Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
15:29 

"Как наломать дров в написании фанфика по Сейлор Мун"

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Автор: Magicheskaya (ficbook.net/authors/Magicheskaya)
Фэндом: Sailor Moon
Персонажи: Все, кому не повезло
Рейтинг: G
Жанры: Экшн (action), Пародия, Эксперимент, Злобный автор, Статьи (заметка)

Размер: Мини
Статус: закончен

Описание:
Все возможные нелепости/ казусы/ глупости и крайности, которые сотворяют господа фикрайтеры с несчастными персонажами.
Людям, не настроенным на критику и каплю язвительности, вход строго воспрещен!

Публикация на других ресурсах:
С разрешения

Примечания автора:
Подобную работу я проводила по фэндому Гарри Поттера (пара Гермионы и Драко), теперь же берусь за Сейлор Мун, но уже не буду себя ограничивать какими-то героями.
Возможно, некоторые моменты будут перекликаться с другим моим произведением - "(Не)типичный Мамору, или Крик души".
________________________________________
От автора


Наверное, кто-то сейчас может возразить: у всех фантазия разная, у всех разные читательские предпочтения, так что говорить, что та или иная версия событий плоха, нельзя. И я с этим соглашусь. Любое мнение имеет право на существование. Автор сам решает, в какую ситуацию поставить героев, читатель выбирает, хочет ли он о такой ситуации читать. Все, казалось бы,понятно, вопрос исчерпан.

Только вот некоторые авторы (не будем тыкать пальцами) доводят свое "воображение" до того, что воображения-то и не остается. Герои, события становятся до такой степени предсказуемыми, "замыленными" и нереальными, что таким образом и возникают эти самые "плохие ходы" при написании фанфика. То есть, конечно, найдется пара-тройка читателей, которые дружно крикнут "Аффтар, продочку!", но на большее не следует и рассчитывать. Если история не предполагает чего-то действительного нового, чисто авторского, то и читатель ее вскоре забудет, ведь таких работ с такими героями и такими событиями - пруд пруди! Но самое обидное, когда действительно талантливые и незаурядные люди пишут "типично", а ведь у них самих бы хватило фантазии на что-то новенькое...

В общем, не буду растекаться мыслью по древу, а начну разбирать наиболее (на мой взгляд) ошибочные "ходы" фикрайтеров в фэндоме Сейлор Мун. Хочу сразу предупредить, что мое мнение может не совпадать с вашим, нужно быть к этому готовым. Также я не хочу никого оскорбить, никого конкретного не подразумеваю (тут, как говорится, все совпадения случайны и т.д. и т.п.) и не пишу ради того, чтобы кого-то рассорить. Я всего лишь скромно верю, что хоть кто-то прислушается к моему призыву освобождаться от "типичности", вот и все. Надеюсь, мне это хоть чуть-чуть удастся.

P.S. Кстати, самый верный способ "наломать дров в написании фанфика по Сейлор Мун" - это написать свою работу безграмотно. Тогда вас точно посетят местные прекрасные воительницы за Добро, Справедливость и Грамотность (возможно, среди них буду и я), и тогда... до содержания даже дело не дойдет.

P.P.S. Цель работы - не научить писать фанфики и не заявить, мол, мое мнение главное, пишите, как я сказала, а обобщить мнение многих и натолкнуть на кое-какие размышления. Жанр - заметки.
_______________________________________________________________________________________________________________________________________________________________ Совет первый:

Сделайте из Усаги (Серенити) Мери Сью



И это одно из самых частых явлений в фанфике с данным персонажем. Кого ни почитаешь (особенный кивок в сторону начинающих), Усаги - самая прекрасная, честная, добрая и страдающая, просто ангел без крыльев, каким-то образом затерявшийся на бренной земле, а остальные ее обманывают, такую хорошую и бесхитростную, строят козни, изменяют. В общем, бедняжка Серенити, как всем ее жалко!.. (На этом моменте читатели пишут "Продочку!", автор счастлив, строчит дальше, добавив в новую главу побольше страданий Серенити и россказней врагов). Думаю, каждый из более-менее опытных читателей встречал такую историю. И самое главное, что 80% авторов не просто не ставят предупреждение "Машки", они даже и не осознают, что создали ее!

Некоторые могут мне язвительно возразить: "Вообще-то, нам так и представляли Серенити! Она - чистота, мессия света (и прочее, прочее...)!" Но скажите тогда, кто сказал, что она - не человек? Ведь получается, что Усаги не может быть человеком (человек - это совокупность черт характера, достоинств и недостатков, а Серенити лишена изъянов).

Автор неосознанно создает безгрешного персонажа (часто претендуя на реалистичность, например, при написании AU), тем самым лишая его человечности как таковой. Подойдите к зеркалу, осмотрите себя и честно скажите: у вас глаза "рассветного неба"? Или волосы цвета "зрелого пшеничного колоса"? И наверняка, вы иногда склонны на кого-то кричать, обижаться, бездельничать...

Однажды я постаралась объяснить свою точку зрения одному автору, который написал Мери Сью, но в предупреждениях "галочки" не было, так на меня налетели "подружки" (те самые, что яростно просят продочку), а потом и сам автор, который заявил, что я не понимаю его утонченной писательской души. "И вообще, не нравится - не читай!" - добила меня "писательница". Хорошо, хоть матом не обложила. Ну а мне ничего не осталось, как гордо вздернуть нос и отписаться от новостей странички.

Какой урок я для себя извлекла? Есть люди, к которым даже и не стоит всерьез обращаться. Нет, пробовать стоит, но если человек отказался идти на контакт, так что нечего и проповедовать свою правду.

Я ничего не имею против Мери Сью, это такое же предупреждение, как ООС и Насилие, вы можете использовать его и быть счастливым. Но знаете, как один известный когда-то сказал, что в России поэт - больше чем поэт, так и я верю, что фикрайтер должен быть чуть выше определения фикрайтера. В его работе должна быть не только голая история любви, детектив, этакая дань понравившемуся произведению (и т.д.), но и какая-то мысль, какое-то обращение к читателю. Практика показывает, что герой Мери Сью какой-то мыслительной, душевной ценности не несет. Исключительно развлекательный характер. Ты попечалишься с такой Усаги, попереживаешь и... всё.

Вот и получается, что страдающая, безгрешная и распрекрасная Серенити - пустышка для нас, земных, способных на ошибки. Не стоит так издеваться над персонажем, обеднять свою работу. Внимательно читайте текст, прикидывайте, а как бы вы поступили в его ситуации? Помните, что:

а)всепрощающим у нас был только Иисус Христос;
б)вечные муки достались Сизифу (да, тому, что был проклят всегда закатывать тяжелый каменный шар на гору, а когда добивался задуманного, шар снова летел вниз, и все начиналось сначала);
в)многие, кого признавали в чем-то самыми лучшими, плохо кончали жизнь.

Не игнорируйте адекватной критики, советуйтесь с теми, кого вы считаете действительно знающими и откровенными (умоляю, пусть это будет не подружка из второго класса!). Балансируйте "плохое" настроение с "хорошим" (опять же, если есть пометка Даркфик, то никаких вопросов), в человеческой жизни не может быть только все прекрасно или наоборот! Честно, такая вот "однобокая" работа выглядит убого.

Если вас предупреждают, что ваш персонаж неестественен, а вы в упор ничего не видите, то или критично, с полной строгостью все перечитывайте (знаю, это нудно, но если вы себя уважаете, свой труд и читателя, то вы будете это делать), или набирайте целый ряд бет, не махайте на все рукой, мол, сойдет.

Но главное правило остается прежним: переносите героя на реальную жизнь!

Серенити - человек. Человек способен на все. На глупости и ошибки - в том числе! Так вот и делайте из нее человека. Вообще, создавайте жизнь из мультфильма, ломайте рамки, придуманные создателями аниме и манги, делайте персонажа ближе. Поверьте, такому фанфику цена намного больше, чем "одноразовой работе", которая может быть великолепно написана, но пуста.

Наверное, я могу только мечтать, что однажды все работы приобретут смысл, нормальных, "непокалеченных" персонажей, а авторы и читатели станут единым целым. Это все просто мечта. Но кто сказал, что мечта не может стать реальностью?..
____
P.S. Для тех, кто не знает, что есть Мери Сью:

Мэри Сью или Марти Стю — принятое в англоязычной среде (с недавних пор — и в русскоязычной) обозначение персонажа, которого автор наделил гипертрофированными способностями. Автор произведения, как правило, ассоциирует себя со своей «Мэри Сью». Создание таких персонажей обычно считается плохим тоном. (Википедия)
______________________________________________________________________________________________________________________________________________________________-

Совет второй:

Сделайте из Сейи влюбленного идиота


Под «идиотом» я подразумеваю отнюдь не дурака и тупицу, это пренебрежительное слово относится не к самому герою, а к образу (!), который благодаря господам фикрайтерам закрепился за данным персонажем. Пусть он будет трижды влюблен в Усаги, но то, что он совершенно не борется за свое счастье и не имеет никакой гордости, лично меня пугает. Он горазд только размышлять, как любит свою Куколку, вот и все.

«Я сделаю все, чтобы ты была счастлива…» - вздыхает он, с тоской глядя на ее балкон/ на звездное небо (и т.д. и т.п.)

На этом, как правило, его действия заканчиваются. Это, конечно, умилительно (и все такое), но сами-то подумайте, очень бы нравился вам такой человек в жизни? Вот парень, он вас любит, смотрит преданной собакой, примет любой ваш выбор, но при этом не делает ничего, чтобы завоевать место рядом с вами. И пусть кто-то скажет, что это великий пример самопожертвования и вечной любви! Как там у Пушкина? «Как дай вам Бог любимой быть другим». Может, для Пушкина и для его лирического героя это вполне приемлемо, а вот для человека со складом характера Сейи – большая редкость.

Теперь постараюсь объяснить, почему (чтобы мои увещевания не были голословны, а обоснованы). Кто такой Сейя в аниме? Парень с легким характером, обладающий чувством юмора и обаянием, но при этом не какая-то там пустышка, а человек думающий. Как правило, люди с таким темпераментом прекрасные приятели для всех и очень верные друзья для немногих. Для людей дорогих они действительно способны на самопожертвование и нежность, но (в своем большинстве) не терпят бездействия. Не терпят! Они не могут ждать чего-то, свесив ножки, ноя где-то в уголке и кляня жизнь. Они пытаются, крутятся, вертятся, даже когда не верят в успех своих действий! (Кстати, Сейя в аниме боролся за свое счастье, хоть и отказался от него потом, так что не надо говорить, что все, мол, по канону).

Увы и ах!.. Мой, настоящий, сильный и волевой Сейя, способный бороться за свои чувства, мне так и не повстречался ни в одном фанфике. Нигде. И это было полным разочарованием, я бросила читать про него вообще, ибо Сейя-размазня меня не устраивает. К тому же, часто он даже уже и не рассматривается, как полноценная личность, а как придаток Усаги (такая же участь, может, даже чуть хуже, настигла Мамору, но о нем далее).

Коу предстает как-то бесхитростно и пресно. Стандартный набор его качеств в фанфике: безумно любит Усу (от этого и страдает), просто волшебный певец и красавчик. Все. Остальное уже «довешивается» автором, если довешивается вообще. А сцены, где он меланхолично думает о своей любимой или посвящает ей свои песни, известны всем. Да здравствует разнообразие, господа!

Я не буду давать советов, как избавиться от подобного ляпа (да, для меня это ошибка грубая, может, вы не согласитесь), это полностью зависит от того, как автор чувствует героя и представляет себе. И лично мне очень жаль, что Сейю представляют именно так: жалкая мямля (простите уж за резкость).

Фикрайтеры! Дорогие и многоуважаемые (возможно, даже злые на меня)! Не надо делать из Сейи Коу такого безвольного типа, способного только хныкать и ждать манны небесной! Дайте ему уже гордость, силу и мужественность! Большего уже и не требуется, все за вас прекрасно сделали создатели манги и анимэ.

Я прошу всего ничего.
_______________________________________________________________________________________________________________________________________________________________ Совет третий:

Сделайте Мамору "зацикленным на будущем неудачником"


Скромно процитировала себя любимую. Но ведь, по сути, так оно и есть (особенно если брать в расчет фанфики с «треугольником» Мамору/ Усаги/ Сейя)! Усаги любит Сейю, а Мамору, дурак такой, никак этого не поймет, твердит про будущее, вселенский долг и Малышку, капая на нервы не только Сейлор Мун, но и читателю, который уже начинает не сочувствовать ему, а испытывает почти отвращение, как к слабаку и нытику (из Мамору делают безвольную куклу в некотором другом смысле, чем Сейю). А в конце Серенити остается с Воином… Честно, после роли Мамору а-ля «умирающий лебедь» даже не жаль как-то. Во всяком случае, мы не очень печалимся, если Усаги и Сейя остаются вместе.

В чем вся проблема? Почему читатель уже подсознательно не желает видеть Усаги с Мамору, а данный «треугольник» не несет в себе интриги? Потому, что персонаж обыгран так, что Мамору заранее ведется себя и выглядит как проигравший, слабый, ненужный. Скажите, когда вы в последний раз читали историю с Мамору, где он – нормальный человек, веселый, счастливый (вспомните уже аниме, самое начало; разве вам не нравился язвочка Джиба, изводящий Усаги?)? Его лишают всего, чем живет человек! Мамору – болванчик, запрограммированный на одну фразу про пресловутое будущее, не менее пресловутый долг и Малышку (которая часто оказывается дочерью Сейи). Это первая причина.

Вторая причина: Мамору часто выставляют сволочью. Не больше и не меньше – сволочью! Он изменяет Усаги (причем, когда Усаги застает его с любовницей, то он ведет себя так, как будто это – норма), а ведь если брать то, каким его характер выражен в каконе, то он бы ни за что так не реагировал (даже если и изменял). Часто его выставляют эгоистом, вруном, исключительно плохим персонажем из дешевых дамских романов (что говорит о бедности автора как автора и ограниченности идеи).

Причина третья: автор не создает из персонажа полноценной личности (нечто похожее иногда происходит и с Сейей или другим неугодным фикрайтеру персонажем). Опять-таки ему дают набор одногранных качеств, признаков и черт, и… всё. У читателя даже нет интереса к его персоне, он просто пропадает, мнение о данном герое становится стереотипным. Таким образом, Мамору становится слишком блеклым, занудным и «однобоким».

В качестве итога хотелось бы сказать, что если вы явно симпатизируете одному персонажу, и вся история обернется не в сторону "нелюбимого", то все равно не стоит делать своего персонажа «будущим суицидником» или заклятым злодеем. Давайте ему что-то светлое, доброе, то, что будет представлять его как личность, а не облик из вашего фанфика. Таким образом вы и сохраните интригу, и интерес к герою, а как следствие – желание читать до конца, а не бросать все на середине.
_______________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

Совет четвертый

Сделайте из Ятена эгоистичного злодея


А почему, собственно говоря, нет? Интриги-то больше! «Она – нежная и ранимая, бесконечно влюбленная наивная девочка… Он – грубиян, самовлюбленный тип, не знающий любви… И только Она способна пробить брешь в его ледяном сердце…» Отлично придумано, читатели будут в восторге. Еще бы надо, чтобы Он сначала ее оттолкнул, как-то предал. А потом посыпал голову пеплом, осознавая, что потерял Любовь Всей Жизни. Она все простит, и они будут счастливы, родят семерых детей и станут петь дуэтом. Конец. Здорово придумано, правда?

Спешу заверить – «здоровского» здесь с гулькин нос, ибо ничего банальнее нет в мире фанфиков. И чаще всего под раздачу попадает именно Ятен, как один из самых неоднозначных характеров всего аниме. Автор так спешит создать острую атмосферу между героями, покорить всех захватывающим сюжетом, что не замечает: его герой стал «трафаретным». Согласитесь, телевидение, дешевая беллетристика кишит подобным образом зазнавшегося красавчика. И Ятен тут как тут.

В каждом фанфике он до неприличия красив и популярен. Женские сердца – мусор, валяющийся под ногами (как вариант, его сердце – мусор под ногами стервозной красавицы, играющей с ним в чувства). Дорогая одежда, машины, вечеринки. Этакий роковой мужчина. При этом он ведет себя так, словно кругом плебеи, не достойные его персоны. Конечно, это очень яркий образ. Только вот есть несколько «но», портящих все на корню:

1) Первый вариант: автор совсем позабыл, что изображает человека. Ятен остается журнальной вырезкой (опять-таки «однобоким» персонажем)

2) Другой вариант: автор начал рьяно показывать прекрасную душу ледяного красавчика в противопоставление поведению, стал описывать его глубокое одиночество, чуткий внутренний мир (и т.п.), как бы желая доказать всем: «Ятен – не бесчувственное бревно, он умеет страдать, любить и пр.!» А в итоге? В итоге вышел герой дешевой мелодрамы

Что получилось? В первом случае писатель оставил образ «необтесанным», в другом – переборщил с сентиментальностью. И можно долго спорить, что хуже! Самовлюбленный злодей или истеричка? По-моему, они друг друга стоят.

Как так вышло? Почему образ Ятена не задался? Тут уж два ответа: или от большой любви (даже чрезмерной)фикрайтера к данному персонажу (как во втором случае), или от собственной невнимательности/ неопытности и пр. (как в первом).

Как избавиться от этого «косяка»? Есть несколько способов.

1) Не входите в крайности, т.е. не создавайте ситуации сродни мексиканскому сериалу в полторы тысячи серий – вообще, поменьше пафоса; многие судьбоносные случаи на самом деле являются мелочами

2) Соответствуйте общей «ауре» персонажа. Не нужно делать так, чтобы Ятен вдруг поступал, как человек с раздвоением личности (писатели этим грешат: то он поразительно нежный и милый, то злой, как цепной пес; особенно это возмущает, когда такие перепады происходят резко)

3) Найдите ему прототипа из реальной жизни, например, какого-нибудь знакомого вам человека; это поможет контролировать персонажа как личность

4) И мой любимый (постоянный, надоевший всем совет): переносите персонажа на жизнь!

Помните: мир не делится на черное и белое. Человек не делится на хорошее и плохое. Это касается и Ятена. Не делайте его характер безнадежно дурным, а сложным и противоречивым. Разница есть, довольно существенная. Но эту разницу нужно уметь прочувствовать (а для этого больше читайте классики!). Так что читайте книжки и следите за собой!
____________________________________________________________________________________________________________________________________________________________
Совет пятый

Испортите образы лордов

Если судить это явление, учитывая фанфики, которыми сейчас пестрит Интернет, то подобная ситуация встречается редко. Чаще достается Старлайтам, которые прямо-таки пали жертвами юных (а иногда и не очень) садистов, гордо называющих себя фикрайтерами. Почему? Молодой талант, насмотревшись аниме, тут же и пишет фанфик, опираясь на просмотренные серии (намеки на пары Минако-Ятен, Тайки-Ами, Сейя-Усаги, согласитесь, имеются в достаточном количестве), а тему ГенСена (пары Генералы-Сенши), как правило, затрагивают более-менее опытные писатели и читатели, ведь на самом деле ее фактически нет ни в манге, ни в аниме. Это - выдумка поклонников, а значит, и образы лордов тоже являются некой "канвой", общепринятой меркой. Кунсайта (как лорда Льда) сделали поистине холодным и непоколебимым, Джедайта (лорда Иллюзий) - малоэмоциональным и умным, Нефрита (лорда Звезд) - обольстительным и мудрым, а Зойсайта (лорда Огня) - переменчивым и язвительным. Придуманы были и четкие пары между принцессами внутренних планет и генералами Земли: Ами-Зой, Мина-Кун, Мако-Неф, Рей-Джед. При этом пары настолько закрепились в народе, что практически стали каноническими, и такое явление, как, например, Рей-Кун - нечто из ряда вон экзотическое.

Но вопрос сейчас не в этом. Вопрос в том, что даже в таких узких рамках, придуманных для каждого персонажа, авторы умудряются сделать таких ошибок, что хоть святых выноси. Особенно достается POV (POV - написание от первого лица), где генералы - солидные мужчины, повидавшие не одну войну и убившие как минимум легион народу - рассуждают и думают, словно шестнадцатилетние подростки. Читаешь и удивляешься: и эти люди видели войну? И это мысли взрослого человека? На это можно возразить: и пишут-то, в основном, подростки, так? Но если вы не можете мыслить, поставить себя каким-то образом на место такого человека (слишком взрослого, мужественного и пр.), то,быть может, следует отказаться от POV? Ведь повествование от первого лица - это своеобразное слияние писателя и его персонажа, где автор пытается "стать" своим героем. И далеко не у каждого получается хотя бы на время превратиться во взрослого мужчину, побывавшего на войне. Так что прежде чем взяться за подобный способ повествования, сто раз подумайте: а осилите ли?

Второе - отсутствие пометки ООС. Авторы просто ее не ставят, принимая общепринятую "канву" за правду, а на самом деле, вводят опытного читателя в заблуждение, ведь характеры лордов, описанные в аниме (манге), не соответствуют характеру, придуманному автором, в 90% случаев. Много раз ловила себя на том, что (согласно "шапке") ожидаю одного, а получаю совершенно другое, и все благодаря волшебному предупреждению ООС. Если вы не уверены, что ваш характер каноничен, лучше перестрахуйтесь и поставьте пометку или хотя бы сделайте описку, что ООС возможен. И вообще, писать о лордах и при этом избегать отклонений от характера практически нереально (особенно если вы описываете любовные истории с их участием).

Принимаясь за тему предательства лордов по отношению к возлюбленным-принцессам, помните: эту тему пробороздили вдоль и поперек, вы рискуете просто создать "клона" великого множества фанфиков. А если вы еще до кучи воскрешаете лордов в нашем времени (или во времени Нео-Королевы), то тут вообще фантазии простору нет (ну помучаются принцессы, все равно простят, а дальше - жить им долго и счастливо, хоть и пройти еще сто бед придется). Об этом уже писали (и были случаи: писали гениально, до дрожи в коленках и слез), нужно для себя решить, а сможете ли вы написать так же достойно, или останетесь в рядах тысяч подобных работ?

Есть и странные "ляпы", повторяющиеся из работы в работу. Жаркая битва лордов-демонов и принцесс. И (не удержалась - черт возьми!) они умудряются как-то нескромно прижаться друг к другу, сказать что-то неприличное, вскользь подумать о том, как красив враг и прочее. Господи, люди, неужели романтическая линия событий до такой степени застилает глаза, что интим прет отовсюду?! Вам вот-вот перережут горло (как вариант - саданут фаэрболом, вынут душу, закуют в цепи, уволокут в Темное Королевство и пр.), а вы думаете, какие у врага шикарные волосы, глаза и грудь "энного" размера? Смех! Да, можно подумать о превратности судьбы, мол, и красота умеет убивать, но порой такое прочтешь: волосы на загривке дыбом! И о чем только лорды и сенши думают во время битвы?..

В общем, проблем хватает и "на поле" лордов: то они как слюнтяи, то как пошляки, то еще что-нибудь. Одно радует - к ГенСену относятся более трепетно и осторожно, что ли, больше вкладывают в них чувств. Ведь история предательства и прощения - более трагичная и глубокая, чем история самопожертвования (пусть меня удавят поклонники Эндимиона и Серенити). И огромное спасибо, низкий поклон тем, кто воскрешает для нас эту сказку, заставляет окунуться в эту вечную историю! Спасибо!
____________________________________________________________________________________________________________________________________________________________
Совет шестой
Превратите Сенши … в рабов? Злодеев? А наляпаю-ка все подряд!!

Писалось совместно с Venus... Just Venus.
По-моему, заметно.


Чем чаще читаю новые фанфики, в которых участвуют или хотя бы упоминаются Сейлор Сенши, тем чаще встаю в ступор, заприметив парочку интересных пунктиков. Что я имею в виду? Автор в самом начале вдруг заявляет: «Все девочки отвернулись от Усаги, считая, что она – плохая королева…» Первая реакция: «WHAT?!»* То есть, они столько лет вместе с ней пробыли, съели не один пуд соли, вкатали в асфальт столько врагов, сколько людей проживает в Японии, да и на ближайших к ней островах… И? Отвернулись? Можно поинтересоваться, куда? И что самое интересное, юный автор стопроцентно уверен, что ему пришла в голову «гениальная» и «не избитая» идея. Зачем включать мозг и придумывать обоснованную причину, почему Усаги (ну или не Усаги) больше не общается с девочками или вынуждена уехать? А пусть они ее предадут! Переспят с Мамору, свергнут с престола и будут воротить от нее нос. Да?

Ладно, едем дальше. А что там с титулом? Не замечали никогда метаморфозы, часто с ним происходящие? Серенити - королева Солнечной Системы! Серенити - Королева Галактики! Глядишь, и до Вселенной доберемся. Ах, точно... УЖЕ добрались. Все у нас Серенити... И плевать, что она максимум, кем может быть - королевой Луны или Земли. А что до Сенши? ДА, ДАВАЙТЕ СДЕЛАЕМ ИЗ НИХ ВТОРОЙ СОРТ! Пускай будут служанками, горничными, личной гвардией, но на их титул мы забьем! И плевать, что Минако - принцесса Венеры, а Марс под руководством Рей... Знаете, они похожи на кого угодно, только не на принцесс. Потому что, кажется, ничего своего и не имеют. Есть только слово и власть Серенити. Остальные так, на побегушках.

Создается впечатление, что люди, писавшие подобные фанфики, аниме не смотрели, мангу не читали и вообще как-то туго владеют логикой. И собственной фантазией. То ли «кумекалка» ничего стоящего не преподносит, то ли в людях нездоровая жажда эгоцентризма… Как-то непонятно.

Очень грустно читать подобные вещи. Мало того, что аниме грешило тем, что девочки были вечно на втором плане, так еще и каждый второй новый фанфик этим отдает. Грустно и гадко.
____
* "Что?!"
________________
Совет седьмой
Сделайте Ючиро "третьим лишним"

Подобная тенденция встречается давненько и довольно прочно «засела» в фанфиках. В чем вся соль? Постараюсь объяснить.

Ючиро изображается преданной собачонкой, ходящей за Рей на задних лапках (заметьте, в аниме Ючиро сумел найти в себе силы уйти, и это Хино его остановила). Из него получается нечто вроде жертвенника Сейи и запрограммированного Мамору в одном флаконе. Он готов ей все прощать: будь то интрижка с Джедайтом (и даже нечто большее), холодность и прочие причуды, однако уважения к данному персонажу у читателя не возникает. Он просто становится жалким.

То, что Ючиро практически никогда не бывает главным персонажем (или хотя бы приравнивается к ним), тоже играет свою роль. Никогда не встречала его ярко прорисованный образ, который очеловечивал бы его, чаще же он «третий лишний» в паре Джед/ Рей. Этакое препятствие Хино на пути к Джедайту, не более. Ну, и замечательный друг, которого девушка щадит. Такое ощущение, что авторы придумали для него роль «пятого колеса», совершенно не нужного, а даже мешающего общему развитию событий.

И что самое интересное, он всегда отпускает Рей, уходит в сторону, сколько бы до этого не добивался ее расположения, мол, флаг тебе в руки, Рей Хино! Благородство? Сильно сомневаюсь. Какой-то страдалец, зачем-то придуманный фикрайтерами. Для разжигания интриги? А интриги нет, все и так прекрасно ясно.

С моей стороны было достаточно сказано слов, остальное – дело за авторами. Хотят – прислушиваются и задумываются, не хотят – что ж, мое мнение не самое верное и не единственное. Оно просто имеет место быть.

То, что я изложила в этих маленьких заметках, не упало мне с неба, а являлось подмеченными мною «ляпами» и закономерностями. Быть может, я не самый опытный читатель, автор и бета (некоторые области я вообще не затрагивала, ибо не имею о них достаточного преставления), но я постаралась дать советы.

Спасибо за внимание!
________
КОНЕЦ

@темы: Мои фанфики

17:44 

(Не)типичный Мамору, или Крик души

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Автор: Magicheskaya
Фэндом: Сейлор Мун
Персонажи: Мамору, упоминаются: Рей, Усаги, Сейя, Юичиро
Рейтинг: G
Жанры: Гет, Action, Юмор, Стеб, Пародия, Эксперимент
Размер: Драббл
Статус: закончен

Описание:
Авторы, опомнитесь! Кого вы из меня сделали?! Ну скажите, чем эта То-Ли-Баба-То-Ли-Мужик лучше меня?!

Публикация на других ресурсах:
С благословения!

Примечания автора:
Автор не хотел никого оскорбить или испортить нежную детскую психику. Отдельный "пардон" любителям пары Усаги/ Сейя
_______________________________________________________________________________________________________________________________________________________________



Я не понимаю, чем не угодил вам. Я был идеалом каждой девчонки, смотревшей Сейлор Мун, да и не только: сильный, надежный, понимающий, смелый.

Я носил эту дурацкую маску, потом чадру (больная фантазия все-таки у этих авторов) и еще Бог знает что терпел, чтобы быть неотразимым и модным!

А как я лихо выбрасывал алую розу? А ведь вы даже не догадываетесь, сколько раз я укалывался о шипы этой гадины. А потом отдирал их за ближайшим домом, пока Сейлор Мун добивала демонов. Понятно, почему я так быстро испарялся? Да у меня все руки в дурацких иглах были!

Еще…Вы пробовали удержаться на фонарном столбе и при этом не звездануться об асфальт?! А я пробовал! И, черт возьми, как заправский циркач балансировал на верхушке, молясь про себя. Это тебе не хухры-мухры!

А вы все предали меня. И ради кого? Ради какого-то инопланетянина хрен знает какого рода! Я читаю ваши фанфики, авторы, и – о, Боже! – кровь стынет в жилах, когда вы неблагодарно выдаете мою (МОЮ!) девушку за эту певичку (ну, или певца, не разберешь).

Даже закон появился: если в фике появляется треугольник Мамору/ Усаги/ Сейя, то сто пудов Уса будет с Воином. Да как так? Я пять сезонов – пять! – добивался, чтобы мы с ней были вместе. А эта (или этот) кошелка помаячила в последнем сезоне, и все – совет вам да любовь, Сейя и Усаги!

Ладно, это еще верхушка айсберга. Но когда вы делаете меня подлецом… Мне хочется соорудить петлю, прицепить ее к вышеупомянутому фонарю и вздернуться. Эй, народ, опомнитесь! Я столько времени играл святое благородство, и теперь вы делаете из меня морального урода?! Вы понимаете, что творите?

То я бросаю Усаги, то я изменяю ей (еще Рей любите приплетать, девочка с Ючиро только по этому поводу и собачится), то еще что насочиняют. Так и хочется сказать: ребят, вам вредно думать, идите себе с Богом, не травмируйте психику. Ни мне, ни себе.

А теперь... (барабанная дробь)… самый убивающий маневр. Мамору – забитый, зацикленный на будущем неудачник, который только мучает Усаги и не понимает, что «судьбу мы творим сами». И я должен постоянно попрекать влюбившуюся в Сейю Усу: «А как же наша Малышка?» И ходить с видом будущего суицидника.

Слава небу, есть авторы, которые могут смилостивиться и предоставить мне свободу – в конце я-таки пойму простую истину – «судьбу мы творим сами», повторюсь - и отправят в свободное плавание. Но легче как-то не становится. Так и так у меня отбивают девушку. Меня это бесит. Сильно.

В общем и в целом, дорогие мои, глубоко уважаемые авторы! Я вас очень, очень прошу – не надо штамповать меня под Мамору-тупицу и Мамору-мерзавца. И хоть иногда… не уводите у меня девушку.

Искренне ваш,
Мамору Джиба,
Он же Эндимион,
Он же Такседо Маск,
Он же Рыцарь лунного света

P.S. Уважайте те мучения, которые я вытерпел, чтобы быть с ней.

@темы: Мои фанфики

17:53 

Клеймо

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Автор: Magicheskaya
Пейринг: Кунсайт/Миналин/Нефрит
Рейтинг: PG-13
Жанр: Гет, Драма, Ангст, Психология
Размер: мини
Статус: закончен

Описание: Нет ничего страшнее равнодушия. Оно убивает все: привязанность, дружбу, любовь. Мы, равнодушные, убиваем себя, свои мечты, искренность и тех, кого любим больше жизни. Мы убиваем без оружия...

Размещение на других ресурсах: с разрешения

_______________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

Эпизод 1

Вдох-выдох, и мы опять играем в любимых…
(«Ода нашей любви»)


Им было все равно. Абсолютно. Ломать комедию так легко, так повседневно, что это входит в распорядок дня; лживая улыбка впечатывается в губы, как и лживая вежливость, и вот два чужих друг другу человека превращаются в счастливую супружескую чету. Он постоянно следит, чтобы ей было удобно и весело, она дарит самые нежные взгляды, достойные умиления. Что может быть прекраснее?
Но вот свет гаснет, расходятся музыканты и усталые слуги, и двое счастливых влюбленных, которые, казалось, еще минуту назад не могли дышать друг без друга, не сказав ни слова, расходятся по разным спальням. Отмучились.

Он долго сидит за письменным столом и курит сигары, слушая, как мерно тикают часы, потом нетерпеливо открывает форточку, чтобы хоть немного развеять тяжелый дух, и идет спать, если, конечно, ночь не разнообразит какая-нибудь девица, снятая на час.

Она, избавившись от шелков и драгоценностей, сразу ложиться в кровать, выпив на ночь снотворное, чтобы, не дай Бог, не проснуться раньше рассвета и не услышать того, что происходит в соседней комнате.

И так всегда, так – закономерно. Если бы можно было жить в разных частях замка, они бы, наверное, отказались. Какая разница? Что близко, что далеко – им одинаково безразлично состояние друг друга. И одинаково мучительно. Их жизнь - длинная, нескончаемая череда из бескрайней лжи и одиноких ночей, пропитанных снотворным, дурманом и продажной любовью. И они бы уже давно наплевали на общественное мнение и традиции, если бы видели в этом смысл. Хоть капля света на стороне, хоть капля чувства – и эти двое навсегда разбежались бы, но, видимо, они замкнуты друг в друге. Замкнуты в этом браке, в этом долге и в этом одиночестве.

Раз в месяц они честно встречаются в назначенное время, чтобы сделать попытку продлить свой род и хоть немного наделить смыслом свое существование, но тщетно. Наверное, там, наверху, обидевшийся на своих родителей малыш отказывается соединить этих чужих друг другу людей. И день тянется за днем, а месяц за месяцем, и холод, забредший когда-то в души этих двоих, породил самое страшное чувство – равнодушие. Равнодушие из боли… и любви.

Эпизод 2

И где-то хлопнет дверь…
И дрогнут провода…
Привет, мы будем счастливы теперь…
И навсегда…
(«Романс»)


-Миналин, смотри, - Амалия, покрывшись очаровательным румянцем, ткнула пальчиков в куст гортензии и, встав на самые носочки, стала разглядывать земную делегацию.

Миналин, нетерпеливо откинув водопад золотых волос, тоже выглядывала из-за куста, боясь неровно вздохнуть.

Час назад на Луну прибыла земная королева Татео, а вместе с ней и ее четырнадцатилетний сын, наследник престола Эндимион. Должны были пройти какие-то очень важные переговоры, потому что Серена созвала принцесс всех внутренних планет, и хоть совсем еще юным девушкам были совсем не интересны нудные политические диспуты, вялую обстановку оживляли инопланетные гости. Маленькие правительницы во главе с неугомонной Миналин и не менее неугомонной Серенити то и дело, позабыв свое положение и обязанности, крутились в порту, где прибыл земной корабль, или поблизости от Эндимиона, который привез с собой своих товарищей, а по совместительству еще и учителей.

-Знаете, - хмыкнула Рейана, принцесса Марса, глядя на четверых подтянутых молодых людей лет двадцати-двадцати трех, следовавших за юным принцем. – Что-то они совсем не похожи на учителей.

Остальные согласно закивали: каждая из принцесс под словом «учитель» представляла древнего старца, а не юношу, причем совсем не дурного собой.

-Вот посмотрите, - пожаловалась Серенити, надув губки, - у Энди целых четыре таких учителя, а мне хотя б одного. Дак нет же!

-Совсем сомневаюсь, что они могут научить хоть чему-нибудь в своем возрасте, - задумчиво покачала головой Амалия, но Миналин перебила ее:

-Особенно такую кокетку!

Серенити только мечтательно вздохнула.

-Не печалься, - утешила подругу Ливия, - вот выйдешь замуж за Эндимиона, и такие учителя у тебя обязательно появятся.

-Вот еще, - фыркнула Серенити, но с неизменным интересом глянула на принца.

Девушки уже хором «поженили» Серенити и Энди, а потом «разобрали» и учителей, но, на самом деле, молодые люди мало обращали на них внимания. Отделавшись от краснеющих в волнении девчушек парой положенных по этикету фраз, они удалились в сад, но и принцессы были не промах. Девушки, не имея занятия интереснее, организовали слежку и, рассредоточившись по саду, пытались найти землян. Удача улыбнулась Амалии и Миналин, которые торчали в кусту гортензии, чтобы хоть чуть больше разглядеть их.

