при этом так от­ча­ян­но скри­пел ка­ран­да­шом, ста­ра­ясь от­ва­дить от се­бя эго­ис­тичную мысль за­путать рас­сле­дова­ние.

А тем вре­менем спи­сок по­пол­нялся. Дра­ко за­писы­вал всех, у ко­го за­мечал хоть ка­кой-то за­чаток ума. На вся­кий слу­чай. И во гла­ве сто­ял Скра­утер. Тот са­мый, что ког­да ска­зал о том, как обес­це­нена те­перь фа­милия Мал­фо­ев. Кис­лотная не­нависть раз­ли­валась по те­лу Дра­ко при мыс­ли о нем, но он приз­на­вал, как умен и хи­тер его враг. По­жалуй, Скра­утер, с его не­за­уряд­ным мыш­ле­ни­ем и фан­та­зи­ей, мог при­думать зак­ля­тие, столь опас­но дей­ству­ющее. Те­перь глав­ное - най­ти спо­соб вы­цепить его из куч­ки Тем­ных Прес­ле­дова­телей, скры­ва­ющих­ся по всей Ан­глии. И не факт, что по­лучит­ся.

Дра­ко до по­тем­не­ния в гла­зах пы­тал­ся вспом­нить, где на­ходит­ся ро­довой за­мок Скра­уте­ров, ког­да мыс­ли его прер­вал то­нень­кий, нас­то­рожен­ный го­лос:

- Шо­колад?..

Мал­фой от­дернул ру­ку от ли­ца и с не­до­уме­ни­ем ус­та­вил­ся на Гер­ми­ону, сев­шую в со­сед­нее крес­ло гос­ти­ной. Но­ги ее не дос­та­вали до по­ла.

- Шо­колад? - чуть гром­че пов­то­рила она, ука­зывая го­ловой на фи­оле­товую чаш­ку, на­пол­ненную ко­рич­не­вой жид­костью, от ко­торой клу­бами под­ни­мал­ся пар. - Он при­бав­ля­ет сил.

- А что, я так дур­но выг­ля­жу? - ко­со ус­мехнул­ся сли­зери­нец, отод­ви­гая в сто­рону во­рох бу­маг. Дур­но - это сла­бо ска­зано. И шут­ки у не­го убо­гие. - Пей са­ма.

- Это для вас, - пок­расне­ла Гер­ми­она и поч­ти во­инс­твен­но, нас­та­витель­но про­дол­жи­ла: - За ва­ми ну­жен уход.

"Вот еще!"

- Уж не ты ли, пи­гали­ца, бу­дешь за мной уха­живать? - при­щурил­ся Дра­ко, от­вле­ка­ясь от сво­их мрач­ных мыс­лей. Веч­но эта Грей­нджер су­ет нос не ту­да, ку­да сле­ду­ет.

- Я, - за­яви­ла Грей­нджер. "И на­до ж быть та­кой нас­тырной!"

- По-мо­ему, твои дя­дюш­ки ос­та­вили те­бя у ме­ня, что­бы я за то­бой уха­живал, а не на­обо­рот. Так, мисс Всез­най­ка?

- Так-то оно так, - сок­ру­шен­но вздох­ну­ла Грей­нджер, и во вздо­хе ее так от­четли­во зву­чала де­лови­тая иро­ния, что бро­ви Дра­ко по­пол­зли вверх, - толь­ко вот вам уход ну­жен боль­ше, чем мне! Вот как вы жи­вете! - она упер­ла руч­ки в бо­ка. - Тем­но­та, сы­рость! Ни вкус­ностей на сто­ле, ни гос­тей в до­ме. Си­дите до­поз­дна за бу­маж­ка­ми, сов­сем по­сере­ли. А ког­да я от­сю­да уй­ду, так сов­сем про­паде­те!

Дра­ко по­нял, что си­дит с от­кры­тым ртом, не ина­че.

- Ма­ма го­ворит, что се­бя нуж­но бе­речь. А вы и так бо­ле­ете, - де­воч­ка слез­ла с крес­ла и соб­ра­ла бу­маги со сто­ла.

- Так, я, ка­жет­ся, про­сил те­бя не лезть не в свои де­ла, - нах­му­рил­ся Дра­ко. - Бу­дешь воз­ни­кать, от­прав­лю в чу­лан до ве­чера.

- Вы зас­тавля­ете ме­ня пос­ту­пать не­чес­тно, мис­тер Мал­фой, - с ко­мич­ной серь­ез­ностью ска­зала Гер­ми­она, от­во­дя за спи­ну ру­ку с за­пися­ми.

- Что ты име­ешь в ви­ду? - с на­рас­та­ющим раз­дра­жени­ем спро­сил Мал­фой. Нет, рас­хля­балась дев­чонка, из рук вы­билась!

- Дя­дя Рон ве­лел мне не­мед­ленно го­ворить, ес­ли что-то со мной не так. Пло­хо мне тут, нап­ри­мер, - ко­вар­ным то­ном на­чала Гер­ми­она. - Ну или ес­ли кто-ни­будь ме­ня оби­жа­ет. И мне бу­дет очень неп­ри­ят­но врать дя­де Ро­ну. Он, ка­жет­ся, очень ме­ня лю­бит.

- Ах ты ма­лень­кая... - про­шипел Дра­ко.

- Я все­го лишь за­бочусь о ва­шем здо­ровье! - топ­ну­ла нож­кой Гер­ми­она.

- И сда­лось те­бе мое здо­ровье! - те­ряя тер­пе­ние, вскри­чал Дра­ко. Еще и раз­бо­рок с У­из­ли не хва­тало, тот слу­шать не бу­дет. Грей­нджер не мо­жет же быть ви­нова­та, за­то по­ганый сли­зери­нец - зап­росто. Не дай Бог, они по­уби­ва­ют друг дру­га в про­цес­се раз­бо­рок. - И что те­бе от ме­ня на­до, ма­лень­кое чу­дови­ще?!

- Пей­те ле­карс­тво, не пи­шите и не чи­тай­те в тем­но­те, ешь­те вов­ре­мя и мой­те пе­ред едой ру­ки, - за­гиба­ла паль­чи­ки Гер­ми­она. - А еще я ус­та­ла си­деть сут­ка­ми в зам­ке. Вам то­же гу­лять по­лез­но. Глянь­те, ка­кой блед­ный!

"Я вы­рас­тил монс­тра", - со сто­ном по­думал Дра­ко. И так дел нев­про­ворот, а тут еще и это ма­лень­кое не­дора­зуме­ние. Очу­халась, ос­во­илась. Ста­ла нер­вы тре­пать. Гос­по­ди, ну где же его спо­кой­ная жизнь?

- Слу­шай, ма­ляв­ка, - без вся­кого поч­те­ния за­явил Дра­ко. - Что-то ты сов­сем страх по­теря­ла. И со­весть. К тво­ему све­дению, ни "дя­дюш­ку Ро­на", ни "дя­дюш­ку Гар­ри" я не бо­ял­ся и не бо­юсь. Жаль толь­ко, что они мне не по­верят, что ты - ма­лень­кая шан­та­жис­тка.

- Та­кое ощу­щение, что я о се­бе за­бочусь, - воз­му­щен­но нах­му­рилась Грей­нджер, по­ходя на встре­пан­но­го во­робья.

- Я. Не. Нуж­да­юсь. В за­боте, - от­че­канил Мал­фой.

По­вис­ла ти­шина. Гер­ми­она воз­му­щен­но со­пела.

- Пусть это не го­ворит мне че­ловек, но­сящий ман­тию на­выво­рот! - ляп­ну­ла она и вы­бежа­ла из гос­ти­ной, а оше­лом­ленный Дра­ко ус­та­вил­ся се­бе на грудь. Швы го­вори­ли са­ми за се­бя...

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

@темы: Мои фанфики

23:23 

Фанфик в соавторстве с НеИрида "На краю души" В ПРОЦЕССЕ (9)

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Ког­да Зой­сайт при­шел к ней ве­чером, он выг­ля­дел до то­го из­ну­рен­ным, что де­вуш­ка не ска­зала и сло­ва на его фри­воль­ный вид: лорд ог­ня пред­стал пе­ред Ма­гич­кой в бор­до­вом теп­лом ха­лате, от­кры­ва­ющем часть бе­лой рель­еф­ной гру­ди, и тап­ках. "В кон­це кон­цов, - уже раз­дра­жен­но по­дума­ла Мил, до­садуя на собс­твен­ную при­дир­чи­вость, - по­чему он дол­жен по­яв­лять­ся при па­раде? Он ус­тал от дол­гой и, ви­димо, не са­мой при­ят­ной по­ез­дки. А тут еще я со сво­им пос­тным ви­дом и не­доволь­ством!"

- Быть мо­жет, нам от­ло­жить за­нятия? - как-то уж слиш­ком жа­лос­тли­во спро­сила си­нег­ла­зая, уса­жива­ясь за круг­лый стол и поп­равляя под­свеч­ник.

- Что, у ме­ня слиш­ком уж нес­час­тный вид? - под­тру­нил над ней Зой с ус­та­лой улыб­кой и сел нап­ро­тив, от­ки­дывая ры­жие куд­ри за спи­ну. - Ска­жем так: у нас бу­дет ввод­ная бе­седа, она не прод­лится слиш­ком дол­го. Уто­мить­ся я не ус­пею и вско­ре от­прав­люсь в кро­вать. Ус­тро­ит?

Ми­ливия кив­ну­ла и взя­ла пер­вую кни­гу, меж­ду стра­ниц ко­торой ле­жала бу­маж­ная зак­ладка.

- Сна­чала хо­чу спро­сить, нет ли у те­бя ка­ких-то воп­ро­сов по про­читан­но­му?

- Собс­твен­но, воп­ро­сы на­чались с са­мого на­чала, - де­вуш­ка от­кры­ла од­ну из пер­вых стра­ниц.

- Ты не сог­ласна с те­ори­ей воз­никно­вения и воз­рожде­ния Все­лен­ной? - чуть нас­мешли­во спро­сил Зой, скло­ня­ясь над кни­гой, но тут же стал серь­ез­нее, за­метив, что Ми­ливия пок­расне­ла от вол­не­ния.