Молодые люди (а чего еще ждать от мужчин?) разговаривали о всяких глупостях: о драконах, прибывших из Японии, о бывших подружках (на этом месте Миналин, уже претендующая на всех учителей разом, гневно топнула ножкой) и еще о чем-то, отчего хотелось зевать. Но даже скромница Амалия с волнением наблюдала за юношами.

Так проходили все дни, пока земная делегация была на Луне. Учителя, даже не подозревавшие, что давно женаты, имеют детей и прочее, наслаждались поездкой и всеобщим вниманием, а юные принцессы наблюдали за своими героями, придумывая всякие романтические истории.
Настал день отъезда, в Лунном дворце намечался большой бал до рассвета, и даже четырнадцатилетним принцессам разрешалось танцевать и развлекаться, сколько душе угодно. Девушки нарядились в свои лучшие платья и совсем как взрослые дамы скользили по мраморному полу, глядя из-под опущенных ресниц. Первый танец принадлежал Серене и земному королю как символ союза государств, второй – внутренним принцессам и лордам ( учителя, к полному восторгу девочек, оказались еще и титулованными особами, что было как никогда романтично). Каждая хотела казаться настоящей леди и каждая была абсолютным ребенком в руках этих сильным мужчин.

Миналин, которой достался самый старший лорд, Кунсайт, предводитель остальных, совсем растерялась. Красавец выглядел таким спокойным и неприступным! Собственные движения девушке казались неизящными и даже нелепыми, хотя зал просто замер, глядя на лордов и принцесс. Миналин так боялась сделать что-нибудь не так, и, видимо, от волнения, а может, Боги сговорились, но туфелька, всегда ладно сидящая на маленькой ножке, выскользнула при очередном па. Девушка, красная, как рак, хотела было выйти из круга танцующих, как Кунсайт, ловко взяв туфлю и быстрым движением надев ее на ногу партнерши, спокойно повел Лин в танце, изумленную от неожиданности.

И девушка со всей горячностью детского сердца подумала: «Это судьба». Лорд спас ее от позора (ведь в этом возрасте так страшно оступиться), и Миналин тут же отдала ему первенство среди других учителей Эндимиона. Хотя, каждая из принцесс предалась мечтаниям о взрослых молодых людях, даже Ливия, которая с рождения была обручена с принцем Алмазом, и та не переставала раздумывать, как назовет их с Нефритом дочь. Но все доброй завистью завидовали Миналин, которая взахлеб рассказывала о Кунсайте и его благородном поступке.

Земная делегация уплыла, а Миналин смотрела вслед кораблю с синими парусами и думала: судьба отметила их с Кунсайтом, именно их. И это не шутка. Они будут вместе… когда-нибудь… обязательно…


Эпизод 3

И лампа не горит…
И врут календари…
И если ты давно хотела что-то мне сказать…
То говори…
(«Романс»)


И судьба отметила их. Поставила клеймо, которое вечно будет гореть в их душах.

Они не виделись два года. За это время черты первого лорда Кунсайта поблекли и размылись в памяти Миналин, а «случай с туфелькой» (так нарекли его принцессы) оброс новыми подробностями и пылью. Да и сама девушка выросла и изменилась, в ее жизни появилось нечто более существенное, чем просто фантазии: долг воина и будущей правительницы. Конечно, она не переставала быть бойкой, кокетливой Миналин, но что-то уже безвозвратно изменилось в ней.

От худенькой угловатой девчушки с огромными голубыми глазами на пол-лица остались только воспоминания. Ее стан вытянулся и округлился, черты лица лишились резкости, а движения – торопливости. Кажется, все в ней кричало, что этот бутон готов распуститься и показать свой истинный цвет и аромат. И именно в этот момент ее жизни появился Кунсайт. Появился, чтобы остаться там навечно.

И девушке вновь казалось, что она влюблена, что ее сводят с ума его спокойный вид и мужественность, что эти северные, необычные черты лица так близки ей, так необходимы. И новость о том, что Луне и Земле нужен дипломатический брак в лице первого лорда и Венеры, только горячило молодое сердце. Нет, не будет никакого дипломатического брака! Все будет по любви, как мечталось! Ведь Кунсайт не может не полюбить ее в ответ, правда?..

Девушка с радостью и волнением ловила взгляды жениха, его слова, движения. Сердце рвалось от нежности и предвкушения другой, прекрасной жизни.

Но все поломалось. В одно мгновение развеялось жалкой пылью.
В тот вечер Кунсайт был в саду. Набравшись храбрости, Миналин пошла за ним, чтобы хоть чуть-чуть побыть с ним наедине, вдали от официальности и людей. Она нашла его у фонтана и хотела было возвестить о своем присутствии, как заметила, что жених не один. В нескольких шагах от него стояла беременная женщина, жалко обнимающая свой живот. Тенью юркнув за дерево, Миналин принялась слушать.

-Ты жесток, Кунсайт, ты жесток, - женщина смахнула слезы и вытерла глаза синей шалью, накинутой на плечи. – А что же мне теперь делать?.. – ее голос стал жестким и отчаянным. – Беременная… вдова! Что скажут?

-Это твои проблемы, - бесстрастно ответил Кунсайт, садясь на бортик фонтана. – Ты знала, что наша связь закончится, и иногда, - он саркастично хмыкнул, - после «этого дела» дети бывают.

-Я думала… думала, - растерянно промямлила вдова, но лорд перебил ее:

-Что я на тебе женюсь? Нет. Даже бы если меня не связали с принцессой Венеры, я бы не женился. И ты знала об этом. А теперь у меня есть невеста…

-Девчонка! – яростно бросила отчаявшаяся женщина.

-Да, может, и девчонка, но, надеюсь, она лучше тебя заботилась о своей чести.

-И ты мне говоришь о чести? – взвилась вдова, но Кунсайт был все также невозмутим:

-Именно. И тебе пора уже и честь знать.

-Но это же твой ребенок! – сделала она последнюю попытку достучаться до его сердца.

-Не уверен. Зная тебя, Белл, можно всего ожидать.

-Ну, Кансайт, отольются тебе еще мои слезы, - она полубезумно рассмеялась, глотая рыдания. – Твоя девчонка та еще штучка, настоящая подстилка, посмотрим, от кого ребенка получишь ты!

Кунсайт вскочил с места и резко завел руку для удара, но женщина быстро скрылась.

А Миналин, беспомощно зажав рот ладошкой, почти без чувств глядела на своего жениха. Господи, Господи, за что это?.. За что жизнь связала ее с этим чудовищем, этим бездушным человеком? Ведь он только что бросил своего будущего ребенка, оставил разбираться женщину с позором, в котором не мало участвовал. И это – ее будущий муж, отец ее детей…

Ожидание свадьбы, простого девичьего счастья разом померкло. Однажды он может поступить так и с ней, растоптать ее чувства. Нет, не это… только не это…

Вот так вот жестоко кончилось детство, а розовая пелена спала с глаз, показав весь деготь, всю грязь этого мира. И девушка еще не осознавала, что тонет в этом болоте, тонет безвозвратно, а вскоре – станет его частью.

Эпизод 4

Столько дней
Он, не зная правды,
Просто шел за ней,
Убивая навсегда свою мечту.
Но только ту,
Кого не мог понять,
Только ту,
Он и не мог забыть,
Так может быть.
(«Аэропорты»)


Миналин как можно крепче зажмурила глаза, чтобы не видеть его лица, хотя от ощущений не убежать, не скрыться… Это была их первая брачная ночь, о которой все женщины думают с особым трепетом, но для девушки она превратилась в настоящее издевательство над самым святым. И самое страшное, что тело предавало ее, поддавалось на умелые ласки, полностью игнорирую голос совести и разума.

Кунсайт, удивленный и опечаленный поведением молодой жены, пытался еще понять ее холодность, но ничего не выходило. И первый лорд кожей чувствовал, что дело вовсе не в неопытности. Она сознательно отгорождалась от него, находясь с ним в одной постели и при этом за тысячу миль.

Он и понятия не имел, что дальше все будет только хуже, что скоро, совсем скоро он переберется в отдельную комнату и заведет себе кучу девиц, в тщетной попытке забыть вопросы, на которые нет ответов. Скандалы, крики, вазы, разбитые о стену в исступленной ярости, не помогали и не давали душевного покоя. Девушка просто сжималась, будто он хотел ее ударить, и это еще сильнее пугало Кунсайта. Он ни разу не поднимал на нее руку, не замахивался, а она… боится его, как зверя. Он молил ее сказать, что произошло, почему вдруг та девочка, с которой его обручили, пропала и превратилась в затравленного зверька. Но она молчала… всегда молчала, даже если из глаз помимо воли брызгали слезы…

А потом ушли и скандалы. Они стали просто чужими, просто холодными и безразличными. Их брак рассыпался, так и не начав жить. И каждый из них по-своему не понимал другого. Но они молчали, скрываясь за равнодушием, огромной ледяной коркой… девушка с влюбленностью в юном сердце и мужчина со зрелым чувством. А между ними – боль, непонимание и предубеждение – самые далекие точки Галактики.

Миналин еще не понимала, что судьба действительно связала их клеймом, и та щемящая боль в груди не рассосется. Уж лучше бы он снова кричал, добиваясь ее ответа, почти грубыми полусумасшедшими ласками требовал тепла. И как спичка сгорал от чувств… Но он леденел, чем приносил еще большее страдание девушке, которая только убеждалась в своей ненужности. Любила… но боялась и не верила. И именно поэтому сидела на снотворном, ведь знала, что муж водит к себе женщин, а это так больно, что хочется выть в подушку. Так невыносимо…

Кунсайт страдал. Сох, вял, его силы иссякали, как вода из пробитой вазы. Наверное, это небеса покарали его за грубость и жестокость, за бездушие и за то, что бросил собственного ребенка. Ради нее. Да, да! Ради этой «девчонки», в которую он влюбился. Нет, сначала просто загорелся темной страстью, обычной, физической, а потом и моральной. Ему необходимо было видеть ее хоть раз в день, чтобы свободнее дышать, чтобы чувствовать в себе силы и уверенность в будущем, их будущем! Он верил ей, верил.

Как часто грани стираются, и то, что раньше казалось простым, усложняется. Так и его сердце – грубое и неотесанное, оно вдруг приобрело огранку благодаря шестнадцатилетней девочке. Ее улыбка, непосредственность и живость тронули приземленный ум лорда, привыкший к цинизму и некоторой здоровой для этого мира расчетливости. Но чтобы окончательно создать новую жизнь для себя и маленькой Лин, Кунсайту требовалось сжечь за собой все мосты, разорвать старые связи, однако… кроме лжи и пустых ночей ничего не родилось. И не родится.

Эпизод 5

Не отрекаются, любя,
Ведь жизнь кончается не завтра…
(песня на стихи В. Тушновой)


Ему казалось, что он обманывает всех, что сквозь синие радужки не видно сути, которую Миналин почувствовала сразу. Лорд Нефрит, внимательно сканирующий залу под видом обычного кутилы, вполне довольный своим актерским мастерством скользил меж венерианок, кокетливо строящих красавцу глазки. Конечно, это просто его работа, но при первой же возможности девушка дала понять, что видит насквозь его уловки. Ну как человек, горячо обсуждающий с Кунсайтом проблему корабельных телепортов между Землей и Луной, может с совершенно полутупым видом пудрить мозги дамочкам? Нефрит, осознав, кто перед ним стоит, перестал ломать перед ней комедию. Обманщик мало чем может удивить обманщика…

Они могли подолгу сидеть на скамье в парке средь венерианских яблонь, пить фруктовое вино и смотреть на звезды, и, что самое главное, быть откровенны друг с другом. Дипломатическая поездка на Родину, сулившая Миналин новую череду серых будней со снотворным под подушкой, превратилась в приятное времяпровождение, хоть и приправленное горечью собственных терзаний.

-Ты несчастна, - сказал в тот вечер Нефрит, привычным движением накидывая девушке свой плащ. – И брак тут совсем не причем.

-Ошибаешься, - горько возразила Миналин, впервые улавливая проницательного лорда на осечке; иногда ей казалось, что он умеет читать чужие души и ее в первую очередь.

-Разве? – хитрая смешинка вперемешку с грустью промелькнула во взгляде. – А разве есть у сердца понятие брака? Душу не окольцуешь, с ней не подпишешь договор. И что в том, что Ливия замужем за Алмазом? Разве сердце перестало любить меня? Нет, нет, - он задумчиво глянул ей в глаза. – Все дело в тебе и в нем. Скажи, если бы вы не поженились, уменьшилась бы твоя боль?

-Кунсайту не бывает больно, - буркнула девушка, отворачиваясь от проницательных глаз.

-Он всего лишь человек, Лин. Более того, он влюбленный человек, но не получающий ответного тепла, а значит, страдающий вдвойне. Я тоже мучаюсь, что Ливия никогда не станет моей, но то, что ее сердце принадлежит мне, спасает меня. Скажи, что спасает Кунсайта?

-Скажи, Неф, ты веришь Ливии? – лорд невольно поразился твердости ее голоса и взгляда. – Веришь, что она будет твоей опорой, что не покинет? А я не верю Кунсайту. Я видела, как он растоптал чужие чувства, как бездушно бросил своего ребенка, а сам остался чист и бел в глазах всех. Он спокойно вычеркнул из своей жизни неугодных ему людей. А что, если однажды вычеркнуть придется меня? Он сделает это, не задумываясь. И ты зря упомянул любовь, - она страшно усмехнулась. – Ее не было и нет.

-Ты умираешь от любви, Миналин, - сухо рассмеялся Нефрит, невольно выплескивая вино из бокала в порыве чувств, - и говоришь, что ее нет? Ты сохнешь от сознания своей беспомощности и одиночества. Ты лжешь. Ты прикрываешь свою слабость холодностью и словами, а сама… умираешь. А если я сделаю так, что ты скажешь? – он, резко отбросив бокал, обхватил ладонями ее лицо и впился в грубоватом поцелуе.

В первые секунды она ничего не понимала, совершенно сбитая с толку его поведением, но когда до сознания все-таки дошло, что происходит, то изо всех сил забила кулачками в грудь лорда и, вырвавшись, отпрянула от него.

-Что… ты… да как? – изумленный шепот срывался с ее губ, отказываясь превращаться в четкие мысли.

-Вот видишь, Лин, есть любовь, и она – в тебе. Ее столько, что даже поцелуй унижает и жжет тебя. Для тебя не существует чужих губ, только его, что бы ты ни говорила.

-Ты врешь! – на ее глазах выступили злые, отчаянные слезы. – Ничего нет , - девушка кинулась к изумленному лорду на шею, чтобы доказать, что все ложь, что в ней – пустота и ненависть, а сама невольно повисла на его руках, давясь рыданиями. – Нет, нет, нет…

-Тихо, - шепнул Нефрит, качая ее на коленях, как маленького ребенка. – Тихо…

Эпизод 6

Если хочешь идти – иди,
Если хочешь забыть – забудь,
Только знай, что в конце пути
Никого уже не вернуть. (с)


-Тихо, - Нефрит обнял его – его! - жену и принялся успокаивать. – Тихо…

По губам Кунсайта прошлась змеиная усмешка, больше напоминающая судороги. Кажется, он понял. Он все понял. Только почему так поздно? Почему небо заставило его мучиться целый год, прежде чем правда вышла наружу? И совсем непонятно, что лучше – жить в неведении или знать эту самую правду…

-Я вам не мешаю? – как бы ни было больно, притворяться, что ничего не происходит, больше нет сил; его голос бесстрастен и сух.
Нефрит и Миналин испуганно обернулись.

-Хотя, кажется, я как-то опоздал с претензиями, - лорд в по-шутовски серьезном поклоне встал перед женой и другом. – А что же ты плачешь, дорогая? – елейным тоном спросил ледяной лорд у заплаканной Миналин, отскочившей от Нефрита. – Жаль с любимым прощаться?

-Кунсайт, - Нефрит поднялся со скамьи и загородил собой девушку. – Ты…

-Молчать, - бросил лорд совершенно бесстрастно, а от этого еще страшнее. – Ты умер для меня. Катись на все четыре стороны, не бойся, любимая скоро тебя догонит.

-Если только ты… - свирепо начал звездный лорд, но Кунсайт перебил его:

-У меня еще есть честь и гордость, чтобы не поднять руку на женщину, но для начала мне нужно дать ей вольную.

-Честь? – голос Миналин почти неслышно раздался из-за спины Нефрита, но прозвучал удивительно хлестко. – У тебя нет чести, Кунсайт, а ты смеешь затрагивать мою? – она вышла навстречу мужу, совершенно его не боясь. Пусть делает, что хочет, пусть хоть забьет ее до смерти, но она скажет свое слово. – Ты продал свою честь за гроши, когда оставил беременную женщину с еще не родившимся ребенком, - Миналин видела, как белеет лицо мужа и еще больше убеждалась в своей правоте. – Я молчу про свои обиды, про то, как была обманута влюбленная шестнадцатилетняя девочка, мечтающая о счастье. Ты говоришь мне про честь… А что ты скажешь мне про девиц, которые ночевали у тебя, а потом смеялись мне в лицо, совершенно не стыдясь? Ты даже не представляешь, в какое ничтожество я превратилась, лживое, забитое и безмолвное. Но я хотя бы могу поклясться, что моя честь при мне.

-Откуда?.. – только и выдохнул он, становясь совершенно беззащитным перед правдой, которую утаивали слишком долго, чтобы говорить о ней без боли.

Бастионы из холода и отчаяния рушились, осыпая все вокруг грязной, душной пылью, провонявшей сыростью и ложью. Тот идеальный ледяной замок, который видели окружающие, рассыпался жалкой лачугой. Всё.

-В тот вечер я пошла в сад, чтобы хоть чуть-чуть побыть с тобой наедине, хоть чуть-чуть дольше послушать твой голос. И я впервые услышала тебя. Тебя настоящего, - Миналин казалось, что рушится все, и их жизни уже не спасти, ее слова – лишь звук, опоздавший на год. Но она говорила. Довольно жить так. – И все к чертям полетело, Кунсайт, меня не стало. Нас не стало. И все, что было до и после – не любовь, а просто болезнь.

Нефрит, бессмысленно стоящий в стороне, ушел незамеченным. Наверное, это его судьба – уходить оттуда, где он нужен, чтобы и дальше скитаться в своем одиночестве.

-И ради этой болезни я отказался от всего, - в его голосе не было ничего, кроме горечи. – Вот так вот, Миналин. Я думал, что расчищаю нам дорогу к новой жизни, к будущему, а сам мостил дорогу сюда, - он обвел рукой венерианский парк, криво усмехнувшись. – Я думал, что поступаю правильно, отгорождаю тебя от своих проблем. А оказывается, я не думал вовсе. Или думал только о себе, чтобы мне крепче и спокойнее спалось. Не знаю, как я докатился до того, что ни разу не видел своего ребенка, а моя жена целуется с моим другом. В любом случае, мы не поняли друг друга. Мы чужие, и если сейчас останемся рядом, то так будет всегда.

-До свидания, Кунсайт, мы встретимся, - тихо прошептала девушка, глотая слезы.

Кунсайт только вздохнул:

-Ты уверена?

-На нас клеймо, - просто ответила она.

Эпилог

Мое море, прошу, не выплюни меня на берег
Во время очередной бури твоих истерик…
(«Мое море»)


Косые лучи касались его обветренного лица и личика маленького мальчика с темными мягкими волосами и карими серьезными глазками. Кажется, Кунсайт не был на Венере целую вечность, а на самом деле всего лишь год. Он уже успел позабыть, какой здесь терпкий воздух весной, как бескрайни эти степи, а дома, сделанные из белого камня, тропкой бегут ко дворцу, где живет она.

Он не знал, чего ждет от этой встречи, и успела ли Миналин понять, нужен ли он ей, и готова ли она верить ему, но чувствовал: вернуться или сейчас, или никогда. Практически год отшельнической жизни в маленьком домике покойной вдовы Белл сент Кале, наверное, научил его очень многому, и если Миналин оттолкнет его и теперь, он не умрет и вряд ли впадет в отчаяние. Да, его жизнь так и останется половинной, и клеймо будет по-прежнему жечь ночами, но у него есть стимул жить. Маленький кареглазый стимул, так похожий на мать.

Кунсайта спокойно пустили во дворец и до покоев королевы Миналин. Он шел спокойно и твердо, но перед самой дверью дрогнул… и испугался. Чего-то. Однако малыш, цепко держащий отца за руку, не пожелал стоять долго и постучал маленьким кулачком о деревянную резную дверь.

-Войдите, - послышался за ней самый родной голос, и Кунсайт толкнул дверь.

Она, видимо, сидела над какой-то вышивкой. ЕЕ точеный профиль, нечеткий в лучах солнца, размывался и плыл перед глазами лорда, словно призрак из его снов, и мужчина только краешком сознания понимал, что перед ним – живая девушка. Вот «призрак» поднялся с софы и с молчаливым изумлением смотрит на неожиданного гостя.
Они глядели друг другу в глаза и каждой клеточкой ощущали, сколько секунд прошло с того дня, как в последний раз виделись, сколько прошло бессонных ночей и тягучих будней только ради этого утра. Только ради этой встречи и этого правдивого, откровенного молчания. Этого прощения. Этой любви…

-Папа, папа, - малыш нетерпеливо дернул отца за руку, с интересом поглядывая на женщину. – А кто эта тетя?

-Познакомься, Кай, - мужчина поднял ребенка на руки, не отрывая взгляда от жены. – Это наша мама.

***
За парковой зарослью дворца Венеры, когда особенно светят утренние лучи, но роса еще маленькими капельками горит на траве, вы можете увидеть необычную картину: высокого светловолосого мужчину, молодую женщину и маленького мальчика лет восьми со своей младшей сестренкой, встречающих рассвет. Рассвет нового дня и новой жизни.

Нефрит был прав.

@темы: Мои фанфики

23:57 

Мечта возвращается дважды

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Автор: Magicheskaya

Фэндом: Sailor Moon
Персонажи: Минако Айно/ Ятен Коу

Рейтинг: G
Жанры: Гет, Ангст, Драма, Психология, ER (Established Relationship)
Предупреждения: OOC
Размер: Мини, 4 страницы
Кол-во частей: 1
Статус: закончен
____________________________
Описание:
Они были рядом слишком долго, чтобы не причинить друг другу боли. Но, может быть, есть второй шанс?..
_______________________________
Минако Коу судорожно запихивает вещи в чемодан:

-Всё! Хватит с меня! Пять лет терпела... Больше сил моих нет!..

Руки тряслись так сильно, что все вещи буквально валились из рук. Хотелось кричать и крушить, но слёз не было.Она перестала плакать ещё несколько лет назад, когда Милли была совсем маленькой, и некуда было идти с такой крохой.

Долгими, почти нескончаемыми ночами Минако качала больного ребёнка, а у самой мочи не было держать предательскую соль...Но сейчас она окрепла. Милли почти три года, врачи заметили некоторое улучшение.

Теперь Минако способна уйти навсегда.

Без сил девушка села на кровать. Вот её родные стены, её и Ятена. Но это неправда. Для них этот дом всегда был чужим.

Минако вышла за Ятена замуж, любила его безумно, хотя всегда знала, что сильнее принцессы Ятен никого в жизни не полюбит.Первый год жила как в сказке: цветы, подарки, путешествия... У Минако дух захватывало от гордости, когда какая-нибудь девчонка
с обожанием смотрела на фотографию Ятена с афиши Трёх Звёзд, ведь этим девушкам остаётся только мечтать...

Но наступил второй год совместной жизни, если её вообще можно назвать совместной. Ятена никогда не было дома, Минако заскучала
без работы. Из любящей жены она стала превращаться в вечно недовольную всем ревнивицу. Скандалы. Слёзы. Упрёки. Ятен всё
реже и реже стал появляться дома. Но брак всё ещё жил.

На третий год Минако узнала, что беременна. На некоторое время вновь появилась иллюзия, что старые чувства живы, но... Оказалось, что у малышки врождённый порок сердца. Единственный ребёнок в семье был уже обречён. Снова слёзы. Скандалы. Обвинения. Любовница Ятена,
нагло разгуливающая по из загородному дому. Преждевременные роды.

Так появилась малышка Милли.

Минако хотела всё бросить и уйти, но внезапно поняла, что просто не может этого сделать. У неё нет работы. Нет жилья. Нет денег. На руках - маленький больной ребёнок. Куда ей деться? Минако впервые по-настоящему осознала, что абсолютно беззащитна.

Четвёртый год превратился в сплошную борьбу за жизнь. Хрупкое существование Милли висело на волоске. До сих пор в кошмарных
снах Минако видит, как она сидит у постельки своей дочки, а вокруг тишина, только мерный писк приборов. В них - вся её жизнь, ведь если замолчит какой-то аппарат, то вместе с жизнью ребёнка закончится и существование Минако...

Ятен стал невыносимее прежнего. Он метался от бессилия хоть чем-то помочь дочке. Вопреки всем представлениям, он безумно любил свою крошку.

Появились проблемы в группе. Из-за вечного напряжения Ятен не мог петь, но он и не имел права оставить работу, иначе исчезнут
все средства на жизнь и лечение Милли. Братья щадили его и пытались помочь, чем могли. Зато журналисты жадно набросились
на несчастье бедного парня. Писали гнусные статьи о том, что он потерял свой талант и теперь никогда не сможет петь; о
том, что жена, красавица и умница, уйдёт к другому...

Минако искренне жалела мужа, но ничем не могла ему помочь. Она и сама находилась в полном отчаянии.

Пятый год был самым трудным. Девочку положили в больницу на длительное лечение. Ятен буквально сходил с ума. В одном из порывов бешенства он впервые ударил жену... Такого унижения она никогда не испытывала.

Чуть не ушла. Снова осталась из-за дочки.

Минако пошла работать. Продавцом. Не было времени искать профессию, соответствующую образованию. Трудилась по девять часов в сутки, валилась с ног от усталости. Первую месячную зарплату украли на улице. Девушка думала, что погибнет от горя... А ещё Ятен так зло тогда назвал её неумехой...

Сильно простудилась, лежала в бреду. На её место взяли другого продавца. Зато Ятен стал чуть-чуть ласковее, покупал
лекарства, следил за самочувствием. Тогда Минако узнала, что и он умеет плакать...

На шестой год тьма, казалось, стала рассеиваться. Состояние Милли значительно улучшилось, девочку отпустили домой. Ятен,успокоившись, снова стал хорошо зарабатывать; Минако устроилась менеджером в компании. Но это лишь внешнее благополучие.

Сейчас она решила уйти навсегда, после пяти лет ада. У неё достаточно денег и сил, чтобы жить независимо. Поднять и
вырастить ребёнка она сможет. Жизнь её закалила, Минако даст прекрасное воспитание своей малышке.

Но как же больно уходить! Сколько нерастраченной любви и нежности есть у этой девушки! Сколько бы она смогла дать своей семье, сложись всё по-другому!..

Но она должна уйти. Иначе...

-Ты уходишь? - тихим хрипловатым голосом спросил за спиной Ятен. Казалось, он не был удивлён.

Минако быстро повернулась и кивнула, горло сдавило железным обручем. Впервые за столько времени по щекам снова побежали
слёзы...

Ятен не ответил и подошёл к большому портрету дочери, висевшему на стене. С фотографии ему улыбалась красивая девочка
с золотистыми волосами и яркими зелёными глазками.

-Я без неё не смогу, - всё так же тихо сказал парень.

-Я тоже, - прошептала Минако, - но и жить я так больше не сумею.

-Понимаю, - вздохнул Ятен и сел рядом с женой на кровать. - Помнишь, я сказал, что ты никогда не будешь со мной счастлива?

Девушка кивнула.

-Я тебе не поверила. Шесть лет назад я была уверена, что моей любви хватит и на тебя. Я жестоко обманулась. Ты так и не
полюбил меня. А я всё надеялась на чудо.

Ятен горько усмехнулся, не поднимая глаз:

-Это я виноват в том, что наш брак распался. Я - ничтожество. Я не имел права отравлять тебе жизнь, но всё тешился,что когда-то стану достоин тебя.

-Молчи, не говори больше ни слова. Всё это - лишь звук. Время ушло. Сейчас я ухожу, ты не держи меня. Я никогда не запрещу тебе
встречаться с дочкой. Просто исчезну из твоей жизни...

Минако поднялась с кровати и подала мужу белый листок бумаги. Ятен не шелохнулся. По лицу девушки непрерывным потоком скользили слёзы.

-Вот мой новый адрес. Если захочешь увидеть Милли, приходи в любое время.

Ятен взял листок, но ничего больше не сказал. Минако взяла чемодан и вышла.

А за дверью ей послышался сдавленный стон... Так кричат только раненые, умирающие животные, разрывая тишину тоскливым воем.

Минако, захлёбываясь слезами, выбежала с крыльца, она села в свою машину и разрыдалась в голос, выплёскивая всю боль,
всю накопившуюся тоску...

Перед глазами промелькнула вся жизнь. Детское одиночество, разбитое сердце, навсегда оставленное в Лондоне, битвы, обязанности
воина и хранительницы Принцессы. И самое светлое, что было в ней: мечты... Ятен... Свадьба, Милли... А теперь? Что будет дальше?
Что ей остаётся? Что?! Пустота? Горечь? Сожаление? Да ничего. Только эти проклятые воспоминания, так или иначе связанные с Ятеном.

Эти мысли бьют по больному, но кроме них ничего и не было, ничего, что могло двигать её жизнь... Ничего.

Счастье с Ятеном было недолгим, но оно было. Ей никогда не забыть эти минуты.

Она так и не смогла уехать.

Через несколько часов, совершенно лишившись сил, шатаясь от усталости, Минако вошла в дом. Стояла тишина. Девушка направилась
в комнату, в которой оставила Ятена.

Бывший муж лежал на полу у кровати. Глаза открыты и холодны. Он не шевелился. Минако показалось, что он умер. Не помня себя, она подбежала к нему:

-Ятен! Очнись, Ятен!

Он поднял на неё неживые глаза:

-Зачем ты вернулась?

-Я снова не могу уйти... И никогда не смогу этого сделать!.. Я стану наивной девочкой и буду верить, что ты меня полюбишь.
Хочешь, я стану такой, какой ты скажешь?..

Тихая слеза пробежала по щеке молодого человека.

-Просто будь со мной. Мы начнём всё с начала. Умоляю тебя, останься. Мы ещё можем быть счастливы.

Минако, не сдерживая слёз, кинулась в объятия мужа.


Жизнь всегда предоставляет второй шанс. Главное - не упустить его.

23:59 

Этот мир сошел с ума

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Автор: Magicheskaya

Фэндом: Sailor Moon
Персонажи: Ами/ Тайки, Усаги

Рейтинг: G
Жанры: Гет, AU
Предупреждения: OOC
Размер: Мини, 4 страницы
Кол-во частей: 1
Статус: закончен
_________
Описание:
-Вы хотели что-то спросить?
-Да. Вы не хотите со мной потанцевать?
________
-Смотри, смотри!!! – радостно завизжала Усаги, как ребенок, тыкая пальцем на разразившийся в небе салют, но сейчас Ами прекрасно понимала состояние блондинки.

Ей и самой хотелось запищать от восторга, прямо как в детстве, глядя на яркие малиново-сине-зеленые всполохи, приветствуемые дружными вздохами разношерстной толпы.

Кто-то справа с особым усердием наступал Ами на ногу, но девушка даже и не думала обижаться на недотепу. Да и вообще, в такой толпе сложно не задеть кого-нибудь, но это не напрягало. Карнавальная ночь подходила к своему завершению, хотя до самого утра не будут стихать выкрики и песни, и обязательно найдется тот, кто звонко разобьет пару бутылок и примется орать серенады. Но Ами влюбилась в этот маскарад: в буйство красок, неудержимые, свободные танцы, цепляющие самую душу, заставляющие раскрепощаться, в белоснежные улыбки на смуглых лицах, в эту душную бразильскую ночь. Она влюбилась в эту страну, где всем совершенно наплевать, кто она такая, зачем прилетела и куда улетит, где не видят внешнего, но зато ловят суть. Да и кто может подумать, что вот эта смеющаяся девушка, недавно беззаветно оттанцовывающая на пару с каким-то арлекином, и есть та самая умница Ами Мицуно, лучшая ученица Токио и тихоня?

Ами была благодарна госпоже Судьбе за то, что она привела ее сюда, за то, что существует неугомонная Усаги Цукино, которая, состроив самые трогательные глазки, умоляюще сложила ручки и сказала:

-Ну, Ами!.. Ну поехали, пожалуйста! Такое бывает только раз в жизни, если бывает вообще! – и тут же запричитала: - К тому же, тебе просто необходимо отдохнуть, а то ничего в своей жизни, кроме книг и компьютеров, не видишь. А в Бразилии, я верю, обязательно встретится твоя судьба! Нупожалуйстапожалуйста!!!..

Ами тогда возвела глаза к потолку и как бы нехотя согласилась на поездку, которую предоставили какие-то иностранные спонсоры для школьников. Но она ведь и понятия не имела, какую бурю эмоций получит, как западет ей в душу эта удивительная страна! Да и попали они с Усаги (и еще парочкой одноклассников) в разгар маскарада, одного из самых захватывающих событий всего мира.

Мицуно очень хотелось погулять, но Усаги вздумалось тоже принарядиться, а если Усаги что-то придумала, то и Ами от этого никуда не деться. Цукино купила себе костюм зайчика, состоящий из маленького белого хвостика, ушек и пушистых браслетиков на запястья, и если раньше Мицуно казалось, что ее новая подруга чем-то напоминает кролика (благодаря смешным хвостикам-оданго), то теперь это сходство становилось поразительным. Ами же ограничилась свободной полупрозрачной нежно-розовой блузой, белой «колокольчиком» юбкой до колен, светло-розовыми балетками и белой маской, закрывающей область глаз.

Весь день они развлекались: бегали по товарным лавкам, объедались сладостями и без всякого стеснения оттанцовывали в папуасском стиле. За все свою жизнь тихоня Мицуно так не смеялась, как здесь, и хоть на ней была маска, никогда еще девушка не чувствовала себя такой открытой абсолютно для всех: для людей, для музыки, для природы. Ей казалось, что она не жила до этого, не дышала так вольно. И вот сейчас, когда праздник подходил к концу, она зачаровано смотрела в небо, искрящееся фейерверком, и ей было удивительно свободно и немного грустно. Грустно оттого, что все кончается, и эта ночь тоже. Ами посмотрела на Усаги, которая с открытым ртом глядела на салют, взяла ее за руку, тихонько сжала тонкую кисть, и когда блондинка удивленно повернулась к ней, одними губами шепнула:

- Спасибо.

Но Уса все поняла, улыбнулась немного по-детски наивно и сжала ладошку в ответ. Как же была благодарна в этот момент Ами за то, что в ее жизни есть такой светлый, непосредственный человечек, способный любить всех и видеть только хорошее. И пусть она – единственная, кто разглядел в Ами обычную девчонку, которую волнуют самые простые вещи, а не первую умницу Токио, для Мицуно этого было достаточно.

т-Извините, - раздался над ухом Ами низковатый баритон, и девушка, невольно вздрогнув, повернулась на голос.

Рядом с ней стоял высокий молодой человек в строгом светлом костюме и, слегка улыбаясь, внимательно смотрел на нее синими глазами, сверкающими из-под простой белой маски. От этого пристального, будто сканирующего мысли взгляда Ами почувствовала, как невольно заливается краской. Но что-то в юноше показалось удивительно знакомым, словно она уже видела его, но не помнит, когда и где?..

-Мы с вами раньше не встречались? - не подумав, ляпнула Мицуно и тут же смутилась.

-Еще нет, - незнакомец улыбнулся чуть шире, - но обязательно встретимся.

Ами решила не раздумывать над этой странной фразой. Мало ли каких людей встретишь в чужом городе!

-Вы хотели что-то спросить?

-Да. Вы не хотите со мной потанцевать?

Ами неприлично уставилась на странного человека. Она огляделась и заметила, что Усаги куда-то пропала, хотя еще секунду назад Ами держала ее за руку. Сейчас она стояла и не знала, что ответить этому незнакомцу, решившему потанцевать с ней посреди толпы.

-Но… - неловко замялась Мицуно, глядя на все еще улыбающегося юношу. – Тут же нет музыки.

-И это вас остановит? – рассмеялся незнакомец, подходя к ней ближе.

Он положил одну руку ей на талию, другую сплел с ее ладошкой, и они начали неловко двигаться, просто так, без всякой музыки, каждый под свой мотив. Какая-то внутренняя мелодия захватила их, заставляя забыть обо всем. Ами не понимала, что происходит. Наверное, они так глупо смотрятся сейчас, стоя среди людей, танцуя под грохот салюта!.. Это было маленьким сумасшествием. Да она даже боялась посмотреть в лицо этому странному человеку, но что-то невидимое будто привязало ее к нему и не давало отодвинуться.

-Это какое-то сумасшествие, - поделилась своими мыслями Мицуно, неловко улыбаясь.

Молодой человек рассмеялся:

-А вам никто не говорил, что весь мир давно сошел с ума?

А ведь действительно, все, что происходило с Ами в Бразилии, было необыкновенным. Так чему же она еще удивляется?