- Тут го­ворит­ся, - Мил бли­зору­ко при­щури­лась, - что Зем­ля - ос­ко­лок да­леко­го Сол­нца, ко­торый смог, так ска­зать, от­шли­фовать свою фор­му бла­года­ря дол­го­му вра­щению по ор­би­те. Че­рез це­лые мил­ли­оны лет на Зем­лю упал ме­те­орит, раз­де­лив­ший об­щий ма­терик на сво­еоб­разные час­ти, го­ворит­ся о по­яв­ле­нии пер­вых жи­вых су­ществ. И при этом со­вер­шенно не упо­мина­ет­ся, как воз­никли две ра­сы - лю­дей и Ма­гов.

- Это и не мо­жет упо­минать­ся, ведь ни­чего на­уч­но­го по это­му воп­ро­су еще не бы­ло на­писа­но, - кив­нул Зой. - По край­ней ме­ре, даль­ше ми­фов не за­ходит.

- Ты что-ни­будь слы­шал о Трех без­ли­ких де­вах? - спро­сила Ми­ливия, от­ки­дыва­ясь на спин­ку сту­ла.

- Зна­чит так, - Зой хлоп­нул ла­доня­ми по ко­леням, - да­вай пе­ремес­тимся на ди­ван? Чувс­твую, раз­го­вор все-та­ки бу­дет дол­гим. А у ме­ня спи­на за­тек­ла от жес­тко­го сту­ла, - он пе­ресел на ма­лень­кий ди­ван, и Ма­гич­ке приш­лось сесть прак­ти­чес­ки вплот­ную к не­му.

- Пред­по­ложим, я слы­шал об этих де­вах. Но ведь это все­го лишь дет­ские сказ­ки!

- Вов­се нет, - по­кача­ла го­ловой Ми­ливия, по­бед­но улы­ба­ясь, - это не сказ­ки, а быль. Прос­то, ска­жу так, быль неп­ригляд­ная, о ней не лю­бят вспо­минать.

- А ну-ка, вы­ложи свои зна­ния, - Зой при­щурил­ся, рас­слаб­ля­ясь на ди­ване. Ин­те­рес­но, а смо­жет ли она на­учить его че­му-то но­вому?

- Толь­ко ос­тавь свой скеп­сис на по­том. Сна­чала тол­ком выс­лу­шай, - де­вуш­ка про­каш­ля­лась, слов­но со­бира­лась выс­ту­пать на пуб­ли­ке. - Ког­да-то дав­но... знаю, зву­чит как на­чало ка­кой-то сказ­ки... но ты слу­шай. Мно­гим бы сей­час это не по­меша­ло. Ког­да-то дав­но зем­ля бы­ла пус­ты­ней, на ко­торой оби­тали три бо­жес­тва - Три без­ли­кие де­вы. Зва­ли их Честь, Со­весть и Гар­мо­ния. Гар­мо­ния сто­яла во гла­ве и кон­тро­лиро­вала все зем­ное, ус­та­нав­ли­вала за­коны при­роды, со­вету­ясь со сво­ими род­ны­ми сес­три­цами, и те по­мога­ли ей. И все-та­ки мир не был со­вер­ше­нен. Тог­да Гар­мо­ния на­сели­ла пла­нету жи­выми су­щес­тва­ми, на­чиная с ма­лень­кой кле­точ­ки, кон­чая че­лове­ком, а точ­нее, Ма­гом, в чью сущ­ность бы­ло за­ложе­но осо­бое на­чало. Ма­ги по­мога­ли соз­да­вать бо­жес­твам все зем­ное. Три сес­тры ре­шили уве­личить чис­ленность лю­дей на пла­нете, ког­да Зем­ля пол­ностью пре­об­ра­зова­лась, но по­бо­ялись да­вать ма­гичес­кую сущ­ность аб­со­лют­но всем. Тог­да и был соз­дан обыч­ный че­ловек. Де­вы бы­ли муд­ры и сде­лали так, что­бы Маг рож­дался толь­ко от со­юза двух Ма­гов, лю­ди же не мог­ли иметь вол­шебных де­тей, как и па­ра че­лове­ка и Ма­га. Та­ким об­ра­зом, не бы­ло си­лы бо­лее мо­гущес­твен­ной, чем си­ла трех сес­тер.

Од­на­ко бо­гини про­гада­ли и по­гибель свою наш­ли не от Ма­гов, а от прос­тых лю­дей. Ра­са Ма­гов, ко­торая ког­да-то бы­ла не мень­ше ра­сы лю­дей, ста­ла за­тухать, ис­че­зать из-за раз­ных бра­ков. Сей­час мы наб­лю­да­ем это во всей кра­се. Лю­ди ста­ли брать верх, по­дав­лять чис­ленностью сво­их соб­рать­ев, ис­чез тот кон­троль, ко­торый осу­щест­вля­ли Ма­ги как пос­ланни­ки бо­гинь. Ба­ланс ми­ра на­рушил­ся. Че­ловек во­зом­нил се­бя вен­цом при­роды и не ста­вил вы­ше се­бя ни­кого. Пер­вы­ми пла­нету по­кину­ли Честь и Со­весть, ра­зоз­лившись на собс­твен­ное тво­рение. Гар­мо­ния дер­жа­лась до пос­ледне­го. Но на Зем­ле вспых­ну­ли вой­ны, ко­торые она в оди­ноч­ку не мог­ла по­давить, не мог­ла ис­пра­вить ис­ка­жен­ные ду­ши лю­дей, из­ба­вить их от за­вис­ти и злон­ра­вия. И уш­ла. Бро­сила свою пла­нету, как и ее сес­тры. Ко­неч­но, с тех пор прош­ло мно­го лет, ник­то уже не пом­нит тол­ком о тех со­быти­ях. Но они бы­ли.

- Ко­неч­но, все это кра­сиво... - мяг­ко за­метил лорд пос­ле не­кото­рого мол­ча­ния. - Но где же до­каза­тель­ства, что те бо­гини су­щес­тво­вали? Прос­ти, я ве­рю лишь в то, что мо­гу ус­лы­шать, уви­деть или по­чувс­тво­вать.

- Ко­неч­но, я не мо­гу при­вес­ти те­бе ка­ких-то серь­ез­ных до­каза­тель­ств, но... оби­тель бо­гини Гар­мо­нии до сих пор рас­по­ложе­на на го­ре. Она жи­ла на се­вере, на са­мой вы­сокой вер­хушке. Моя ба­буш­ка мне рас­ска­зыва­ла, что мой дед за­бирал­ся на эту го­ру, прав­да, до кон­ца не за­лез. Го­ворил, что бы­ли вид­ны шпи­ли ба­шен... - за­дум­чи­во за­кон­чи­ла Ми­ливия.

Зой скеп­ти­чес­ки ус­мехнул­ся, но тут же ре­шил спря­тать улыб­ку. Во все эти кра­сивые ис­то­рии он ве­рил ед­ва ли, но Ми­ливию оби­жать не хо­тел, од­на­ко де­вуш­ка уже за­мела про­мель­кнув­ший во взгля­де скеп­сис.

- Да­же ес­ли ты в это не ве­ришь, - стро­го ска­зала си­нег­ла­зая, - мо­жешь про­ана­лизи­ровать то, что тво­рит­ся сей­час. Раз­ве не раз­ру­ша­ет­ся мир, а Ма­ги не ста­ли ред­костью? Раз­ве пла­нету не ох­ва­тили вой­ны? Раз­ве не по­теря­ли лю­ди сво­ей че­ловеч­ности?

- "Мо­раль сей бас­ни та­кова...", - на­рас­пев про­дек­ла­миро­вал Зой­сайт, пря­мо смот­ря на де­вуш­ку и втай­не вос­хи­ща­ясь ее ве­ре в собс­твен­ные сло­ва. - Прос­ти, в тво­ей ле­ген­де я ви­жу лишь по­учи­тель­ную прис­казку, не бо­лее. Мож­но, ко­неч­но, веч­но сва­ливать все на не­дос­мотр Бо­гов, но не лег­че ли со­вер­шенс­тво­вать се­бя, а не ссы­лать­ся на ко­го-то?

- Ни­чего-то ты не по­нял, - по­кача­ла го­ловой Ма­гич­ка. - Раз­ве это ис­то­рия о том, что за людь­ми не дос­мотре­ли Три сес­тры? Это ис­то­рия о че­лове­чес­кой за­вис­ти, жад­ности, тщес­ла­вии, жаж­де влас­ти и гос­подс­тва. Обо всем, что мы мо­жем наб­лю­дать сей­час во всей сво­ей неп­ригляд­ной кра­се.

- И ко­неч­но, - лорд ог­ня при­щурил­ся, и де­вуш­ке по­каза­лось, что в его гла­зах по­явил­ся ка­кой-то не­доб­рый блеск, - ко всем этим по­рокам ты при­писы­ва­ешь ме­ня. Сно­ва пы­та­ешь­ся вну­шить мне, ка­кой я жал­кий и раз­вра­щен­ный?

- Я... не... - вспых­ну­ла Ма­гич­ка, но Зой ос­та­новил ее сло­ва лишь лег­ким взма­хом кис­ти ру­ки.