Они так и танцевали (да нет, наверное, топтались на одном месте), но для них это было настоящим танцем; они остановились друг напротив друга, так, словно только что отзвучал оркестр, и смолкли последние ноты, и улыбались.

-Мы еще увидимся, - уверенно произнес юноша и, в последний раз сжав ладошку девушки, махнув хвостом темных волос, скрылся в толпе, а Ами все продолжала смотреть ему вслед, пока не почувствовала, как кто-то теребит ее за рукав:

-Эй! – раздался недовольный голос Цукино. – Ты что как замороженная? Ами!!!

-Что? – невинно спросила Мицуно, переводя взгляд на подругу.
-Ох, ну ты как задумаешься, так хоть в рупор ори. Отойти нельзя…

*****

Два года спустя

-Смотри, смотри!!! – радостно завизжала Усаги, как ребенок, тыкая пальцем на огромный плакат на стене, а точнее на трех юношей, изображенных на нем, но сейчас Ами прекрасно понимала состояние блондинки.

Говорят, эти «Три звезды» свели с ума половину женского населения Японии и на этом останавливаться не собираются. Но Ами это мало интересовало, однако Цукино так не считала. Она каким-то чудом раздобыла два билета на концерт этой группы (наверное, на это потребовалась ловкость факира и наглость мартышки) и теперь поставила Ами перед фактом – они идут на концерт, и точка.

«Что ж, почему бы и нет?» - рассудила Ами и согласилась, хотя всем своим видом показывала, что «не жаждет пялиться на каких-то ловеласов», однако разыскала всю возможную информацию о данной группе и даже послушала несколько песен, которые сумели затронуть душу. К тому же, один из певцов, Тайки, был почему-то смутно знаком…

Долгожданный день настал. Разодетая в пух и прах Усаги и Ами в довольно скромном белом платьице прибыли в ресторан «Камелия», где и должен был состоять концерт. Они заняли свой столик в углу; Усаги постоянно крутилась на месте, будто вместо головы у нее флюгер, Ами спокойно сидела, разглядывая элиту, которая собралась здесь. Она уже успела заскучать, как раздались первые аккорды, но музыка мгновенно захватила ее, заставляя позабыть обо всем. Она вздрогнула всем телом, когда на сцене появился Тайки и стал петь. Она слышала, слышала этот голос! Но где же?..

Вот и попрощались «Три звезды», вот и гости стали расходиться, кто куда, а Ами сидела на месте, как вытянутая струнка, и не могла пошевелиться. Она не понимала, что происходит, и когда Усаги чуть ли не силой вытолкала Ами из ресторана, та немного очнулась.

-Ты иди, я еще пройдусь, - рассеянно проговорила Мицуно, подталкивая Усаги, и девушка с неохотой оставила подругу в одиночестве.

Мицуно дошла до своего дома, все еще пытаясь вспомнить этот голос, так кто-то окликнул ее:

-Извините, - раздался над ухом Ами низковатый баритон, и девушка, невольно вздрогнув, повернулась на голос.

Перед ней стоял тот самый певец, Тайки, и улыбался. Сердце девушки сжалось, будто она подошла к самой догадке, до которой рукой подать.

-Вы хотели что-то спросить?

-Да. Вы не хотите со мной потанцевать?

Ами не верила своим глазам. И своему разуму, вспомнившему все до мельчайшей детали того бразильского маскарада. И как же она могла забыть единственную ночь своей свободы?.. Как могла забыть того странного молодого человека?..

-Вы? Это какое-то сумасшествие!

Тайки положил одну руку ей на талию, другую сплел с ее ладошкой и улыбнулся:

-А вам никто не говорил, что весь мир давно сошел с ума?
Поделиться…

16:46 

Мечта возвращается дважды

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Автор: Magicheskaya

Фэндом: Sailor Moon
Персонажи: Минако Айно/ Ятен Коу

Рейтинг: G
Жанры: Гет, Ангст, Драма, Психология, ER (Established Relationship)
Предупреждения: OOC
Размер: Мини, 4 страницы
Кол-во частей: 1
Статус: закончен
____________
Описание: Они были рядом слишком долго, чтобы не причинить друг другу боли. Но, может быть, есть второй шанс?..
____________
Мечта возвращается дважды

Минако Коу судорожно запихивает вещи в чемодан:

-Всё! Хватит с меня! Пять лет терпела... Больше сил моих нет!..

Руки тряслись так сильно, что все вещи буквально валились из рук. Хотелось кричать и крушить, но слёз не было.Она перестала плакать ещё несколько лет назад, когда Милли была совсем маленькой, и некуда было идти с такой крохой.

Долгими, почти нескончаемыми ночами Минако качала больного ребёнка, а у самой мочи не было держать предательскую соль...Но сейчас она окрепла. Милли почти три года, врачи заметили некоторое улучшение.

Теперь Минако способна уйти навсегда.

Без сил девушка села на кровать. Вот её родные стены, её и Ятена. Но это неправда. Для них этот дом всегда был чужим.

Минако вышла за Ятена замуж, любила его безумно, хотя всегда знала, что сильнее принцессы Ятен никого в жизни не полюбит.Первый год жила как в сказке: цветы, подарки, путешествия... У Минако дух захватывало от гордости, когда какая-нибудь девчонка
с обожанием смотрела на фотографию Ятена с афиши Трёх Звёзд, ведь этим девушкам остаётся только мечтать...

Но наступил второй год совместной жизни, если её вообще можно назвать совместной. Ятена никогда не было дома, Минако заскучала
без работы. Из любящей жены она стала превращаться в вечно недовольную всем ревнивицу. Скандалы. Слёзы. Упрёки. Ятен всё
реже и реже стал появляться дома. Но брак всё ещё жил.

На третий год Минако узнала, что беременна. На некоторое время вновь появилась иллюзия, что старые чувства живы, но... Оказалось, что у малышки врождённый порок сердца. Единственный ребёнок в семье был уже обречён. Снова слёзы. Скандалы. Обвинения. Любовница Ятена,
нагло разгуливающая по из загородному дому. Преждевременные роды.

Так появилась малышка Милли.

Минако хотела всё бросить и уйти, но внезапно поняла, что просто не может этого сделать. У неё нет работы. Нет жилья. Нет денег. На руках - маленький больной ребёнок. Куда ей деться? Минако впервые по-настоящему осознала, что абсолютно беззащитна.

Четвёртый год превратился в сплошную борьбу за жизнь. Хрупкое существование Милли висело на волоске. До сих пор в кошмарных
снах Минако видит, как она сидит у постельки своей дочки, а вокруг тишина, только мерный писк приборов. В них - вся её жизнь, ведь если замолчит какой-то аппарат, то вместе с жизнью ребёнка закончится и существование Минако...

Ятен стал невыносимее прежнего. Он метался от бессилия хоть чем-то помочь дочке. Вопреки всем представлениям, он безумно любил свою крошку.

Появились проблемы в группе. Из-за вечного напряжения Ятен не мог петь, но он и не имел права оставить работу, иначе исчезнут
все средства на жизнь и лечение Милли. Братья щадили его и пытались помочь, чем могли. Зато журналисты жадно набросились
на несчастье бедного парня. Писали гнусные статьи о том, что он потерял свой талант и теперь никогда не сможет петь; о
том, что жена, красавица и умница, уйдёт к другому...

Минако искренне жалела мужа, но ничем не могла ему помочь. Она и сама находилась в полном отчаянии.

Пятый год был самым трудным. Девочку положили в больницу на длительное лечение. Ятен буквально сходил с ума. В одном из порывов бешенства он впервые ударил жену... Такого унижения она никогда не испытывала.

Чуть не ушла. Снова осталась из-за дочки.

Минако пошла работать. Продавцом. Не было времени искать профессию, соответствующую образованию. Трудилась по девять часов в сутки, валилась с ног от усталости. Первую месячную зарплату украли на улице. Девушка думала, что погибнет от горя... А ещё Ятен так зло тогда назвал её неумехой...

Сильно простудилась, лежала в бреду. На её место взяли другого продавца. Зато Ятен стал чуть-чуть ласковее, покупал
лекарства, следил за самочувствием. Тогда Минако узнала, что и он умеет плакать...

На шестой год тьма, казалось, стала рассеиваться. Состояние Милли значительно улучшилось, девочку отпустили домой. Ятен,успокоившись, снова стал хорошо зарабатывать; Минако устроилась менеджером в компании. Но это лишь внешнее благополучие.

Сейчас она решила уйти навсегда, после пяти лет ада. У неё достаточно денег и сил, чтобы жить независимо. Поднять и
вырастить ребёнка она сможет. Жизнь её закалила, Минако даст прекрасное воспитание своей малышке.

Но как же больно уходить! Сколько нерастраченной любви и нежности есть у этой девушки! Сколько бы она смогла дать своей семье, сложись всё по-другому!..

Но она должна уйти. Иначе...

-Ты уходишь? - тихим хрипловатым голосом спросил за спиной Ятен. Казалось, он не был удивлён.

Минако быстро повернулась и кивнула, горло сдавило железным обручем. Впервые за столько времени по щекам снова побежали
слёзы...

Ятен не ответил и подошёл к большому портрету дочери, висевшему на стене. С фотографии ему улыбалась красивая девочка
с золотистыми волосами и яркими зелёными глазками.

-Я без неё не смогу, - всё так же тихо сказал парень.

-Я тоже, - прошептала Минако, - но и жить я так больше не сумею.

-Понимаю, - вздохнул Ятен и сел рядом с женой на кровать. - Помнишь, я сказал, что ты никогда не будешь со мной счастлива?

Девушка кивнула.

-Я тебе не поверила. Шесть лет назад я была уверена, что моей любви хватит и на тебя. Я жестоко обманулась. Ты так и не
полюбил меня. А я всё надеялась на чудо.

Ятен горько усмехнулся, не поднимая глаз:

-Это я виноват в том, что наш брак распался. Я - ничтожество. Я не имел права отравлять тебе жизнь, но всё тешился,что когда-то стану достоин тебя.

-Молчи, не говори больше ни слова. Всё это - лишь звук. Время ушло. Сейчас я ухожу, ты не держи меня. Я никогда не запрещу тебе
встречаться с дочкой. Просто исчезну из твоей жизни...

Минако поднялась с кровати и подала мужу белый листок бумаги. Ятен не шелохнулся. По лицу девушки непрерывным потоком скользили слёзы.

-Вот мой новый адрес. Если захочешь увидеть Милли, приходи в любое время.

Ятен взял листок, но ничего больше не сказал. Минако взяла чемодан и вышла.

А за дверью ей послышался сдавленный стон... Так кричат только раненые, умирающие животные, разрывая тишину тоскливым воем.

Минако, захлёбываясь слезами, выбежала с крыльца, она села в свою машину и разрыдалась в голос, выплёскивая всю боль,
всю накопившуюся тоску...

Перед глазами промелькнула вся жизнь. Детское одиночество, разбитое сердце, навсегда оставленное в Лондоне, битвы, обязанности
воина и хранительницы Принцессы. И самое светлое, что было в ней: мечты... Ятен... Свадьба, Милли... А теперь? Что будет дальше?
Что ей остаётся? Что?! Пустота? Горечь? Сожаление? Да ничего. Только эти проклятые воспоминания, так или иначе связанные с Ятеном.

Эти мысли бьют по больному, но кроме них ничего и не было, ничего, что могло двигать её жизнь... Ничего.

Счастье с Ятеном было недолгим, но оно было. Ей никогда не забыть эти минуты.

Она так и не смогла уехать.

Через несколько часов, совершенно лишившись сил, шатаясь от усталости, Минако вошла в дом. Стояла тишина. Девушка направилась
в комнату, в которой оставила Ятена.

Бывший муж лежал на полу у кровати. Глаза открыты и холодны. Он не шевелился. Минако показалось, что он умер. Не помня себя, она подбежала к нему:

-Ятен! Очнись, Ятен!

Он поднял на неё неживые глаза:

-Зачем ты вернулась?

-Я снова не могу уйти... И никогда не смогу этого сделать!.. Я стану наивной девочкой и буду верить, что ты меня полюбишь.
Хочешь, я стану такой, какой ты скажешь?..

Тихая слеза пробежала по щеке молодого человека.

-Просто будь со мной. Мы начнём всё с начала. Умоляю тебя, останься. Мы ещё можем быть счастливы.

Минако, не сдерживая слёз, кинулась в объятия мужа.


Жизнь всегда предоставляет второй шанс. Главное - не упустить его.

@темы: Мои фанфики

16:48 

Этот мир сошел с ума

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Автор: Magicheskaya

Фэндом: Sailor Moon
Персонажи: Ами/ Тайки, Усаги

Рейтинг: G
Жанры: Гет, AU
Предупреждения: OOC
Размер: Мини, 4 страницы
Кол-во частей: 1
Статус: закончен
_________
Описание:
-Вы хотели что-то спросить?
-Да. Вы не хотите со мной потанцевать?
___________
-Смотри, смотри!!! – радостно завизжала Усаги, как ребенок, тыкая пальцем на разразившийся в небе салют, но сейчас Ами прекрасно понимала состояние блондинки.

Ей и самой хотелось запищать от восторга, прямо как в детстве, глядя на яркие малиново-сине-зеленые всполохи, приветствуемые дружными вздохами разношерстной толпы.

Кто-то справа с особым усердием наступал Ами на ногу, но девушка даже и не думала обижаться на недотепу. Да и вообще, в такой толпе сложно не задеть кого-нибудь, но это не напрягало. Карнавальная ночь подходила к своему завершению, хотя до самого утра не будут стихать выкрики и песни, и обязательно найдется тот, кто звонко разобьет пару бутылок и примется орать серенады. Но Ами влюбилась в этот маскарад: в буйство красок, неудержимые, свободные танцы, цепляющие самую душу, заставляющие раскрепощаться, в белоснежные улыбки на смуглых лицах, в эту душную бразильскую ночь. Она влюбилась в эту страну, где всем совершенно наплевать, кто она такая, зачем прилетела и куда улетит, где не видят внешнего, но зато ловят суть. Да и кто может подумать, что вот эта смеющаяся девушка, недавно беззаветно оттанцовывающая на пару с каким-то арлекином, и есть та самая умница Ами Мицуно, лучшая ученица Токио и тихоня?

Ами была благодарна госпоже Судьбе за то, что она привела ее сюда, за то, что существует неугомонная Усаги Цукино, которая, состроив самые трогательные глазки, умоляюще сложила ручки и сказала:

-Ну, Ами!.. Ну поехали, пожалуйста! Такое бывает только раз в жизни, если бывает вообще! – и тут же запричитала: - К тому же, тебе просто необходимо отдохнуть, а то ничего в своей жизни, кроме книг и компьютеров, не видишь. А в Бразилии, я верю, обязательно встретится твоя судьба! Нупожалуйстапожалуйста!!!..

Ами тогда возвела глаза к потолку и как бы нехотя согласилась на поездку, которую предоставили какие-то иностранные спонсоры для школьников. Но она ведь и понятия не имела, какую бурю эмоций получит, как западет ей в душу эта удивительная страна! Да и попали они с Усаги (и еще парочкой одноклассников) в разгар маскарада, одного из самых захватывающих событий всего мира.

Мицуно очень хотелось погулять, но Усаги вздумалось тоже принарядиться, а если Усаги что-то придумала, то и Ами от этого никуда не деться. Цукино купила себе костюм зайчика, состоящий из маленького белого хвостика, ушек и пушистых браслетиков на запястья, и если раньше Мицуно казалось, что ее новая подруга чем-то напоминает кролика (благодаря смешным хвостикам-оданго), то теперь это сходство становилось поразительным. Ами же ограничилась свободной полупрозрачной нежно-розовой блузой, белой «колокольчиком» юбкой до колен, светло-розовыми балетками и белой маской, закрывающей область глаз.

Весь день они развлекались: бегали по товарным лавкам, объедались сладостями и без всякого стеснения оттанцовывали в папуасском стиле. За все свою жизнь тихоня Мицуно так не смеялась, как здесь, и хоть на ней была маска, никогда еще девушка не чувствовала себя такой открытой абсолютно для всех: для людей, для музыки, для природы. Ей казалось, что она не жила до этого, не дышала так вольно. И вот сейчас, когда праздник подходил к концу, она зачаровано смотрела в небо, искрящееся фейерверком, и ей было удивительно свободно и немного грустно. Грустно оттого, что все кончается, и эта ночь тоже. Ами посмотрела на Усаги, которая с открытым ртом глядела на салют, взяла ее за руку, тихонько сжала тонкую кисть, и когда блондинка удивленно повернулась к ней, одними губами шепнула:

- Спасибо.

Но Уса все поняла, улыбнулась немного по-детски наивно и сжала ладошку в ответ. Как же была благодарна в этот момент Ами за то, что в ее жизни есть такой светлый, непосредственный человечек, способный любить всех и видеть только хорошее. И пусть она – единственная, кто разглядел в Ами обычную девчонку, которую волнуют самые простые вещи, а не первую умницу Токио, для Мицуно этого было достаточно.

т-Извините, - раздался над ухом Ами низковатый баритон, и девушка, невольно вздрогнув, повернулась на голос.

Рядом с ней стоял высокий молодой человек в строгом светлом костюме и, слегка улыбаясь, внимательно смотрел на нее синими глазами, сверкающими из-под простой белой маски. От этого пристального, будто сканирующего мысли взгляда Ами почувствовала, как невольно заливается краской. Но что-то в юноше показалось удивительно знакомым, словно она уже видела его, но не помнит, когда и где?..

-Мы с вами раньше не встречались? - не подумав, ляпнула Мицуно и тут же смутилась.

-Еще нет, - незнакомец улыбнулся чуть шире, - но обязательно встретимся.

Ами решила не раздумывать над этой странной фразой. Мало ли каких людей встретишь в чужом городе!

-Вы хотели что-то спросить?

-Да. Вы не хотите со мной потанцевать?

Ами неприлично уставилась на странного человека. Она огляделась и заметила, что Усаги куда-то пропала, хотя еще секунду назад Ами держала ее за руку. Сейчас она стояла и не знала, что ответить этому незнакомцу, решившему потанцевать с ней посреди толпы.

-Но… - неловко замялась Мицуно, глядя на все еще улыбающегося юношу. – Тут же нет музыки.

-И это вас остановит? – рассмеялся незнакомец, подходя к ней ближе.

Он положил одну руку ей на талию, другую сплел с ее ладошкой, и они начали неловко двигаться, просто так, без всякой музыки, каждый под свой мотив. Какая-то внутренняя мелодия захватила их, заставляя забыть обо всем. Ами не понимала, что происходит. Наверное, они так глупо смотрятся сейчас, стоя среди людей, танцуя под грохот салюта!.. Это было маленьким сумасшествием. Да она даже боялась посмотреть в лицо этому странному человеку, но что-то невидимое будто привязало ее к нему и не давало отодвинуться.

-Это какое-то сумасшествие, - поделилась своими мыслями Мицуно, неловко улыбаясь.

Молодой человек рассмеялся:

-А вам никто не говорил, что весь мир давно сошел с ума?

А ведь действительно, все, что происходило с Ами в Бразилии, было необыкновенным. Так чему же она еще удивляется?

Они так и танцевали (да нет, наверное, топтались на одном месте), но для них это было настоящим танцем; они остановились друг напротив друга, так, словно только что отзвучал оркестр, и смолкли последние ноты, и улыбались.

-Мы еще увидимся, - уверенно произнес юноша и, в последний раз сжав ладошку девушки, махнув хвостом темных волос, скрылся в толпе, а Ами все продолжала смотреть ему вслед, пока не почувствовала, как кто-то теребит ее за рукав:

-Эй! – раздался недовольный голос Цукино. – Ты что как замороженная? Ами!!!

-Что? – невинно спросила Мицуно, переводя взгляд на подругу.
-Ох, ну ты как задумаешься, так хоть в рупор ори. Отойти нельзя…

*****

Два года спустя

-Смотри, смотри!!! – радостно завизжала Усаги, как ребенок, тыкая пальцем на огромный плакат на стене, а точнее на трех юношей, изображенных на нем, но сейчас Ами прекрасно понимала состояние блондинки.

Говорят, эти «Три звезды» свели с ума половину женского населения Японии и на этом останавливаться не собираются. Но Ами это мало интересовало, однако Цукино так не считала. Она каким-то чудом раздобыла два билета на концерт этой группы (наверное, на это потребовалась ловкость факира и наглость мартышки) и теперь поставила Ами перед фактом – они идут на концерт, и точка.

«Что ж, почему бы и нет?» - рассудила Ами и согласилась, хотя всем своим видом показывала, что «не жаждет пялиться на каких-то ловеласов», однако разыскала всю возможную информацию о данной группе и даже послушала несколько песен, которые сумели затронуть душу. К тому же, один из певцов, Тайки, был почему-то смутно знаком…

Долгожданный день настал. Разодетая в пух и прах Усаги и Ами в довольно скромном белом платьице прибыли в ресторан «Камелия», где и должен был состоять концерт. Они заняли свой столик в углу; Усаги постоянно крутилась на месте, будто вместо головы у нее флюгер, Ами спокойно сидела, разглядывая элиту, которая собралась здесь. Она уже успела заскучать, как раздались первые аккорды, но музыка мгновенно захватила ее, заставляя позабыть обо всем. Она вздрогнула всем телом, когда на сцене появился Тайки и стал петь. Она слышала, слышала этот голос! Но где же?..

Вот и попрощались «Три звезды», вот и гости стали расходиться, кто куда, а Ами сидела на месте, как вытянутая струнка, и не могла пошевелиться. Она не понимала, что происходит, и когда Усаги чуть ли не силой вытолкала Ами из ресторана, та немного очнулась.

-Ты иди, я еще пройдусь, - рассеянно проговорила Мицуно, подталкивая Усаги, и девушка с неохотой оставила подругу в одиночестве.

Мицуно дошла до своего дома, все еще пытаясь вспомнить этот голос, так кто-то окликнул ее:

-Извините, - раздался над ухом Ами низковатый баритон, и девушка, невольно вздрогнув, повернулась на голос.

Перед ней стоял тот самый певец, Тайки, и улыбался. Сердце девушки сжалось, будто она подошла к самой догадке, до которой рукой подать.

-Вы хотели что-то спросить?

-Да. Вы не хотите со мной потанцевать?

Ами не верила своим глазам. И своему разуму, вспомнившему все до мельчайшей детали того бразильского маскарада. И как же она могла забыть единственную ночь своей свободы?.. Как могла забыть того странного молодого человека?..

-Вы? Это какое-то сумасшествие!

Тайки положил одну руку ей на талию, другую сплел с ее ладошкой и улыбнулся:

-А вам никто не говорил, что весь мир давно сошел с ума?
Поделиться…

@темы: Мои фанфики

16:49 

"Вы не врите..."

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Автор: Magicheskaya

Фэндом: Ориджиналы
Персонажи: Он и Она

Рейтинг: G
Жанры: Гет, Драма, Стихи

Размер: Драббл, 1 страница
Кол-во частей: 1
Статус: закончен
_____
Описание:
"Нам дорогу засахарил снег..."
_____
Вы не врите,
Нет, вы не врите
Ни себе, ни мне – никому.
Что растерянно так глядите?
Что вы ёжитесь, как на ветру?

Вы не прячьте,
Вы взгляд свой не прячьте.
Всё равно. Да и толк здесь в чем?
Я глаза ваши знаю незрячие
И бездушную грудь под плащом.

Вы уходите?
Что ж вы уходите?
Или я неприятна вам?
Вы уходом мне сердце колете
И даете раздолье слезам.

До свиданья,
Родной, до свидания.
Нам дорогу засахарил снег.
Если б знала я ложь заранее,
То короче бы был наш век.

@темы: Мои фанфики

16:51 

Как не намарать типичную Драмиону

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Автор: Magicheskaya

Фэндом: Роулинг Джоан «Гарри Поттер», Гарри Поттер (кроссовер)
Персонажи: Гермиона/ Драко

Рейтинг: G
Жанры: Гет, Фэнтези, Статьи

Размер: Мини, 2 страницы
Кол-во частей: 1
Статус: закончен
____
Описание:
Небольшая памятка для тех, кто хочет написать Драмиону, но не хочет быть типичным.

Публикация на других ресурсах:
С разрешения

Примечания автора:
Автор никого не хотел оскорбить, все совпадения - случайны и говорят лишь о том, что статья правдива.
_________
Предисловие


Ни для кого не секрет, что одним из самых популярных пэйрингов по «Гарри Поттеру» является пара Гермионы Грейнджер и Драко Малфоя. Как человеку, уважающему канон и «золотое трио», мне было непонятно при первом знакомстве с фанфикшином данного фэндома: почему же не Рон или, в крайнем случае, Гарри? Моя подруга объяснила так: людей больше тянет на особенное, а не на привычное. И действительно: отношения Гермионы и Драко – это так… запретно, нетипично, а от этого еще более зрелищно. Согласитесь – между рассказом о мирной бытовухе вы выберете неземные страсти, противостояние характеров и накал обстановки.

Но если заглянуть на любой сайт и начать искать фанфики по данной паре (а искать особенно и не надо – от выбора глаза разбегаются), то, прочитав несколько, вы начнете уж если не терять к ним интерес, то невольно подмечать: «Это я уже где-то читал…» Ибо в такой избитой теме, как трудные взаимоотношения двух подросших врагов, раздолья не так уж и много. Но уж если очень хочется написать именно о развитии отношений этих героев, то следует помнить несколько важных деталей, чтобы потом не вышло, что фанфик оказался просто клоном еще сотни таких же работ.

Давайте представим сюжет Драмионы в виде своеобразного дерева, у которого есть три мощных «ветви» (это и есть три типичных способа завязки Драмионы), а уже на этих «ветвях» растут маленькие «веточки» (чисто авторские детали, ситуации и пр.). Нас будут интересовать именно большие «ветви-завязки». Итак, давайте начнем разбор полетов!

«Ветвь» первая: «Совместный труд объединяет!»


Как заповедовал нам еще знаменитый кот Матроскин: «Совместный труд… объединяет!» Авторы Драмионы тоже взяли это правило в оборот, заставив Драко и Гермиону заниматься одним и тем же делом. Самые типичные случаи – это секретное поручение Дамблдора и обязанности старост.

Вот примерный сюжет таких произведений:

Получают задание - естественно, не по собственному желанию Грейнджер и Малфой вынуждены терпеть общество друг друга - но во время совместной деятельности они узнают друг друга больше – начинаются сомнения – обязательный благородный поступок Малфоя, после которого Гермиона меняет к нему отношение (как вариант – Грейнджер помогает Малфою, и он становится чуть человечнее) – снова сомнения/ терзания/ недомолвки – отношения завязываются (присутствует какой-то переломный момент) – конец (развитие дальнейшего сюжета) на усмотрение автора.

Эта «ветвь» одна из самых распространенных, так что лучше избегать ее – удивить таким сюжетом читателя практически невозможно, хотя желающих прочитать фанфик по такому ходу событий всегда достаточно.

«Ветвь» вторая: «Любопытство кошку сгубило…»


Гермиона случайно видит какой-то эпизод с Драко, после которого меняет к нему отношение (как вариант – начинает жалеть), в ней просыпается интерес к его персоне, а дальше по старому сценарию.

Также писатели очень любят, чтобы Гермиона при этом начинала защищать Малфоя перед друзьями, как-то помогать ему. В процессе наблюдений за этим «странным» Драко, Гермиона открывает истину, которую диктуют почти все фикрайтеры по Драмионе: на самом деле Малфой – хороший/ ранимый/ привыкший скрывать истинные чувства/ воспитанный дурными идеалами отца подросток (мужчина), а сам по себе – человек неплохой. Наверное, это та самая «веточка», которая хоть и типична до скрежета зубов, но необходима, ведь почти каждый автор стремится показать Драко не вселенским злодеем, а обычным человеком, которому не чужды слабости.

В любом случае, сначала Малфой отталкивает Гермиону (которая начала питать к нему благородное желание помочь), но в итоге зарождению чувств это не мешает.


«Ветвь» третья: «Ты от меня зависишь»


Гермионе может помочь только Драко (как вариант – ситуация наоборот).

Не важно, в чем это проявляется, основа всегда одна. Часто под таким предлогом авторы «женят» двух врагов, которые, привыкнув друг к другу/ испытывая страсть, любовь-ненависть/ открыв богатейший и прекраснейший внутренний мир своего недруга, даже если в конце и расходятся, то рано или поздно все равно воссоединяются. Детали сюжета зависят целиком и полностью от фантазии писателя.

Что, если я уже взялся за такой сюжет?..


Наверное, тут только одно может помочь – автор должен придумать как можно больше своих собственных «веточек», чтобы сюжет не казался таким уж посредственным и замыленным. В конце концов, даже из самого банального сюжета можно сотворить неповторимую историю, сделав акцент на стиле написания, необычных деталях и чувствах, новых образах. Тут уж от фикрайтера зависит – хочет ли он просто написать фанфик, который будут читать многие, но никто не запомнит, или наоборот. Хотя, истинные произведения всегда найдут себе дорогу.

Можно еще добавить, что авторам желательно избегать Мэри Сью, которая не особенно приветствуется, а еще ООС – не стоит делать из Малфоя мальчика-одуванчика, Гермиону – девочкой без гордости, а Рона – последним подлецом. Это не просто отталкивает читателя, но даже оскорбляет истинных Поттероманов (по крайней мере, очень многих).

Сделаем вывод: чтобы написать нетипичную Драмиону нужно не только избегать «забитых» сюжетов, но и быть внимательным к деталям, стараться вносить что-то свое, а не просто клонировать работы, каких тысячи. Конечно, очень сложно придумать ситуацию, как еще столкнуть двух врагов, но вы же не зря зовете себя гордым словом Фикрайтер и Поттероман, правильно? Нужно искать свои пути, и, я уверена, ваш фанфик не останется без внимания. Все получится, стоит только постараться.

@темы: Мои фанфики

15:22 

Красавчик (Часть 1. Главы 1-7)

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Автор: Magicheskaya

Фэндом: Sailor Moon
Персонажи: Минако Айно/ Ятен Коу, Ромул (Джедайт)/ Макото Кино/ Нефрит, неканонические персонажи

Рейтинг: R
Жанры: Гет, Романтика, Ангст, Юмор, Повседневность, POV, AU
Предупреждения: OOC
Размер: Макси, 130 страниц
Кол-во частей: 29
Статус: закончен
_________
Описание:
В фанфике представлены 4 судьбы.
Минако Айно - обычная небогатая девушка, мечтающая уехать учиться в Англию. Ятен Коу - единственный сын известного прокурора.
Чтобы исполнить свою мечту, Минако устраивается на работу в семейство Коу "прислуживать богатенькому раздолбаю", но ведь это не значит, что она будет терпеть его отвратительные замашки...
Макото Кино и Нефрит Ли встречаются и расстаются при необычных обстоятельствах. Но ведь иногда и часа достаточно, чтобы оставить след во всей жизни.

Посвящение:
Всем моим читателям, которые верят в эту полоумную мечтательницу и продолжают портить глаза перед монитором!

Публикация на других ресурсах:
Только после моего благословения!
___________________
Часть 1. Приключения любят тех, кто меньше всего в них нуждается. Глава 1
текстМне не везло с самого начала жизни, а может, и ещё раньше. Одно счастье – я никогда не отчаиваюсь, наоборот, чем больше, кажется, у меня проблем, тем меньше я паникую. Такая уж натура! Но бывают и исключения, так? С одним таким «исключением» я познакомилась год назад, и с тех пор моя жизнь буквально перевернулась вверх тормашками. Ну а началось это… Нет, давайте по порядку. Сначала представлюсь.

Меня зовут Минако Айно, я – студентка Кембриджа. Ага, того самого, что в Англии. Мне двадцать один год, сирота, родилась в Токио и, надеюсь, через несколько лет благополучно вернусь туда молодым специалистом в области юриспуденции. С официальщиной закончили? Отлично. А теперь перенесёмся на год назад, когда и началось самое главное событие моей пока ещё короткой (надеюсь, счастливой) жизни.

Год назад я жила на окраине Токио в маленькой однокомнатной квартирке в «бандитском» районе. Да, идеальное место жительства для двадцатилетней одинокой девушки с бюстом четвёртого размера и длинными ногами. Я не льщу себе, на самом деле моя внешность всегда (ну, или практически всегда) играла со мной злую шутку. Я люблю восхищённый мужской взгляд, но не люблю, когда он перетекает в восхищённое пощипывание и «полапывание». Что ж, в этом все мужики.

Тогда я в очередной раз потеряла работу. Кстати, как раз из-за вот этого «пощипывания». Вместе с моей подругой Мако я зарабатывала себе на жизнь в маленьком баре с пошлым названием «Розовый закат». Надо сказать, местечко отвратительное: вечно перепившая публика (будто люди приходят туда, заранее набравшись), дешёвое пойло и грязный, запущенный зал. Рай для тараканов. Но, когда тебе не на что питаться, выбирать не приходится. Мако тоже пошла туда не по доброй воле: ей надо было содержать больную мать, которая не вставала с постели. В общем, полная беспросветность.

В тот вечер была моя смена, «любимая», то есть ночная. Да ещё и в пятницу – самое то слинять от жены и промотать всю зарплату. Жаркое времечко.

Я сменила Макото, которая к десяти часам буквально падала с ног и вот-вот должна была развалиться по запчастям, переоделась в форму (чёрную, обтягивающую и до одури коротенькую) и вышла в зал. Там уже вовсю веселилась местная «элита», то есть, все подонки, так или иначе сумевшие захватить власть в этом районе. Шёл чемпионат по футболу, да ещё и в прямом эфире, так что шум стоял невообразимый: от мата до восхищённого «Y-o-o!»

-Эй! – крикнул мне какой-то волосатый мужик в чёрной майке с черепами. – Три кружки «Золотого»!

«Золотое» - название низкосортного пива, если что. То ещё «золото»!

Я покорно поплелась за стойку, разлила по кружкам янтарного цвета жижу (язык не поворачивается назвать это пивом!) и отнесла их волосатому. Тот что-то хмыкнул, видимо, в знак благодарности, и оценивающе оглядел меня. То, что он увидел, ему понравилось, я поняла это по откровенно похотливому взгляду, но меня это мало волновало: смена только началась. Однако этот уро… (простите, клиент) имел другие планы на мой счёт. Как только я отвернулась уходить, его наглые волосатые руки потянулись к моей пятой точке и сомкнулись на ней. Представляете мою реакцию? Я отскочила, как ужаленная, и, не помня себя, запустила в подонка стоящую на соседнем столике кружку с пивом. И, чёрт возьми, имела спортивную точность: стеклянный бокал приземлился прямо на волосатую макушку, забрызгав всё вокруг «Золотым»!

И тут такое началось!..

Футбол был забыт напрочь: волосатый ревел, как раненый мамонт, схватившись за голову; я верещала не менее пронзительно; возмущённые посетители с соседних столиков, основательно облитые пивом, трясли кулаками и выкрикивали ругательства.

Взмыленный менеджер (даже в таком местечке он есть) влетел в зал, за ним Мако, которая уже переоделась в джинсы и водолазку, следом – Юкуми, моя напарница. Все они хотели знать только одно: что случилось?!!

То, что происходило в зале, было уже не остановить: с диким воем волосатый пытался догнать меня, но я довольно ловко лавировала от его огромных ручищ (будто сами черти меня носили, честное слово). Остальные посетители громко гоготали. Я, завидев менеджера, прилетела прямо к нему и повисла на шее, моля о спасении. Бедный мужик чуть коньки не отбросил от моей тяжести…

Можете представить, чем это закончилось? Правильно, моим увольнением. Нет, сначала меня, конечно, отодрали от менеджера, поймали и угомонили волосатого, принялись что-то разбирать, судить, выяснять… А в конце концов уволили. Так проще. Волосатому принесли «глубочайшие извинения», а меня выставили. Вот так.

Мако хотела уйти со мной в знак протеста, но я насилу отговорила её: я-то одна, выкарабкаюсь, а ей мать кормить.

В общем, я действительно очень «везучая» по жизни.

Так вот. В тот вечер я притащилась домой через час после начала рабочей смены. Блеск. Шик. Охренеть, как всё отлично.

Я была абсолютно вымотана, будто пахала целых две ночных смены подряд. Честно говоря, мою голову тогда покинули все оптимистические мысли.

«Может, с балкона спрыгнуть?» - подумала я, покосившись на свой дряхлый балкончик второго этажа. Мда, чтобы умереть, достаточно на него просто выйти: он тут же рухнет вниз. Я не готова к такой смерти. Явно.

Мысли о суициде пришлось выкинуть: мой мобильник настойчиво затрезвонил. И это в такое-то время! Может, лучше его выкинуть к чертям собачьим?

Я подняла трубку. Ну конечно, Мако!

-Мин, ты как? – послышался взволнованный голос подруги.

-А ты как думаешь? – саркастично ответила я. – Свечусь от счастья!

-Ми-на-а-ко-о… - устало протянула она.

-Сижу одна, пялюсь в окно и думаю о суициде, - лаконично буркнула я, накручивая на палец золотистый локон.

-Минако! – уже резко и возмущённо выкрикнула Кино. – Ты ещё захандри для полного счастья! Тебе сейчас в тонусе быть надо, а не зря прохлаждаться!

«О да, мысли о смерти так… бодрят. Ничего не скажешь, сплошное «прохлаждение»! - подумала я с привычным сарказмом, но более-менее спокойно ответила:

-И что же ты мне прикажешь делать?

-Работу искать, да пошустрее! – как маленькому ребёнку разъяснила мне Мако.

-Так точно, капитан! – шутовски выкрикнула я. – Сею секунду, капитан! Я уже, капитан!

-Заткнись, - беззлобно фыркнула Кино, сдерживая смех, - Я, между прочим, уже кое-что для тебя нашла.

-Дай поду-у-мать… - деланно протянула я, - Очередной «Розовый закат»? Нет-нет-нет. «Голубой вечер». А может..? Ты всё-таки устроила меня юристом?!

-Это уже не смешно, - обиделась Макото, - Твой чёрный юмор не уместен. Стараешься, стараешься – и хоть бы хны! Ноль благодарности!

-Ладно, - примирительно сказала я, - что ты там нашла?

-От сердца отрываю, подруга, - позабыв все обиды, ответила Кино, - Одному богатому юристу нужна горничная для сына. У тебя есть шанс.

-Ну нет, - разочаровалась я, - Я нянькой не пойду. Я детей боюсь: писк, крик…

-Какой писк? Какие дети? Какая нянька? – взвилась Мако. – Этому сыну двадцать четыре года стукнуло!

-Что?! – опешила я. – Ты хочешь сделать меня сиделкой 24-летнего детины?!

-Да не сиделкой, а горничной! Гор-нич-ной! – произнесла по слогам Мако. Видимо, чтобы до меня, тупицы, лучше дошло.

-А-а… - с пониманием протянула я. Боже. Додумалась. Ставьте памятник, господа! – Как юриста-то хоть зовут?

-Киюки Коу.

Я присвистнула. Известный прокурор, между прочим. Очень известный. Но вот это-то и всё решало. Зачем такому богатому человеку девочка с улицы? Да он может вызвать себе сотню с какого-нибудь агентства с нужным ему ростом, весом, цветом волос и образованием.

-Эй, ты что притихла? – спросила Мако, как-то угаснув.

-Ничего не выйдет. - вздохнула я. Эх, а счастье было так возможно! - Я – девочка с улицы. Была бы я какая-нибудь высококвалифицированная…

-Ничего ты не понимаешь! – оборвала меня Макото.

Вот. Я снова чувствую себя тупой.

-Ему и нужна, как ты выразилась, девочка с улицы!

-Зачем? – вытаращилась я, хотя знала, что она меня не видит.

-Горничные с агентств его часто обманывали, - раздражённо пояснила Мако, - Пытаются урвать больше, чем дозволено. Так что у Киюки на этот счёт свой подход.

Она говорила это так, будто это было прописной истиной. Такое ощущение, у нас каждый день богатые боссы подбирают с улицы бедных девушек!

-А откуда ты это знаешь?

-От Сомми. Она у Коу года три уже работает и не жалуется, между прочим.

« А что, может и мне попытать счастья?»

-Номер дашь?

-Конечно, - рассмеялась подруга, - Только ты завтра позвони, а то ведь я тебя знаю. Главное, чтобы Киюки характеристикой с твоей прошлой работы не интересовался!

Мако продиктовала номер. А ведь и правда: в порыве особого вдохновения я могла и сейчас позвонить. В двенадцать ночи. Ну, нет!.. Завтра, всё завтра. Будет новый день, и всё наладится.
Привычный оптимизм тут же вернулся ко мне, и я чуть не закружилась по комнате от счастья. Всё наладится, я знаю.

Меня отвлёк странный стук: это соседский рыжий кот Саймон залез на мой балкон и протиснулся в комнату, ожидая чего-нибудь вкусненького. Кстати, он единственный, кто решается ступить на мой балкон.

Я тут же схватила упирающегося кота в объятия и крепко прижала бедную животину к себе:

-Всё наладится, Саймон, - почти пропела я, - всё снова наладится!
___________________________________________________________

Глава 2
Я – известная соня, но на следующий день проснулась моментально, в девять утра, хотя мне некуда было торопиться. Мне не терпелось позвонить мистеру Коу, несмотря на то, что возможен был и печальный исход, например, он мог отказаться от встречи. Однако, я верила только в хорошее. И не зря.

Едва дотерпев до двенадцати (ох, чего мне это стоило), я набрала номер Коу. Нервничала, как нашкодившая малолетка, но юрист снисходительно отнёсся к моему мандражу и назначил встречу на шесть часов вечера. Я тут же кинулась перебирать гардероб, который, в основном, состоял из недорогих футболок, джинсов, свитеров и юбок. Но было и что-то особенное: дорогущий брючный костюм цвета кофе с молоком, который мне очень шёл, подчёркивал все достоинства и одновременно был официальным. Я берегла его для особенных случаев, то есть, как раз для этой встречи. Ещё было тёмно-синее атласное платье до колен, но оно больше подходило для какого-нибудь праздника. Глядя на мой нехитрый гардероб, я невольно вспомнила сказку, в которой у Золушки было три орешка с нарядами. Для встречи с принцем она по очереди вскрывала каждый орешек, и вот в последнем оказалось… подвенечное платье.

«Мне, похоже, самого главного и не хватает», - подумала я и отложила костюм в сторону.

Кстати, если перевести его цену на зарплату официантки, то для него мне бы пришлось пахать неделю и в ночь, и в день, и это при условии, что я питалась бы исключительно воздухом, не пользовалась водой и электричеством и отказалась от квартиры. Не хило, так-то.

Со слов Мако, Коу с зарплатой не обижал. К тому же, он юрист… а стать юристом – моя глупая мечта, которой, кажется, противостоит весь мир. Но я не унываю. Надежда умирает последней, так?

Коу, конечно, не станет посвящать меня в тайны своего дела, но, может быть, у него я чему-нибудь научусь? Например, стилю. Или поведению. У такого аса не грех что-нибудь и перенять!

Да… Я, наверное, спятила, когда решила стать адвокатом. Я – сирота, а значит, без денег, без перспектив и без поддержки. Бред. Ещё и в Англию собралась. В Кембридж. Иногда меня просто поражает, какая я наивная идиотка!

И тем не менее, я продолжала копить деньги и читать специальную литературу. Глупо? Да. Наивно? Ещё бы! Ну а для чего тогда жить, если не для мечты?

А служба у Коу – это путь в будущее, крохотный шанс однажды набрать нужную сумму. По крайней мере, я так думала.

Потуже затянув французскую косу, преисполненная оптимизма, сев в такси (так солиднее, правда?), я направилась навстречу своей мечте, в особняк Киюки.

Дом сразу сразил меня наповал (я прямо-таки выпала в осадок!): такая красота встречается крайне редко. Обычно богатые люди стараются «повыпендриваться», когда стоят свой дом: то неприступный замок воздвигнут, то налепят что-нибудь вычурное. Белоснежный дом Коу поражал своей сказочной чистотой и какой-то лёгкостью (да, это я о трёхэтажном особняке говорю). Кругом росли цветы всех оттенков и размеров, но не клумбах, как обычно, а совершенно свободно, по всей лужайке. Я была покорена.

Услужливая горничная, вышедшая мне навстречу (её, конечно, предупредили), любезно проводила меня внутрь. В комнатах было так же свежо, чисто, и всё дышало роскошью. На третьем этаже (а именно там располагался кабинет Киюки) горничная оставила меня на пороге огромной комнаты с тяжёлыми балдахинами, мебелью из какого-то тёмно-красного дерева и пушистыми синими коврами. Прямо напротив входа, у окна, стоял стол, а за ним сидел Киюки Коу, грузный бородатый мужчина с белоснежными, словно седыми, волосами. Одет он был не по-домашнему строго На безукоризненно белых рукавах рубашки блестели золотые запонки. Он спокойно, почти строго. смотрел на меня, и я невольно потеряла дар речи. Обычно мне палец в рот не клади, а тут… Собрав всё своё мужество в кулак (чёрт возьми, куда оно вдруг делось-то?!), я представилась:

-Здравствуйте, мистер Коу. Меня зовут Минако Айно, я звонила вам сегодня днём.

Коу кивнул и подошёл ко мне:

-Рад знакомству, мисс Айно, - он протянул мне большую тёплую ладонь, и я тихонечко пожала её.

Киюки предложил мне сесть, но не успела я приземлиться на спасительное кресло ( ноги просто подкашивались), как в комнату без всякого стука вошёл молодой человек. Собственно говоря, влетел. У него были белоснежные длинные волосы, собранные сзади в хвост, и поразительные зелёные глаза. Таких я ещё не видела! Впрочем, он так быстро пронёсся мимо меня к столу Киюки, что ничего примечательного я больше не увидела.

-Папа, - меня парень просто проигнорировал, - Когда придёт горничная?

Я застыла.

«А я кто, по-вашему?»

-Вот, - Киюки указал на меня, - это мисс Минако Айно.

Коу- младший наконец удостоил меня взглядом. Я уже внутренне приготовилась встретиться с его высокомерной смазливой мордашкой один на один, но… Ничего. Вообще ничего. Он посмотрел на меня, как на пустое место, а потом снова перевёл внимание на отца.

Во мне прямо всё взметнулось. Да кем он, чёрт возьми, себя мнит?! Мне прямо-таки хотелось возмущённо фыркнуть и упереть руки в боки, а то и вовсе как младшекласснице высунуть язык. Ну хоть как-то расшевелить эту дубину! И самое гадкое то, что я не могла себе этого позволить!

Я сразу почувствовала себя не привлекательнее того торшера на высокой ножке, стоящего в углу комнаты неизвестно зачем. Или я действительно слилась со стеной и не замечаю этого?

Но я не собираюсь раболепно помалкивать, не дождётся. Я даже забыла, насколько мне необходима эта работа, я заметила главное – вызов. Остальное не важно. Я тихонечко кашлянула, привлекая внимание, и негромко (опять-таки, чтобы прислушались) проговорила:

-Здравствуйте, мистер Коу. Надеюсь, мы с вами поладим.

Ага, сейчас. Я уже чувствовала отвращение к нему, какое тут поладим?

-Надеюсь, - спокойно кивнул он, снова глядя на меня своими равнодушными зелёными глазами. Теперь они не казались мне необыкновенными, а просто холодными, как те камушки, нефриты.

-Я думаю, вы можете приступить к работе завтра, - дружелюбно улыбнулся Киюки, - только обговорим некоторые моменты…

-Но горничная нужна мне сегодня! – отрезал Ятен Коу.

Ага, да ты ещё и каприза, как я погляжу. Мако сказала, что Коу нужна горничная. Да нет, я была права: ему нужна нянька. Я прямо-таки живо представила, как кормлю этого детину с ложечки, и чуть не прыснула от смеха. Видимо, Коу – младший заметил моё тихое фырканье и холодно посмотрел на меня, так, что отбил всякое желание смеяться:

-Я сказал что-то смешное? – тихо проговорил он.

Я замерла: ответить и потерять работу или промолчать и упасть в собственных глазах? Я уже открыла рот, как Киюки избавил меня от сложного выбора:

-Ятен, веди себя прилично, - Коу-старший даже поморщился от грубости сына и повернулся ко мне, - извините его, мисс Айно.
Недотёпа. Совсем от рук отбился.

Я понимающе улыбнулась с видом умудрённой опытом женщины. Ох, до чего же было отрадно что мой маленький босс (так я прозвала про себя Ятена) тихо бесится в углу и не может ничего возразить. Чёрт, я чувствовала, как моя улыбка становится злорадной!..

-Ничего страшного, перевоспитаем, - улыбалась я, поглядывая на Ятена. Тот разве что не рычал от ярости, и если бы можно было испепелить взглядом, то мои жалкие останки давно бы развеялись ветром.

-Вот и замечательно, - мягко рассмеялся Киюки, не замечая сумасшедшей войны взглядов. Мне он уже нравился, хотя сына вырастил настоящим мудак… Впрочем, посмотрим.

-Бумаги подпишем сегодня?

-Конечно. Ятен, выйди, нам с мисс Айно надо поговорить.

Возмущённо зыркнув в мою сторону (видимо, не часто этого красавчика выставляют за двери), Ятен стремительно вышел из комнаты, даже не оглянувшись.

Мы обговорили некоторые нюансы моей работы и разошлись. Киюки предложил мне пожить в его доме, чтобы, так сказать, привыкнуть к новым обязанностям. Также он предупредил, что разузнает, не сидела ли я в тюрьме, не связывалась ли с наркоманами и т.д. и т.п. Меня это не смущало. Смущал мой маленький босс. Я бы с удовольствием работала на Коу – старшего, но вот его сынишка… Что ж, лёгких денег не бывает. Придётся-таки потратить нервишек на этого золотого мальчика.

А, да, мне ещё выдали форму ( я молилась, чтобы она не была чёрной, короткой и обтягивающей), и она оказалась вполне сносной: синий пиджак, такого же цвета классическая юбка и белая блуза. Прямо стюардесса, честное слово!

И только дома я осознала, во что вляпалась. Конечно, зарплату мне предлагали хорошую, предоставляли крышу над головой и кусок хлеба, но… С чего это такая щедрость? Почему в дом Коу понадобилась горничная так срочно? Разве раньше Ятен обходился без неё?

Я позвонила Сомми, той самой подруге Мако, которая сообщила о свободном рабочем месте, и в лоб задала ей вопрос: куда делась прошлая горничная?

Я услышала, как девушка вздыхает на том конце провода:

-Он их каждые три недели меняет. Никто не выдерживает.

"Да, попала ты, девочка", - подумала я.

Вот тебе и маленький босс!
_____________________________________________

Глава 3
Радость от того, что я наконец буду зарабатывать, как белый человек, быстро спала. На следующий день, собрав кое-какие манатки (еле удержалась, чтобы не потащить целый вагон шмоток), я отправилась в особняк Коу. То, что я сразу испортила отношения с маленьким боссом, уже не казалось мне такой хорошей шуткой. А с другой стороны?.. Я что, стушевалась перед самовлюблённым кретином, который самостоятельно и шнурки, наверное, завязать не может?! Грош тебе цена, Минако Айно!

В общем, к концу пути до особняка, я находилась в состоянии полной боевой готовности, будто служила не горничной, а, как минимум, лейтенантом ВВС во вражеской стороне.

Уже сейчас, через год после этих событий, я задумываюсь: с чего это я так завелась? Ничего вразумительного на ум не приходит, видимо, это просто свойство моей натуры – делать бурю в стакане.

Так вот. Во взвинченном состоянии я прибыла на место работы. И … никакой холодной войны. Сомми провела меня в мою комнату, рассказала о некоторых интересных привычках хозяев и от души пожелала удачи, сочувственно (!!!) глянув на меня на прощание.
-Ты, главное, на глаза ему особенно не попадайся, - посоветовала она относительно маленького босса, - Авось, выкрутишься.

Да. Многообещающе. Что ж ты за изверг такой, Ятен Коу?! Почему тебя боятся, как огня? Это мне предстояло узнать позже, но это далее.

Комната, предоставленная мне, оказалась не больше моей прошлой, но всё же довольно уютной.

«Интересно, сколько горничных тут уже побывало?» - подумала я и некстати вспомнила о Синей Бороде. Бр-р-р, жуть!

Засорять мозг всякой кошмарной бредятиной мне не хотелось, так что я принялась разбирать пожитки. Официально я вступала на работу через час, время было, и мысли никак не хотели покидать мою бедовую голову. Впрочем, я ни о чём не жалела. Разве что о Саймоне, который, наверное, теперь найдёт другой дряхлый балкончик и другой источник вкусностей. Жаль, мне будет не хватать его.

Через каких-то сорок минут я стала горничной Ятена Коу…

Не буду впадать в высокие философствования, подмечать тонкости моего труда… В общем, практически за неделю проживания в особняке Коу ничего толком не произошло. Я выполняла свою несложную работу (а именно: сортировала одежду для стирки, убирала комнату босса, поливала цветы и т.д.), сама потихоньку обживалась, а, главное, искренне недоумевала: почему столько горничных сбегало от Ятена? Он не просто не вёл себя по-хамски (этого я ожидала), он не замечал меня. Вообще. Да в первый день моего устройства на работу от него было больше внимания! Не могу сказать, что это меня огорчало…

Но всё полетело к чертям (у меня вечно так, вы заметили?) в один вечер пятницы. Пятница!.. Мне прямо-таки патологически не везёт в этот день!.. Ну что ж, приходится мириться.

Так вот. Мой рабочий день, а точнее, вечер, благополучно подходил к концу. И надо ж было так случиться, что к моему зеленоглазому монстрику прибыли друзья. Ну как друзья? Думаю, у таких людей, как Коу-младший, друзей не бывает. Приятели? Кутилы? Подлизы?.. Не суть. Прибыли, и точка. И тут же потребовали выпивки.

Прити – ещё одна служанка из дома Коу, скромная девушка из Индии – тут же выполнила просьбу перепившей молодёжи. Ага, выполнила. И вернулась на кухню красная, как рак, с совершенно сумасшедшими глазами. Я никак не могла добиться от неё ответа, что случилось, и решила отнести сигары «дорогим гостям». Со мной их шуточки не пройдут!

А в апартаментах Коу-младшего происходила известная картина: он и его двое друзей (рыжеватый блондин и шатен с пышной шевелюрой) распивали коньяк, курили какую-то дрянь (хоть и дорогую) и весело смеялись. Благо, батюшки дома нет. Я невозмутимо подошла к ним, оставила сигары и собралась уйти, как… Нет, это злой рок какой-то! Шатен схватил меня за талию и потянул на себя!!!

И опять мой сногсшибательный (в прямом смысле) инстинкт самосохранения блестяще проявил себя! Со всей своей богатырской моченьки я залимонила офигевшему шатену прямо по наглой моське! Алюминиевым подносом! Да я сама ошалела от того, что наделала.

Смех стих. Несколько секунд мы вчетвером ещё пялились друг на друга, а потом я вырвалась из мигом ослабевших объятий и кинулась в свою комнату. Это сейчас эта ситуация кажется мне более – менее забавной, но тогда… Меня всю трясло. От погубленной мной же мечты и несправедливости. Слёзы прямо брызнули из глаз, я тут же кинулась беспорядочно собирать одежду.

Это только я могла так загробить мечту, только я. Всё шло прахом. Может, если я сейчас спущусь и принесу извинения, меня не вышвырнут из дома? Но гордость просто не могла мне этого позволить. Да, мне легче забить на мечту!

Впервые чувство собственного достоинства, которым я неизменно гордилась, показалось мне главной помехой на пути к счастью. Именно из-за него меня вышвыривают с работы раз за разом; именно из-за него я так и не стану юристом; и именно из-за него… я это я. Именно из-за него я – человек, да не просто человек, а личность.

От этой мысли я даже перестала всхлипывать. Я не прогнусь. Пусть меня с позором выставляют за дверь, пусть, чёрт возьми! Я не унижусь перед этими снобами, которые считают, что им всё дозволено. Не дождутся! Я – Минако Айно, и я привыкла во всём надеяться только на себя. Так будет и в этот раз.

Смена настроя из жертвы в нападающего положительно повлияла на меня: я гораздо спокойнее стала собирать вещи.

Вдруг в мою дверь коротко постучали, и на пороге появился… Ятен. И он… лучезарно улыбался. От такой неожиданной картины я офигела во второй раз. Нет, честно. Я прямо-таки осела на кровать. Маленьких босс вошёл за мной и разразился хохотом: диким, весёлым, неудержимым! Я даже рот приоткрыла от изумления.

Нет, представляете себе такую обстановочку? Сидит на кровати девушка с блестящими от слёз глазами и красным носом, а рядом с ней стоит парень и покатывается от смеха. Я бы приняла это за злую насмешку в мой адрес, если бы не искренний, заливистый смех, который просто не мог быть злым. А ещё… Я никогда бы не подумала, что Ятен – Ятен Коу! – эта бесстрастная зеленоглазая ледышка, может смеяться … так.

-Минако, - простонал он, всё ещё еле сдерживаясь от нового приступа хохота (ого, да он имя моё запомнил!), - Простите этого дурака, перебрал.

Наконец, выражение лица моего маленького босса стало серьёзным:
-Он неплохой парень, на самом деле, - извиняющимся тоном продолжил Коу (а я так и сидела с открытым ртом и тупо на него таращилась), - хотите, он перед вами извинится? Прямо сейчас?

Надо же – ни тени насмешки.

Немного оправившись, я покачала головой из стороны в сторону. Горечь снова накатила на меня, и я принялась снова собирать одежду в сумку, больше не обращая на Ятена никакого внимания. Нужны мне эти извинения! Всё равно ничего не изменишь!

Придётся уматывать назад в свою квартирку, засунуть свои мечтания куда подальше и кинуться в ножки менеджеру «Розового Заката», чтобы меня, такого непутёвого работника, помиловали и назад приняли. Только потешится, старикашка тщеславный!

-Ты чего? – удивился Ятен, глядя на то, как я с усердием заталкиваю джинсы поверх неаккуратной груды тряпок.

-Собираюсь, - буркнула я.

-Да ладно тебе, Минако! Он не со зла. Обещаю, такого не повторится!

Я и не заметила, как он перешёл на «ты». Зато… Он что, не собирается меня уволить?! И после того, что я натворила?!! Уму непостижимо!..

-Хочешь дополнительный выходной? Или даже два?

-Почему ты меня не увольняешь? – ляпнула я.

Да, что в голове, то и на языке. И на «ты». Я просто мастер отправлять всё к чёртовой бабушке!

На секунду я даже увидела смятение в необыкновенных глазах, как вдруг на лице маленького босса вновь вернулось невозмутимое выражение:

- Ещё никто никогда не давал моим друзьям подносом по лицу.

И вышел.

Он это серьёзно?

Понимаю, что я и кухонный инвентарь – та ещё убийственная сила (взять хотя бы пивную кружку), но услышать об этом положительный отзыв… Да ещё и от Ятена… Нет, сами посудите, кому понравится, что его друзей избивают? А тут на тебе! «Никто ещё так круто не отбивался подносом!»

Я уже вновь хотела впасть в прострацию своих размышлений, как в мою дверь вновь протиснулась голова улыбающегося (чёрт возьми, мне уже становится почти жутко!) Ятена и, подмигнув, весело проговорила:

-Клёвый удар!

Дверь захлопнулась.

Похоже, жизнь в этом доме обещает быть весёлой. С такими-то соседями.
_____________________________

Глава 4
Субботний день я еле отработала. Друг Ятена, Нефрит, принёс мне «глубочайшие извинения» (пафосно, но от смущения я вся зарделась – меня не часто принимают за человека), Коу-младший сам с довольным видом наблюдал за самобичеваниями шатена и одобрительно кивал. А я не знала, куда себя деть, так привыкла набивать шишки. Больше в тот день я с маленьким боссом не виделась, но оно и к лучшему. Как с ним теперь себя вести? Игнорировать, как прежде? Или попытаться найти общий язык?

В общем, я была счастлива воскресению. Первый выходной на новой должности – дата скромная, но мне хотелось её отметить. По счастливым обстоятельствам у Макото тоже был выходной, так что мы договорились встретиться в кафе «Корона», чтобы набрать пару калорий и посплетничать.

Натянув любимые джинсы и футболку, я пешком отправилась на встречу с Макото. Погода была прекрасная, ярко светило солнце, прохожие, попадавшиеся мне на пути, выглядели бодрыми и довольными (не у одной меня выходной, как-никак).

Мы с подругой сели за любимый столик у окна и принялись делиться впечатлениями за неделю, заедая радости и огорчения двойной порцией фисташкового мороженого. Оказывается, в «Розовом закате» Мако поспешила похвастаться, что меня на работу взял один очень богатый юрист, и что платит он мне раза в четыре больше, чем раньше я получала. Перебор, конечно, (особенно если учесть, что Кино понятия не имела, сколько мне платит Киюки), но реакция моего бывшего менеджера мне понравилась.

-Честное слово, Минако, - уверяла меня Мако, положив руку на сердце для пущего правдоподобия, - Он даже в размерах меньше стал! Стоит, побагровел, дышит, как рыба на берегу, а сказать и нечего! Как от злобы инфаркт-то не хватил?!

Я в свою очередь поведала ей историю о маленьком боссе и его дружке. И мне даже обидно стало: Кино хохотала чуть ли не до слёз. Вот и делись с людьми наболевшим! Ждала поддержки, сострадания, и на тебе, пожалуйста!

-Ой, Минка-а-а… - посмеивалась Кино, глядя на мою насупленную мордашку (уверена, именно так я и выглядела). – Скажи, почему у тебя всё не слава Богу? Ведь живут же люди, и ничего. А ты?..

Да я и сама не знала, почему так происходит. Я не виновата, я хорошая.

-Мако, - совершенно серьёзно обратилась к ней я, и девушка тут же внимательно посмотрела на меня. Вот за что я её люблю, так вот за это искреннее волнение за меня, несмотря на частые подкалывания. – Что мне с ним делать?

-Ты это о Ятене? – задумчиво спросила она, но в ответе не нуждалась. – А что с ним делать? Веди себя естественно, он сам установит, как вам находить общий язык.

-Может, ему и не хочется, как ты выразилась, общий язык со мной находить, - буркнула я, - может, он выжить из дому меня хочет, как остальных.

-Вот уж глупость, - фыркнула Кино, - Он бы тогда тебя ещё в пятницу уволил.
Мда. Логика, однако.

-Не зря же он ещё и своего друга перед тобой извиняться заставил, - добила меня аргументами разумная Мако.

-Понимаешь, Мако, - неожиданно даже для себя призналась я, - я его боюсь. Не знаю, почему. И плохого мне он не делал, но что-то меня настораживает…

-Просто ты теперь не знаешь, чего от него ждать, - рассуждала Кино. Да ей не официанткой, а психологом быть надо! – Вот и опасаешься. С другой стороны, - девушка хитро прищурилась, - если бы тебе было на него наплевать, то ты бы не волновалась так сейчас…

-О чём это ты? – подозрительно спросила я, почувствовав, как к щекам подступает предательский жар. Я что, краснею? Бог мой!

-А о том, милочка, - с каким-то странным торжеством (словно открытие мирового масштаба сделала) продолжила Мако, - Ятен Коу тебе нравится!

-Не молоти ерунду! – тут же отрезала я, изнывая от жары. – Он, конечно, симпатичный, даже красивый, но я его боюсь, Макоточка, какое тут нравится?
Она не верила мне, и ежу понятно. Ну почему, почему?!

-К тому же, - настаивала я, - эта неженка может привлекать кого угодно, но не меня. Я предпочитаю мужчин волевых и самостоятельных, а не папенькиных сыночков.

Тот же скепсис. Приподнятая бровь и скрещенные на груди руки только дополняют немой образ «Ну, ещё что скажешь?!»

-Он ледышка, - всё, последний аргумент, - ему плевать на всех, кроме себя. Остальные – пустое место! Так что он мне не нравится!

Я обиделась. Нет, правда. Как можно быть такой сухой и не замечать очевидного: мне на него пофиг.

-Ну и что ты разошлась? – спокойно спросила Кино, не меняя позы. - Это ещё раз подтверждает мои выводы.

Я уже открыла рот, чтобы возразить, но мисс Я-Мудрая-Женщина опять меня перебила:

-И кого ты тут убеждаешь, меня или себя? Себя-то не обманешь. Этот неженка и ледышка тебя заинтересовал. А уж кто он такой – самостоятельный человек или папочкин сынок – уже не важно. Искра вспыхнула, - для наглядности девушка даже щёлкнула пальцами, наблюдая за моей реакцией.

Я сидела, как громом поражённая. Мне что, правда интересен Коу?! Да он вообще не в моём вкусе! Да, симпатичный, сложен хорошо, не гора мышц, но и не хлюпик, однако… Не мог он зажечь во мне что-то! Просто не мог!

-Он мой босс… - слабо промямлила я, отыскав самую тупую и неправдоподобную отговорку из всех возможных.

-Ты уже задумалась над моими словами, киса, - помахав указательным пальчиком перед моим носом, улыбалась Кино, - Так что смысла спорить уже не вижу.
Мне оставалось только возмущённо бухтеть в сторонке да бросать сердитые косые взгляды.

-Пойдём что ли, пройдёмся, - как ни в чём не бывало проговорила Мако, поднимаясь из-за столика, и мне ничего не оставалось, как последовать за ней.

Весёлое солнышко снова вернуло мне хорошее настроение, и я думать забыла о Коу и нашем с Мако разговоре. Мы с подругой снова наперебой защебетали о разных пустяках и незаметно подошли к одному очень дорогому ресторану со звучным названием «Кифара». Здесь крутились высшие слои общества, и мы с подругой только по слухам знали, какое это шикарное заведение.

-А пойдём в «Кифару», - предложила я, - Я угощаю. Всё-таки благодаря тебе я устроилась к Коу и получаю нормальную зарплату.

Зарплата действительно была приличная и выдавалась каждую неделю. Видимо, некоторые рабочие не выдерживают и месяца (как мне говорили), так что срок выдачи денег урезали.

Подруга согласилась. Мы были одеты явно не для ресторана, но никогда особенно не страдали комплексами, так что смело вошли в просторное помещение. Боже, какая красота! Дизайн был выполнен в греческом стиле (оно и понятно), в зале царил приятный полумрак. Мы с Макото выбрали столик в углу у резной колонны, и к нам тут же подошёл услужливый официант. Он немного странно оглядел нас (словно простолюдинок за королевским столом), но тут же выдал дежурную улыбку:

-Что будете заказывать, леди?

Я выбрала себе какой-то салатик со странным названием за баснословную сумму, а Мако – даже не помню что, с оливками, в общем. И два бокала дорогого вина. Гулять - так гулять!

Мы тихонечко общались, уминая (простите, отведывая) заморскую кухню, как к нам подошёл официант и предъявил счёт.

Я спокойно полезла за кошельком в сумку и похолодела: кошелька не было. Нигде. Я, моментально покрывшись липким потом, судорожно принялась вытряхивать содержимое сумки на стол, позабыв о приличии, и не обращая внимания на косые взгляды посетителей. Нет. Нигде нет! Мако тоже достала свой кошелёчек на молнии, но не было и половины нужной суммы.

Официант продолжал стоять и приторно улыбаться, как бы не замечая нашего смятения. Что же делать?

И тут я увидела ЕГО – мой выход из унизительной ситуации.

-Вы принимаете золотые кольца? – спросила я, стягивая с пальца тонкое изящное колечко. Его мне подарила воспитательница интерната на выпускной, и оно было очень дорого для меня, как воспоминание о человеке, которому я действительно была нужна.

-Вам нечем расплатиться, леди? – всё так же противно улыбаясь, спросил официант.

Мне казалось, что все вокруг затихли, жадно слушая о моём позоре, все смотрят на меня.

-Понимаете, - жалко промямлила я, - Я оставила кошелёк дома…

В кафе-то Мако расплатилась, вот я и не заметила пропажи!

-Действительно? – насмешливо повёл он бровью, тут же теряя улыбку. – Да у нас каждый пятый «забывает кошелёк дома»…

-На что это вы намекаете? – возмутилась Мако, которая, в отличие от меня, хоть немного сохраняла здравый смысл. – Какое право вы имеете…

-А такое, - заявил наш мучитель, - Вы решили взять чужое, не заплатив при этом денег. Значит вы – воры.

Моя воинственная подруга уже захотела ответить в довольно грубой форме ( я точно знаю), как позади нас раздался спокойный и очень знакомый голос:

-У вас проблемы?
__________________

Глава 5
Перед нами стоял друг Ятена, Нефрит. Тот самый, что получил от меня подносом по лицу. Одна часть моего сознания возликовала: вот оно, спасение! Другая ещё больше устыдилась своей глупости.

-У вас проблемы? – снова спросил он не то меня, не то официантишку.

-Дело в том, мистер Ли, - нервно улыбнулся официант, видимо, от души надеясь, что не прогневил богатого человека, - эти леди не хотят платить за заказ.

-Неправда, - не вытерпела Мако, вся пунцовая от возмущения, - мы хотим платить, но кошелёк дома оставили. Стали бы ещё с таким дерьмом связываться. Себе дороже!

Видимо, моя подруга забыла, что находится в дорогом ресторане, а не придорожной забегаловке, и подобный тон может привести к очень плохим последствиям. Но мистер Ли( впервые слышала его фамилию, а вот официант , похоже, на зубок знал) невозмутимо достал кошелёк, вынул оттуда не хилую пачку купюр и положил её на столик.

-Ещё какие-то вопросы? – обратился он к официанту, и тот удалился с поклонническим видом.

Нефрит усмехнулся, взял нас с Макото под локотки и вывел из ресторана. Мы покорно поплелись за ним.

-Спасибо, - с чувством произнесла я, поворачиваясь к Ли, когда мы оказались на свободе, - Я вам всё отдам.

Нефрит рассмеялся, обнажив белоснежные зубы:

-Уж с вами, подружки, не соскучишься, - весело сказал он, - одна подносом лицо разукрасит, другая словечками приласкает, хоть стой – хоть падай!

Макото вопросительно поглядела на меня, и я сообразила: она и не предполагала, что это и есть тот самый «дружок» Ятена. Благодарность в её глазах тут же снова сменилась воинственностью, и она высвободила локоть из пальцев Нефрита.

-Спасибо вам большое, - прохладно сказала она, отступая на шаг, - мы вам очень благодарны, но нам пора. Деньги передам через Мину, - и Кино, взяв меня за руку, с решительным видом потащила меня по тротуару, оставив офигевшего от такой перемены Нефрита одного.

-Ты чего? – вытаращила глаза я. – Он же нас спас.

-И что? – упрямилась Мако. – Что-то хочешь сделать для него в знак благодарности?

Я уже хотела сказать ей пару ласковых, как нам перегородил путь догнавший нас Ли:

-Девочки, - непонимающе улыбнулся он, с настороженностью поглядывая на хмурую Мако, - я что-то сделал не так? Простите грубияна, я не хотел.

Наверное, вот эти его слегка пафосные манеры и делают Ли таким очаровательным. Внешность плюс харизма равно бабник. Это поняла и Макото, поэтому попыталась поскорее смыться. Однако и Нефрит не так прост.

-Мы не обижены, - как-то даже устало ответила Мако, я предпочитала молчать в тряпочку, - просто мы очень спешим.

Ого! Куда это?

-Отлично, - лучезарно улыбнулся наш спаситель, - Я вас подвезу.

Кино снова собралась его отшить, как я наступила ей на ногу. Вместо какой-нибудь грубости из уст подруги вырвался сдавленный стон.

-Спасибо, - улыбнулась Нефриту я.

Через несколько секунд на обочине затормозила шикарная алая иномарка без верха спортивного типа. С водительского сидения нам улыбался Ли. Я-то мало разбираюсь во всём этом, а вот в глазах Кино загорелся восхищённый огонёк при виде этой красавицы. Однако она сухо глянула на водителя и села на заднее сидение с таким видом, будто каждый день ездит на подобных автомобилях. Я приземлилась рядом с ней.

-Красивая машина, - похвалила я, и он хвастливо улыбнулся, отчего лицо Мако стало ещё холоднее.

-Куда едем? – спросил он, поглядывая на нас в зеркало заднего вида.

Ну, Макоточка? Что придумаешь? Куда это мы спешим?

К моему удивлению Кино назвала свой адрес. Ну, почти свой. Адрес соседей - пьянчуг, живших в полной разрухе и грязи. Я уже не говорю о их собутыльниках, вечно ошивающихся у порога.

Что же ты, чёрт возьми, придумала, Макото Кино?! Ох, как мне не нравился тёмный огонёк в её глазах…

Минут двадцать езды, и мы оказались в частном квартале Токио. Здесь теснились самые разномастные домики самых разномастных жителей. В одном из бедных жила моя подруга, но он был чистенький и аккуратненький благодаря её стараниям. Вообще, Кино у меня страшная чистюля, каких поискать. А тут! Она готова назвать своим домом лачугу пьяниц!

-Вот, - Мако очень весело указала на ужасный дом своих соседей, - здесь я и живу. Не хотите ли чашечку чая, мистер Ли?

Ах, вот что у неё на уме! Отпугнуть Нефрита раз и навсегда! Ну даёт…
Бедный парень даже в лице поменялся, так, что аж жалко его стало.

-Отчего бы и нет? – нервно дёрнул уголками губ он. – С удовольствием.

Пришло время белеть Мако. Не поведёт же она его к соседям, право слово. Я продолжала молчать.

Несчастная Кино буквально выползла из машины, за ней – я, и тут же к нам подошёл Ли. Мы потопали к дому. Неожиданно Мако встала на полпути, и бедный Нефрит даже врезался в неё.

-У меня не прибрано, мистер Ли, - железным тоном заявила подруга, - чай отменяется.

Ни с того, ни с сего она закричала не своим голосом:

-Мама! – и кинулась к своему дому…

Ещё не успев ничего понять, мы с Нефритом пустились следом.