- Я прек­расно знаю, что ты ду­ма­ешь обо мне и во­об­ще о всех, кто сей­час у влас­ти. Да, сог­ла­шусь, мое по­ложе­ние дос­та­лось мне не са­мым чис­тым пу­тем. Но ты да­же пред­ста­вить се­бе не мо­жешь, сколь­ко мне приш­лось грызть зу­бами зем­лю, сколь­ко знать, учить­ся, что­бы за­нять свое мес­то в об­щес­тве. Я уже как-то про­гово­рил­ся те­бе, что про­изо­шел из са­мых низ­ших сло­ев об­щес­тва, - лорд скри­вил свое кра­сивое ли­цо, слов­но прог­ло­тил доль­ку ли­мона. - И это дей­стви­тель­но так. Я уби­рал по­мои за сво­ими гос­по­дами и дол­жен был быть им бла­года­рен за то, что они да­ют мне ра­боту, черс­твый ку­сок хле­ба и свое пок­ро­витель­ство. Мой отец был жал­ким пь­яни­цей, ко­торый, сколь­ко я се­бя пом­ню, до кро­ви и хри­па из­би­вал мою мать. Она умер­ла при мне, и моя жизнь не име­ла ни од­но­го прос­ве­та. Но я выр­вался. По­шел доб­ро­воль­цем в сол­да­ты, не зная, бу­ду ли жить в сле­ду­ющее мгно­вение, где ме­ня уни­жали, шпы­няли не мень­ше, чем у "бла­годе­телей", топ­та­ли до тех пор, по­ка я не стал луч­шим. Луч­шим, слы­шишь? Я знал всю тех­ни­ку бо­ев, мас­ки­ровал­ся, слов­но ха­меле­он, я слы­шал и ви­дел боль­ше дру­гих, боль­ше да­же са­мых вни­матель­ных. Я шел все вы­ше и вы­ше, да, не гну­ша­ясь все­ми ме­тода­ми, поль­зу­ясь во­ен­ным по­ложе­ни­ем. Но мне ос­то­чер­те­ла бед­ность, сла­бо­умие. Я не хо­тел быть сре­ди этих убо­жеств. Я - тво­рец сво­ей судь­бы, и я поль­зу­юсь этим пра­вилом до сих пор. Я поль­зо­вал­ся и лестью, и бо­гаты­ми вли­ятель­ны­ми вдо­вуш­ка­ми, и собс­твен­ной хит­ростью, и оба­яни­ем. Я поль­зо­вал­ся всем, что­бы выр­вать­ся. И я сде­лал это. Ты мо­жешь осуж­дать ме­ня до скон­ча­ния ве­ков. Ты мо­жешь счи­тать ме­ня па­костью. Но все, что сей­час ле­жит у мо­их ног, я при­тап­ты­вал са­мос­то­ятель­но. И те­перь я на вер­ши­не.

- А что де­лать тем, кто не смог выр­вать­ся? Та­ким, как я? Ты - на вер­ши­не, а я у тво­их ног, - го­лос Ма­гич­ки стал горь­ким.

- Ты не у мо­их ног, - воз­ра­зил лорд, про­тяги­вая к де­вуш­ке ру­ку и не­ожи­дан­но мяг­ко, сколь­зя­ще про­водя паль­ца­ми по ее пле­чу. - Ты со мной на рав­ных.

- Да­же ес­ли ты дей­стви­тель­но так счи­та­ешь, знай, что я ни­ког­да не хо­тела за­нимать с то­бой од­но по­ложе­ние. Ты сей­час су­дишь по се­бе. Для ос­таль­ных же я прос­то грязь, при­лип­шая на иде­аль­ный но­сок са­пога, ко­торую нуж­но смах­нуть, - она пе­рех­ва­тила его ру­ку и спо­кой­но от­ве­ла от се­бя. - Я лю­била свою жизнь, ко­торую раз­ру­шили та­кие, как ты.

- Жизнь не мо­жет быть спра­вед­ли­вой, да­же ес­ли ты это­го силь­но хо­чешь, Ми­ливия, она ни­ког­да та­кой не бу­дет, - Зой­сайт все-та­ки взял ее дро­жащую вспо­тев­шую ла­донь и мяг­ко сжал ее. - Как и не мо­жет быть ра­венс­тва, ибо все мы раз­ные по сво­ей при­роде, по ха­рак­те­ру, по си­ле, по воз­можнос­тям и зна­ни­ям.

- Ес­ли бы у всех бы­ли рав­ные пра­ва... - как-то без­на­деж­но про­шеп­та­ла Ма­гич­ка, но лорд пе­ребил ее все с той же ус­та­лой, поч­ти доб­ро­жела­тель­ной не­навяз­чи­востью:

- То каж­дый все рав­но вос­поль­зо­вал­ся бы ими по-раз­но­му. И кто-то бы выр­вался впе­ред, а кто-то - ос­тался по­зади. Да­же бы ес­ли сей­час уш­ли "та­кие, как я", - он скри­вил гу­бы, - не нас­ту­пило бы ни­чего хо­роше­го. Бы­ла бы анар­хия и раз­ру­ха.

- Был бы шанс на спра­вед­ли­вость, - воз­ра­зила де­вуш­ка.

- Его бы не бы­ло, по­тому что "слад­кое мес­то" тут же бы по­пытал­ся за­нять дру­гой. Быть мо­жет, бо­лее гад­кий, раз­вра­щен­ный, не­вежес­твен­ный и тщес­лавный.

- Мне бы­ло пле­вать на по­лити­ку и двор, по­ка она не унес­ла мои семью. Хо­чешь, я рас­ска­жу те­бе од­ну ис­то­рию? - си­ние гла­за Ми­ливии, ко­торым был чужд чер­ный огонь гне­ва и мес­ти, на­пол­ни­лись хму­рой ть­мой. - Наш­лись бы те, кто за­хотел бы прос­то мир­но жить, как жи­ла ког­да-то я. Ты ве­ришь, что я спо­соб­на убить и нас­лаждать­ся чу­жими стра­дани­ями?

- Нет. Убить - быть мо­жет, но не нас­лаждать­ся, - убеж­денно по­качал го­ловой лорд.

- А я живь­ем по­дож­гла лю­дей и сме­ялась, сме­ялась до тех пор, по­ка у ме­ня не на­чалась ис­те­рика, - жес­тко от­че­кани­ла Ма­гич­ка.

- Зна­чит, сей­час ты стра­да­ешь, - Зой­сайт, не от­ры­ва­ясь, смот­рел в ее гла­за, ко­торые вновь ста­ли при­об­ре­тать свой ес­тес­твен­ный от­те­нок. - Я ви­дел, как ты ре­аги­ру­ешь на чу­жую смерть. А смерть, при­чиной ко­торой бы­ла ты...

- Мол­чи, я зря ста­ла го­ворить об этом, - Ма­гич­ка от­верну­лась, поч­ти до кро­ви ку­сая гу­бу.

- Но раз уж у нас та­кой ве­чер от­кро­вений, - по­жал пле­чами Зой­сайт, - то по­гово­рить сто­ило. И все-та­ки ты ос­та­лась чис­той. Что бы ты мне не го­вори­ла, ты - чис­тей­шая ду­ша, ко­торую я знаю.

"Ты, на­вер­ное, да­же не пред­став­ля­ешь, ка­кие чер­ные, гад­кие мыс­ли в мо­ей го­лове, - горь­ко по­дума­ла Ма­гич­ка, гля­дя на свои паль­цы, спле­тен­ные с паль­ца­ми лор­да. - Да­же не пред­став­ля­ешь..."

"Что за по­тем­ки в тво­ей ду­ше? - в то же вре­мя раз­мышлял лорд. - И по­лучит­ся ли у ме­ня ког­да-ни­будь раз­ве­ять их?"

Оба мол­ча­ли. Вре­мя тек­ло мед­ленно, тя­гуче и чем даль­ше шло, тем боль­ше по­яв­ля­лось бе­зот­ветных воп­ро­сов.

***

В эту ночь Ми­ливия спа­ла прос­то от­вра­титель­но. Ей не да­вал по­коя раз­го­вор с Зой­сай­том, его убеж­денность в сво­ей пра­воте и то по­нима­ние, что его сло­ва не ли­шены ос­но­вы. Ко­неч­но, он смот­рел на все со сво­ей ко­локоль­ни, ко­торая воз­вы­ша­ет­ся над судь­ба­ми прос­тых лю­дей; но он был и сре­ди тех, о ком от­зы­вал­ся с та­ким пре­неб­ре­жени­ем. Ми­ром прос­тых лю­дей пра­вит не­вежес­тво, се­рость, от­ста­лость, раб­ская ль­сти­вость. Ми­ливия ви­дела это­го спол­на. Но ведь она и ви­дела уди­витель­ное бла­городс­тво, ра­душие, спра­вед­ли­вое на­чало в прос­том, как и она, че­лове­ке. Ма­гич­ка не бы­ла нас­толь­ко глу­па, что­бы ви­деть лишь свет­лое и хо­рошее, но в этом-то и бы­ло их глав­ное раз­ли­чие с Зой­сай­том: ес­ли лорд за­мечал лишь се­рую мас­су у сво­их ног, то де­вуш­ка ви­дела преж­де все­го че­лове­ка, име­юще­го ду­шу и пра­во на жизнь. Они смот­ре­ли на ве­щи с двух раз­ных по­люсов, и иног­да Мил ис­крен­не не по­нима­ла, как они мо­гут раз­го­вари­вать, есть вмес­те, ез­дить ку­да-то. Как они мо­гут быть так мыс­ленно близ­ки? Они всег­да о чем-то спо­рят, че­му-то учат­ся друг у дру­га, и Ми­ливия не зна­ла, хо­рошо это или пло­хо. Ведь ее не­поко­леби­мая ве­ра в свою пра­воту ста­ла за­мет­но да­вать сла­бину...

На сле­ду­ющий ве­чер они вновь встре­тились в ком­на­те Ми­ливии, но оба выг­ля­дели пре­уве­личен­но сдер­жанны­ми и да­же стро­гими. Об­су­див еще па­ру воп­ро­сов по кни­ге, свя­зан­ной с воз­никно­вени­ем пла­неты, Зой­сайт ве­лел от­ло­жить ее:

- Те­перь, я ду­маю, ты смо­жешь оси­лить ее без ме­ня, - лорд по­ложил на стол до­воль­но тол­стый фо­ли­ант в алом пе­реп­ле­те. - Ко­неч­но, ты как всег­да мо­жешь об­ра­щать­ся ко мне со все­ми не­понят­ны­ми мо­мен­та­ми. Но, ду­маю, нам сто­ит ид­ти с то­бой даль­ше. Сре­ди прид­ворных дам и ка­вале­ров вряд ли бу­дут об­суждать­ся кос­ми­чес­кие те­ории, а вот све­жая и клас­си­чес­кая ли­тера­тура - на­вер­ня­ка. Ты до­воль­но бег­ло чи­та­ешь про се­бя (что пох­валь­но!), но учить­ся вы­рази­тель­но­му чте­нию, пра­виль­но ста­вить свою речь то­же не­об­хо­димо. Что мне в те­бе всег­да нра­вилось, Ми­ливия, - лорд улыб­нулся, - так это де­ликат­ность. Гру­быми прос­то­речи­ями твой язык не пес­трит, и это ра­ду­ет и да­же удив­ля­ет. Од­на­ко ж это­го не­дос­та­точ­но, ты сог­ласна?