То, что я увидела, повергло меня в шок: в полуобморочном состоянии на крыльце дома стояла миссис Кино. Поддерживая её, белая, как мел, Мако стояла возле неё:
-Мама, мамочка… - шептала она, - Ну зачем ты встала с постели? Тебе же нельзя…

Миссис Кино ничего не отвечала, стеклянным взглядом уставившись в пространство. Мы с Ли помогли Мако завести её мать внутрь дома и уложить на постель. Мою подругу всю трясло, а на зелёных глазах выступили слёзы.

Как только миссис Кино уснула, мы втроём прошли на чистенькую кухоньку. Нефрит, догадавшийся о «шутке» Кино, с сожалением и некоторым осуждением поглядывал на неё, но первое в нём побеждало.

-Давай я останусь с тобой на ночь, - предложила ей я, - Только на ночь, а с утра – на работу.

Кино кивнула, смахивая слезы.

-Мистер Ли, - повернулась я к Ли.

-Нефрит, - поправил он меня.

-Нефрит, - снова начала я, - скажи Коу, что я прибуду на работу завтра, хорошо?

Нефрит кивнул и с беспокойством посмотрел на Мако:

-Тебе что-нибудь надо? – осторожно спросил он, будто опасаясь, что моя подруга опять выкинет что-нибудь эдакое.

-Нет, спасибо, - вздохнула она, - ты прости меня. Вела себя, как тупица.

Нефрит невесело усмехнулся и вышел к порогу.

-Не волнуйся, я больше не буду доставать.

И ушёл.

Почему же Мако не торжествует? Она ведь хотела именно этого. Но в глазах подруги я увидела вину и … грусть. Она беспомощно поглядела на меня влажными глазами, будто прося её пожалеть.

-Отвратительно получилось, - поморщилась она, - я не хотела его обидеть. Чувствую себя неблагодарной свиньёй.

Она с какой-то странной надеждой посмотрела за окно, будто ожидая увидеть там красную иномарку, и тут же снова угасла.

Весь вечер она ходила неприкаянной и всё смотрела на улицу, а уснув, тревожно металась на кровати.

Мне не спалось. Сегодня Мако говорила, что человек может зацепить за секунды, а я не верила. Этот вечер говорил обратное. Я почувствовала по безрадостному тону Нефрита и полному надежды взгляда Мако, что они понравились друг другу, но ни к чему хорошему это не привело. Непонимание.

А может, и привело? Мако увидела, что Ли не такая пустышка, какой казался, а он в свою очередь понял ( я надеюсь), что Кино не такая сильная, как выглядит. И это хорошо, так?

Ночь подходила к концу, на небе медленно гасли звёзды, а я всё не могла уснуть.

«Как же я завтра на работу выйду?» - подумала я и поглядела на будильник.

5.47

Чёрт. Оставалось каких-то три часа сна. Я легла на кровать, и всё-таки Морфей унёс меня в своё царство. Зато через три часа я готова была сложить на себе вся существующие маты. Это ж надо быть такой романтической дурой! Теперь целый день ходить, как зомби. Ох…

Я тихонько собралась и, сев в такси, отправилась в особняк Коу.

Представлять, в каком виде я еду на работу, мне не хотелось. Наверняка, видок у меня такой, будто я со вчерашнего дня не раздевалась. И не ложилась спать. И не расчёсывалась. Ядрён батон!!!

А ведь до девяти часов пахать…

Рассеянно расплатившись с таксистом, я вывалилась на асфальтированную дорожку. Ни белоснежный дом, ни яркие цветы, ни бодрое солнышко меня не радовали. Зато когда я позвонила в дверь, и та открылась, моё настроение вообще достигло абсолютного нуля.

На пороге стоял разъярённый маленький босс…
_______________________________________

Глава 6
-Явилась! – рявкнул он, и разом втащил меня внутрь. От такого тона я даже дар речи потеряла.

Не особенно церемонясь, он поволок меня в гостиную и усадил в кресло, нависая надо мной, как грозовая туча:

-Ты где шлялась?! – гаркнул он на меня так, что я аж вжалась в кресло.

Я решительно ничего не могла понять: ещё минуту назад я блаженно дремала, а сейчас на меня орёт этот псих, да так, что перепонки лопаются. Что произошло?! Нефрит же обещал сказать Коу…

-А разве Нефрит тебе… - промямлила я, но маленький босс вознегодовал ещё сильнее:

-Ах, он уже для тебя Нефрит! – издевательски воскликнул он, делая особенный удар на последнее слово. – Как мило! Да ты хоть в курсе, что у него сотня таких, как ты, в Токио, а за его пределами – ещё больше?!

Мой маленький босс принялся мерить шагами комнату, нервно дёргая себя за футболку и явно не замечая этого. О чём это он вообще?.. Уж не думает ли он, что я спуталась с его дружком?.. Я уже открыла рот, чтобы высказаться, как Ятен снова повернулся ко мне и резко остановился на полушаге:

-И что тебе обещал этот Донжуан? Золотые горы? Небо в алмазах? – насмешливо вопрошал он. – Или верность до гроба?

Я прекрасно понимала, что Ли не тот человек, который способен выполнить подобное обещание. Он брал от жизни всё, но девушки, которые были рядом с ним, наверняка прекрасно знали, что там, за поворотом, этого прекрасного принца ждёт другая Золушка, а за ней – следующая. И так много-много раз. Среди разбитых им сердец, думаю, не придётся и трети дурочек, ожидающих всё то, что перечислил мне Ятен. И я не была среди них. И вообще не имела вида на этого шатена, но Коу, похоже, считал иначе.

-Молчишь? – обличительно продолжал он. - Я думал, у тебя-то хватит мозгов не купиться на эти дешёвые приманки. А ты провела ночь…

-Да ни с кем я ночи не проводила! – не выдержала я; что это вообще за семейные разборки?! – Я с Мако ночь провела!

У Ятена даже лицо вытянулось от изумления, а яркие зелёные глаза прямо полезли на лоб.

-Ты провела ночь… с девушкой?! – выдохнул он.

Ну здрасьте-мордасьте! Ещё чего выдумал?!

Я аж вскочила с кресла от негодования:

-Ты что, совсем придурок?! – Ну нет, он меня довёл. Я орала на всю комнату, позабыв, что передо мной стоит мой босс, сейчас десять часов утра, и я нахожусь на работе. – Я у подруги ночевала. И мы спали в разных кроватях, если тебя это так интересует, имбицил хренов!

По комнате разлилась звенящая тишина. Нет, не потому, что кто-то, словно по мановению волшебной палочки, выключил звук или заставил нас онеметь. Просто с верхнего этажа в гостиную вышел Киюки в махровом халате (вот блин, а я-то думала, что он в костюме даже спит!) и с чашечкой чего-то дымящегося в руке; мы с Ятеном так и замерли друг напротив друга, словно в пантомиме.

-Молодые люди, - мягко обратился он к нам, приятно улыбаясь, - я понимаю, что тема животрепещущая… ( на этом месте я почувствовала, что горю от стыда; смущение, которое я испытывала при разговоре с Мако, не идёт ни в какое сравнение с тем инквизиторским костром, в котором я пылала сейчас)… - Но не могли бы вы выяснять свои отношения потише? И да, имбицил, - обратился он к сыну с озорными чёртиками в глазах, бедный Ятен так и стоял с открытым ртом, - Ты уже сказал мисс Айно, что едешь со своей подружкой … мм… как там её?

-Таула, - буркнул Ятен.

-Таула? – удивился Киюки. – А куда же пропала… э… Маиса?

-Наверное, туда же, куда пропала Альберта, Олли, Юмико, Кавита и ещё половина японских островов, - на пороге возник Нефрит, как всегда лучезарно улыбаясь.

-О, Неф, - обрадовано пожал ладонь Ли Коу-старший, - рад видеть. Опять собрался куда-то с Ятеном?

-Да нет, я к Минако пришёл.

Ого! Ну удивил. Кстати, мне казалось, что после вчерашнего он и видеть меня вряд ли захочет.

-Ну-ну, - Киюки хитро улыбнулся, глядя на помрачневшего сына, - вы только смотрите, не задерживайтесь.

Нефрит кивнул, и Коу-старший вышел.

-Пройдёмся? – обратился ко мне Ли, и я виновато посмотрела на Ятена, который поглядывал на друга, как на врага народа.

Мне ничего не оставалось, как последовать за Ли, но что-то мне подсказывало : наш с Ятеном разговор не окончен.

За пределами особняка Коу настроение Нефрита значительно переменилось: от привычной мне уже пафосности не осталось и следа. Дурной знак. Я шла за шатеном по асфальтированной дорожке и ощущала себя мышкой перед огромной мышеловкой. Всё это явно не к добру. Утро понедельника начиналось паршиво, что уж говорить? Уверена, также этот день и закончится.

-Минако, - сказал Нефрит, неожиданно задумчиво для него, и я поравнялась с ним, - мне нужна твоя помощь.

Хлоп! – моя ловушка закрылась, а я осталась внутри неё. Не зря были мои опасения, а, судя по его уж очень серьёзному выражению лица, услуга будет та ещё! К тому же, я могу отказать любому, кроме него, оно и понятно. Чёрт бы подрал мою забывчивость и рассеянность!

-Я понимаю, что прошу кое-что из ряда вон выходящее… - странно было видеть этого обаятельного шатена таким неуверенным. - Могла бы ты стать моей невестой на день?

Вот тебе и номер! Стать кем? Невестой на день? Он не свихнулся от безделья случайно?!

Видимо, моё выражение лица было столь шедевральным, что мой «женишок» испуганно замахал руками и, заикаясь, стал оправдываться:

-Минако, подожди отказываться! - мы встали посреди дороги. – Это всего лишь на день, тем более, не для меня, а для моих родителей! Мне и попросить-то не у кого.

Все с утра сегодня с ума посходили: один орёт, как рогоносец, хотя ему вообще должно быть плевать на мою личную жизнь; другой предлагает обручиться на денёк. У нас что, массовое отмирание мозга по понедельникам?!

-Тебе жалко порадовать стариков? – он умоляюще сложил ручки и состряпал такую жалобную физиономию, что мне даже вопить расхотелось. – Поохают, повздыхают, поумиляются, и ты свободна. Всё, клянусь, больше и попросить ничего не посмею!
-Да почему всё на меня-то? – проныла я, признавая своё поражение. – Вокруг тебя целый табун моделей бродит!..

Действительно странный выбор, не находите? Горничная VS Девочки на миллион – 1:0.

-Знаешь, - он снова серьёзно посмотрел на меня, - каждую из этого «табуна» можно сводить на вечеринку, к друзьям, за город, но показывать родителям – никогда.

А меня, значит, можно смело вести в качестве невесты? Интересненько… В чём же я выигрываю?

И вдруг перед моими глазами встала обычная картина: стоит Нефрит с какой-нибудь лощёной брюнеткой (ну, или блондинкой), так, словно она всего лишь дорогой аксессуар, приложение, в которое он вкладывает средства. Потом он «выгуливает» её, как собачонку, по клубам и вечеринкам золотой молодёжи, а затем меняет наскучившую девицу на другую. Я так время от времени переодеваю серёжки, для разнообразия.

На таких не женятся. Такими пользуются. Видимо, мой призыв в общество «Я – личность, а не только сиськи!» всё-таки нашёл хоть какой-то отклик. Я поняла, что Ли меня уважает (даже за то, что я дала ему подносом; ОСОБЕННО за это), ему реально нужно моя помощь.

-Я помогу тебе, - решилась я, - но за последствия не ручаюсь.

Я думала, что этот мужик под два метра ростом, словно ребёнок, пустится в пляс от счастья. Он стиснул меня своими ручищами в такие крепкие объятия, что аж кости захрустели (его или мои?).

Совершенно неожиданно рядом с нами возник Ятен:

-Что это тут происходит?

-Представляешь, - ликовал Нефрит, не размыкая объятий, - Минако согласилась стать моей невестой!
______________________________________

Глава 7
Челюсть моего маленького босса грозила мягко приземлиться на асфальт.

-Согласилась… на что? – тихо выдохнул он, а у меня словно язык отнялся.

Абсолютно довольный всем Нефрит светился от счастья и как будто не замечал накалённости обстановки. Не знаю почему, я чувствовала себя предательницей, хотя и не было оснований так думать.

-А я-то думал, ты меня пошлёшь куда подальше, - обратился он ко мне, не глядя на злого Ятена, - сегодня у моих стариков фуршет, будут гости, так что нужно ещё приготовиться. Ятен, - он наконец повернулся к другу, - тебя я тоже буду рад видеть.

Что? Какой фуршет?! Он же говорил только про своих родителей, а то, что я буду предметом сплетен половины бабушек Токио – вообще вне планов!

-Неф… - начала я, но с криком «Сейчас подгоню тачку!» парень унёсся в сторону дома Коу.

Упс! Я осталась наедине с зеленоглазым монстриком! Я ожидала, что он разорётся, затопает ногами, упадет в припадке на асфальт, но… он просто разочарованно глядел на меня. И всё. Уж лучше бы грозил увольнением или пытался промыть нравоучениями мозги! А он молчал…

-Ятен, я… - мне очень захотелось объясниться, только бы Коу не смотрел так.
-Ну и глупая же ты, - он безнадёжно махнул рукой и отвернулся, - не заметишь, как влюбишься по уши и останешься у разбитого корыта.

Мне хотелось разрыдаться. Горничные Ятена уходили через три недели? Я мечтала убежать прямо сейчас, подальше от этих горьковато-разочарованных зелёных глаз, от плотно сжатых губ и напряжённой спины. Меня сотню раз называли дурой (в интернате и различных забегаловках ещё и не то услышишь), но именно от Ятена было грустно слышать подобное. Может потому, что несмотря на странных характер, он всё равно относился ко мне, как к человеку?

Я молчала, и это обоюдное молчание делало жаркое летнее утро холоднее известных сибирских морозов, а время текло, словно мёд.

Наконец, вернулся Нефрит в своей алой машине, которая так восхитила Мако.

-Прошу, - галантно обратился он, и я плюхнулась на заднее сидение, стараясь забиться в угол.

Ятен сел по соседству с другом. Мы тронулись.

-Сначала заедем в магазин, - обратился Ли ко мне, - и купим тебе платье. Не оскорбляйся, просто эти матроны и пожилые серы ужасно консервативны.

Он говорил легко, словно не чувствовал, что мы с Ятеном не расположены мило болтать. Мне, собственно, было плевать, куда мы поедем.

Наконец мы остановились у дорогущего бутика и вошли туда. Я почему-то вспомнила фильм «Красотка», но не чувствовала себя королевой, хотя рядом со мной было целых два богатых мужика, вполне достойный Ричарда Гирра.

Передо мной лебезили ассистенты и продавцы, подсовывали то красные шёлковые платья, то синие кружевные, то утончённо-бежевые. Мне было пофиг. Лично я нуждаюсь в хорошем настроении для полноценного шопинга.

Нефрит одобрительно кивал или мотал пышной шевелюрой, а Ятен, который невозмутимо стоял в стороне, потом тоже вступился в оживлённую полемику.

Ли особенно понравилось алое платье в пол, которое, не скрою, было очень сексуальным (что там на счёт консерватизма?), но, по моему мнению, подходило больше для девушки постарше. Ятен же настаивал на платье до колен сочного лимонного цвета, без всяких излишеств, лишь с узором из серебряной нити на груди. Признаюсь, его выбор мне был симпатичнее.

-Всё, мне легче купить оба, - махнул рукой Нефрит, а продавцы с ассистентами были готовы завопить от восторга.

-Ну уж нет! - возмутился Коу, чуть ли не ревностно глядя на выбранное им платье (на этот раз главный продавец выглядел так, словно был готов даже придушить младенца в колыбели). - Я сам куплю Минако это платье.

Мне не хотелось анализировать, что это он расщедрился. Только голову ломать.
Но на этом и порешили. Я чувствовала себя марионеткой в руках умелых кукловодов, но мне ли возражать? Плевать, что моего мнения даже не спросили…
Дальше им припёрло отвести меня в салон красоты, хотя Ятен и этому противился, говоря, что Нефрит хочет сделать из меня Барби. Это он тонко подметил, копируя мои мысли!

Парикмахерша аж засияла от вида копны золотых волос и готова была состряпать что-нибудь истинно помпезное, хоть корабль или корзину, как в средние века, но Коу (который чуть ли не силой перенял лидерство) настоял на том, чтобы мне просто подровняли кончики, собрали с висков пряди и закрепили их на затылке заколкой с камушками. Нефрит негодовал, а зеленоглазый спокойно курил в сторонке.

Мне ещё сделали маникюр, педикюр, лёгкий массаж рук, нанесли макияж (совсем не броский благодаря напутствиям Ятена) и ещё ряд процедур. Я терпеливо сносила всё. А тем временем начало фуршета приближалось. И вдруг мне стало страшно. Как себя вести? Что говорить? Эти люди совершенно другого круга! В перерывах между процедурами я пыталась дозвониться до Мако, но её телефон был отключен. Мне так хотелось услышать, что всё будет хорошо, меня поддержат и помогут! Но никто будто не видел, как я нервничаю.

Наконец, мы вышли из салона красоты. Уже стоял глубокий вечер, зажглись фонари, а мне казалось, что прошла неделя, а не восемь часов. Ятен заказал такси и уехал переодеваться, а мы с Нефритом отправились на фуршет.
Мне очень хотелось спать (сказывалась мечтательная ночь у Мако), да ещё и переживала за подругу, которая всё не отвечала; слова Ятена вообще мёртвым грузом лежали на душе, а предстоящее знакомство с родителями Ли казалось казнью, а не праздником. В общем, я смертельно от всего устала, но ведь всем до лампочки, так?

В загородном особняке Ли развернулось настоящее торжество. Элегантные гости прогуливались по саду, иногда пробуя закуски со шведских столов; китайские фонарики, словно гигантские светляки, парили над всеми, покачиваясь от самого слабого ветерка; иногда между гостей мелькали чёрно-белые формы официантов, и мне было странно, что я нахожусь не среди них, а в качестве особенного гостя.
Нефрит переоделся в смокинг, который очень ладно на нём сидел, хотя мне было непривычно видеть его в строгом костюме. Мы прогуливались по саду, здоровались, обменивались фразами, и я чувствовала, как напряжена моя улыбка. Все смотрели на меня почтительно или с откровенным любопытством, и мне было жарко от их взглядов, длинное красное платье казалось тисками, а фонарики слепили глаза.

Ли отошёл к какому-то мужчине, а я нелепо стояла в одиночестве, не зная, куда себя деть.

-Расслабься, - вдруг раздался хрипловатый шепот над моим ухом, и я невольно вздрогнула, резко поворачиваясь на голос.

Передо мной стоял Ятен Коу, но не тот, которого я знала, а строгий, элегантный, похожий на полубога в своем чёрном смокинге. Я, наверное, очень глупо пялилась на этого зеленоглазого красавца, но ничего не могла с собой поделать.

-Я не могу, - дрожащими губами (от чего это?) ответила я, выдавливая из себя улыбку, - чувствую себя здесь чужой.

Зачем я сказала ему правду? Могла бы и врать, как остальным, но… Ятен понимающе улыбнулся, взял меня под локоток (от этого прикосновения мурашки пробежали по коже) и повёл гулять. Я даже забыла, что номинально являюсь невестой Нефрита, и это просто неприлично гулять с другим, а тем более глазеть на этого другого с таким восхищением. Я не думала ни о чем, вслушиваясь в тревожный гул собственного сердца. Что это со мной?

Коу что-то болтал мне на ухо, я невольно отвлекалась, и вот мы вместе хохотали, не обращая внимания ни на кого. Наконец, нас разыскал Нефрит и сказал, что пришло время объявить о том, что я его невеста. Мне пришлось отойти от Ятена и, казалось, что я теряю какой-то свой защитный панцирь, кусочек уютного мирка. Снова накатили усталость, недосып и вялость, однако я на пределе возможностей улыбалась и держала спину прямо.

-Дорогие гости, - звучно сказал Ли, и оркестр замер. Гости встали полукругом, и даже официанты перестали сновать между столами.

Я не знала, куда мне смотреть, ноги становились ватными. Скорей бы это всё закончилось!

-В этот день я хочу объявить о своей помолвке с одной очаровательной девушкой, между тем продолжал Нефрит, а я старалась найти зелёные глаза Коу в море других глаз, - Её зовут Минако Айно, и мы вскоре поженимся.

Все вежливо захлопали, я была уже готова вздохнуть свободно, как наткнулась на зелёные глаза. И они не принадлежали Ятену Коу.

Среди других официантов стояла Макото Кино и с изумлением глядела на меня.

______________________________________________

@темы: Мои фанфики

15:30 

Красавчик (Часть 1. Главы 8-10; Часть 2. Главы 1-3)

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Глава 8
В ее зелёных глазах играла целая гамма чувств: удивление, недоверие, шок. Мако бездвижно стояла, и мне хотелось вырвать свою руку из ладони Нефрита, выбежать из этого кольца гостей, которым, по сути дела, чихать на меня. Нет моей вины в том, что Макото не знает о липовой помолвке, но мне стало так стыдно!..

Я знаю Кино с тех пор, как закончила интернат и устроилась барменшей в «Диковинку», ещё одно заведение типа «Розового заката». Тогда мы практически не общались: Мако всегда была особняком, да и я не особенно тянулась к людям. Но меня уже тогда поразили сила, независимость и стойкость этой девушки. На какое-то время нам пришлось расстаться, но судьба вновь свела нас и уже не разлучала.

В тот вечер разразился ужасный ливень, а мне обязательно нужно было отнести одной пожилой даме на дом семена гортензии (знаете, есть такая работа: нужно раскладывать определённое количество семян по пакетикам и разносить по заказам; плюс этого занятия – его можно делать на дому). Под ноги и по сторонам я смотрела мало, просто пилила вдоль улиц, мечтая как можно скорее сменить одежду на сухую и послать куда подальше ту маразматичку, которая решила в такую погоду высаживать цветочки. И эта моя невнимательность чуть не довела меня до беды. Если бы Мако не отдёрнула меня, словно котёнка, за шкирку из-под машины, я бы сейчас не изливала события прошлого года. Собственно говоря, их бы просто не было.

Так вот, Макото действительно спасла мне жизнь, может, не так красиво и романтично, как это сделал бы Человек-Паук или Бетмен, но я была ей очень признательна. Правда, моих оправдательных лепетаний Кино не оценила (как и водитель вишнёвой Тойоты, обматеривший меня по самое не хочу), лишь буркнула что-то типа «Меньше ворон считать надо!» и собралась идти по своим делам, как проезжавшая мимо нас на совершенно самоубийственной скорости синяя Сузуки облила меня и Мако с головы до ног и унеслась дальше. Облила? Это я явно сгладила углы! Окатила! Утопила! Накрыла, как гигантская волна-цунами!
Мы стояли на обочине с совершенно идиотским видом, все грязные, мокрые и лохматые. Хмурое лицо Мако превратилось в один сплошной знак вопроса, а моё вряд ли изменилось (ибо я всегда выгляжу пришибленно), но мы даже не могли выдавить из себя хоть какую-то другую реакцию. Наконец, моя спасительница несколько оправилась и неожиданно нервно-добродушно усмехнулась:

-Нет, ну везёт, как утопленнице!

Мы обе уставились на огромную коричневую лужу перед нами, которая расползлась на половину дороги, и разразились диким смехом. Думаю, со стороны мы выглядели, как психи, но нас это никогда не смущало.

С тех пор мы всегда были рядом. Впервые я научилась доверять кому-то. Мы действительно поддерживали друг друга, не только словами, но и делом. Да у меня роднее её никого нет! Теперь вы понимаете, почему я так разнервничалась, увидев Мако на празднике?

Гости обступили нас с Ли, но я ничего не замечала. На какие-то доли секунд они перекрыли мне зелёные глаза Макото, а в следующее мгновение, когда толпа чуть расступилась, моей подруги на том месте уже не было.

Знаете, бывают такие моменты, когда ты поступаешь совершенно не задумываясь, и не жалея ни о чём, словно кто-то невидимый подтолкнул тебя на этот шаг, словно стукнуло тебя по голове или рядом зазвенел колокольчик?

Со мной произошло именно это. Я выдернула руку из пальцев Нефрита и что есть силы пустилась в ту сторону, где только что видела Мако. В след мне раздавались удивлённые возгласы, но я не обращала внимания. Да какая мне, к чёртовой матери, разница, на этих чужих мне людей?! Жаль, я подводила Нефрита, но и он отошёл на второй план.

Оказывается, на этом приёме очень много людей в чёрно-белой одежде: я практически в каждой гостье или официантке видела высокую стройную фигуру Макото и то и дело натыкалась на незнакомых особ. Кино исчезла, словно растворилась в воздухе. С каждой секундой на меня всё сильнее накатывало отчаяние, хотелось просто встать посреди этой толпы и разрыдаться, как маленькой девочке, протяжно, не скрывая своих чувств.

Наконец, я выбежала на какие-то кусты с розами, а через них – к мраморному фонтанчику. Белые пухленькие Купидончики лукаво улыбались мне с высокой подножки, а на круглом бортике спиной ко мне сидела Макото. В первую секунду мне захотелось окликнуть её, но я тут же замерла на месте. Моя подруга тихо сидела, плечи безрадостно опущены, вьющийся шоколадного цвета хвост падает на лоб, а ладони что есть силы сжимают бортик. Она казалось такой несвойственно ей беззащитной и хрупкой, что у меня даже сердце сжалось от жалости.

-Мако, - решилась позвать её я и наконец направилась к фонтану нетвёрдым шагом.

Девушка вздрогнула и обернулась, сверкая влажными глазами. Её лицо исказила горькая улыбка:

-Здравствуйте, мисс Айно. А может быть, миссис Ли? Не стыдно ли вам знаться с простой официанткой?

-Что ты такое говоришь, Макото? - тихо спросила я, чувствуя, как горло сдавил железный обруч.

-А что не так? – усмехнулась она, и я кулем села на бортик напротив нее. – Стали птичкой высокого полёта и забыли, с кем не один пуд соли съели, так? Стыдитесь? Что ж вы не говорили, что с женихом меня знакомили?

-Мако, послушай, я всё объясню, - жалко промямлила я, ощущая, как слёзы застилают глаза, - эта помолвка ненастоящая, я просто помогаю Ли.

Мне так хотелось, чтобы она мне поверила. Ведь она всегда- всегда доверяла мне и стояла за меня до конца! Так почему же она не улыбается мне, не смотрит с пониманием и теплом? Почему ее губы перечёркнуты печальной гримасой?

-Минако, сейчас двадцать первый век, такое происходит только в сериалах или малобюджетных фильмах. Скажи просто, что тебе не хочется меня обижать, но и от неловкости ты избавиться не можешь. Я пойму и уйду, и никто не посмеет сказать, что подруга невесты олигарха простая прислуга.

-Замолчи же, что ты такое говоришь?! – всё, слёзы полились по моим щекам, смазывая идеальный макияж, а с ним и образ «невесты»; я кинулась судорожно обнимать ее, трясти за безжизненные плечи, шептать какие-то глупости и, наконец, увидела, как по лицу сильной, несгибаемой Макото бегут солёные дорожки.

Мы разрыдались, как это умеют только женщины, всхлипывая, смеясь сквозь слёзы, стараясь сказать друг другу всё одновременно, и сбиваясь на полуслове.

-Как ты могла подумать, что я стыжусь тебя? – не могла понять я, а Мако лишь всхлипывала и махала рукой, вытирая глаза.

-Ты же мне ничего не рассказала, думала, скрываешь, - наконец ответила она мне.

-Я пыталась до тебя дозвониться, - оправдывалась я, - но эта нудная тётка с механическим голосом вечно повторяла, что телефон выключен или вне зоны.

Мако нервно рассмеялась, начиная успокаиваться. Мы улыбались, глядя на зарёванные мордашки друг друга, и на душе становилось спокойно и хорошо.

-Я же тут с самого утра торчу, - стала рассказывать Кино, всё ещё время от времени вытирая нос, - Эти пенсионеры, знаешь ли, не промах, закатали себе вечеринку с фаршированными крабами и фуагра. В моем понимании, они ни в чём, кроме семечек, не нуждаются! А тут пришлось горбатиться, не покладая рук.

-Да как же ты попала-то сюда? – не переставала удивляться я.

-Да как и все остальные, через агентство, - ответила Макото, поправляя чёрное платьице с белым кружевным фартуком, - я через него себе другую работу ищу. Не могу больше в «Розовом закате»! Без тебя мне там вообще тошно стало, вот-вот Шарик (так мы втайне звали менеджера за круглый животик и маленький рост) за постоянные грубости вышвырнет. Обратилась в агентство: надо быть готовой ко всему. А тут и заказ, правда, временный, но с хорошей оплатой. Мне позвонили почти сразу, как ты уехала, мол, официантов не хватает. Я и понеслась. Вот тебе и сыскала работёнку…

Я вздохнула.

-Ой! – вдруг взвилась я, вскакивая с места. – Что же будет с Нефритом? А с помолвкой?!

-Что-что? Ничего! – ответил мне шатен, вываливаясь из куста роз.
_____________________
Глава 9
Идеальные вьющиеся волосы до плеч взлохматились, дыхание сбилось, а на белом с иголочке смокинге появились подозрительные зелено-коричневые пятна, будто Ли несколько раз падал.

-Накрылась моя женитьба! – выдал он, глядя на меня, но тут же перевёл взгляд на Макото и странно побледнел; его лицо как-то неестественно застыло.

Я посмотрела на Мако, и если Нефрит был бледен, то Кино покрылась густым румянцем. Эти двое смотрели друг на друга, и я ощущала себя лишней, так, словно читаю чужие письма. Вот бы испариться куда-нибудь!

-Здравствуй, Мако, - как-то нервно сказал он, начиная приходить в себя. - Как твоя мама?

-Спасибо, - девушка дернула уголками губ, будто пытаясь улыбнуться, - с ней все хорошо.

Далеко не это они хотели сказать друг другу. Я знала, что Кино мучает совесть за свою выходку, да и Ли боится открыть что-то важное. Но никто не хочет делать первый шаг, так часто бывает.

-Знаешь, Нефрит, я всё-таки должна извиниться по-человечески, - не выдержала Макото и встала с бортика. - Я вела себя отвратительно. Честно говоря, ты мне не понравился, ты только не обижайся. Но я ошибалась, я чувствую. Это был действительно отвратительный поступок, и мне очень стыдно. Прости меня, пожалуйста.

Нефрит улыбнулся, немного грустно, но так же широко, как всегда. Макото несмело улыбнулась в ответ.

На какие-то минуты в мире снова воцарилось согласие, покой и гармония. Естественно, это продолжалось недолго. К фонтанчику вылетел Ятен, который, видимо, уже долго искал нас. Наверное, на его месте я бы почувствовала себя сумасшедшей: он смотрел на нас и ничего не понимал, потому что я, Нефрит и Макото безмятежно улыбались друг другу, как будто всё замечательно.

-Ээ…- правый глаз моего маленького босса нервно задёргался. - Вы вообще в курсе, что там творится? Все ищут сбежавшую невесту, а вместе с ней и жениха!

-Думаю, их больше интересует не Минако, а сама новость о ее исчезновении, - спокойным, рассудительным голосом прокомментировал известие Ли, и я заметила в его голосе тонкую игру.

-Подумаешь, заглянем к ним попозже, - беспечно махнула ладошкой я, подхватывая эстафету.

Макото тихонечко прыснула, но тут же напустила на себя серьезный вид:
-Да и кому вообще нужна эта помолвка? – добила она Ятена. – Побегают старички, и ничего. Им полезны физические нагрузки.

Бедненький Ятен смотрел на нас и ничего не понимал. Он выглядел, словно маленький мальчик, которого обманули противные взрослые, чтобы посмеяться за его спиной. Но мы, в отличие от этих «взрослых», не стали скрывать хохота, и рассмеялись во весь голос.

-У тебя… у тебя… - задыхался Нефрит, сгибаясь пополам, - Такой вид…
Мы с Макото просто хихикали.

-Да вы все с ума посходили!.. - психанул Коу, краснея на глазах, но взрыв хохота снова накрыл нашу странную компанию.

Мой маленький разгневанный босс уже собрался развернуться и уйти, как Ли схватил его за руку:

-Успокойся, Ятен, - примирительно проговорил он, подавляя смех, - просто все мы сегодня на нервах. И, кстати, не стоит нам возвращаться, перепрыгнем тут, через забор. Хочу оттянуть момент казни.

Я видела, как Ятен борется с явным желание демонстративно кинуть нас здесь или сменить гнев на милость. Наконец, Коу мученически вздохнул, и мы вчетвером направились к красивому металлическому забору с зазубринами прямо перед нами. Мне сразу представилось, как я цепляюсь красным неудобным платьем за один из штырьков, рву его в клочья, или, еще чего, повисаю на заборе. Вот картина-то будет! Нефрит тоже заметил явный минус моего платья и задумался.

-Так, - сказал он тоном капитана крупного судна, - Ятен сейчас перебирается через ограду, я помогаю Мине, Ятен ловит ее внизу. Остальное – дело ситуации.

Все кивнули и весело переглянулись. Я чувствовала себя школьницей, которая пытается втайне от родителей сбежать с мальчиками на танцы.

Коу ловко перелез через забор, и уже через полминуты я услышала его «Готово!» Дальше начиналось самое сложное. Нефрит поднял меня на руки (а я ведь далеко не фея) и держал до тех пор, пока я, чертыхаясь и кряхтя, крепко не встала на резном заборе. Мои туфли на шпильках остались у Мако, и ноги, обтянутые капроновыми чулками, ужасно скользили по дугам и узорам ограды. Я со скоростью коматозной улитки карабкалась наверх, Ли страховал меня внизу, а за забором маячил Коу: я слышала, как шуршит трава под его ногами. Примерно на середине я оступилась и дернулась вниз, но моя ноги чудом нашла какую-то выпуклость и снова прочно встала. Правда, за секунду полета я успела пережить миниинфаркт (да и не одна), но все же кончилось хорошо, так?

Наконец, я достигла верха и принялась переваливать свою тушку по другую сторону забора. Вот тут-то и сработала моя патологическая «везучесть». Я всё-таки зацепилась самым краешком платья за кол, дернулась, потеряла равновесие и кулем полетела вниз, истошно вопя на всю округу. Странно, что я не разбилась и даже не покалечилась. Ятен-таки поймал меня, но не удержался, и мы вместе грохнулись в какие-то колючие кусты.

-Вы там живы? – услышала я взволнованный голос Нефрита.

-Не знаю, посмотрим, - выкрикнул бедный маленький босс, придавленный моим телом. Он закашлял где-то над моим ухом, и только тогда я поняла, что нахожусь уж слишком близко к нему, а его лицо в нескольких миллиметрах от моего. Я даже почувствовала терпкий, бодрящий аромат его одеколона, и мне стало очень жарко в этот прохладный поздний вечер. Интересно, а его губы такие же пряные и освежающие?..

-Прости, пожалуйста, - промямлила я, тут же слезла, одергивая неприлично задранное алое платье, и стараясь как можно больше прикрыть длинными волосами пылающие щеки. В глаза пыталась не смотреть, наверное, свечусь, как похотливая мартовская кошка.

-Ничего, - неожиданно хрипло ответил мой босс, и я не удержалась и посмотрела на него. Тот выглядел вполне спокойно, и мне даже обидно стало. Почему это?..
-Вы точно в порядке? – спросила Кино.

-Да, все отлично, - ответила я и повернулась к Коу спиной.

Я услышала какой-то скрежет и шуршание, потом над забором одновременно показались две головы, и Мако с Нефритом мягко приземлились рядом со мной.

-Моя машина должна быть где-то рядом, если я не ошибаюсь, - сказал Ятен, как мне показалось, избегая моего взгляда.

-Ну дак давайте проверим, - пожала плечами Кино, и мы стали продираться сквозь кусты.

Примерно в двадцати метрах от нас мы действительно увидели черный Седан Ятена, словно воры подобрались к нему и расселись. Через секунду машина мягко покатилась по асфальту. Всё, level completed!

Мы с Кино привычно оказались на заднем сидении, Ятен вел, а Ли сидел рядом с ним. Пережитый стресс просто вывел нас из-под моральных тормозов, и лично мне очень хотелось поговорить.

-А зачем тебе понадобилась липовая помолвка? - опередила меня Макото.

-Все прозаично, - хмыкнул Ли, небрежным движением скидывая бабочку с шеи; огни придорожных фонарей играли на его лице, - Родители хотят меня женить, вот я и придумал отмазку. Они считают, что в двадцать пять лет человек уже должен иметь образование, работу и семью. Ну, с первым я пока разбираюсь, второе появится само собой позже, а вот третьим мои старики решили меня обеспечить самостоятельно.

-А как бы ты потом расстался с Миной? – спросил Коу, глядя на дорогу. – Я, кстати, даже не знал, что помолвка ненастоящая.

-Прости, друг, запарился, - ответил Нефрит, - Она бы потом меня якобы бросила из-за того, что я… мм.. я бы придумал красивый подлый поступок для общественности. А потом бы прикидывался несчастным влюбленным, мол, на других женщин и смотреть не могу, только она в моем сердце…

Ли картинно прикрыл рукой глаза и мученически вздохнул, как это делают плохие актеры в плохих театрах.

-А куда мы едем? - поинтересовалась я.