Ма­гич­ка с го­тов­ностью кив­ну­ла. Она хо­тела на­учить­ся у Зой­сай­та все­му, че­му он мо­жет ее на­учить, и не же­лала упус­кать шан­са при­об­рести но­вые зна­ния.
- Вот лич­но у ме­ня был свой учи­тель крас­но­речия, ко­торый пре­пода­вал мне еще и фи­лосо­фию в ку­пе с дру­гими важ­ны­ми на­ука­ми, тре­бу­ющи­ми пос­то­ян­ных раз­ду­мий. Ког­да-то он ока­зал мне по­ис­ти­не не­оце­нимую ус­лу­гу, ведь че­лове­ка гра­мот­но­го и нег­ра­мот­но­го от­ли­ча­ет имен­но речь. И я хо­чу, что­бы ты не по­пала впро­сак сре­ди этих свет­ских пи­раний. Пе­рей­дем на ди­ван?

Пос­ле ми­нут­ной за­мин­ки, во вре­мя ко­торой лорд и Ма­гич­ка пе­реса­жива­лись на свой ма­лень­кий ди­ван­чик, Зой про­дол­жил:

- Я под­го­товил те­бе це­лый спи­сок по­лез­ной ли­тера­туры. Ее вов­се не на­до пы­тать­ся про­честь за па­ру дней. На­обо­рот, чем боль­ше ты дашь прос­то­ру для мыс­ли, тем луч­ше ус­во­ишь про­читан­ное и тем боль­ше от­ло­жишь для се­бя в го­лове по­лез­ных ве­щей, - от­крыв кни­гу, лорд дос­тал ис­пи­сан­ный собс­твен­но­руч­но лист с ав­то­рами и наз­ва­ни­ями книг. – Я лишь по­могу те­бе чуть-чуть пот­ре­ниро­вать­ся в чте­нии. Нач­нем, по­жалуй, со «Спар­та­ка»*. Слав­ный был ге­рой, хо­тя его ци­вили­зация по­гиб­ла ты­сячи лет на­зад. Ты ког­да-ни­будь слы­шала о нем?

Ми­ливия чис­то­сер­дечно по­кача­ла го­ловой, не­воль­но за­лива­ясь крас­кой.
- Тог­да те­бе бу­дет ин­те­рес­но про­честь о нем. Мне ка­жет­ся, у вас есть кое-что об­щее, - лорд стран­но улыб­нулся и от­крыл кни­гу. – Прис­ту­пим?
С то­го ве­чера они не под­ни­мали ни­каких пос­то­рон­них воп­ро­сов, а лишь чи­тали. Иног­да Ми­ливия ста­ратель­но чи­тала са­ма, иног­да они с Зой­сай­том раз­би­вали текст по ро­лям, иног­да чи­тал толь­ко Зой. Ми­ливия очень вол­но­валась и ста­ратель­но во­дила паль­цем по строч­кам, Зой лег­ко вхо­дил в лю­бую роль, будь то Сул­ла или Ва­лерия. Роль Спар­та­ка, от­важно­го бор­ца за на­род­ные пра­ва и гла­ди­ато­ра, то­же ему уда­валась, но осо­бен­ной она по­луча­лась у Мил. Ког­да она чи­тала жар­кие ре­чи о сво­боде и ра­венс­тве, ли­цо ее крас­не­ло от вол­не­ния, го­лос не­воль­но креп­чал, по­яв­ля­лась ка­кая-то осо­бен­ная сме­лость и убеж­денность. В та­кие ми­нуты лорд лю­бовал­ся ей и час­то от­да­вал эту роль сво­ей по­допеч­ной.

Ми­ливия зна­ла, что Зой­сайт нес­прос­та взял­ся имен­но за эту кни­гу; она прек­расно чувс­тво­вала, что он осо­бен­но вы­делял го­лосом, на чем ак­центи­ровал вни­мание и к че­му хо­тел ее при­вес­ти. Он сно­ва пы­тал­ся сло­мать ее! Ми­ливия зна­ла это. И тем ярос­тнее чи­тала сло­ва сво­его лю­бимо­го ге­роя, то­вари­ща по иде­ям.

- «Воз­можно ли, что­бы в за­ветах ве­ликих бо­гов бы­ло на­чер­та­но, что уг­не­тен­ные ни­ког­да не бу­дут знать по­коя, что не­иму­щие всег­да бу­дут ли­шены хле­ба, что зем­ля всег­да дол­жна быть раз­де­лена на два ла­геря – вол­ков и яг­нят, по­жира­ющих и по­жира­емых?» - звон­ко чи­тала она, и Зой слы­шал в ее го­лосе рас­ка­ты гро­ма. – «Сво­боды я до­бива­юсь, сво­боды жаж­ду, сво­боду при­зываю, сво­боды для каж­до­го от­дель­но­го че­лове­ка и для на­родов, ве­ликих и ма­лых, мо­гущес­твен­ных и сла­бых. А со сво­бодой при­дет мир, бла­годенс­твие, и спра­вед­ли­вость, и все то выс­шее счастье, ко­торым бес­смертные бо­ги да­ют че­лове­ку воз­можность нас­лаждать­ся на зем­ле!»

Ми­ливия ра­дова­лась каж­дой по­беде Спар­та­ка и его то­вари­щей, как собс­твен­ной. Она хло­пала в ла­доши и улы­балась, ког­да муд­рый пред­во­дитель на­ходил-та­ки вы­ход из са­мых ко­вар­ных ло­вушек, и ку­сала от пе­режи­ваний гу­бы, ес­ли гла­ди­ато­ров жда­ла не­уда­ча. И ис­крен­не, горь­ко зап­ла­кала, ког­да Спар­так по­гиб. Сле­зы по­лились из ее глаз, хо­тя она вов­се не же­лала их. По­яви­лось уди­витель­ное чувс­тво об­ма­нутос­ти и бес­по­мощ­ности.

- Не плачь, - ис­пу­гал­ся Зой­сайт, сби­тый стол­ку та­кой ре­ак­ци­ей. – Это все­го лишь кни­га.

- Ты же зна­ешь, что это не прос­то кни­га, - де­вуш­ка отод­ви­нулась от лор­да. – Ты хо­тел мо­их слез, ты знал, чем это кон­чится. И ты знал, что мне бу­дет боль­но. Ты прос­то хо­тел уве­рить ме­ня, что мои идеи бес­плот­ны, так? Хо­тел, что­бы я уви­дела это во всей кра­се.

- Я хо­тел, что­бы ты ре­аль­нее смот­ре­ла на ве­щи, - мяг­ко воз­ра­зил Зой­сайт, но Ми­ливия слы­шала в его сло­вах лишь от­равлен­ные ши­пы. Ка­кая мер­зость! Гнус­ный эк­спе­римент над ее ду­шой! – Хо­тел, что­бы ты по­няла, что не мной и не Не­хиле­ни­ей при­дума­на власть и рабс­тво…

- Не ври! Ты хо­тел пос­мотреть, как я бу­ду му­чить­ся! – раз­гне­ван­ная, зап­ла­кан­ная де­вуш­ка вско­чила с ди­вана. – Я знаю это. Ты прос­то хо­тел по­лучить удов­летво­рение от мо­их рас­топтан­ных на­дежд. Ты мо­жешь тор­жес­тво­вать. Твоя шут­ка уда­лась. Я чувс­твую се­бя опус­то­шен­ной и раз­би­той. Но зна­ешь, что? Да­же ес­ли все бу­дут выс­ме­ивать ме­ня, да­же ес­ли ты бу­дешь еже­минут­но на­поми­нать мне об этих се­кун­дах от­ча­яния, я все рав­но бу­ду ве­рить, что та­ких, как ты, мож­но свер­гнуть! Мож­но вы­путать­ся из раб­ских уз! – де­вуш­ка вы­бежа­ла из ком­на­ты и до но­чи не воз­вра­щалась к се­бе в ком­на­ту.

Он пос­ме­ял­ся над ней, ткнул но­сом, что та­кие, как он, всег­да по­беж­да­ют и гла­венс­тву­ют. Он прос­то хо­тел пос­мотреть, из­ме­нит­ся ли ее вы­дер­жка, ког­да она так жес­тко уда­рит­ся об зем­лю. Ей бы­ло до ужа­са жаль се­бя… Ми­ливия ду­мала, что Зой хо­чет по­мочь ей, а он прос­то же­лал отом­стить за гру­бые сло­ва, оби­дев­шие его ког­да-то. Как она ус­та­ла! Ус­та­ла от этих игр, от это­го не­понят­но­го те­ат­раль­но­го пред­став­ле­ния. Ко­му и что она пы­та­ет­ся до­казать? За­чем идет сле­дом за ним, прек­расно зная, сколь­ко даст ей этот путь стра­даний, ли­шений и го­речи?

«По­тому что мне боль­ше не­куда и не за чем ид­ти», - от­ве­тила са­ма се­бе Мил, стоя у ок­на, вы­ходя­щего на люд­ную ули­цу. Ей бы­ло тос­кли­во и хо­лод­но, и как ни­ког­да меч­та­лось об ос­тавлен­ном на се­вере до­ме. Мес­те, где каж­дая сне­жин­ка, каж­дое де­рев­це бы­ли род­ны­ми. «За­чем я это де­лаю? Гос­по­ди, за­чем ка­чусь в эту про­пасть?» - она зак­ры­ла поб­леднев­шее ли­цо ру­ками и глу­боко вздох­ну­ла, пы­та­ясь ус­по­ко­ить­ся. На пле­чи лег­ли го­рячие ру­ки:

- Ми­ливия?

Ма­гич­ка не от­ве­тила, но ру­ки от ли­ца от­ня­ла. Гла­за ее бы­ли без­думны­ми и су­хими, ма­товы­ми.

- Я в ко­торый раз оби­дел те­бя, - спо­кой­но, кон­ста­тируя факт, про­гово­рил Зой, не от­пуская ху­день­ких плеч. – Я со­жалею…

- Ты всег­да го­воришь, что со­жале­ешь. Но это ведь не так. Будь со мной по-нас­то­яще­му от­кро­венен хоть раз, - де­вуш­ка мед­ленно обер­ну­лась, не­воль­но вы­вора­чива­ясь. – Те­бе ведь все рав­но, что я чувс­твую.

- Нет, - кра­сивое ли­цо его, ка­жет­ся, дей­стви­тель­но бы­ло пол­но со­жале­ния, но Мил зна­ла, что это мо­жет быть прос­то блес­тя­щей иг­рой.

- Хо­рошо, я мо­гу пред­по­ложить, что те­бе не все рав­но. Но ког­да ты в уго­ду сво­им при­хотям иг­ра­ешь на чу­жих чувс­твах, ты да­же не за­думы­ва­ешь­ся, к че­му при­ведет твоя жес­то­кость. Это ли не эго­изм? Ска­жи… ты ког­да-ни­будь… ува­жал ко­го-то? Ува­жал ко­го-то так, что­бы счи­тать­ся с его мне­ни­ем, что­бы не пы­тать­ся об­ра­тить его в свою ве­ру лю­бым спо­собом?

Зой­сайт мол­чал. Вы­раже­ние его ли­ца бы­ло аб­со­лют­но неп­ро­ница­емым.

- Мне жаль, - вы­дох­ну­ла она и хо­тела уй­ти, но муж­чи­на вновь вце­пил­ся в ее пле­чи; но на этот раз ла­дони не бы­ли теп­лы­ми и мяг­ки­ми, а влас­тны­ми и креп­ки­ми; во взгля­де по­яви­лось что-то кол­кое и ре­шитель­ное, по­лу-от­ча­ян­ное, хму­рое и од­новре­мен­но бес­по­кой­ное:

- Я ува­жаю те­бя.

- Так по­чему же так жес­ток ко мне? Я то­же бы­ваю рез­кой. Но я ни­ког­да не из­де­ва­юсь над тво­им сок­ро­вен­ным. Я все го­ворю в ли­цо.

Он сно­ва мол­чал, и де­вуш­ка бы­ла уве­рена, что не по­лучит от­ве­та, но лорд не­ожи­дан­но ска­зал:

- По­тому что при­вык вос­при­нимать ок­ру­жа­ющих как те­ат­раль­ную де­кора­цию к мо­ему пред­став­ле­нию, - она да­же и пред­ста­вить не мог­ла, как ущем­ля­ло его гор­дость эту приз­на­ние (он знал, что не­иде­ален, но го­ворить это дру­гим сов­сем не обя­затель­но)! И, ко­неч­но же, слы­шала за ней толь­ко са­молю­бие.

- Ну вот мы и вер­ну­лись к то­му, что я все­го лишь вещь для те­бя, - ее тон­кие гу­бы дрог­ну­ли и бо­лез­ненно скри­вились.

Зой­сайт не от­ве­тил. Но рез­ко при­тянул Ма­гич­ку к се­бе и впил­ся в ее гу­бы жес­тким, бо­лез­ненным по­целу­ем.

***

Бал-мас­ка­рад, раз­го­вор с Мил, а по­том и уль­ти­матум лор­да ка­зались для Ли­ты страш­ным сном. Хоть и прош­ло уже боль­ше трех не­дель, она не мог­ла ус­по­ко­ить­ся, на­вяз­чи­вое чувс­тво слеж­ки ее не по­кида­ло, ка­залось, весь за­мок и сад уты­каны над­смотрщи­ками. Она бы­ла сво­бод­на в пре­делах этой зо­лотой клет­ки, но не чувс­тво­вала се­бя та­ковой. Че­рез нес­коль­ко дней пос­ле раз­го­вора Неф­рит от­был по го­сударс­твен­ным де­лам. А она бы­ла пре­дос­тавле­на сво­им не­весе­лым раз­думь­ям. Про­гул­ки с Фи­рой, крат­кий раз­го­вор с эль­фий­кой не по­мога­ли ей от­влечь­ся от внут­ренних тер­за­ний.

До встре­чи с Фи­рой она жи­ла с од­ной яс­ной целью в жиз­ни - месть, ко­торая опь­яня­ла и да­вала си­лы пос­ле смер­ти сес­тры, месть всем, кто ви­новат в ее го­ре. Ли­тав­ру не ос­та­нови­ли и нав­сегда ос­текле­нев­шие гла­за пер­во­го из гвар­дей­цев, ко­торо­го она смог­ла вы­чис­лить, не жа­лос­тные рас­ска­зы вто­рого про семью, ко­торую на­до кор­мить. Ос­таль­ные убий­ства и вов­се прош­ли в ка­ком-то ту­мане, все бы­ло выс­чи­тано до се­кун­ды. За­манить в ка­бак, на­по­ить, дож­дать­ся, ког­да они пред­ло­жат у­еди­нить­ся, и от­вести в лес под пред­ло­гом про­гул­ки. А по­том по­чувс­тво­вать по­калы­вание в паль­цах, по­чувс­тво­вать, как ма­гия за­пол­ня­ет каж­дую кле­точ­ку те­ла и с ог­ромной ско­ростью не­сет­ся по ве­нам, по­чувс­тво­вать удов­летво­рение от стра­ха и не­пони­мания в их гла­зах, ког­да тол­стые ли­аны сжи­ма­ют их смер­тель­ной хват­кой, а по­том и вы­пус­ка­ют ядо­витые ши­пы, по­чувс­тво­вать горь­ко­ватый прив­кус мес­ти на гу­бах. Кро­вавое чувс­тво не­навис­ти все воз­раста­ло в ду­ше Ма­гич­ки, вы­тес­няя жа­лость, сос­тра­дание, доб­ро. Она и не за­мети­ла, как прев­ра­тилась в худ­шее по­добие тех, ко­го всей ду­шой не­нави­дела.

Но те­перь с каж­дым днем об­ще­ния с ма­лыш­кой в ее ду­шу воз­вра­щал­ся свет, ко­торый слов­но вы­жигал из­нутри наг­но­ения мес­ти, не­навис­ти, смер­ти. Опо­ра, ко­торая ее под­держи­вала со вре­менем по­яв­ле­ния Ли­ты в этом двор­це, ис­тончи­лась, а сей­час и вов­се ис­чезла. Бы­ло прак­ти­чес­ки не­воз­можно най­ти но­вый смысл в сво­ем су­щес­тво­вании, тог­да, пос­ле ба­ла, ее ох­ва­тил ужас­ный страх, пус­то­та и бо­язнь при­чинить Фи­ре боль. Тог­да она ду­мала, что при­няла единс­твен­ный пра­виль­ный вы­ход - уй­ти, ос­та­вить де­воч­ку и скрыть­ся в го­рах, там, где ее дом, ее ду­ша. Она прос­то стру­сила, по­пыта­лась убе­жать от проб­ле­мы.

Это сей­час она по­нима­ет, что тот раз­го­вор с Мил был пре­датель­ством, гнус­ной по­пыт­кой улиз­нуть, до­казать се­бе, что она не име­ет от­но­шения к этой ис­то­рии. Но ведь это не так, это она за­вари­ла всю ка­шу и от­пра­вила Мил в ла­пы к это­му ры­жему мань­яку. Прос­то тог­да она сма­лодуш­ни­чала, не смог­ла спра­вить­ся с жизнью и вос­по­мина­ни­ями, ко­торые об­ру­шились на нее пос­ле ис­тле­ния пе­лены зло­бы.

И те­перь вне­зап­ный отъ­езд Неф­ри­та по­мог ей, она смог­ла спо­кой­но ра­зоб­рать­ся в се­бе, прис­лу­шать­ся к внут­ренне­му го­лосу, ко­торый уже очень дол­го пы­тал­ся что-то важ­ное до­нес­ти до нее. В сво­ем го­ре она и не за­мети­ла, что кро­ме нее на све­те есть и дру­гие лю­ди с ис­терзан­ной ду­шой и те­лом. Что не толь­ко на её до­лю вы­пало раз­ру­шение ми­ра, ко­торо­го она зна­ла. И вот те­перь она точ­но зна­ла, что ни за что не от­сту­пит от пла­на. У нее по­яви­лись си­лы и стрем­ле­ния, у нее по­яви­лась но­вая опо­ра жиз­ни, и это не месть, а спра­вед­ли­вость и сво­бода. Она прош­ла дол­гий и тя­желый путь, и те­перь не вре­мя по­вора­чивать об­ратно.

***

В Пос­ледние дни ле­та в свою власть вош­ли прох­ладные осен­ние дож­ди, они ли­лись ров­ным по­током с не­бос­во­да, слов­но пы­та­ясь за­топить зем­лю. Днем ка­залось, что и нет вов­се сол­нца, толь­ко пе­пель­ное не­бо, с ко­торо­го ль­ют­ся по­токи во­ды. Пос­ле за­суш­ли­вых ме­сяцев пер­вые дни дож­дей бы­ли бла­годатью, нис­послан­ной на прок­ля­тый на­род, но те­перь, ког­да лив­ни шли уже вто­рую не­делю, этот дар стал нас­то­ящей бе­дой. Ма­ло то­го, что ха­рак­тер да­же у выш­ко­лен­ных слуг ис­портил­ся, так еще по зам­ку блуж­да­ли слу­хи, что Реч­ной край за­топи­ло. По­яви­лись да­же «оче­вид­цы», ко­торые ут­вер­жда­ли, что лорд буд­то бы стал од­ной из жертв этих кап­ри­зов по­годы. Ко­неч­но, та­ких лю­дей вы­лав­ли­вали и са­жали в тем­ни­цу. Толь­ко без­влас­тия не хва­тало Ев­ра­зии в та­кие тем­ные вре­мена. Иног­да Ма­гич­ка ло­вила се­бя на мыс­ли, что все же бы­ло бы за­меча­тель­но, ес­ли бы наг­лая, са­мо­уве­рен­ная фи­зи­оно­мия Неф­ри­та скры­лась в вод­ной пу­чине. Но тог­да и ее план ста­новил­ся поч­ти не­выпол­ни­мым, ей был ну­жен лорд звезд жи­вым и нев­ре­димым.