-Ко мне, - ответил мой маленький босс, - утро вечера мудренее.

Дом был тих: все уже разбрелись по кроватям. Кино и Нефриту отвели по отдельной комнате, которые почему-то находились по соседству, я направилась к себе. Тут я заметила, что Ятен стоит в гостиной и никуда не торопится.

-Ты разве не идешь спать? – спросила я.

-Да нет, сейчас пойду, - устало ответил зеленоглазый, доставая из потайного шкафчика бутылку дорогого белого вина.

-Ну тогда спокойной ночи, - сказала я, и стала подниматься по лестнице.
-Спокойной ночи, Минако.

Я зашла в свою комнату и рухнула на кровать. В моих ушах все еще звучал его приятных хрипловатый голос, а перед носом стоял аромат мужского одеколона. Господи, что же это со мной?

Мне казалось, что я не засну, а на самом деле отрубилась через минуту, даже не раздеваясь. Конечно, я не могла видеть, как Ятен подумал, убрал вино и достал кое-что покрепче.
__________________________________

Глава 10
Впервые за последнее время я осталась не при делах: в написании этой главы я практически не участвовала. Повествование впервые будут вести мои друзья, Ятен и Макото, которые являлись непосредственными участниками произошедшего. Нефрит и рад был помочь, но… впрочем, вы все узнаете, как когда-то узнала я.

Я спала в своем душном красном платье прямо поверх одеяла, а в это время…

Автор: Его Величество Ятен Коу (А пафоса-то, пафоса! – прим. ред. Минако).

Интересно, что лучше: захмелеть от бутылки элитного белого вина или впасть в кому от ряда стаканов с виски? Если ты хочешь просто приятно провести время и спокойно заснуть, то смело выбирай вино. Судя по сегодняшнему дню, я не был уверен, что нуждаюсь лишь в легком снотворном. За каких-то двенадцать - четырнадцать часов я чуть не женил друга, облетел все салоны красоты, участвовал в побеге и едва не поцеловал свою горничную. Ну, и какое тут, к черту, вино?! Впору в запой уходить!

Однако на истерику у меня элементарно не было сил, а вечное состояние сушняка и жажда похмелиться вряд ли скрасят мне жизнь. Так что решено: запоя не будет, зато уж одну отдушину я себе позволю.

Не особенно задумываясь над последствиями варварского разграбления папиных секретных коллекционных запасов виски (Это он зря! – прим. ред. Минако), я взял одну из бутылок и поднялся в свой кабинет.

Странно, что такая комната вообще существует. Она для меня, как для других людей чулан или погреб: в ней хранится всякий хлам (хоть и стерильно чистый благодаря стараниям горничных), да и заглядываю я туда очень редко. Но зато в плане уединения она просто неотразима: никто и не подумает искать меня в рабочем кабинете, ведь я просто кутила, бездельник, транжира, пользующийся средствами богатенького папочки. И правильно думают.

Я развалился в коричневом кожаном кресле, положил ноги на стол, любуясь блестящими носками лакированных туфель, и закурил. Идеальный лирический момент, чтобы поразмышлять над смыслом жизни, превратностями судьбы и несправедливостью социума. Ну а если отбросить излишний пафос, то я просто не мог заснуть, не знал, как вести себя дальше, и что я из себя представляю. Кризис среднего возраста отдыхает!

Перестав ломаться перед самим собой, я снял ноги с чистейшей полированной столешницы, плеснул виски в стакан, который я привычным движением достал из верхнего ящика, залпом выпил его содержимое и тупо уставился в дверь напротив. Обжигающая жидкость пронеслась по пищеводу, став маленьким костерком внутри меня. Господи, как же все-таки приятно травить себя алкоголем!..

Сегодня мой яд был мне необходим. Без хорошенькой «заправки» мне просто не переварить всю кутерьму прожитого дня…

Вдруг без всякого стука дверь в мой кабинет раскрылась, и в комнату вошел Неф. Я знал, что он не спит и обязательно придет (к тому же, он единственный мог догадаться, где я могу сейчас быть). Ли по-хозяйски подтащил кресло из угла кабинета к моему столу, пододвинул к себе стакан и так же, как и я, залпом осушил его. Молчали. А что еще говорить?

-Впервые задумался: а не податься ли мне в монастырь? - полузадумчиво - полуиронично сказал мой друг больше в пустоту, чем мне.

-Боюсь, сын мой, - ответил я в его манере, - Гореть тебе в аду, а не жить среди святынь.

Ли улыбнулся только уголками губ, взгляд синих глаз оставался стеклянным, направленным куда-то поверх меня.

-Вот и я боюсь, - вздохнул Неф, - Боюсь, однажды доиграюсь и потеряю все.
Редко подобные речи можно услышать от жизнерадостного, манерного Нефрита, короля тусовок и любимца дам всех возрастов. Но мои мысли странно совпадали с его.

-Ты думаешь о этих сумасшедших девчонках? – напрямую спросил его я, и Ли посмотрел мне в глаза, снова отхлебывая виски.

-Скажи еще, что ты не думаешь, - ухмыльнулся он, - таких не забудешь! Не девушки, а ходячие недоразумения.

-Да уж, с ними, как в эпицентре торнадо.

Неожиданно мне захотелось признаться:

- А знаешь, Неф, я ведь отговаривал Айно выходить за тебя.

Мой друг с некоторым удивлением и любопытством посмотрел на меня.

-Я же не знал, что свадьбы и в проектах не числится, вот и решил: нечего тебе портить Минако жизнь. Ты бы все равно ее бросил, а мне… не хотелось этого.

-Я даже знаю, почему, - ничуть не обиделся Нефрит, - потому что тебе жаль ее. Она сразу заявила, что не будет терпеть похабного отношения, не стала трястись перед нашим положением, вот, чего ты ждал от каждой новой горничной и нашел только у Минако. Но к несчастью, а может, и наоборот, она наивна, и вполне может поддаться на чужие сказочки. Ты хорошо меня знаешь, вот и решил предостеречь ее. Я не в обиде, друг. Ты прав: так и так я бы испортил ей жизнь.

Последняя фраза прозвучала, словно не имела к Айно никакого отношения. Мозг невольно начал работать в другом направлении.

-Что тебя связывает с Макото?

-Ряд недоразумений, не больше, - снова усмехнулся мой друг; я заметил, что его глаза захмелело блестят, а по скулам разлился характерный румянец.

-Не пытайся мне врать, - фыркнул я, отпивая из стакана, чувствуя, как мир вокруг начинает принимать более резкие очертания, а звук становится глуше.

-Ну, примерно то же, что соединяет тебя и Минако, - проницательно улыбнулся он.

-Неизвестно что, - буркнул я, хлебнув из горла.

-Но ведь соединяет.

-Интересно, а она-то об этом догадывается? Хотя… сегодня я ей чуть не показал, что она мне… мм... небезразлична.

-Ого! – хохотнул совершенно пьяный Неф. – А поподробнее?

-Если не предаваться пошлостям, - язык странно вязнет во рту, - то я чуть ее не поцеловал. Ей просто повезло, что это она упала на меня, а не наоборот (Вот досада, действительно! – прим. ред. Минако).

-Ну и мексиканский сериал! – восхитился Ли, сверкая глазами. - Друг жениха тискает чужую невесту в кустах, пока жених засматривается на подругу невесты. .. Стоп. Я уже ничего не путаю?

-Иди-ка ты спать, женишок! Завтра тебе еще с разгневанной родней разбираться.

На какое-то мгновение лицо Ли снова стало озабоченным:

-Да… будет дятлу на орехи…

Скажу честно: что было дальше, я не помню. Я просто заснул крепким сном мертвецки пьяного человека.

Автор: Макото Кино.

Я помню, что наконец стянула с себя туфли, черно-белую форму официантки, легла на мягкую кровать и, завернувшись в пушистый плед, провалилась в сон. Сквозь марево я ощутила, как через некоторое время мое одеяло исчезло, неприятно оставляя кожу открытой, зато через несколько секунду оказалась в объятиях чего-то удивительно теплого и мягкого. Я с удовольствием обняла теплый «объект» в ответ, чувствуя, как на шее дрожит ровное, горячее дыхание, а мягкие шатенистые волосы щекотят нос и губы… Стоп. Шатенистые волосы? Откуда это?

Ещё ничего не понимая, я шире распахнула глаза и увидела… Нефрита, который прижимает меня к себе, сонно сопя мне в шею! Я отскочила от него, как от огня, не рассчитала свой норов и свалилась с кровать, матерясь, почём свет стоит. Что тут происходит?! Как он тут оказался?!

Ли продолжал преспокойно дрыхнуть, лишь плотнее закутался в синий плед, а мой сон как рукой сняло. Я кинулась трясти эту дубину, и, наконец, парень открыл пьяные синие глаза:

-О… Мако… - улыбнулся он, пытаясь сфокусировать на мне взгляд. – А где твое платье?

Ах ты Кузькина мать! Я же голая!!!

Отчаянно визжа, я кинулась искать хоть что-то, чем можно прикрыть мое тело, спрятанное лишь нижним бельем, а именно - содрала с Ли синий плед. Но лучше бы я этого не делала… Оказывается, мой ночной гость успел раздеться, прежде чем улечься рядом со мной.

-Дует же!.. – пожаловался Нефрит, обнимая себя за плечи, пока я металась по комнате, не зная, куда себя деть.

Господи, куда это я попала?! Господитыбожемой…

Потуже обернувшись пледом, и зажмурив глаза, я еле стащила из-под Нефрита простынь и накинула на этого пьяного бесстыдника белую льняную ткань.

-Что ты здесь делаешь?! - завопила я, хлопая его по красным щекам.

-Ой, не кричи, - взмолился Ли, беспомощно морщась, - сплю я, сплю!

-Это - моя кровать и моя комната! С какой это радости ты здесь спишь?! - продолжила надрываться я, срываясь на фальцет.

Я совсем не заметила, что нависла над осоловелым лицом шатена, стараясь испепелить его взглядом. Моя грудь высоко вздымалась, как будто я только что пробежала стометровку.

Он смотрел на меня своими блестящими, словно серебристое крошево звёзд, глазами, и я чувствовала, что… что тянусь к этим звездам, словно под гипнозом.
То, что произошло дальше, я не могу подчинить какой-либо логике; это ничуть не похоже на меня, не имеет причин, не поддается законам. Это как будто находится за пределами разума, где-то между небом и Землею...

Я запустила пальцы в его мягкие волосы и страстно припала к чуть приоткрытым губам, отдающим диким пчелиным медом и алкоголем. Нефрит тут же ответил на мой поцелуй и притянул меня к себе, так, что я навалилась на него всем телом. Остальное перестало существовать, рассыпалось мириадой искр и осколков, оставляя невесомость и собственные ощущения, поразительно острые и колкие, и горячие, как солнце.

Я не знаю, сколько мне потребовалось упиваться этими объятиями, прежде чем проклятое сознание вернуло меня прежнюю, молнией ударило по нервам, заставляя оттолкнуть Нефрита. Я испуганно, словно защищаясь, притянула к себе синий плед и с тонким писком выскочила из комнаты, не оглядываясь. Я не знала, куда бегу, и сердце колотилось так, будто доживает свои последние минуты и желает наверстать ход за все будущие годы. Я интуитивно выбежала в гостиную на первом этаже, забралась в одно из кресел с ногами, укуталась по самые глаза пледом и так и таращилась в вязкую темноту комнаты.

«Что же будет?» - мучительно думала я, пока меня не сморил сон.

А завтра… завтра наступит утро…

(У меня совершенно нет ни сил, ни желания вставить хоть какой-то комментарий сюда. Я не могу разрушить то целостное чувство, которое впервые затеплилось в Макото. – прим. ред. Минако).

Конец 1 части
_______________________

Часть 2. Мы из Токио, или Основы Безопасности Жизнедеятельности. Глава 1
Открываю глаза. Черт. Ощущение, будто всю ночь на мне танцевало стадо мамонтов, и не дотанцевало… Аккуратно шевелюсь. Чувствую, как неудобный корсет, словно тиски, сжимает меня. Медленно, по миллиметру приподнимаю лицо от лоскутного бледно-голубого одеяла, осматриваюсь, щурясь от наглого солнца, бесстыдно заглядывающего в мою комнату. Господи, я всё-таки жива.

Встаю. Шатает. Я вчера пила? Нет, вроде. Только один бокал шампанского, это потолок. Тогда что же так хреново? В последний раз я так себя чувствовала, когда впервые набралась до зеленых чертиков с пацанами из интерната.

А что вчера хоть было-то? Ё-моё, да у меня ж помолвка состоялась! Липовая. А еще я, как Джеймс Бонд, напросилась на невыполнимую миссию: кто ж еще полезет в платье до пола через забор со штырями? И кусты были. Колючие, зараза! Ну да пофиг, потому что в кустах лежал Ятен, которого мне до дрожи в коленках, до умопомрачения хотелось поцеловать… Стоп кадр! Тут я просто превзошла все мои прошлые рекорды по сумасшедшим, безумным и дибильным ситуациям.

Да дело даже не в том, что он – богач, мой босс и т.д. и т.п., а в том, что мне действительно хотелось коснуться его губ своими, потому что он мне… нравится. Макото была права, и тут уже ничего не попишешь. ОН МНЕ НРАВИТСЯ, и я могу сколько угодно убеждать себя в обратном, но сердце, то еще бездушное чудовище, чихать хочет на мои уговоры. Коу – человек странный, с ним вечно балансируешь на острие ножа, но… Иногда он бывает другой. Мой. Уютный. И-и-и… черт! Я дура, дура! Куда я опять себя втягиваю? А ну прекратить разговорчики с самой собой!

Я рассеянно одергиваю рваное алое платье и с видом зомби плетусь в ванную, которая расположена дальше по коридору второго этажа. Интересно, какой хоть сейчас час?

Смотрюсь в зеркало. Мать моя – женщина! Фредди Крюгер нервно курит в сторонке! На лице – винегрет из туши, теней, румян и еще чего-то там. И почему никто не удосужился сказать, что я выгляжу как вурдалачиха?!

Сразу перед лицом предстала картина: мы с Ятеном падаем на землю (было бы, кстати, романтично, если убрать колючки, а на их место… мм… морской пляж на закате; ну или цветущее поле – красота!)… Так вот. Мы падаем на землю, и я с таким видом тянусь к нему для страстного, жгучего поцелуя в стиле бразильских сериалов…

Помолвку заменили бы на поминки. Однозначно.

От этих мыслей даже мурашки вдоль хребта пробежали. Я на всю катушку включила кран, налила себе целую ладонь жидкого ромашкового мыла и с остервенением принялась тереть лицо до красноты и раздражения. Вот тебе и романтика! Вот тебе и прекрасная принцесса!

Прохладная вода привела мои мысли в относительный порядок, и вчерашний сумасшедший день детально вспомнился мне. Я, слава Богу, не целый день с такой рожей ходила. Я плакала вместе с Мако, которая, счастливая женщина, была не накрашена. Макото… Да, не скоро я прощу себе, что заставила тебя снова плакать.

Стараясь отключить какие бы то ни было воспоминания (занятная метаморфоза: как все-таки иногда человек скоро хочет забыть то, что еще минуту назад мечтал вспомнить!), я вернулась в свою комнату. Переоделась в темно-синюю с белой блузой форму, замазала тональником темные круги под глазами, которые в течение дня грозили превратиться в настоящие туннели, и спустилась в гостиную на первый этаж.

То, что я увидела, очень меня удивило: в одном из кресел, тщательно закутавшись в плед, спала Мако. Ее растрепанная, по-детски беззащитная головка высовывалась наружу.

-Эй, Мако, - толкнула я в плечо подругу, - ты что не в своей комнате?
Кино дернулась и распахнула испуганные зеленые глаза; сейчас она как никогда напоминала мне брошенного птенчика в гнезде.

-Ой, Мина, это ты, - облегченно выдохнула Кино с таким видом, будто ожидала увидеть на моем месте маньяка.

-А кого ты ждала? - пожала плечами я, ничего не понимая. Что это она такая дерганая?

-Да никого, - замялась подруга, краснея на глазах.

Та-а-ак. Ну и что тут происходило без моего ведома?

-А ну выкладывай, - безапелляционно заявила я, уверенно садясь напротив. – Сопротивление бесполезно.

Я, кажется, на работе? Ну ничего. Подождет.

-Давай хоть к тебе поднимемся, - обреченно вздохнула подруга и встала из кресла, закутываясь в плед.

-Ты что, голая? – выпучила глаза я.

-Ну… да, - нервно дернула рукой Кино.

Да, эта история становится все интереснее и интереснее!

Мы поднялись на второй этаж, зашли в мою скромную обитель. Мако села на кровать, а я достала ей свой желтый сарафан чуть ниже колена. Размер у нас примерно одинаковый, вот только Кино повыше.

-Теперь рассказывай, - приготовилась слушать я.

Скажу честно, с каждой секундой я все больше и больше раскрывала рот от услышанного. Меня не удивило поведение Ли: если он был, мягко говоря, не трезв, то мог перепутать соседние комнаты и даже лечь рядом с девушкой ( со мной-то в «обнимашки» он постарался поиграть и не в таком свинском состоянии), но вот Мако… Мако, которая привыкла сторониться мужчин, тем более таких «опасных», как Нефрит, Мако, которая надеется только на себя и никому, кроме меня, не доверяет… сама поцеловала Ли? Поддалась секундному влечению и разрушила все бастионы, все стены ради желания… «дотянуться до звезд»? Такого просто не может быть!

Я говорила, что побиваю рекорды сумасшествия? Нет, это делает Макото Кино!
-Минако, а вдруг он что-то помнит? - испуганно спросила меня подруга, по-ребячески сжимая мою ладонь, и я в который раз за последнее время подумала: «Какая же ты все-таки, Мако, беззащитная!»

-Не знаю, - вздохнула я, - пока не увидишь, не узнаешь.

-Ой, может мне уйти сейчас, чтобы с ним не встретиться? – зацепилась за мою мысль она.

-Не веди себя, как младшеклассница, тебе же двадцать два года! - я видела, как Кино раздирают противоречия, а тоненькая тревожная морщинка появляется на изгибе уголком губ. И добавила, стараясь отвлечь: - Сколько сейчас времени хоть?

Подруга машинально посмотрела на левое запястье, где были часики на кожаном ремешке:

-Половина девятого.

Ого! Чего это я так рано вылупилась? Рабочий день начнется через полтора часа.

-Значит так, - взяла инициативу в свои руки, замечая, что Кино снова начинает зарываться в своих тревожных думах, - спускаемся сейчас на кухню первого этажа, завтракаем, а там и посмотрим, что делать дальше. Может, и волноваться будет не из-за чего!

Мако кивнула.

Вообще в этом доме прислуга завтракает или до рабочего дня, или после завтрака хозяев. Киюки уезжал на работу в девять, вставать так рано никто не хотел (это часов в семь, чтобы успеть поесть, одеться и еще обеспечить босса полноценным блюдом), Ятен мог и в двенадцать очнуться, так что его никто не ждал. Сейчас слуги Коу-старшего заняты, остальные спят, и мы с Мако были одни. Я заварила зеленый чай, добавила лимон, как это любит Макото, разогрела в микроволновке круассаны с вишневым вареньем…

Со временем моя подруга как-то расслабилась, повеселела, правда, пока в кухню не ввалился (во всех смыслах этого слова) Ятен, раздраженно потирая ушибленную ногу и бурча проклятия. Ого, в девять утра! Да сегодня день рекордов!

-Доброе утро, - поприветствовала я своего маленького босса, какого-то опухшего и помятого.

Коу досадливо поморщил носик на мои слова, мол, «Что ты несешь, женщина?!», и плюхнулся на стул напротив Макото.

-Пить, - хрипло попросил он.

Ага, любишь набраться, люби и похмеляться.

Я достала из холодильника бутылку ледяного пива, парень открыл ее, залпом высосал половину разом, и по его лицу расползлась блаженная улыбка.

-Ка-а-айф… - простонал он, откидываясь на спинку стула.

-Кто-то вчера был плохим мальчиком? - обратилась к нему я, втайне изумляясь игривости своего тона и тому, что я сейчас вообще-то с боссом так разговариваю.

-Кто-то вчера был животным, - усмехнулся Ятен, прикрывая глаза.
Я заметила, что ненароком любуюсь им, размахом белесых бровей, полукружьями таких же ресниц, красиво очерченными скулами, волевым подбородком… Фу ты, опять меня понесло!

-Нефриту-то еще хуже, - Коу открыл глаза… (Я заметила, что Мако с преувеличенным вниманием слушает парня)… - Он без меня треть литровой бутылки вылакал, когда я отключился. Ничего, я проверил его уже. Вроде дышит.

С этими словами на кухню зашел Ли. Выглядел, прямо как известный огурчик, то есть зелененький и в пупырышках; на голове – шатенистое гнездо, глаза апатично смотрят (и при этом вряд ли что-то видят) из-под полуопущенных век.
В отличие от еще более-менее живенького Ятена, Нефрит просто упал на стул, будто его кто-то насильно усадил. Ничего не говорил, ничего не просил. Я сама вложила в его ладонь бутылку с пивом, невольно задумываясь, а не помочь ли ему? Вдруг от пьянства руки отказали?

-Скажите, я еще жив? – неожиданно спросил он голосом немазаной телеги. – Я не помню, как умер.

-Вообще ничего не помнишь? - нервно спросила Макото.

Это была ее первая фраза с самого прихода Ятена; щеки залил лихорадочный румянец, а глаза болезненно блестели. Я заметила, как побелели ее пальцы, так вцепились в светло-зеленую столешницу.

Ли помотал головой, морщась, как от зубной боли.

Я видела, как Кино отпускает столешницу, спокойно опускает подбородок на сцепленные ладони, будто от облегчения.

Ложь. Ее глаза приглушенно-мутные, потухшие… разочарованные? Как так? Я опять ее не понимаю, но меня не обманешь. Она что, хотела, чтобы Нефрит помнил ее поцелуй? Неужели для нее он так важен?

-Кстати, только вспомнил, - вступил в разговор зеленоглазый, и я отвлеклась от Мако, - вчера отец не успел тебе дорассказать. Мы с моей девушкой едем в наш загородный дом, ты мне будешь там нужна. Соберешь потом вещи, хорошо?

Кивнула, не особенно понимая, зачем. Не скажу, что мне стало плохо или больно, просто как-то… неуютно. «Мы с моей девушкой…» Закатай губу, Минако! И знай свое место! Тоже мне, размечталась девочка.

Я посмотрела на Макото. Ее взгляд не был откровенно жалостливым (за что ей огромное спасибо), но понимающим. Она догадывалась, что Ятен мне не безразличен. А толку?

-Я пойду, вещи соберу, - поднялась из-за стола я, а Макото за мной, и мы вышли.

Уже в моей комнате Кино призналась:

-Я не понимаю, Минако, что со мной. Я знаю его несколько дней, но… Мне почему-то горько, что он не помнит то, что стоит у меня перед глазами. Мне и страшно, и весело, и грустно – столько эмоций! А тут… Представляешь, я помню, а он нет? – ее губы расстроено дрогнули, пытаясь улыбнуться. – Наверное, это было важно только для меня? Я все придумала?
-Я тоже, - вздохнула я, даже не собираясь доставать дорожную сумку. «Мы с моей девушкой…»
______________________________
Глава 2

Мако ушла от меня через полчаса, ей ведь еще за матерью следить надо, да и из агентства, наверное, трезвонят уже с утра. Неплохая отмазка, только вот в искренность верится с трудом. Конечно, все это правда, только… ей просто нужно остаться наедине с собой и, наконец, решить, чего она хочет от Нефрита: чтобы он помнил ее поцелуй, или все осталось на своих местах? И никто, кроме нее, не может сделать этот выбор.

Если Макото стояла сейчас на распутье, то я для себя уже все поняла. Интересно, какой идиот сказал, что если перестать прятаться от правды, то проблемы перестанут казаться такими уж безнадежными? Или это я - просто исключение из правил? Так или иначе, у меня все только усложнилось. Если раньше я могла ломать дурочку, будто Коу мне совершенно неинтересен, то сейчас я уже признала, что он зацепил меня. И что теперь? А ничего! Я-то ему совершенно безразлична, и сегодня вечером он едет со своей подругой в загородный дом… Романтика, черт возьми!

Я с каким-то остервенением затолкала в переполненную сумку шерстяную кофту, даже не задумываясь, что сейчас середина лета. Да и какая разница, в чем я буду ходить? Для кого наряжаться-то? Буду я расхаживать в картофельном мешке, зеленоглазый не заметит, а больше прихорашиваться не для кого.

Кофту я кое-как запихала, но вот сумка отказалась закрываться и жалобно трещала по швам, пока я методично и злобно пыталась застегнуть «молнию». Наконец, борьба завершилась в мою пользу (правда, пришлось пожертвовать ногтем на указательном пальце правой руки), и я поперла свой баул вниз по лестнице, чертыхаясь на каждом шагу. Где-то на середине я оступилась и чуть не кубарем полетела вниз, чудом оставаясь при этом на ногах, сумка зацепилась за резные перила и с треском порвалась у самой «молнии». Какие-то шмотки разлетелись по холлу первого этажа, словно горсть подкинутых листьев (в одной из цветных тряпочек я, к своему ужасу, признала бюстгальтер!). Я тут же кинулась собирать одежду, наплевав на саднящую боль в локте (я-таки треснула рукой о перила). Не хватало, чтобы кто-то нашел на полу мои трусы!

Знаете, в этом мире все происходит не вовремя. Неожиданно рядом со мной возник Коу- старший и принялся помогать мне. Я тут же схватилась за бюстгальтер и, отчаянно краснея, как можно незаметнее попыталась затолкать его в злосчастную сумку (чтоб ее моль сожрала!). Киюки невозмутимо подбирал мои пожитки, а потом неожиданно повернулся ко мне и сказал:

- Минако, у меня есть к вам одна просьба.

Я чуть не шарахнулась от него, как от чумного. Еще одна просьба? Ну нет, с меня достаточно! И без них приключений на пятую точку хватает, спасибочки!

-Какая? – все-таки осторожно спросила я, принимая из рук Киюки стопку белья.
Клянусь, если они попросит притвориться его невестой на день, я пошлю его так, что в жизнь не вернется!

-Присмотри там за Ятеном, хорошо? - обезоруживающе улыбнулся он, сверкая серыми с бесенятами глазами. И выдал, повергая меня в полнейший глубокий транс: - И не ночуй у кого попало, а то Ятен с ума сойдет.

Весело и как-то понимающе подмигнув мне, Коу- старший, насвистывая что-то себе под нос, скрылся за дверью. А я все так и стояла, прижимая к себе стопку с бельем.

Ну и прокурорчик, серьезный дяденька! Ну и гроза всей преступности Токио! С таким-то языком не зря его боятся даже маньяки с ворами, не то что собственный сын… А все-таки клевый мужик этот Киюки! Эх, был бы у меня такой отец…

После этой маленькой шоковой терапии даже мое мрачное настроение куда-то испарилось, видимо, не выдерживая натиска «троллинга» Киюки. Я снова поднялась к себе, отложила половину одежды в шкаф (натыкаясь на удивительные вещи типа мыльницы и шерстяных носков) и довольно спокойно собрала небольшую серую сумку. Когда спускалась по лестнице вниз, то с преувеличенным вниманием смотрела под ноги и даже держалась за перила (с моей поистине магической грацией это жизненно необходимо), но когда кто-то с первого этажа прокричал « Чьи трусы валяются в проходе?!», чуть не повторила свой смертельный номер. Небо, дай мне не покраснеть!

В гостиной уже крутились другие слуги, которым тоже предстояло поехать в загородный дом. Нам предоставлялся отдельный микроавтобус, а Ятен вместе со своей девушкой поедет на Седане. По-моему, так даже лучше. Что-то меня не соблазняет перспектива лицезреть их влюбленные мордашки, честное слово. А мне эту «душещипательную картину» еще неделю наблюдать, если не две.

Я оставила свою сумку у входа, а сама села в кресло, мечтая, чтобы все поскорее закончилось. Под словом «все» я подразумеваю действительно многое: гребаную поездку, неразбериху в голове (а что хуже, еще и в сердце) и дорогу, которую я с детства тяжело переношу. Одно счастье, скоро я займу свое место в душном автобусе, заткну уши наушниками и, предварительно проглотив таблетку против укачивания, уткнусь в книгу по праву. Все, поминай, как звали!

Но моим чаяниям не суждено было сбыться. Со своего третьего этажа спустился мой маленький босс в светло-голубой хлопковой рубашке, расстегнутой у горла на пару пуговиц и с небрежно закатанными до локтя рукавами; длинные ноги обтягивали дорогие джинсы, и я краем сознания понимала, что неприлично таращусь на него.

Собрав всю свою богатырскую моченьку в кулак, я оторвала от него взгляд, как можно равнодушнее уставившись в окно. Потому что за руку с ним шла его девушка, разглядывать которую мне не очень-то хотелось (я только мельком заметила песочного цвета сарафан). В груди неприятно что-то ворохнулось, и я молилась, чтобы это была не ревность. Пусть уж эти двое поскорее скроются в своем Седане, а не травят мне душу!

Но вместо того, чтобы «скрыться в Седане», Коу подошел ко мне (думаю, я выглядела как апатичная грозовая туча (то еще сравненьице!)). Я как можно свободнее развалилась в кресле, игнорируя суету вокруг. Пусть думает, что мне на все пофиг.

-Минако, - позвал меня Ятен, и мне ничего не оставалось, как повернуться к нему, - хочу познакомить тебя с Таулой. – его лицо было очень серьезным, будто от моего «приема» зависит, как минимум, судьба государства.

Я встала и, наконец, в упор посмотрела на девушку моего зеленоглазого. Ну как в упор? Скорее, сверху вниз, потому что Таула оказалась миниатюрной (едва доставала макушкой до плеча Коу), стройной девушкой с русыми волосами и открытой улыбкой на смуглом лице. Никто и не подумал бы назвать ее красавицей, но она невольно притягивала к себе взгляды. Я такого не ожидала. Я думала, что Таула – очередная инкубаторная куколка, смысл жизни которой зависит от новой коллекции туфель, походов в SPA и сплетен. Но сразу видно, что я ошибалась.

Девушка протянула мне руку и так искренне улыбалась, что мои губы сами растянулись в ответной улыбке (Коу заметно расслабился). Она еще что-то говорила мне, смеялась, я отвечала, видимо, в точку. Я не помню. Помню, что эта встреча меня поразила.

Ноль высокомерия. Ноль стервозности. В каре-зеленых искрящихся глазах – теплота. И я практически физически чувствовала, как моя жизнь становится еще сложнее, потому что мне действительно симпатична эта Таула. Как бы мне хотелось ее ненавидеть, замечать ее недостатки, понимать, что я лучше ее, несмотря на отсутствие денежного мешка… Ненавидеть легче. Но, знаете… Я вдруг ощутила себя жалкой, громоздкой и неуклюжей рядом с маленькой, изящной Таулой. Что ж мне делать-то? Почему девушка Ятена не стерва с красными когтями, высокомерно вздернутым носом и неприлично дорогой сумочкой, а этот непосредственный ребенок с искренней улыбкой?..

Между делом Ятен сказал, что я поеду с ними в Седане (интересно, Таула поддерживала эту идею?). И зачем Ятен все это устроил? Настроение и так ниже плинтуса, а тут еще и эта сомнительная компания!.. Ну ничего, сяду и сразу притворюсь спящей, может, Небо все-таки сжалится надо мной, и я действительно усну?..

Как только мы расселись (в моем распоряжении оказалось целое заднее сидение), я вдела в уши наушники и закрыла глаза. Книгу, так уж и быть, оставлю на потом. Я снова попыталась сымитировать пофигизм и расслабленность, но в душе было неспокойно, да плюс духота, от которой начинала гудеть в голове. Таула, щебетавшая на переднем сидении, уже не казалась мне таким идеалом, а настоящим исчадием ада, голос которого бьет по оголенным нервам. Забыв все правила приличия, я скинула балетки, клубочком свернулась на сидении и, плотно зажмурив глаза, позволила Морфею утянуть меня в пустой сон.

Очнулась я уже, когда за окном были поздние сумерки, и нещадное солнце не жарило; стало довольно зябко. Я лежала все в той же корявой позе (тело ужасно ныло), но поверх меня была накинута большая джинсовая куртка. Я села, неосознанно закутываясь в нее.

Ятен молча вел, Таула спала. Заметив, что я проснулась, Коу улыбнулся мне в зеркало заднего вида, и я улыбнулась в ответ. Просто улыбнулась, ничего под этим не подразумевая.

-Есть хочешь? – спросил он меня и я, прислушавшись к изморенному дорогой организму, кивнула.

Буквально через пять минут мы притормозили у заправки, зашли в круглосуточное кафе, заказали кофе и какие-то пирожки с начинкой. Кроме продавца и охранников, никого не было, и мы в одиночестве уселись за столик. При ярком свете ламп я заметила, как Коу украдкой зевает и трет уставшие глаза. Чашка с горячим кофе дрожит в его руках, хотя он изо всех сил пытается скрыть это. И вопреки разуму, вопреки мыслям, что у него есть девушка, и он во мне не нуждается, мне очень хотелось сесть рядом с ним и обнять, поделить с ним большую джинсовую куртку, которую он накинул на меня (у кого еще может быть такой размер?). Знаете, я не строю из себя героиню рыцарского романа, но тот, кто хоть когда-нибудь испытывал потребность заботиться о ком-то, поймет меня. Конечно, я не могла позволить себе выполнить свое желание, поэтому молча мешала свой кофе, время от времени поглядывая на сонного Ятена. Я, конечно, не знала, что зеленоглазый тоже втайне бросает на меня взгляды…

Мы вернулись в машину, мой маленький босс снова сел за руль и погнал по темным улицам. Несмотря на выпитый кофе, меня отчаянно клонило в сон и я, тщательно закутавшись в джинсовку, от которой маняще пахло уже знакомым мне одеколоном, снова легла на сидение…

Когда я проснулась (уже в который раз), в комнату яростно пробивалось солнце, пытающееся просочиться сквозь белую узорчатую тюль. Я лежала на большой кровати, покрытой светлым покрывалом, прямо в джинсах и футболке. Тело слегка ломило, но особой усталости я не чувствовала. В первые секунды я никак не могла вразумить, где нахожусь, и только потом осознала, что это и есть загородный дом Коу. Вот только совсем не помню, как я здесь оказалась?

Я оглядела пустую комнату и хотела уже пойти и поискать хоть кого-нибудь, как заметила одну маленькую деталь. И улыбнулась.

Всю ночь и до этого самого времени я спала, плотно закутавшись в мужскую джинсовку…

Но реальность не дала ход моим романтическим мыслям: вдруг, где-то неподалеку, раздался дикий визг и пронзительный звон бьющегося стекла…
____________________________________

Глава 3
Еще толком ничего не понимая, я вылетела из комнаты, как была, босиком, и помчалась по узким, пугающе похожим на лабиринт, коридорам, пересчитывая все косяки на своем пути. Если учесть, что я совершенно не ориентировалась по незнакомому дому, то я еще довольно быстро добралась до кухонного помещения (как оказалось позже), за дверью которого чудовищный, нечеловеческий визг перерос в однотонное подвывание. У меня даже волосы на затылке зашевелились от этого неземного звука!

Даже не давая себе отдышаться и приготовиться к встрече, как минимум, с инопланетянами или террористами, я рывком открыла дверь и… замерла. Огромная, выполненная в бело-салатовой гамме кухня (такие часто можно увидеть в журналах по дизайну), была чиста, пуста и блестела, как операционная. Хм. Это что, программа «Розыгрыш»? И куда улыбаться?

Получается, я летела, как оголтелая, через весь дом просто так? Не оценила юмора. Я развязно оперлась плечом о дверной косяк, возвела глаза к зеркальному потолку, моля о терпении. Интересно, как я теперь дорогу до комнаты найду?..

Неожиданно где-то за огромным шкафом для посуды раздалось уже знакомое до скрежета зубов подвывание, срывающееся на всхлипывания, похожие на хлюпанье засорившихся труб. Вооружившись деревянной толкушкой, которая услужливо висела на крючке, я на цыпочках подобралась к шкафу и резко выпрыгнула из-за него, воинственно выбрасывая руку с толкушкой вперед, чтобы (в случае чего) уж первой напасть на чудовище.

Толкушка с глухим ударом приземлилась на шахматный пол. Вместе с моей челюстью.

На столе за шкафом в позе «человек-паук на стене» лежала Прити (помните ту девушку из Индии, другую служанку Коу?). Причем она так вцепилась в столешницу, будто ее кто супер-клеем к ней прицепил, честное слово. На смуглом лице – ни кровинки, карие глаза остекленели, губы мелко трясутся, и то и дела из горла срывается вой. Она меня как будто не замечала, все смотрела на шахматный бело-зеленый пол.

Под столом валялась груда битого стекла, звон которого я слышала еще в комнате. Да что тут произошло-то? Никаких инопланетян не наблюдается! Неужели Прити испугалась из-за какой-то разбитой плошки?

-Прити, что слу..? – начала я, но не закончила.