В од­ну из но­чей не­пого­да с но­вой си­лой на­чала свою ата­ку на зем­лю. Яр­кие вспыш­ки мол­ний про­реза­ли ли­ловый не­бос­вод, а гул­кие рас­ка­ты гро­ма про­каты­вались зву­ковой вол­ной по зем­ле и с си­лой уда­рялись о мощ­ные сте­ны двор­ца, стек­ла дро­жали, но не под­да­вались под на­пором не­пого­ды. Под ак­компа­немент од­но­го из са­мых силь­ных рас­ка­тов гро­ма при­от­кры­лась дверь в спаль­ню Ли­тав­ры; ос­ве­щен­ная тус­клым све­том од­но­го све­тово­го ша­рика в про­еме вид­не­лась Фи­ра, ис­пу­ган­ная, рас­тре­пан­ная, с влаж­ны­ми до­рож­ка­ми слез, она ти­хо проб­ра­лась по пу­шис­то­му ков­ру и улег­лась к Ма­гич­ке под бок. Хруп­кое тель­це вздра­гива­ло от каж­дой вспыш­ки мол­нии, да­же сквозь теп­лое пу­ховое оде­яло Ли­та чувс­тво­вала страх ма­лыш­ки. Креп­ко об­няв ее, Ли­та ста­ла на­певать ко­лыбель­ную. Че­рез пол­ча­са Фи­ра зас­ну­ла, свер­нувшись ка­лачи­ком под бо­ком де­вуш­ки.

Сквозь плот­но за­дер­ну­тые порть­еры яр­кие вспыш­ки оза­ряли ком­на­ту, и де­вуш­ка мог­ла раз­гля­деть ре­бен­ка, ко­торый так до­верил­ся ей. Ма­лень­кая, хруп­кая, от­кры­тая ми­ру де­воч­ка со­вер­шенно не на­поми­нала Ма­гич­ке бра­та, сдер­жанно­го, на­иг­ранно­го, зло­го. А мо­жет, лорд ста­новит­ся нас­то­ящим толь­ко с сес­трой - доб­рым, из­лу­ча­ющим без­гра­нич­ную лю­бовь, ко­торая ль­ет­ся из его глаз и за­пол­ня­ет всю ком­на­ту, мо­жет… Что­бы отог­нать та­кие не­ре­аль­ные мыс­ли, Ли­та встрях­ну­ла го­ловой. Она зна­ла точ­но - Неф­рит пре­дал свой на­род, по­пав под власть Не­хеле­нии, и те­перь он пла­номер­но его унич­то­жа­ет, без жа­лос­ти, без сос­тра­дания. За вре­мя сво­их ски­таний она по­вида­ла его зем­ли, уви­дела раз­ру­ху, смерть, воз­можно, и не та­кую во­пи­ющею, как на тер­ри­тории ведь­мы, но все же. Он по­мыкал людь­ми, за­путы­вал в сво­их се­тях де­вушек, а по­том вы­киды­вал, как нас­ку­чив­шие иг­рушки, на его под­данных на­води­ло страх толь­ко его имя, его приб­ли­жен­ные улы­бались ему, а в ду­ше не­нави­дели. Ма­гич­ка за­меча­ла все боль­ше раз­ли­чий меж­ду Фи­рой и ее бра­том, слов­но они и не бы­ли близ­ки­ми родс­твен­ни­ками. Пок­репче об­няв ма­лыш­ку, Ли­та зас­ну­ла, но не­надол­го.

Она прос­ну­лась как-то рез­ко, слов­но кто-то тол­кнул её. Но Фи­рюза спа­ла, ти­хо от­ка­тив­шись от Ма­гич­ки на дру­гой ко­нец кро­вати. На­кинув теп­лый ха­лат, не­пони­ма­ющая де­вуш­ка ог­ля­делась: об­ста­нов­ка ос­та­валась та­кой же, как и бы­ла с ве­чера, пос­то­рон­не­го она не чувс­тво­вала, но что-то не­уло­вимое, на уров­не чувств, под­ска­зыва­ло ей, что про­изош­ли из­ме­нения. Ли­та поп­лотней за­пах­ну­ла ха­лат и по­дош­ла к ок­ну. Тон­кие стек­ла вздра­гива­ли под но­вым зву­ком гро­ма. Яр­кая мол­ния уда­рила сов­сем близ­ко с двор­цом и ос­ве­тила прос­транс­тво. Все как всег­да, но дож­дя не бы­ло. Су­хая гро­за, ред­чай­шее яв­ле­ние в Цен­траль­ных зем­лях лор­да, бы­ло род­ным для Ма­гач­ки. Ки­нув бег­лый взгляд на Фи­ру и убе­див­шись, что де­воч­ка спит, Ли­та выс­коль­зну­ла из ком­на­ты. Она так дол­го не бы­ла до­ма, не чувс­тво­вала за­пах хвой­но­го ле­са, прак­ти­чес­ки за­была вкус ми­нераль­ных ис­точни­ков, хо­лод­ный, ще­кочу­щий гор­ло, за­была, как выг­ля­дит мир, ког­да на не­го смот­ришь с вы­соты.

Про­бежав че­рез пор­трет­ную га­лерею, она свер­ну­ла в ко­ридор и толь­ко там заж­гла све­товой шар, блед­нень­кий, толь­ко что­бы раз­гля­деть сту­пени, ко­торые се­рой ве­рени­цей под­ни­ма­ют­ся
вверх. Ма­гич­ка и не за­мети­ла, как пре­одо­лела подъ­ем и ока­залась на смот­ро­вой пло­щад­ки. Пер­вое, что она по­чувс­тво­вала, это ве­тер - силь­ный, про­низы­ва­ющий, но та­кой дол­гождан­ный. А по­том она ус­лы­шала ог­лу­шитель­ный рас­кат гро­ма, слов­но сам бог-гро­мовер­жец ре­шил сни­зой­ти с та­инс­твен­но­го Олим­па на брен­ную зем­лю. Силь­ные вспыш­ки, оза­ряв­шие не­бос­вод, с каж­дой ми­нутой уси­лива­лись. Мол­нии рас­черчи­вали не­бо при­чуд­ли­выми се­реб­ря­ными узо­рами лишь на миг и ис­че­зали, слов­но ма­лень­кие де­ти, ис­пу­гав­ши­еся гро­ма. Ли­тав­ра ра­дос­тно зак­ру­жилась по мок­рой пло­щад­ки, ве­тер рас­тре­пал во­лосы, ткань ха­лата впи­тала вла­гу и при­лип­ла к те­лу, ме­шая дви­гать­ся. Ды­хание сби­лось, Ма­гич­ка пол­ной грудью вдох­ну­ла на­пол­нивший­ся до кра­ев озо­ном воз­дух. За­кинув го­лову к не­бу, де­вуш­ка наб­лю­дала за сти­хи­ей; ей ка­залось, что не­бос­вод стал ни­же, слов­но ру­ками–мол­ни­ями пы­тал­ся об­нять зем­лю. Это бы­ла су­хая гро­за, оди­нокая, как и Ли­та. Её неп­ре­мен­ный спут­ник дождь в этот раз под­вел ее.

Ли­тав­ра по­нима­ла, что на­ходить­ся сей­час на смот­ро­вой пло­щад­ке не­разум­но. Но ни­чего по­делать с со­бой она не мог­ла, ей ка­залось, что гро­за да­ет ей си­лы. Так стран­но бы­ло ей, по­допеч­ной фло­ры, так лю­бить не­бос­вод. С са­мого детс­тва она пом­ни­ла свою тя­гу к не­бу, лю­бое его про­яв­ле­ния от гро­зово­го лив­ня до пу­шис­тых об­ла­ков, мед­ленно плы­вущих по ла­зур­ной гла­ди, ма­нило ее. Но боль­ше все­го ее за­вора­жива­ло спо­кой­ное ноч­ное не­бо. Рос­сыпь хрус­таль­ных звезд или чер­ный омут, ко­торый ос­ве­ща­ет толь­ко хо­лод­ный свет лу­ны.

Рас­те­ния да­рили ей си­лы, а не­бо поз­во­ляло меч­тать.

***

Ут­ром Ли­тав­ру раз­бу­дил роб­кий лу­чик толь­ко что взо­шед­ше­го не­бес­но­го све­тила. Лу­чик про­ник меж порть­ера­ми и лас­ко­во, слов­но ко­тенок, грел ру­ку Ма­гич­ки. Ос­мотрев­шись, она не наш­ла Фи­ры, ре­шив, что она уш­ла на ут­ренние за­нятия под ру­ководс­твом эль­фий­ки. Ли­тав­ра быс­тро пе­ре­оде­лась и поп­ро­сила слуг при­нес­ти ей зав­трак в биб­ли­оте­ку. Под­хва­тив блок­нот, она нап­ра­вилась в вос­точное кры­ло - оби­тель Неф­ри­та; пос­ле то­го, как он у­ехал, она на­конец ос­ме­лилась на­ведать­ся в биб­ли­оте­ку. Там, сре­ди ста­рин­ных книг, она на­де­ялась най­ти от­вет на воп­рос, тер­завший ее очень дав­но. В са­мом на­чале вой­ны, ког­да еще меч смер­ти не опус­тился на ее род­ную стра­ну, мно­гие го­вори­ли, что Не­хеле­ния об­ла­да­ет уди­витель­ной си­лой, та­кой, ко­торой и объ­яс­не­ния нет. Её ма­гия бы­ла силь­ной и поч­ти не­уло­вимой. Обыч­но силь­ней­шее кол­довс­тво ос­тавля­ет Оре­ол, ко­торый и вы­делял ма­га из прос­тых лю­дей. У каж­до­го он был свой, его бы­ло прак­ти­чес­ки не­воз­можно уви­деть, но он чувс­тво­вал­ся и был ин­ди­виду­ален, как и от­пе­чат­ки паль­цев, он мо­жет рас­ска­зать о при­роде ма­гии. Но у ведь­мы да­же на­мека на Оре­ол не бы­ло. В этом и бы­ла проб­ле­ма, силь­ней­шие ма­ги всех ко­ролевств не мог­ли уло­вить про­ис­хожде­ние ее си­лы, зна­чит, и не зна­ли, как с этим бо­роть­ся.

Те­перь Ма­гич­ка уже нес­коль­ко дней об­сле­дова­ла биб­ли­оте­ку лор­да в по­ис­ках от­ве­та. Но все по­пыт­ки бы­ли не­удач­ны, кни­ги пот­ря­сали Ли­ту сво­ими зна­ни­ями, но не мог­ли ей по­мочь. Ни сре­ди ста­рин­ных фо­ли­ан­тов, ни сре­ди сов­ре­мен­ной ли­тера­туры она не смог­ла най­ти ин­те­ресу­ющую её ин­форма­цию.
Се­год­ня Ли­та на­де­ялась ос­мотреть са­мый даль­ний книж­ный шкаф. Он был зак­рыт, за­печа­тан ма­гичес­ким клю­чом. Но Ма­гич­ка как раз в од­ной из книг наш­ла зак­ли­нание, ко­торое по­мога­ет снять пе­чать. Про­шеп­тав па­ру слов и про­ведя ру­кой над дверью, Ли­та ра­дос­тно улыб­ну­лась. Створ­ки рас­кры­лись, на тем­ных пол­ках ле­жали нес­коль­ко ру­копис­ных по­жел­тевших фо­ли­ан­тов и тол­стый то­мик в крас­ном пе­реп­ле­те. Вы­тащив свой клад, она по­мес­ти­ла кни­ги на стол к их соб­рать­ям и на­чала пе­реби­рать свои на­ход­ки. Кни­ги бы­ли очень ста­рые, и Ли­тав­ра да­же ды­шать на них бо­ялась. Ин­форма­ция в них бы­ла бе­зум­но ин­те­рес­ная; рас­ска­зыва­лось о Фей­ри, соз­да­ни­ях ма­гии, о та­ких, как они, Ли­та толь­ко слы­шала от ста­рей­шин да чи­тала ми­фы в пан­си­оне. Но и пред­ста­вить се­бе не мог­ла, что они ког­да–то су­щес­тво­вали с людь­ми в ми­ре и сог­ла­сии. Ма­гич­ка же жи­ла во вре­мена, ког­да фей­ри бы­ли ред­ки­ми гость­ями в их стра­не, а пос­ле вой­ны и вов­се их ста­ли унич­то­жать. Де­вуш­ка так ув­леклась чте­ни­ем, что не за­мети­ла слу­жан­ку, ко­торая наб­лю­дала за ней.

- Прос­ти­те, Ле­ди Ли­тав­ра. Ми­лорд при­ехал и же­ла­ет вас ви­деть в сво­ем ка­бинет.

Пер­вый раз в жиз­ни де­вуш­ка не смог­ла сде­лать са­мую эле­мен­тарную вещь - вздох­нуть. Лег­кие слов­но ос­та­лись в од­ном по­ложе­нии и не ви­дали на­доб­ности вби­рать воз­дух. Внут­ренняя бо­гиня зап­ля­сала от ра­дос­ти, а Ма­гич­ка так и не смог­ла ни­чего от­ве­тить де­вуш­ке, толь­ко кив­ну­ла го­ловой. Она не ожи­дала от се­бя та­кой ре­ак­ции на его воз­вра­щение и бы­ла оше­лом­ле­на те­ми чувс­тва­ми, ко­торые под­ня­лись в ней.
Пе­ред тем, как пой­ти к лор­ду, она спря­тала ста­рые ру­копи­си об­ратно, но вот как не ста­ралась на­ложить ма­гичес­кий за­мок, не смог­ла. Ак­ку­рат­но прит­во­рив двер­цы, Ли­та по­наде­ялась, что ник­то и не за­метит взло­ма.

Чер­ты­ха­ясь про се­бя, она мед­ленно выш­ла из биб­ли­оте­ки и нап­ра­вилась к ка­бине­ту. Ей сов­сем не нра­вились внут­ренние ощу­щения: дет­ская ро­бость и счастье. Рас­пра­вив пле­чи, она по­дож­да­ла, ког­да пе­ред ней от­кро­ет дверь ла­кей.

Ка­бинет Неф­ри­та оза­ряло нес­коль­ко де­сят­ков све­товых ша­ров, сам он что-то ак­тивно ис­кал в сто­ле. И да­же не от­влек­ся на Ли­ту, ко­торая сде­лала кник­сен.

Что­бы прив­лечь его вни­мание и пос­ко­рей окон­чить эту пыт­ку, Ли­тав­ра поз­до­рова­лась, по­высив го­лос:

- Доб­рый день, Ва­ша свет­лость! Вы, хо­тели ме­ня ви­деть?

Вып­ря­мив­шись, Неф­рит ос­мотрел гостью и сар­касти­чес­ки по­ин­те­ресо­вал­ся:

- И ког­да мы ус­пе­ли пе­рей­ти на "вы"?

Про­пус­тив это за­меча­ние, Ли­та по­ин­те­ресо­валась:

- Поз­воль­те уз­нать, за­чем вы хо­тели ме­ня ви­деть.

Хищ­но ух­мыль­нув­шись, Неф­рит в два ша­га пре­одо­лел рас­сто­яние меж­ду ни­ми. И лов­ким дви­жени­ем вы­тащил из при­чес­ки Ма­гич­ки ка­ран­даш.

- Слы­шал, в моё от­сутс­твие ты впа­ла в уны­ние и ре­шила об­ра­тить­ся к кни­гам?

Ще­ки де­вуш­ки вспых­ну­ли, и не сколь­ко от злос­ти на не­го, сколь­ко от сму­щения. Лорд сто­ял вплот­ную, де­лови­то ос­матри­вая каж­дую чер­точку ли­ца де­вуш­ки. Взяв се­бя в ру­ки Ли­та, офи­ци­аль­но улыб­ну­лась.

- Да что вы та­кое го­вори­те, ва­ше си­ятель­ство?! Я и не ду­мала об уны­нии, ско­рей, моё по­сеще­ние биб­ли­оте­ки – это сво­еоб­разный праз­дник.

- И что же ты от­ме­чала?

- Ва­ше от­сутс­твие, лорд, - не дав и рта от­крыть Неф­ри­ту, она про­дол­жи­ла: - Но ведь не по­сеще­ние биб­ли­оте­ки вы хо­тели со мной об­су­дить?

- Ли­та,Ли­та! Кто же те­бя учил та­ким ма­нерам?

- Все­му са­мому худ­ше­му я учусь у вас.

Улыб­нувшись угол­ка­ми губ, Неф­рит про­из­нес:

- Ви­жу, я ока­зал­ся хо­рошим учи­телем. Ну, да лад­но. При­сажи­вай­ся, – в при­каз­ном то­не ска­зал Неф.

Ма­гич­ка выб­ра­ла ди­ван, на­ходя­щий­ся по­даль­ше от ра­боче­го сто­ла лор­да, муж­чи­на же сел за стол и на­чал го­ворить:

- В это вре­мя я со­вер­шаю объ­езд сво­их зе­мель и к зи­ме при­ез­жаю в Сто­лицу, но в этом го­ду по­года внес­ла свои кор­ректи­вы. Сна­чала я еду в Реч­ной край, там слу­чилось на­вод­не­ние, на­до ос­мотреть, ка­кие там убыт­ки, и под­счи­тать, во сколь­ко это обой­дет­ся каз­не.

- Вас что, ин­те­ресу­ет толь­ко ма­тери­аль­ная сто­рона. А лю­ди? - Ли­та по­пыта­лась сдер­жать гнев, но не выш­ло, воз­му­щение са­мо вы­рос­ло в сло­ва и выр­ва­лось с уст.

Неф­рит не спе­шил с от­ве­том, он дол­го раз­гля­дывал де­вуш­ку. Под его прис­таль­ным взгля­дом Ма­гич­ка по­чувс­тво­вала се­бя очень не­ком­фор­тно и уже мыс­ленно ру­гала се­бя, она и так на­ходит­ся на во­лосок от смер­ти, а тут еще и ха­рак­тер ре­шила по­казать. Глу­по бы­ло с ее сто­роны на­де­ять­ся, что в этом де­моне есть хоть что-то че­лове­чес­кое.

- Ли­та, ска­жи, ты и прав­да ду­ма­ешь, что я та­кое чу­дови­ще?

Ма­гич­ка уже го­тови­лась к каз­ни, по­это­му его воп­рос прос­то обес­ку­ражил ее и еще над­лом в его го­лосе. Ка­кое-то ра­зоча­рова­ние вмес­те с пе­чалью. В ка­кой-то миг Ли­та чуть и прав­да не по­вери­ла его сло­вам, но… но раз­ве так мо­жет го­ворить прис­пешник Не­хеле­нии?

- А раз­ве это не так? - и, чуть по­мед­лив, до­бави­ла: - Ва­ше си­ятель­ство - вер­ный лорд Не­хеле­нии!

В яр­ко ос­ве­щен­ном ка­бине­те Ли­та уви­дела, как его сап­фи­ровые гла­за в миг по­тем­не­ли, а на ску­лах за­иг­ра­ли жел­ва­ки.

- Че­рез не­делю я вы­ез­жаю, ты вмес­те со мной, - су­хой при­каз и ни шан­са на воз­ра­жение. - А сей­час мо­жешь ид­ти со­бирать­ся, пу­тешес­твие бу­дет дол­гим.

Уже по­дой­дя к две­ри, Ли­та ог­ля­нулась.

- За­чем я дол­жна ехать?

- Я не хо­чу, что­бы ты бы­ла с Фи­рюзой!

От­вет как по­щечи­на.

-Я же знаю, Ли­тав­ра, ты то­же не ан­гел, так что мы сто­им друг дру­га.

Луч­ше бы он ее уда­рил, чем по­думал, что она мо­жет при­чинить вред Фи­ре. А мо­жет, он и прав - не так дав­но она это­го и хо­тела…

***

Ли­тав­ре бы­ли не вы­носи­мы веч­ные при­мер­ки, хло­поты и за­вис­тли­вые взгля­ды фрей­лин. Зна­ли бы они, что она с ра­достью хо­чет по­менять­ся с ни­ми мес­та­ми. С ужа­сом она смот­ре­ла, как ее гар­де­роб­ная с каж­дым днем за­пол­ня­ет­ся все но­выми че­мода­нами раз­ных ви­дов и кон­фи­гура­ций, как пор­тни­хи ус­лужли­во пре­под­но­сят ей все но­вые ви­ды тка­ней.

Ре­шив уй­ти от это­го дур­до­ма, Ма­гич­ка выш­ла в сад. Теп­лое осен­нее сол­нце мед­ленно вы­суши­вало лу­жицы, спря­тав­ши­еся под кро­нами еще зе­леных де­ревь­ев. При­сев на рез­ные ка­чели, Ли­та наб­лю­дала, как под ру­ководс­твом гу­вер­нанток и ня­нек Фи­ра изу­ча­ет фло­ру; ря­дом си­дела ма­дам Кер и что-то ак­ку­рат­но вы­шива­ла. Ли­те со­вер­шенно не хо­телось ехать с Неф­ри­том, ес­ли здесь бы­ла воз­можность из­бе­жать с ним встре­чи, то там вряд ли бу­дет. Ос­та­ет­ся три дня, как она поп­ро­ща­ет­ся с Фи­рой и от­пра­вит­ся в не­из­вес­тность. Уже сей­час ею ов­ла­дело чувс­тво грус­ти по ма­лыш­ке и о про­ведён­ном с ней вре­мени.