Господи, такого страха я никогда не испытывала! Слова застряли где-то на выходе, превращаясь в тихий писк; ноги и руки свело, потому что… из-под кухонного гарнитура вылезла огромного размера крыса: лохматая, жирная с вот такими зубами! Она шмыгнула мимо меня, и все мои тормоза тут же слетели с катушек: я запрыгала по кухне, отчаянно вереща, сбивая посуду, чувствуя, как слезы потоком хлынули из глаз. Я ничего не соображала, оглушенная собственным визгом. Я даже попыталась стянуть со стола испуганную Прити, как на кухню ворвался Ятен и буквально оторвал меня от девушки.

В своей истерике я ничего не могла разобрать: рвалась из его рук, когда он попытался перехватить меня. Коу что-то орал, но я не слушала, а только давилась слезами.

Истерика закончилась так же быстро, как и началась: вдруг я ощутила такую слабость, почти обморочную, и обмякла в руках парня, все еще пытающегося что-то мне объяснить. В голове – пустота, ноги - как вата. Я тихонько скулила в его объятьях, размазывая по мокрым щекам слезы. Коу гладил меня по голове, продолжал болтать какие-то глупости. Я вцепилась в его рубашку мертвой хваткой, почище, чем Прити со своим столом. Мне казалось, что я умираю. Прямо в эту минуту. И меня больше не будет на Земле.

Мимо нас пролетела ожившая Прити, к которой, похоже, вернулось сознание. Между тем, мой маленький босс аккуратно приземлился на стул, усадил меня к себе на колени и принялся укачивать, как маленькую девочку.

На кухню вбежала Таула, но мне было пофиг, что она подумает, глядя на нас. Откровенно говоря, мне вообще все было до лампочки. Ятен выразительно замахал на Таулу руками, и через секунду она исчезла, зато вскоре вернулась. С аптечкой.

-Так, неси-ка ее на кровать, - шикнула шепотом девушка, дотрагиваясь до моего лба своей мягкой, теплой ладонью.

Не говоря ни слова, Коу встал и пошел куда-то, аккуратно держа меня, как легчайшую пушинку. Наконец, меня положили и зачем-то накрыли одеялом. Таула помогла мне выпить какую-то таблетку (наверное, валерианку) и повторно задрапировала меня в одеяло, так, что наружу высовывалась только голова.

-Пусть поспит, - с этими словами Таула выдернула испуганного Ятена за руку из моей комнаты.

Наступила тишина. Я думала, что не усну послу случившегося, но вскоре провалилась в сон.

Когда я проснулась, за окном было темно: сквозь неплотно задернутые шторы прорывался свет уличного фонаря. Что-то мне совсем не нравится эта поездка. Я тут провалялась целый день, чуть не всхлопотала нервный срыв, а вот теперь не знаю, что делать: спать совсем не хочется, но и выходить ужасно страшно. Вдруг это чудовище из кухни вернется? Я откинула одеяло в сторону, потому что ужасно вспотела, на мне ведь все те же дорожные джинсы и футболка, превратившиеся в вонючие, мокрые тряпки. Не мешало бы принять душ. Только вот куда идти?..

С одной стороны, мне хотелось сидеть здесь и никуда не высовываться, а с другой – помыться и перекусить. Не имею моды лопать на ночь, но я не ела почти сутки, и желудок настойчиво начинает напоминать мне, что его, вообще-то, подкреплять надо.

Я уже решила пойти и поискать душевую или кухню, но тут перед глазами встала та самая жирная крыса (благодаря шикарному воображению, она приобрела пару клешней, щупалец и доросла до слоненка среднего размера). Ну уж нет! Никуда я не пойду.

Но сколько я не вертелась, сон не приходил, живот возмущенно урчал, а одежда противно липла к телу. Я скользнула по комнате взглядом: вот какая-то груда белья около меня, шкаф,…мм… кресло… и дверь, ее ручка поблескивала в скупом свечении фонаря. Я тихонько встала и уже хотела выйти, как «стопка белья» зашевелилась (я чуть опять не устроила истерику) и стала силуэтом:

-Проснулась? – раздался тихий голос Таулы, и я с облегчением вздохнула. Честное слово, на тот свет меня отправят. - Я тут дежурила на всякий случай, Ятен ушел полчаса назад. Ну и напугала же ты нас! Что произошло?

Мне жутко хотелось в ванную и поесть, но все-таки я решила сесть рядом с девушкой и ответить ей. В конце концов, она столько времени сидела рядом со мной.

-Я услышала крик, побежала на него и обнаружила перепуганную Прити. А потом…потом… - мой голос резко сел. – Потом появилась эта крыса.

По телу пробежал озноб от воспоминаний о ней.

-Это была не крыса, а ручной хорек Ятена, - пояснила мне Таула, а я чуть не задохнулась от праведного возмущения.

Получается, этот монстр, от которого я чуть умом не тронулась, принадлежит Ятену. Это что, он на мне за шуточку с Нефритом отыгрывается? Какого черта он не запер этого опасного хищника в клетке?! Я чуть концы от страха не отбросила. Сейчас найду этого кретина и выскажу все, что думаю!

Я уже подскочила с кровати, чтобы разыскать Коу, как Таула схватила меня за руку и притянула к кровати, отчего я снова плюхнулась на матрас.

-Не пыхти, - хихикнула она. – Пушистик сбежал из клетки, мы не могли его найти, а он, видимо, побежал на запах еды. Никто же не знал, что ты так боишься грызунов.

Стоп. Пушистик? Пушистик?! Уму непостижимо… Ну нет, Ятен Коу, уж я тебе отомщу за твоего Зубоскала!.. Пушистик? Смешно! Как это чудовище можно было так назвать?

-А почему ты так боишься крыс? - вдруг прервала Таула мои мысли на тему «Мстя моя будет страшна».

-Когда мне было лет семь-восемь , один мой одноклассник из интерната подложил мне в портфель крысу, и когда я открыла сумку… - я даже сглотнула от этих неприятных воспоминаний. – Крыса выпрыгнула прямо на меня. С тех пор ненавижу всех грызунов, без исключения. – меня даже красноречиво передернуло.

-Интернат? – с наивным любопытством спросила девушка. - У тебя нет родителей?

Я не обижаюсь на Таулу. Люди, не нуждающиеся ни в ком и ни в чем с детства, никогда не поймут, как больно могут сделать самыми простыми словами. Я не люблю говорить об этом. Макото – единственная, кто когда-то так глубоко побывал в моей душе. Больше ни с кем я откровенничать не собираюсь.
-Да, - довольно прохладно ответила я, и Таула ничего не сказала, лишь смущенно закашлялась.

-Пр…прости, - она даже заикаться от неловкости стала, смешная барышня. – Может, хочешь чего-нибудь?

-Слушай, ванны для меня не пожадничаешь? – я рассмеялась, чтобы хоть как-то ее приободрить. – И чуть-чу-у-уть покушать.

Таула тоже рассмеялась:

- Ну, ежели только чуть-чуть.

Девушка показала мне ванную комнату, где я нашла огромный пушистый белый халат и пару махровых полотенец. Какое, все-таки, божественное чувство – ощущать себя чистой и свежей! После полосканий в теплой воде я наконец-то почувствовала себя цивилизованным человеком, а не австралопитеком из саванны.
На кухне в компании Таулы я без зазрения совести слопала парочку куриных ножек, залила все это апельсиновым соком, закусила яблочком, а Таула все хохотала над моим медвежьим аппетитом. Пока мы смеялись и кривлялись, я даже не заметила, как забыла про Зубоскала, время, да и вообще про все проблемы.
Потом Таула проводила меня до комнаты (сама бы я не нашла дорогу, честно говоря) и убежала спать, и я ревниво подумала, делит ли она свою комнату с Ятеном?

«Конечно, делит, - одернула я саму себя, - они ведь взрослые люди, а судя по тому, как хорошо Таула знает дом, еще и не впервые здесь».

Я снова легла на кровать, но спать и не помышляла. Некстати вспомнились руки Ятена на моей талии, опять навалились мысли, какая я дура, неудачница и простофиля. Обычно в такие моменты я звоню Макото, и она мне промывает мозг, зато возвращает прежний оптимизм, воинственный настрой и веру в себя. Сейчас Бог знает сколько времени, не позвонишь (разбуди Макото Кино – рискни здоровьем), но, как назло, не заснуть. Хоть умри.

Тогда я просто вытянула мобильный телефон из заднего кармашка джинс и набрала смс-ку: «Я в полной заднице». Пусть потом прочитает. Грубо? Зато правдиво.
К моему безбрежному удивлению, через минуту экран телефона замигал, и раздался стандартный звонок. Смс. Отправитель: Мако. «Добро пожаловать ко мне в гости!» - гласило сообщение.

Ого! Да что у тебя стряслось-то? Но только я набрала номер, абонент был уже недоступен.
____________________________

@темы: Мои фанфики

15:33 

Красавчик (Часть2. Главы 4-7)

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Глава 4
Я не понимала, почему, как это происходит, но даже не думала помешать происходящему, хотя все мое «я» офигевало. Когда в мою комнату зашел Ятен, я продолжила притворяться спящей, поглядывая из-под опущенных ресниц. В конце концов, мне было просто интересно, как он будет себя вести. Но такого поворота событий я точно не ожидала.

Зеленоглазый с грацией кошки «протанцевал» к моей кровати и нагнулся надо мной, да так низко, что я почувствовала его дыхание на моей щеке. Мое сердце предательски пустилось в галоп, а губы против воли стали расползаться в улыбку, но я пыталась сдержаться, как могла. Нет, ну почему, когда так надо притвориться спящей, хочется лыбиться во весь рот?!

Меня заворожило. Я пыталась не шевелиться даже тогда, когда Ятен залез на кровать и навис над моим телом, придерживая себя на вытянутых руках. Господи, что он сейчас сделает? Я уже откровенно задыхаюсь от нахлынувших эмоций, а рот наполнился слюной (я понимаю, что это звучит неромантично, но так ведь оно и было!), только слепой или глухой могут не заметить мою вздымающуюся грудь и хриплое дыхание.

Коу улыбается. Тонко, дразнящее, одними уголками губ, но мое сердце заходится от этой улыбки. Он нагибается ко мне, проводит кончиком носа вдоль изгиба шеи, так, что теплые мурашки бегут по спине, и хочется смеяться. Его губы рядом с моими, но он продолжает обрисовывать мои скулы, лоб, глаза. Я уже не могу ждать, мне хочется большего. Мне плевать на всех и на всё, мне нужен поцелуй – настоящий, нежный и страстный, и я обвиваю его шею руками, впутываю пальцы в длинные белые волосы, хотя все еще не открываю глаз. И пусть там, за стеной, его девушка, та, с которой он будет, к которой уйдет рано или поздно, я не пожалею ни о чем. Ни о чем не пожалею.

Дзззззззззззззззззззз!.. Комнату наполняет отвратительный, врезающийся в мозг звук, знакомый и детям, и взрослым, которые в равной степени его не переносят. Будильник надрывался на тумбочке около моей кровати, самым варварским способом уничтожая крупицы моего волшебного сна. А судя по сновидению, никакой это не будильник, а настоящий «обламыватель»! Я, кстати, даже выяснила, кто изобрел механический будильник. Это преступление совершил Леви Хатчинс в 1787 году. Теперь уж точно знаю, кого ненавидеть по утрам.

Я со стоном угомонила адский агрегат и бессильно рухнула на постель. Девять утра. Через час начнется рабочий день. В самом деле, я уже успела забыть, что, вообще-то, работаю в доме Коу, а не разъезжаю по приемам, валяюсь в постели и беззастенчиво пожираю глазами маленького босса.

Но, перед тем как собраться с силами и встать с кровати, я все-таки снова попыталась дозвониться до пропащей подруги. Я же волнуюсь за нее, иногда моя Кино проявляет чудеса безрассудства (в этом мы с ней схожи).

-Алло? – раздался сонный голос Мако, и я вздохнула свободнее.

Вообще, что за мода отключать телефон по любому поводу? Она вот так пропадает, а мне думай, что хочешь. Вдруг ее еще не остывший труп везут на лесополосу, а я и ухом не веду! Я почувствовала, как облегчение стремительно перерастает в раздражение: я крутилась половину ночи, а эта девица спит себе приспокойненько.

-Макото Кино, потрудитесь объяснить, где вы ночью шлялись? – угрожающим тоном спросила я.

Мако сладко зевнула мне в трубку, и я не сдержалась от возмущенного фырканья.
-На свидании, - совершенно спокойно известила меня подруга, так, будто ходить на свидания по ночам – норма этикета.

Стоп, притормозите. С кем это она ходила? Неужели?..

-Нефрит? – выдохнула я, ожидая подробностей.

Я пребывала в состоянии шока и любопытства одновременно.

-Какой Нефрит-то? – я прямо воочию видела, как Кино обреченно машет рукой.- Нужна я этому Ли, если он даже поцелуя моего не помнит…

Ну Макото как девочка, честное слово! Ей только легенды подавай со счастливым концом. Романтик хренов.

-Мако-о…- протянула я. – Ты понимаешь, что помнить что-либо после такого количества спиртного просто нереально? Это жизнь, Кино, а не сказочка Шарля Перро*.

-Да хрен с той ночью! - неожиданно взорвалась моя подруга. - Понимаешь, Мина, я его действительно не интересую.

-Да откуда ты знаешь-то?! – рассердилась и я.

-Просто Ромул – брат Нефрита, вот и все.

-Кино, мать твою (пардон-пардон-пардон), ты можешь мне все по порядку объяснить, а? - не выдержала я. Есть же все-таки люди, которые вообразили, что их с полуслова понимать обязаны.

-Вчера меня вызвали в агентство, - терпеливым тоном начала Мако. – Долго насиловали мозг, мол, какая я нерадивая работница и так далее. Пока какой-то старикашка брюзжал на меня, а я стоически терпела, в кабинет зашел молодой человек, невозмутимо уселся за компьютер и там копался. Когда моя лекция закончилась, и меня выставили за дверь, меня нагнал тот самый парень в деловом костюме и представился как Ромул Ли. Он предложил мне постоянную работу в его баре «Панама». Знаешь, я ему прямо сказала, что у него отсталое чувство юмора, и, вообще-то, подло так смеяться над людьми. Он слышал весь разнос в кабинете и уж точно не должен был пригласить меня на работу. Ну, по логике вещей. Парень рассмеялся и уверил, что не шутит, и мы можем прямо сейчас оформить документы. Я так пораскинула мозгами… - Кино вздохнула. – И решила рискнуть. А иначе, на что я буду лекарства матери покупать? Ромул предложил поехать с ним до бара, но я отказалась – решила перестраховаться и самой добраться до «Панамы». Еще маньяком каким-нибудь окажется. Мы разошлись, а через час встретились в баре. Минка, это не забегаловка, а настоящий ресторан! Все чистенькое, новенькое, дорогое. Ромул встретил меня, как давнюю знакомую, все мне показал, ознакомил с контрактом (я его целиком прошла, чтоб в рабстве не оказаться или бомжом). Я даже прямо спросила: в чем соль, где подвох? Он все смеялся, сказал, что я ему понравилась (тут я насторожилась), а судя по моему личному делу, имею опыт работы с подвыпившими людьми. Ага, а еще имею стаж давать некоторым личностям по… мм… ну, не важно. Именно это я и ляпнула новому начальнику, чтобы не думал приставать. Обиделся, сказал, что я не за того его принимаю. Мне даже неловко стало. Попросила прощения, Ромул сказал, что простит, если схожу с ним на ужин.

-И ты согласилась? – удивилась я.

-Да погоди ты, я еще не все рассказала! – перебила меня Кино. – И представляешь, в это мгновение в кабинет входит Нефрит!

Я нервно икнула.

-И тут только до меня дошло: моего нового начальника зовут Ромул Ли. ЛИ! Понимаешь? – в голосе Макото заскользила паника. – Я как воды в рот набрала, просто прилипла к креслу, на котором сидела. Ромул мило представил мне своего старшего брата (они, кстати, совсем не похожи: Ромул – голубоглазый блондин с чуть вьющимися волосами), я не знала, куда мне деться, а Нефрит вполне равнодушно смотрел на меня, будто мы и не знакомы. Может, это и глупо, Миночка, - уже жалобно проговорила Мако. – Но как только Нефрит вышел, я сразу согласилась на ужин с Ромулом.

Она тяжело вздохнула и замолчала. Нет, это уже Санта-Барбара какая-то!

-Слушай, а может, Нефрит и не знает, что ты ходила на свидание с его братом, и вы еще наладите отношения? - с надеждой спросила я. - ты должна быть свободной девушкой, чтобы Ли-старший обратил на тебя внимание. А хотя?.. Может, Нефриту нравится отбивать девушек?

-Он знает. Ромул сказал и попросил присмотреть за баром, пока его не будет, - безнадежно ответила Макото.

-А Нефрит как отреагировал? – честно говоря, я многого не ждала.
-Равнодушно.

Мы молчали, раздумывая о своем. Ну и попали же мы с Мако! И так жизнь сахаром не угощает, а тут и новые проблемы…

-Ты где хоть? – вдруг спросила я. Это принципиально важно.

-Дома, - наивно удивилась Кино, будто по-другому не бывает.

-Одна?

-Конечно! Если ты думаешь, что я и Ромул… - возмущенно начала подруга, но я ее перебила:

-Слава Богу! Ты смотри там, особенно не заигрывайся. Я приеду, что-нибудь придумаем.

-Я запуталась.

-Я знаю. И я тебя не брошу. Я пока не могу вернуться, но, как только приеду, сразу свяжусь с тобой.

-Хорошо. А ты-то хоть как? – виновато спохватилась Макото.

-Все нормально. Не скажу, что поездка приносит мне массу наслаждения, но Таула очень хорошая девушка. – не хочется загружать несчастную еще и своими проблемами.

-Чувствую, откровенничать не собираешься, - усмехнулась Кино. – Но ничего, главное, не забывай звонить.

-Конечно, давай, пока.

-Пока.

Мако повесила трубку, и я отложила телефон. Почему же мы не умеем жить спокойно? Вечно на наши скромные персоны сваливается масса проблем, не житейских, так сердечных. Я уже чуть не принялась философствовать, как мой взгляд упал на «обламыватель». Без двадцати десять. Что?!! А ну подъем!

Я резво спрыгнула с кровати, обернулась в халат, схватила свои вещи и выбежала в коридор. По счастью, я столкнулась с Прити, она провела меня в мою комнату. Я переоделась, умылась и спустилась вниз, в гостиную, чтобы полить цветы. Но лучше бы я этого не делала.

Прямо посреди комнаты мой маленький босс вдохновенно целовался с Таулой, не замечая ничего вокруг. Я почувствовала, как лейка дрожит в руках и постаралась как можно скорее скрыться оттуда. Противный горький комок застрял где-то в горле, совсем выводя меня из равновесия. Я оставила лейку на какой-то тумбочке, бесцельно прошлась по незнакомым комнатам, вышла во двор, баз всякого энтузиазма разглядывая открывшийся мне вид.

Загородный дом Коу был обычным двухэтажным зданием из красного кирпича, но зато по стене был пущен декоративный темно-зеленый плющ, оживляющий картину. Небольшой садик утопал в цветах, за домом разместился довольно большой бассейн.

Когда я вернулась в дом и принялась убирать комнату хозяев, я видела из окна, как молодая парочка нежилась в нем…
____
Шарль Перро – французский поэт и критик, больше известный своими сказками, такими как «Золушка, или хрустальная туфелька», «Спящая Красавица» и др.
______________________________________________________________

Глава 5
Все, с этого дня я начала побивать все рекорды по трудоспособности и маскировке. Я отчаянно не желала видеть Ятена, и, как только на горизонте появлялась его вполне приметная фигура, сразу находила себе сотню срочных дел, которые требуют моего незамедлительного вмешательства, да подальше от маленького босса. Коу же как назло вырастал передо мной буквально из-под земли, как черт из табакерки, но я (уже опытный в этом деле ниндзя) мгновенно испарялась… куда-нибудь. В общем, мы с Ятеном затеяли кошки-мышки, не сговариваясь. Бред. Иногда эти прятки сводились чуть ли не к абсурду: я раньше вставала, чтобы не столкнуться с ним на пути к ванной, даже в комнате на ночь запиралась. Будто кто-то на меня посягал. Ага. Сейчас!

Но пока я шухерилась по углам, Коу тоже не дремал. А именно – разрабатывал коварный план на мой счет, о котором я и не догадывалась, так что передаю перо этому затейнику, чтоб его… В общем, прошу любить и жаловать!

Автор: все тот же несравненный Ятен Коу

Моя жизнь превратилась в дребедень. Нет, не скажу, что раньше она была полна философского смысла и гениальных свершений, но, по крайней мере, я хоть что-то понимал в себе. А сейчас? Да ну нафиг этот винегрет!

Просто скажите мне, как адекватные люди не очень адекватному человеку: то, что я как маньяк бегаю за своей горничной – это лечится?

Сейчас я стоял в своем кабинете (еще одна бесполезная комната) и смотрел из окна, как Айно мило беседует с садовником, который отстриг уже половину куста и все еще продолжает кромсать несчастное растение, загипнотизировано глядя на девушку. Я поскрежетал зубами. Уволю, к чертовой матери. Считайте меня, кем хотите, но этот ловелас в последний раз пялится на мою (о, мне это нравится! – прим. ред. Минако) горничную своими гадкими маслянистыми глазками. Гиена похотливая. А я-то чем лучше?

Не знаю, о чем я думал (да и думал ли вообще), но я выскочил из дома и направился прямиком к сладкой парочке. Садовник, увидев меня, аж в лице переменился, Айно стояла ко мне спиной, но, видимо, заметила, как посерел ухажер, и обернулась. Видок такой, словно с приведением поцеловалась. Три секунды – и ее уже и след простыл, но ее счастье, что я не на нее охотился.
-Так, - рявкнул я на садовника, который был готов на тот свет отправиться, - это еще что? – я ткнул пальцем на истерзанный лысый куст.

Парень задрожал губами, силясь что-то сказать, но у него ничего не выходило. Я не без злорадства отобрал у него ножницы из онемевших пальцев и холодно произнес:

-Ты. Уволен.

Развернулся и ушел, испытывая почти садистское удовольствие. Только оказавшись у себя в кабинете, я осознал, что натворил. Я только что уволил садовника. Просто так. Из-за какого-то дурацкого куста, хотя я эти насаждения терпеть не могу! Ощущение было такое, будто кто окатил меня ледяной водой. Что я творю из-за этой Минако? Не в кусте же, в самом деле, весь вопрос. Я приревновал ее. Че-о-орт, закапайте меня кто-нибудь…

Я совершенно машинально набрал номер Нефа, надеясь, что он еще жив после разборок с родственниками и способен вставить мне мозг на место. Друг ответил практически сразу:

-Ну что у тебя там опять, неудачник? - лениво протянул голос моего чуткого, понимающего друга.

-О, ты еще вменяем, алкаш несчастный? – не упустил возможности подколоть я. – Как так? Уже пять часов, а ты еще три слова в предложение сложить можешь!

-Заткнись, убожество.

-Ошибка генетики.

Молчание. Всегда умиляли наши дружеские беседы, полные понимания, поддержки и любви.

-Как родители? – уже спокойно спросил я. – Не лопнули там от злости после неудачной party?

-Ну, - фыркнул Ли, - мини - апокалипсис устроили. Особенно мать истерила, еле валерианкой откачали. Целый день причитала, какой я неблагодарный сын и, по-моему, всех уже в доме достала приступами капризов.

Зная мать Нефрита, этого стоило ожидать.

-А что там с отцом?

-Ой, да этому-то все до лампочки. Ему и матери с ее дурным настроением достаточно. Меня больше братец убил, который приперся с огромным букетом цветов для «очередной невестки», чем окончательно добил стариков и слуг, которые ухаживают за моей дражайшей матушкой.

Брата Нефрита, Ромула, не было на «помолвке», если что.

-Я уже тогда хотел его придушить, но нет, свеликодушничал, - злобно продолжил Нефрит, - зато несколько дней назад обнаружил его в «Панаме» с Макото Кино. А потом эти двое ушли на свиданьице, - едко закончил Ли.

Я проматерился. Слов не находилось.

-Знаю я, чем эти свидания заканчиваются. Как правило, постельной сценой «детям до восемнадцати…», - и вдруг добавил: - А у тебя там с Минако едва ли лучше, похоже.

Меня даже не удивило, что Таулу он не упомянул.

-Представляешь, она от меня бегает.

-В каком смысле? – не врубился Нефрит.

-В прямом. Как только я появляюсь рядом, ее как ураганом сносит.

-Так, бревно бездушное, - строго потребовал Неф, - признавайся, что ты ей сделал?

-Да клянусь тебе, ничего, - жарко оправдывался я. - вел себя паинькой, хоть нимб над головой вешай! Хотя… - с сомнением проговорил я. - Может, это она из-за Пушистика?

-Из-за хорька? Причем тут хорек? - совсем растерялся Ли.

-Да он сбежал, подлец этакий, а Минако на него наткнулась, сильно напугана была. Мне потом Таула сказала, что Мина вообще никаких грызунов не терпит.
-Не думаю, что причина в этом. Слушай, а может… - неуверенно начал друг. – Оставить тебе ее в покое, а (еще чего! – прим. ред. Минако)?

-Ага, сейчас (вот именно! – прим. ред. Минако)! – возмутился я. – Будто ты собираешься оставить Кино в покое. Да ты скорее сам себе глотку перегрызешь, чем благословишь своего братца на долгое семейное счастье, тем более с девушкой, которая тебе нравится. Тоже мне, святоша.

-Истину глаголишь, сын мой, - прыснул Нефрит, - только вот у меня нет постоянной девушки, мое белобрысое недоразумение.

Да, можно со всей полнотой чувствовать себя подлецом. Полным кретином. Ничтожеством.

-Эй, ты чего там завис? – озабоченно спросил Неф на мое молчание. – Да ладно тебе, я всего лишь пошутил.

-Ты прав, - вздохнул я. – Но, знаешь, я сделаю последнюю попытку, и если Айно от меня отвернется, то действительно оставлю ее в покое.

-И что это будет за попытка? - настороженно спросил Ли. – Это не противозаконно?

-Нет, меня вряд ли посадят, - рассмеялся я, а план тем временем уже зрел в моей голове. - Я тебе потом все расскажу. Вон, Минако идет по двору, мне надо заманить ее в подвальный коридор, - скороговоркой протараторил я и, не прощаясь, повесил трубку.

Время пошло…

*****
Я шла по двору и, как воришка, оглядывалась по сторонам. Слава Богу, все чисто. Но не успела я вздохнуть свободнее, как услышала с крыльца голос Ятена:

-Минако, помоги убрать мои вещи, пожалуйста! – и беловолосый тут же скрылся в доме.

Мне ничего не оставалось, как посеменить следом. В прихожей действительно стояли две корзины с бельем и мой ненаглядный босс.

-Это нужно отнести в подвал на стирку, - объявил он, показывая на вещи.

В подвальном помещении находилось что-то типа прачечной, тут ничего особенного. Только вот я присмотрелась к вещам: они убраны в шкаф сегодня утром!

-Это уже постирано, - недоуменно проговорила я, но Ятен лишь невозмутимо фыркнул:

-Они запачкались, - и пошел к двери в подвал, схватив огромную красную корзину.

Искренне ничего не понимая, я взяла маленькую синюю корзинку и пошла за маленьким боссом. Я сразу невзлюбила этот подвал: в отличие от светлого, красивого дома, эта часть здания была запущенной, неухоженной. Двери зловеще скрипели, замки заедали, пахло сыростью. Я с неудовольствием вывалила абсолютно чистую кучу белья около стиральной машины и уже стала подниматься по каменной лестнице , не дожидаясь Коу, к коридору, ведущему из подвала, как услышала громкий щелчок «Клак!» и замерла на месте. Нет, этого не может быть!..

Я тихонько застонала и бросилась к двери, судорожно задергала ручку.

-Ятен! – умоляюще вскрикнула я. – Дверь захлопнулась!

Через секунду рядом возник Коу, отодвинул меня от двери и принялся сам отпирать ее, но тщетно. Он несколько раз так двинул по ней плечом, что, кажется, даже Фудзияма бы с места сдвинулась, но только не чертова дверь из подвала.

-Бесполезно, - вздохнул Ятен, потирая сбитые костяшки пальцев.

-И что же делать? – жалобно проскулила я, обнимая себя за плечи.

Я не упоминала, но вообще-то здесь довольно холодно, даже летом. Да и жутко – быть запертой в подвале… У меня озноб пробежал по коже – то ли от холода, то ли от страха.

-Ждать, пока нас отопрут, - вполне спокойно ответил Ятен и стал спускаться в прачечную.

Я стояла, как вкопанная. Как ждать? Нужно кричать! Нужно звать на помощь!

-Эй, Мина, ты тут замерзнешь, - все так же невозмутимо произнес Ятен, останавливаясь на лестнице; и как его не знобит в тонюсенькой футболочке и шортах?

Нет, никуда я не пойду. Я буду звать. Я не хочу быть рядом с ним, считайте меня параноиком. Мои фантазии на счет маленького босса и так зашли слишком далеко, я должна держаться от него подальше.

Видя, что я никуда не собираюсь, Коу вздохнул и снова стал спускаться, быстро пропадая из вида. Господи, я тут осталась одна?

Но вдруг я услышала вскрик внизу и какое-то движение. Я подбежала к лестнице и увидела, что в самом конце сидит Ятен и крепко держится за лодыжку правой ноги. Я быстро спустилась к нему и испуганно спросила:

-Ты в порядке? – дибильный вопрос.

Ятен стиснул зубы и только кивнул на ногу. Я аккуратно надавила на больное место, и маленький босс вздрогнул, что не укрылось от меня.

-Пошевелить можешь?

Он тихонько пошевелил. Ну, хоть не перелом.

-Так, - начала командовать я, - хватайся за меня, и идем на груду белья, которую приволокли.

Коу поднялся, и мы неловко поскакали в прачечную. Я старалась не думать, почему рука моего маленького босса лежит пониже моей талии. Так мы доковыляли до места, я усадила больного на кучу белья, а сама отсела подальше.

Сейчас уже вечер, я верила, что скоро нас хватятся и примутся искать, но чуда почему-то не происходило. Я вконец замерзла, хотя вытащила из-под Ятена половину его вещей, и когда Коу красноречиво похлопал ладошкой на место рядом с собой, я беззастенчиво села рядом и ввинтилась ему в подмышку. Он обнял меня. Я не знаю, сколько мы так просидели, я просто блаженно заснула.

Пока кто-то не толкнул меня в плечо, и я не увидела зелено-карие глаза Таулы…
_________________________________________________

Глава 6
Я неосознанно дернулась, резко смахивая сонливость.

-Я отперла дверь, - глухо проговорила Таула, опуская глаза, словно ей было больно смотреть на меня, как на палящее солнце.

Что такое? Что случилось? Но не успела я задать этих вопросов, как наткнулась на ответ, сладко сопящий на моем плече и обнимающий меня за талию. Я почувствовала, как жар волной заливает мои щеки. Хотелось пролепетать что-то в свое оправдание, но Таула явно не ждала от меня никаких слов; она потрепала за плечо Ятена, но тот лишь сонно тряхнул головой и еще крепче захватил меня в кольцо рук. Девушка заморгала часто-часто, пряча предательски щипавшие глаза.

Я мягко, но решительно, высвободилась из теплого плена, стараясь избегать каре-зеленого взгляда. Черт возьми, как мне было стыдно за это перед ней, хотя я честно старалась избегать маленького босса. Мне не хотелось делать ей больно. Она не заслуживает этого.

-У него повреждена щиколотка, - промямлила я, как истукан стоя на месте и глядя, как Таула освобождает спящего Ятена от слоя рубашек, в который он завернулся, чтобы не замерзнуть.

-Я люблю его, - тихо сказала она, не оборачиваясь ко мне.

Я проглотила тугой ком, образовавшийся в горле. Что мне сказать? Что я тоже люблю его? Что он мне снится? Что изо всех сил бегу от него, но он, словно гравитация, притягивает меня к себе? Я молчу, уперев взгляд в пол. Нет сил говорить.

-Знаешь, Минако, - горько хмыкнула она, глядя на Ятена, - это больно. Больно, что он меня не любит. Нет, он волнуется за меня, заботится, бережет. Но не любит. А хуже этой обманчивой нежности ничего нет, - она осторожно провела кончиками пальцев по его щеке. – Я не жалуюсь, Минако, ты не подумай, - Таула смахнула слезы и встала рядом со мной.

Мы обе смотрели на спящего Ятена и молчали. И не было даже ненависти, которая, быть может, была спасением для нас. Мы не ненавидели друг друга, и в этом вся драма.

-Надо все-таки разбудить его, - вздохнула я, но не тронулась с места.

Как бы то ни было, Таула – его девушка, и это ее право будить его, быть рядом с ним. А я? А я всего лишь горничная, придумавшая сказку. Вот и все. Мне хотелось развернуться и уйти, но я все еще помнила, что Ятен поранил ногу, и Тауле будет тяжело одной поднимать его.

-Эй, Ятен, - в полный голос позвала парня Таула, и тот, вздрогнув, наконец открыл глаза, сонно щурясь.

Он потянулся и встал, подавляя зевоту, а я почувствовала, как что-то мерзнет внутри меня. Он стоит. Он спокойно стоит, опираясь на обе ноги. Он обманул меня, что повредил щиколотку! Зачем?

Заметив мое выражение лица, он спохватился, но уже глупо притворяться больным. Коу почти испуганно глядел на меня, но мне уже было все равно. Я развернулась и вышла, чеканя шаг.

Растерянность, гнев, недоумение, шок – коктейль из этих чувств бушевал в моей груди. Я металась, как зверь, загнанный в неволю, но не могла расставить все по местам. Наверное, мы все сходим с ума. Втроем. Мы до такой степени запутались в собственной паутине, что просто так уже не выберешься, не оборвав эти самые нити между нами. Я хотела разорвать их, бегая от Ятена, а в итоге оказалась почти припаяна к нему. Выход, выход… Где же выход?

«Увольнение!» - пронеслось у меня в голове, быстро, как молния. Если я уволюсь, то все наконец разрешится. У нас с Ятеном больше не будет поводов видеться, а там, как говорится, с глаз долой – из сердца вон. Но одна только мысль об этом заставляет задуматься, что это будет не избавление, а наказание. Причем, я не знаю, для кого это будет большим наказанием: для меня, Таулы или Ятена? А может, для моей мечты стать юристом?

Я заперлась в своей комнате и уставилась за окно. Безмолвный, равнодушный лес, окружавший загородный дом Коу, тихо качал своими ветвями. И почему дом построен в таком безлюдном, забытым Богом месте?..

Нет, ну что же мне все-таки делать, что делать?.. Я заходила из угла в угол своей маленькой комнаты. Нет, пока я не узнаю, зачем Ятен притворялся больным, ничего не решится. Собрав всю волю в кулак, я вышла из комнаты, чтобы во что бы то ни стало поговорить с ним откровенно. Хватит пряток. Хватит молчания.

Что самое интересное, Ятен сам отыскал меня. Не успела я спуститься на первый этаж, как была перехвачена им и затащена (да-да, без всяких лишних церемоний) в первую попавшуюся комнату, оказавшейся кладовой. Я даже пикнуть не успела, а дверь уже замкнулась за моей спиной, оставляя нас в кромешной темноте. Щелкнул переключатель, и тусклая лампочка осветила швабры, ведра, полки с какими-то тряпками и бутылками; и Ятена. По его виду сразу можно было понять, что разговор будет долгим. Я спокойно перевернула железное ведро вверх дном и уселась. Ну, маленький лживый мерзавец, я жду объяснений.

-Понимаешь, дело в том… - Ятен сбился, чертыхнулся и беспомощно уставился на меня.

-Зачем ты притворился, будто у тебя что-то с щиколоткой? – решила помочь ему я.

-Чтобы ты не вела себя, как упрямая дурочка и, наконец, спустилась в прачечную. Ты бы в три секунды заледенела, если б не завернулась в мои рубашки.

Ага, это будет даже не разговор. Допрос. Ладно, как вы пожелаете, Ятен Коу.

-А дверь?..

-Ты что, хочешь сказать, что я каким-то магическим образом сумел захлопнуть дверь, пока был внизу? – он вопросительно приподнял бровь. – Дело в сквозняке, наверное.

Что за бред? На мой взгляд, случайности – самые неслучайные в мире вещи. Что-то слишком много здесь накручено. Я чувствовала, что даже начинаю раздражаться.

-Да что ты говоришь? - наивно похлопала глазками я. - Прямо все у нас так гладко и красиво! И дверь закрылась именно в тот момент, когда мы были внутри, чтобы, между прочим, отправить в стирку абсолютно чистое белье.

-Так, - нахмурился он, тоже раздражаясь. - Да, тут без меня не обошлось, но к чертовой двери я не имею никакого отношения. А белье – тупой предлог, чтобы поговорить с тобой!

-Да о чем нам с тобой разговаривать? - взвилась я и так резко вскочила со своего импровизированного стула, что ведро с лязгом полетело по полу.