- Ли­та, это те­бе, - Фи­ра про­тяну­ла ей кра­сивый бу­кет хри­зан­тем.

- Спа­сибо, - бла­годар­но улыб­ну­лась Ма­гич­ка.

- По­чему ты та­кая грус­тная? - про­пел дет­ский го­лосок.

- Я прос­то не выс­па­лась, - не рас­ска­зывать же ма­лыш­ке прав­ду. - А по­чему грус­тишь ты? Я ви­дела те­бя с ут­ра, и ты бы­ла чем-то расс­тро­ена.

- Неф­рит, он бу­ка. А еще вред­ный и упер­тый, как го­ворит ма­дам Кер.

- Ну, здесь я с ней сог­ласна, - рас­сме­ялась де­вуш­ка. – И что же он та­кого те­бе сде­лал?

- Я так ску­чаю по не­му, а он веч­но за­нят. Мне хо­чет­ся гу­лять с ним и ве­селить­ся. Ког­да я бы­ла сов­сем ма­лень­кой, он во­дил ме­ня на баш­ню, и мы раз­го­вари­вали со звез­да­ми. А те­перь я его так ред­ко ви­жу. Он что, не лю­бит ме­ня?

- Ма­лыш­ка, ну что ты та­кое го­воришь?! Я пло­хо знаю тво­его бра­та, но уве­рен­на я на все сто, что он в те­бе ду­ши не ча­ет. Прос­то у не­го мно­го дел, как ты са­ма ду­ма­ешь, раз­ве лег­ко уп­равлять Ев­ра­зи­ей, она же ог­ромна!

Но все уве­щева­ния Ли­ты не дей­ство­вали на Фи­ру, и тут она ре­шила схит­рить.

- Ты уме­ешь хра­нить тай­ны?

- Да.

- Так слу­шай, я от Лор­да Неф­ри­та слы­шала, точ­нее, он мне сам рас­ска­зал, что го­товит те­бе сюр­приз, – ви­дя, как гла­за де­воч­ки заб­лесте­ли, Ли­та пре­дуп­ре­дила: - Толь­ко т-сс, ни­кому не го­вори. До­гово­рились?

- Да-да, спа­сибо, Ли­та.

Ра­дос­тная Фи­ра от­пра­вилась об­ратно к нянь­кам, а Ма­гич­ка во дво­рец. Ког­да она про­ходи­ла ми­мо эль­фий­ки, та поз­ва­ла ее.

- Ли­тав­ра, я знаю, что вы от­прав­ля­етесь с Неф­ри­том. А еще я знаю, что вам луч­ше бы дер­жать­ся по­даль­ше от не­го. Вы сби­ва­ете его с до­роги, - Эль­фий­ка, не смот­ря на вы­шив­ку, точ­но про­шила крас­ный крес­тик.

- Ма­дам Кэр, вы что, прав­да счи­та­ете, что я в вос­торге от этой по­ез­дки и от то­го, что на­хожусь ря­дом с лор­дом? Я и уй­ти пы­талась, но Неф­рит ме­ня не от­пустил, и по­это­му ес­ли вы хо­тите, что­бы ме­ня здесь не бы­ло, по­гово­рите с лор­дом. Я знаю, он прис­лу­ша­ет­ся к вам. И при все мо­ем ува­жении, вы счи­та­ете, что убий­ства - это «до­рога»?

- Ес­ли бы все бы­ло так прос­то, то вас тут дав­но бы и не бы­ло. А что ка­са­емо до­роги, вы еще слиш­ком мо­лоды и мно­гого не по­нима­ете, - еще один крес­тик, сде­лан­ный не гля­дя на схе­му.

- Ну тог­да я вам ни­чем по­мочь не мо­гу. Вы из­ви­ните ме­ня, но мне на­до спе­шить. Бы­ло при­ят­но с Ва­ми по­гово­рить.

- К со­жале­нию, я не мо­гу ска­зать то­го же. До сви­дания, Ли­тав­ра.

У Ма­гич­ки пос­ле это­го раз­го­вора ос­тался неп­ри­ят­ный оса­док, слов­но и прав­да она ме­ша­ет че­му-то важ­но­му, но че­му? От­бро­сив неп­ри­ят­ные мыс­ли, Ли­та под­ня­лась по па­рад­ной лес­тни­це. Сей­час ей на­до бы­ло что-то ре­шать с «сюр­при­зом» для Фи­ры. И толь­ко один че­ловек мог по­мочь ей – Неф­рит.

Лор­да она наш­ла толь­ко бла­года­ря стай­ке фрей­лин и прид­ворных дам, ко­торые стол­пи­лись у две­рей баш­ки. Еле про­тис­нувшись сквозь воз­бужден­ных дам, Ма­гич­ка, по­доб­рав юб­ки, по­бежа­ла по лес­тни­це. На­до бы­ло доб­рать­ся на­верх как мож­но быс­трей, что­бы ре­шимость не уле­тучи­лась. На се­реди­не лес­тни­цы ей пе­рего­роди­ли до­рогу двое гвар­дей­цев, они не про­пус­ка­ли Ли­ту. Пре­река­ние меж­ду ни­ми и де­вуш­кой ста­нови­лось все гром­че, на этот шум и вы­шел Неф.

- Ми­лорд, мне нуж­но по­гово­рить с ва­ми.

- Про­пус­ти­те.

Неф­рит по­шел об­ратно на­верх, под­ни­мать­ся ему бы­ло тя­жело, и он с си­лой опи­рал­ся на трость. Под­нявшись на­верх, он об­ло­котил­ся о зуб­цы баш­ни и воп­ро­ситель­но пос­мотрел на Ма­гич­ку.

- Что про­изош­ло?

- У ме­ня есть прось­ба.

Ус­та­ло прик­рыв гла­за, лорд про­из­нес:

- Слу­шаю.

Наб­рав грудь по­боль­ше воз­ду­ха, Ли­та вы­мол­ви­ла:

- Я хо­чу по­гово­рить о Фи­ре.

Вы­мол­вив это, она при­гото­вилась к жес­тко­му от­по­ру, но вмес­то это­го ус­лы­шала ус­тавший, слег­ка раз­дра­жен­ный го­лос:

- Я же ска­зал, что­бы ты не вме­шива­лась в ее жизнь.

При днев­ном све­те Неф­рит выг­ля­дел ус­тавшим и встре­вожен­ным, слов­но все си­лы с не­го в миг вы­кача­ли. Ре­шив быс­трей из­ба­вить­ся от сво­ей мис­сии, она вы­пали­ла:

- Я пом­ню это, но сес­тра очень лю­бит вас и силь­но ску­ча­ет, вас дав­но не бы­ло, и ско­ро, ми­лорд, вы опять у­ез­жа­ете. По­дари­те ей ва­ше вни­мание хо­тя бы на один день. Она очень в этом нуж­да­ет­ся. Я вас про­шу, по­будь­те с ней. И это бу­дет единс­твен­ным мо­им же­лани­ем.

- Хо­рошо, но и у ме­ня есть прось­ба.

- Прось­ба или при­каз, ва­ша ми­лость?

Еле сдер­жи­вая улыб­ку, Неф­рит на­пус­тил на се­бя стро­гий вид. От­тол­кнув­шись от зуб­цов, он мед­ленно по­дошёл к ней вплот­ную.

- Прось­ба, Ли­та, – улыб­нувшись, ска­зал лорд. - Пе­рес­тань наз­вать ме­ня на "вы". А то я чувс­твую се­бя ста­риком.

Сап­фи­ровые гла­за Неф­ри­та озор­но заб­лесте­ли, ког­да он смот­рел, как ме­ня­ет­ся ее ли­цо от ис­пу­ган­но­го до ве­селой улыб­ки.

- Так до­гово­рились? - за­ливис­то сме­ясь, уточ­ни­ла де­вуш­ка.

- Да, - Неф­рит сно­ва стал серь­ез­ным. - А те­перь иди, мне пред­сто­ит вто­рой ра­унд тя­желых пе­рего­воров.

- А с кем, ес­ли не сек­рет.

- Ты же зна­ешь, что лю­бопытс­тво - это не луч­шая чер­та. Но так как у нас с то­бой пе­реми­рие, я те­бе от­ве­чу, прав­да, в пер­вый и пос­ледний раз. Я раз­го­вари­вая с ко­роле­вой Не­хеле­ни­ей.

Ли­тав­ра не че­го не от­ве­тила, толь­ко с от­вра­щени­ем пе­редер­ну­ла пле­чами.

- По­нимаю, я сам от нее не в вос­торге.

***

Поз­дним ут­ром Ма­гич­ка прос­ну­лась от чувс­тва пус­то­ты. Встав, де­вуш­ка у се­бя на сто­лике наш­ла за­пис­ку, под­креп­ленную пе­чатью лор­да. «Спа­сибо за со­вет. Мы с Фи­рой у­еха­ли, вер­немся зав­тра днем. А ты по­ка со­бирай­ся. Нам пред­сто­ит дол­гое пу­тешес­твие».

Ре­шив, что пу­тешес­твия не ми­новать, Ли­тав­ра от­пра­вилась в биб­ли­оте­ку. Соб­рав еще один ма­лень­кий че­модан­чик с кни­гами, Ли­та спус­ти­лась в сад. Её вол­но­вали пос­ледние сло­ва Неф­ри­та на баш­не. Она не мог­ла ни­как по­нять, лгал ли он ей или нет. Ког­да она по­пала во дво­рец, ей ка­залось все оп­ре­делен­но яс­ным: Неф­рит – зло, от ко­торо­го на­до из­ба­вить­ся. Но сей­час, про­быв в этих сте­нах нес­коль­ко ме­сяцев, она уже не мог­ла так од­нознач­но дать оцен­ку лор­ду. Он ока­зал­ся мно­гог­ранной лич­ностью, ко­торой Ли­тав­ре при­дёт­ся еще раз­га­дать.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

@темы: Мои фанфики

Katerina Magicheskaya

главная