-Да хотя бы о том, почему ты бегаешь от меня! – проорал он.

Обстановка была такая, будто в этой маленькой каморке кто-то создал электрическое поле. Даже дышать было нечем, а взгляды, словно вспышки молний, сверкали. На несколько секунд мы затихли, будто в перерыве между раундами. Мне не хотелось признаваться в очевидном.

-Ни от кого я не бегаю, - сухо буркнула я, пряча взгляд.

-Ага, конечно, - саркастично усмехнулся Коу. – Только я понять не могу: что я такого тебе сделал, что ты шарахаешься от меня, как от чумного?

И опять я не могла найти, что сказать, как это уже было с Таулой.

-Не пори ерунду, - вздохнула я и направилась к выходу, но Ятен загородил мне дверь; я удивленно замерла: - Дай мне пройти.

Я почувствовала, как озноб бежит по коже, когда все-таки подняла на него взгляд. Передо мной уже стоял не Ятен, которого я знала, а совершенно другой человек. Зверь. Пантера с потемневшими зелеными глазами, готовящаяся к смертоносному прыжку. Опасный хищник перед слабой добычей. Он тяжело дышал и смотрел на меня исподлобья, так, что я неосознанно попятилась назад и уперлась в инвентарь (то ли швабры, то ли грабли). Повинуясь древнему, как мир, инстинкту самосохранения, я напролом побежала к двери, распахнула ее и тут же оказалась в кольце рук, прижатой лицом к груди парня.

Я отчаянно забрыкалась руками и ногами, подняла лицо, чтобы закричать, но мои губы накрыл поцелуй: жесткий, дикий, почти болезненный. Я оказалась в силках, и что самое ужасное - с каждой секундой я сопротивлялась все меньше и меньше, пока просто не обмякла в его руках. Наконец, Ятен перестал так на меня давить, и мы полностью отдались страсти. Мне больше не хотелось бежать, звать… В голове – туман. И знаете… это лучше самого яркого и правдоподобного сна на Земле.

Думала ли я сейчас, что у Коу есть девушка, которую я очень уважаю? Думала ли я о предательстве и измене? Нет. Ноль сожалений. Только судорожный, ломкий стук сердца. Только кровь к щекам. Только его тепло.

Всему в этом мире свойственно кончаться, и как только мы дали друг другу секунду для вздоха - этого хватило, чтобы сознание просветлело и погнало меня прочь из его рук, в никуда, спотыкаясь и заводя в тупики. Жертва скрылась, а хищник остался один. Но жертва все равно проиграла. И она знает это.

Я помню это чувство так ярко, будто все это было вчера, и даже воспоминание заставляет меня краснеть, а сердце безумно биться. Я не знала, что делать. И как спастись от себя? Как забыть, что я обняла его, ответила на поцелуй, сдалась? И нужно ли забывать?

Я внимательно осмотрелась и только сейчас поняла, что забрела в хозяйскую часть дома. Более того, я стояла у комнаты Таулы и Ятена, в которой была только несколько раз для уборки. И у меня часто появлялось ощущение, что до меня уже кто-то убрался, ну, распихал личные вещи по шкафам и прочее. Мне нужно было только вымыть пол, проветрить, полить цветы, вытереть пыль… Если в доме Коу я могла найти трусы Ятена чуть ли не в цветочном горшке, и это было вполне нормальное явление, то здесь меня как будто отгораживали от личных вещей.

Я не знаю, что со мной произошло (стресс, шок, крыша поехала?), но я, словно вор, открыла дверь и шагнула внутрь и тут же заперлась, однако, не на замок. Огляделась. Комната напоминала дорогой номер отеля «Люкс» - чистая, дорогая и до неприличия огромная. Окна выходили на запад, так что каждый день (когда позволяла погода) мой маленький босс наблюдал закат… Прямо напротив двери, у которой я топталась, находилась громадная кровать, явно не для одного человека, а, как минимум, для четырех. По бокам – тумбочки. Я подошла к постели и по вещам на тумбе поняла, с какой стороны спит Ятен. Справа. Маленькая вазочка с садовыми цветами, зеркальце и браслет, конечно, принадлежат Тауле. А у Ятена – кто бы мог подумать? - пачка корма для грызунов (не иначе как Зубоскала откармливает) и резинка для волос. Повинуюсь любопытству, я аккуратно села на постель и отодвинула один из ящиков. И замерла. Там лежало только фото. На фотографии была я сама, причем было заметно, что фото было сделано тайком, я не смотрела в объектив. Эта фотография сделана в доме Коу: я в своей вечной бело-синей форме стою на табуретке и стираю пыль с люстры в комнате Ятена, вытянувшись изо всех сил. Выражение лица - до ужаса глупое и нелепое. Я аккуратно взяла снимок в руки, зачем-то повертела его и снова сунулась в ящик. Что я еще увижу у Коу? Целый альбом моих фотографий? Куклу-вуду? Но ящик был пуст. Я пошарила рукой – ничего. Только фото.

Голова просто разламывалась. Ревность Таулы. Поцелуй маленького босса. И вот теперь – мое фото у него в ящике. Как это расценивать? Как очевидное или как мою богатую фантазию?

Я снова взялась разглядывать снимок.

-Интересно? – вдруг раздался громкий голос Коу, и листочек с моей мордашкой вылетел из моих пальцев и нырнул под кровать.

Я обернулась на голос. В дверях стоял Ятен и мрачно глядел на меня, скрестив на груди руки. Он зашел и предусмотрительно запер дверь. На замок.
__________________________________
Глава 7
-Ээ… - ничего умнее просто не приходило в голову.

Все, киса, ловушка захлопнулась. Я медленно встала с постели, зачем-то поправляя волосы. Мысли превратились в одну сплошную кашу, выудить из которой что-то членораздельное – просто невозможно.

-Ты не о том подумал… - жалко промямлила я, совершенно не имея понятия, что вообще мог мой маленький босс вообразить при виде девицы, которая нагло шарит по его тумбочке. То, что я фетишистка? Воровка? Или еще что похуже? – Я просто…

-Ковырялась в моих личных вещах? – саркастично хмыкнул Коу, направляясь ко мне, как кобра по песку – резко и одновременно плавно.

У меня появилось острое чувство дежа вю, а в голове кто-то противно запищал: «Спасай свою пятую точку, Айно!!!» Это может закончиться Бог знает чем ( прости меня, Небо, за пошлые мысли!).

-Не важно, - отрезала я, машинально стаскивая с кровати подушку и прижимая ее к себе наподобие щита, будто какие-то жалкие перья в наволочке способны помочь мне в случае чего.- А вот что моя фотография у тебя в тумбочке делает – тот еще вопрос.

Мы плавно двигались по комнате – на медленный шаг Ятена я отвечала двумя, один минус – мне приходилось идти спиной, а так и голову свернуть недолго. Но отвернуться от него и хоть на секунду выпустить хитрый взгляд – увольте! Мало ли, что этому сумасшедшему в голову взбредет?!

-Не собираюсь удовлетворять твое любопытство, - дразнящее улыбнулся он мне, - пока ты не ответишь, почему ковырялась в моих вещах.

-Вот еще, - фыркнула я. Я это себе-то объяснить не могу, не то, что Коу.

Неожиданно ручка двери нагнулась, раздался стук и голос Таулы:

-Эй, Ятен, ты что заперся-то?

Мы замерли с одинаковым выражением ужаса на лице. Коу тихо проматерился, в один прыжок оказался около меня, схватил за руки и быстро потащил к узкому деревянному шкафу.

-Сейчас! – крикнул он, помогая забираться мне внутрь.

Я чувствовала себя какой-то любовницей-неудачницей, попавшейся прямо перед приходом законной жены. Это ж надо было глупо так случиться! И что самое комичное – никакая я не любовница. Неудачница – это да.

Раздался щелчок открывающийся двери.

-Что закрылся?

-По привычке.

Вот лгун! Наверное, не раз так проделывает.

Я села на дно шкафа, стараясь не издать при этом ни малейшего скрипа. Странно, что он был пуст: ни блуз на вешалках, ни брюк… Хотя, когда у тебя десяток таких вот личных шкафчиков, наверное, на всех белья не хватит. Черт, о какой бредятине я думаю?

-Слушай, - тяжелый вздох. – Нам с тобой нужно поговорить.

Я ощущала, как начинаю краснеть, словно читаю чью-то личную переписку, но прижалась ухом к дверце. Любопытство, как известно, кошку сгубило…

-О чем же?

-О нас. А точнее, о том, что никакого «нас» уже нет. Давно.

-Таула…

-Нет, дай договорить. Я ведь очень долго молчала, правда? – грустный смешок. – А ведь надо было прекращать это раньше, пока… пока не так больно. Не знаю, чего я ждала. Того, что когда-то перестану быть для тебя подобием младшей сестры, наверное. Молчи, Ятен, - предостерегающе сказала девушка. – Я говорю сегодня. С опозданием, но говорю. Знаю, что никакая другая девушка не продержалась бы рядом с тобой столько, сколько пробыла я. Ни одна не стала бы для тебя таким верным другом, такой спокойной гаванью. И я была им и остаюсь сейчас, что бы не случилось. Помни это. Я знала, что это закончится, хотя надеялась в глубине души, что ты все-таки полюбишь меня. И одновременно понимала – я всего лишь дубликат, временная замена той, другой девушки, которую ты все еще ждешь.

-Ты никогда не была для меня дубликатом, - голос Ятена глух и горек. – Ты всегда была для меня собой.

-Спасибо за эти слова, - тихая усмешка. – Но сути это не меняет. Ты не любил. А если и любил, то это было совсем не то чувство, которое испытывала я. И вот на горизонте появилась ОНА. Девушка, которая разожгла не только твой физический интерес, но и духовный. Минако.

Я захлопнула рот ладошкой, чтобы не пискнуть и не выдать свое местонахождение.

-Я всегда чувствовала, когда ты увлекаешься очередной пассией на бурную ночь и скандальное утро с соплями, слезами и обвинениями. Даже научилась мириться с этим, совсем раздавила гордость. Но это был другой случай. Знаешь, что тебя выдало? Глаза. Они горели. Горели так, как никогда. Сначала я подумала – о, господи, какая наивность! – что ты, наконец, стал что-то чувствовать ко мне, и только позже поняла, что твой взгляд горит не для меня. Я осознавала, что теряю все, что мой мозаичный мир, который я так долго и тщательно строила, рассыпается. Но не спасалась. Я погибала со своим детищем.

-Нет надо, пожалуйста, - взмолился Ятен, и я чувствовала, как сама готова разрыдаться.

-Надо, надо уметь отпускать. Подожди чуть-чуть, я почти закончила, - ее голос был мягок и печален. – И вот, Ятен, я стою на руинах моего мира. Мне надо уйти.

Я не выдержала и приоткрыла дверцу. Щель показывала как раз Ятена, закрывающего лицо руками, и Таулу, которая тщетно пытается отвести его ладони. Слезы уже вовсю скользили по моим щекам, но я не пыталась их стереть.

-Не надо, родной, пожалуйста, - просила Таула, чуть не срываясь на рыдания, - мы же всегда будем друзьями, правда? Ты слышишь меня? Ведь будем, да?

Ятен прерывисто обнял ее, так крепко, словно она могла раствориться в его руках. Девушка прижалась к нему в ответ, а я закусила кулак, чтобы не взвыть в голос. Что я наделала? Им всем так больно… из-за меня. Только я всему виною…

Я даже не заметила, как Таула покинула комнату, как скрипнули за окном шины, говоря, что девушка уехала. Только звон в ушах и горячие слезы. Дверца шкафа открылась, я почти вывалилась наружу, но не собиралась покидать свою каморку. Я плакала, уже не скрывая слез, боли, горечи, а Ятен все стоял и смотрел в одну точку. Без чувств, без эмоций и истерик. В этом вся его боль. Вдруг он резко сорвался с места и выскочил из комнаты.

-Все вон! – раздался его крик, пробирающийся в самую душу. – Убирайтесь!

Я заставила себя встать и высунулась в окно: на дворе действительно стали сновать повара и слуги, а Коу, как сумасшедший, бегал по двору и что-то кричал. Буквально через пятнадцать минут синий микроавтобус с взбудораженным персоналом сдвинулся с места. А как же я? Относятся ли слова Ятена ко мне? Впрочем, безразлично…

Я прошла по пустынному дому в свою комнату, не испытывая ничего, кроме смертельной усталости. Набрала номер Мако, но трубку долго не поднимали, пока, наконец, не раздался приятный мужской голос:

-Да.

На секунду я даже растерялась. Еще никогда мне не отвечал мужчина по этому номеру.

-А можно… Мако?

-Она в ванной, перезвоните попозже.

-Хорошо, - я нажала «отбой».

В доме Кино находится мужчина, а она моется. Звучит как-то интимно. Но на выяснение подробностей даже не было сил. Мой мозг, мое сердце, моя душа будто стали полыми, равнодушными. Я оставила трубку на кровати и спустилась вниз, а потом и вышла в сад.

С небо безразлично глядело солнце, на холодном, пронзительно-голубом небе ни облачка, молчаливый лес, обнимающий дом Коу, все так же тихо качал своими ветвями. Все было так, будто ничего и не произошло, будто только что не сломалась чья-то судьба.

Я огляделась в поиске Ятена, впрочем, не удивилась бы, если бы не нашла его. Но он стоял у калитки и смотрел куда-то в лес.

-Что ты думаешь? – спросила я, но он даже не обернулся.

-Думаю, что я последний урод, - через некоторое время ответил он и вышел за калитку, неспешно побрел по тропе, ведущей в гущу деревьев.

Я пошла следом. Оставаться в этом пустом, покинутом всеми доме было просто неприятно. Мы зашли в лес, который был довольно редким и светлым в самом начале, однако, уверена, чем дальше, тем неприветливее станет заросль. Но Ятен без всякой опаски шагал внутрь, пока не вывел нас на маленькое лесное озеро. Он сел на берег и принялся разглядывать воду, хотя, вряд ли он что-то видел перед собой.

Я села рядом.

-Я эгоист, Минако, и всегда им был, - вдруг заговорил он. - Я привык получать все, что хочу, будь то деньги, дорогие безделушки или девушки. А что мне мешает? – безрадостно усмехнулся маленький босс. – Папочка у меня богатенький, смазливая мордашка – при мне. Мы с Нефритом кутили день-деньской, не оглядываясь ни на что. Катали на крутых тачках девиц, просиживали в таких клубах, куда могут попасть не каждые состоятельные люди. Мы не видели дальше своего носа, Минако. Мы катились куда-то вниз, в дыру, чтобы окончательно деградировать. Нефрит-то хотя бы в университет ходил, да и то потом бросил. У меня появилась Таула, очень хорошая девушка, которую мне не хотелось использовать. Она права, я не любил, но эгоистично держал рядом с собой. Я, как сорняк,, вцепился в цветок, чтобы высосать из него все соки, все жизненные силы. Она не была тупой курицей, которых около меня крутилось сотнями, не лукавила и не строила из себя высшее общество, хотя ее отец – нефтяной магнат. И мне нравилась эта ее искренность. И вот теперь… - он развел руками.

-Если ты осознаешь свои ошибки, то не все потеряно, - осторожно проговорила я, боясь спугнуть откровение, которое промелькнуло между нами.

-Но я не пытался ничего исправить. Одного осознания мало, Минако. Если слова не подкрепленные действием, то они – всего лишь пустой звук. Мало того, я снова поддался на свою прихоть и привез тебя сюда. Из собственного эгоизма. Наплевав на чувства Таулы, на то, что тебе может быть неловко. Я же царь, я же могу делать все, что захочу! Какое мне дело до других? Есть только я! – его лицо исказило неподдельное страдание. - Но ты заставила уважать меня твои чувства. Ты показала мне при первой нашей встрече, что ты – человек, у тебя есть гордость. Я зауважал тебя, да. Но я ведь эгоист, помнишь? Если я не относился к тебе, как к плебею, это не значит, что я находил что-то выше своей собственной гордыни. И знаешь, куда это ведет?

Я отрицательно помотала головой.

-К одиночеству.

Мы сидели и молчали, не находя слов. Сколько прошло времени? Минута? Час? Вечность? Усталость тяжелой ношей лежала на плечах.

-Пора возвращаться, - вздохнул Ятен и поднялся с земли, отряхивая шорты.
Я тоже поднялась.

Но неожиданно раздался резкий, хрусткий звук, будто сломалась сухая ветка. Мы замерли. Коу нахмурился. Я судорожно огляделась, еще раз посмотрела на мертвенно-бледного Ятена и резко глянула, куда он смотрел. И обмерла.

Из-за кустов на нас смотрела огромная мохнатая морда.
___________________________

@темы: Мои фанфики

15:36 

Красавчик (Часть 2. Главы 8-11)

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Глава 8
…А ранее у Макото Кино…

Автор: Мако Кино

«Панама» - это волшебное место. Я только стала там работать, но с самого начала, буквально с первого часа, влюбилась в этот бар. Он словно срисован с американского фильма о высшем обществе: стильный, чистый. Тут не увидишь пьяную распухшую рожу, распластанную по столешнице, и вряд ли мне понадобятся мои знания по самообороне с помощью подноса. Да, после насыщенного рабочего дня очень устаешь, но сама атмосфера «Панамы» будто лечит тебя. Зал выполнен под солому (дабы еще сильнее сделать сходство с соломенной шляпкой), пол застелен циновками, на стенах – необычные аксессуары, которые привезены Ли из разных стран, в которых он побывал. Ромул просто боготворит свое детище и внимателен к своим служащим: от менеджера до поломойки, так что и в коллективе полный инь-ян. Кажется, нет такой ситуации, которую Ром не мог бы разрулить. Идеальный начальник. И идеальный мужчина.

Нефрита я тоже очень часто встречала в «Панаме», но он не был так радушен, как младший братец. Наоборот, часто ходил мрачным. Я то и дело ловила его хмурый взгляд, причину которого не знаю, уж чем там насолила его высочеству Нефриту Ли, только ему и известно.

…Это был обычный конец рабочего дня… Как лирично! Через полчаса «Панама» закрывалась, заняты были всего несколько столиков, и я спокойно отдыхала у барной стойки, ощущая приятную усталость и удовлетворенность, что ли. Вот опустел зал, закрылась дверь за последним посетителем, на часах – 23:48.

-Ну что, убираемся и закрываемся? – я улыбнулась своей напарнице, красивой рыжеволосой девушке Рите. – Ромул сегодня оставил ключи нам.

-Как закрываемся? А Нефрит?

-Что – Нефрит? – не поняла я.

-Нажрался в доску в VIP-кабинке и, похоже, никуда уходить не собирается.

Хм, я и не знала, что Ли-старший тут торчит. Похоже, все его заказы на спиртное принимала Рита. Господи, чем он по жизни вообще занимается, кроме как развлекается и пьет?

-Это не наши проблемы, - холодно произнесла я. – Рабочий день окончен, и пусть выметается в другое место.

-Сейчас, - с сомнением усмехнулась девушка, - пошлет он тебя на все четыре стороны, и будешь тут сидеть и ждать, когда он уйти соизволит.

-Посмотрим, - я решительно встала с высокого стула. – Где он затаился?

Рита указала мне на кабинку в дальнем левом углу зала, и я смело направилась туда.

Я разбиралась и не с такими. Что мне сделает эта белоручка, напомаженная и наманикюренная? Вот когда мы с Минако вытаскивали пьяных скинхедов из «Розового заката»… вот это было феерично, вот это было шоу! А тут?

Я бесцеремонно зашла в кабинку и усмехнулась почти презрительно. Типичная картина: на красивой отполированной столешнице лежит красивая шатенистая грива. Ну, не совсем типичная. Правая рука парня вытянута вперед, а вторая подложена под многострадальную и, похоже, безмозглую голову. Что я там говорила? «Тут не увидишь пьяную распухшую рожу, распластанную по столешнице…» Я переоценила «Панаму». Может, даже придется вспомнить, как орудовать подносом (хотя Мина с ним уже прокручивала этот номер). Ну раз уж Ли требует на бис…

-Эй, - я грубо толкнула Нефрита в плечо и не менее грубо гаркнула ему в ухо: - Мы закрываемся!

-А…что? – просипел «объект», на секунду отрывая голову от стола, но та была слишком тяжелой и тут же приклеилась обратно.

-Закрываемся!!! - и я отчаянно затрясла его из стороны в сторону, тщательно обтирая столешницу его волосами.

-Да ты…ты! Знаешь, кто я такой?!

Ого, он меня еще и на понт взять хочет?

-Прекрасно! Даже очень неплохо! – саркастично рыкнула я, сдаваясь и отходя от него на шаг.

Эту тушу так просто не растрясти. Так. Что тут у нас? О, ваза! Я выкинула жалкий веник куда подальше, повернула Нефрита так, чтобы его тело перекочевало на спинку стула ( голова тут же безвольно запрокинулась назад), без всякого стеснения задрала ему футболку и выплеснула ледяную воду прямо ему на живот. Первые две секунды все было тихо, а потом раздался чудовищный крик:

-Какого-а-а-а!!! – несчастный алкоголик весь сжался, прикрывая от меня живот.

-С добрым утром, страна! – не без злорадства сказала я, отходя от Ли на безопасное расстояние.

-Черт возьми, Кино! Ты что вытворяешь?! – на какое-то время глаза Нефрита прояснились.

-Привожу тебя в порядок, свинья неблагодарная.

В кабинку влетела перепуганная Рита:

-Что случилось? Где пожар?!

-Все нормально, успокойся, так, протрезвительные работы. Ты иди домой, я сама с ним тут справлюсь, - я стала буквально выталкивать озадаченную Риту из кабинки.

-Э-э! Рита! Не оставляй меня с этой садисткой! – завопил Нефрит, жалко морщась от собственного крика.

-Все нормально, Рит, просто вызови такси, я сама его усажу, - спокойным тоном заверила напарницу я, и та, все еще нервная и всклокоченная, ушла из «Панамы», предварительно заказав машину.

Мы с Нефритом снова остались наедине. Тот уже немного успокоился, но все еще с подозрением поглядывал в мою сторону стремительно пьянеющими глазами.

-Эй, не вздумай снова отключиться, - я погрозила ему кулаком для пущей убедительности.

-Заснешь тут с тобой, - буркнул он, и я помогла ему встать со стула и опереться на меня.

Вся его высоченная здоровая туша повисла на мне, и в моей голове мелькнула мысль, что ни до какой машины мы не доползем. Это ж надо быть таким толстым!

-Господи, Нефрит, - пропыхтела я, направляясь с ним к выходу с ним – качало меня, как шлюпку при шторме, – вот на кого ты похож?!

-На папу, - чистосердечно признался Нефрит, и я чуть не фыркнула от смеха.

Мы вышли наружу, я облокотила Ли о стену и приказала ему строго-настрого не сгибать ног – отодрать его от асфальта я уже не смогу. Я быстро закрыла бар и снова подхватила парня.

-А вот Ром, - продолжал почти бессвязно болтать он, дыша мне в шею, - похож на маму… да… вот скажи мне, Матоко… ой, Макото… чем он лучше меня?

-Ох, Нефрит…

-Нет, ты мне от-ответь, - он попытался топнуть ногой, но чуть не повалил нас наземь.

Чертов таксист, куда тебя занесло?!

-Он хотя бы не пьет и работает, - вздохнула я, держать из последних сил; ощущение было такое, будто я держу коробку кирпичей на плечах. - А ты чем занимаешься? Деньги на ветер бросаешь и печень нервируешь.

-А если я не буду печень нер-неврировать? И пойду работать? Ты пе-рес-та-нешь, - старательно выговорил он, - смотреть на меня, как на пустое место?

От этих слов я чуть окончательно не лишилась сил и рассудка заодно. Нефрит хочет, чтобы я обратила на него…внимание?..

-Вот тогда и посмотрим, - пропыхтела я, и тут к нам – не прошло и века! – подъехало такси.

-Довезете гражданина до дома? - я назвала адрес, который запомнила еще с неудачного фуршета, и вывалила тушу на сидение.

Водитель вытаращил глаза на мокрую в низу живота футболку и джинсы (вода попала и туда).

-Не волнуйтесь, это вода, - быстро проговорила я, уж так неоднозначно смотрелось это мокрое пятно, - и доведите его до входа, пожалуйста, - я накинула водителю еще пару купюр, дверь захлопнулась, и вскоре автомобиль скрылся за поворотом.

***
Почти всю ночь я крутилась на кровати, не в силах заснуть. В голове навязчиво застряли слова Нефрита и никак не могли оттуда выбраться. Мне было и приятно, и волнительно, и даже немного страшно. Вот почему, почему Ли попадает в мои объятия только в невменяемом состоянии? Или меня обнять можно лишь «под этим делом»? Да, еще и зная его короткую память, он все забудет. А ты, Макото Кино, мучайся себе и дальше!

***
Я пришла на следующий день, а точнее, вечер. Все как всегда. Перед началом рабочей смены ко мне подошел Ромул, а я невольно заулыбалась: какой же он все-таки клевый! Такой просто не может не нравиться: аккуратно выглаженная светло-голубая рубашка сидит как влитая, но при этом с элегантной небрежностью, черные брюки и такого же цвета лакированные туфли идеальны. Не мужчина – мечта. Увы, не моя мечта…

-Привет, - мы как-то сразу перешли на более свободную манеру общения (а как еще? На свидании «выкать»?). – Ты у нас снова в вечернюю? Тогда, если что, помоги Нефриту, а то он ничего тут толком не знает, кроме кабинета…

-Помочь? - не поняла я.

-Ты не поверишь. Он сегодня заявился ко мне и попросился на работу. Я чуть с кресла не упал! – а уж я-то как не упала, одному Небу известно. – Я его и спрашиваю: «И кем же тебя устроить?» А он так равнодушно: «Хоть официантом!» Не могу же я собственного брата официантом взять, так что прошу любить и жаловать нового администратора! – Ромул, видно, не замечал моего состояния. – Кстати, не давайте ему спиртного, он мне сказал, что бросил, а я его поймал на этом. Удачи! – он подмигнул мне и уже направился к выходу из бара, как обернулся и весело сказал: - Надеюсь, ты помнишь о нашем завтрашнем свидании? – и ушел.

Я безвольно села на ближайший стул. Неужели…? Нет, быть не может! Но тут в зал вошел Нефрит в строгом сером костюме. Он со всеми поздоровался, как-то неестественно робко посмотрел на меня и ушел в кабинет.

Надо сказать, вечер ему достался трудный, такое редко встречается в «Панаме». Без паники не обошлось, но все охотно помогали Ли, а я, волнуясь, как пятнадцатилетняя девчонка, наблюдала за ним со стороны. И сердце как-то сладко и тоскливо сжималось: «Неужели это он… ради меня?..»

За всеми этими переживаниями я и не заметила, как закончился рабочий день. Все набросились на вымученно улыбающегося Нефрита, чтобы поздравить его с первым рабочим днем. Наконец, парень прошел к барной стойке, где я потягивала последнюю на сегодня чашку зеленого чая с лимоном.

-Дайте-ка мне бутылочку в-водички, - запнулся он, стрельнув в мою сторону глазами.

Наш бармен, Грейс, так выпучил глаза, что и словами не передать, но послушно выполнил необычный заказ. А я не смогла сдержать теплую улыбку, рвущуюся наружу.

-Переходим на здоровый образ жизни? - поинтересовалась я как бы невзначай.

-Давно пора, - улыбнулся Нефрит, покорно хлебая водичку без газа.

-Ну-ну, так держать, - я поблагодарила бармена за чай и пошла на выход, тихонько улыбаясь.

-Тебя подвезти? – услышала я голос парня и обернулась.

-Нет, спасибо, я как-нибудь сама.

-Что ж, дождусь, когда ты все-таки захочешь проехаться со мной.

Я неопределенно пожала плечами, отвернулась и готова была уже вприпрыжку и с песней бежать домой, как ко мне подлетела Рита:

-Слушай, Мако, здорово ты с ним. А можно я к тебе своего дядю приведу, а то он у нас тот еще алкаш, не просыхает. Совсем замучались!

Я рассмеялась и, чмокнув растерянную девушку в щеку, выбежала на улицу. Ну, господин таксист, где вы?..
____________________
Глава 9
Автор: Мако Кино

Меня прямо распирало желание позвонить Минако и все ей рассказать. Ведь в последний раз мы разговаривали, когда я только устроилась в «Панаму», а теперь все кардинально поменялось, и в первую очередь - отношение Нефрита ко мне. Но наручные часики красноречиво показали мне, что сейчас явно не время задушевных бесед, и я рискую нарваться на град матов, так что все свои эмоции пришлось запрятать поглубже и запереть до завтра.

Но и на следующий день разговор с Минако не состоялся, и вот почему…

Сегодня у меня был вполне заслуженный выходной. С утра занялась уборкой (времени и сил катастрофически не хватало, так что работы было более, чем достаточно), прогулялась с мамой – время летело незаметно. И за всеми этими повседневными делами я забыла, что в три часа у нас с Ромулом свидание, а уже второй час! Я быстро приготовила нехитрые макароны с тушенкой и принялась искать подходящую одежду. Хоть я и не испытываю к своему начальнику ничего особенного, мне не хотелось его обижать. Все-таки, он замечательный человек, но не для меня.

«Подходящей одежды», как оказалось, было не так и много. Я выбрала вполне обыкновенный синий сарафан в наивный цветочек, балетки и на этом остановилась. Я была удивительно спокойна, хотя обычно девушки сильно нервничают перед свиданиями. Наверное, дело в том, что для меня это всего лишь дружеская прогулка, не более. Да, так оно и есть.

Я не понимаю, чем Нефрит лучше Ромула? Скорее, все даже наоборот. Ромул полностью самостоятелен, он давно отделился от семьи, занялся своим бизнесом, конечно, не без финансовой помощи отца в виде начального капитала, но остальное – полностью его заслуги. А Нефрит? Что я о нем знаю? Только то, что он кутила и бездельник, к тому же временами (это я смягчила) прикладывается к рюмке и всюду таскает за собой расфуфыренных девиц. Такие люди в моих глазах никогда не заслуживали уважения, даже презрительной жалости. Мне всегда приходилось все в этой жизни зарабатывать собственным трудом. Но что же такое Нефрит перевернул ко мне, раз я очаровалась им?

Я вяло собиралась на свидание, не имея желания идти на него, потому что чувствовала себя гадко. Нечестно ходить на прогулки с Ромом, давать ему пустые надежды, нечестно так обманывать собственное сердце. Сегодня я обязательно должна объясниться с Ли-младшим и прочертить между нами вечную черту - мы можем быть только друзьями. Так будет правильно.

Но с каждым мгновением нашего свидания моя решимость таяла, как кусок сахара в стакане чая. Ромул был в таком отличном настроении, что сказать ему все в глаза просто не хватало смелости. Он сходу подарил мне красивый букет белых роз, сделал пару милых комплиментов. Может, для кого-то это банально, но мне, одиночке по натуре, было до смущения приятно. Мы долго гуляли по парку, и я хохотала над его шутками до упаду. Правда, был один странный момент: мне всюду мерещился Нефрит, фигура которого появлялась то тут, то там.

«Кажется, у меня паранойя на его персону», - пронеслось у меня в голове, и я постаралась отрешиться от мыслей о нем.

-Я хочу показать тебе одно место, - Ром взял меня за руку, и мы свернули с парковой дорожки, вымощенной красным кирпичом.

Пару минут ходьбы по зарослям – и перед нами предстал маленький прудик, подернутый ряской. Прудик, конечно, был искусственный, его окружал высокий бетонный бортик, как у фонтанов, да и вода заставляла желать лучшего, но место все равно было чудесным. Здесь не было слышно ничего, кроме птичьего гомона, а ведь так редко можно отрешиться от шумов в большом городе.

-Откуда ты знаешь об этом месте? – спросила я парня, наслаждаясь тишиной и красивым видом.

-Да забрел однажды в приступе меланхолии, - улыбнулся Ромул, как бы невзначай заправляя выбившуюся прядь волос мне за ухо. – Теперь часто сюда наведываюсь, когда захочется побыть одному.

Я смущенно опустила глаза. Наверное, пора объясниться с Ромулом. Но только я открыла рот, как парень снова заговорил:

-Мако, я хотел тебе сказать… Мы совсем мало с тобой знакомы, но мне так хочется, чтобы мы и дальше узнавали друг друга.

-Я тоже хочу, но… - встряла я, ощущая легкий приступ паники, но он приложил палец к губам. К моим губам.

-Подожди, дай, я скажу все до конца. Ты мне нравишься. Ты другая, настоящая. Таких, как ты, почти нигде не встретишь. Ты принимаешь себя такой, какая есть, не стремишься предстать в другом свете. Я ценю это и хочу, чтобы ты знала – я к тебе не равнодушен.

-Прости, Ромул, но я ведь… - у меня резко обеднел словарный запас.

-Я просто хочу, чтобы ты знала и дала мне шанс, вот и все. Большего и не требую, - он легко коснулся кончиками пальцев по моей пылающей щеке и стал приближаться к моему лицу, хотя я знала, что поцелуя не будет.

И тут произошло то, чего я ну никак не ожидала. Откуда-то из кустов выскочил Нефрит и с яростным криком, напоминающий боевой клич племени индейцев, «А ну прочь!» налетел на нас с Ромулом, но тот уже успел что-то сообразить и инстинктивно отпрянул. Нефрит, не рассчитав, толкнул меня, и я, потеряв равновесие, мучительно долго переваливала через бортик и, наконец, оказалась в мутно-зеленой холодной воде, вмиг затянувшей меня вглубь. Я только и успела взвизгнуть, шокированная таким развитием событий.

-Макото! – где-то надо мной раздался отчаянный вопль Ромула, а потом меня вытащили из воды и положили на что-то твердое, видимо, землю. – Нефрит, придурок, ты что наделал?!

Я судорожно откашливалась, почти неосознанно снимая ошметки тины из ставших комом волос; уши забило, а синий сарафан второй кожей мерзко прилип к телу.

-Мако, Мако, ты в порядке? - меня яростно потрясли за плечи, и из моего горла вместо ответа вырвалось мычание.

Перед глазами - туман, соображалка отключена.

-Урод, ты что делаешь? Что ты тут вообще забыл?! - услышала я как сквозь вату крик Ромула.

-Я забыл тут Мако! - злой и одновременно встревоженный голос Нефрита, кажется, сотряс весь Токио.

-Ого, как интересно! - кажется, обо мне вообще забыли. - И какое тебе вообще до нее дело?

-А такое! Главное, что ей до тебя дела нет.

-Хочешь сказать, ей до тебя есть дело? Не смеши! Мако никогда не обратила бы внимания на такого человека, как ты!

-И отчего же? – голос Нефрита впервые стал сдавать позиции и уже звучал не так уверено.

-Ей нужен сильный мужчина, опора, а не помеха на свою голову. Что ты можешь ей предложить? Только то, на что папочка с мамочкой деньги отвалят. Да ты…

-Эй!.. - мой голос жалко сорвался на фальцет, но зато все разом затихли. - Отвезите меня домой… и катитесь…

Наконец, эти два разъяренных петуха отвлеклись друг от друга и обратили на меня внимание.

-Да ты замерзла, - вдруг спохватился Ромул и снял с себя кремового цвета рубашку, но Нефрит уже натягивал на меня свою футболку, подняв мои безвольные онемевшие руки вверх.

-Убери от нее лапы, - рыкнул Ромул, набрасывая еще поверх и свою рубашку, и ласково добавил: - Я отвезу тебя домой.

-Ага, сейчас, - саркастично хохотнул Ли-старший, однако в его смехе не было и доли веселья, и поднял меня на руки. – Мако поедет со мной.

-Да я тебя…

-Если вы оба не заткнетесь, - меня всю знобило, - то я поеду на метро.

Братья тут же замолчали. Ни тот, ни другой совсем не собирались давать мне уйти в таком состоянии, и, зная мой характер, всерьез приняли угрозу.

-Поедем на моей машине, - прошипел Нефрит, аккуратно кладя меня на заднее сидение; Ромул хмуро промолчал, садясь вперед.

Он даже не стал спрашивать, откуда старший братец знает дорогу до моего дома. Ехали в молчании, таком ощутимом, что хоть ножом режь. Я отбивала зубами дробь, кутаясь в мужскую одежду, даже не задумываясь, как испоганила жуткой тиной сидение спортивной красавицы.

До дому меня нес Ромул, Нефрит неотступно шел следом, как коршун за добычей. Они принялись суетиться вокруг меня, больше мешая друг другу, чем помогая, и неизменно переругивались.

-Тебе нужно в душ, - сказал Ром, и я кивнула.

Нефрит настроил воду, и они оба вышли из ванной, наконец, оставляя меня в одиночестве. Я разделась и залезла в ванну, потирая онемевшие от ледяной воды руки и ноги. Тело стало слабым и податливым, зато становилось легче. Господи, они что, сговорились отравить мне жизнь?

То, что Нефрит следил за нами, и ежу понятно. Почему? Тоже не вопрос. И в пруд должен был угодить Ромул, а не я. А досталось, как всегда, мне. Вот что я за неудачница, а?

Вода уносила с собой всю усталость…

Вот что я скажу, когда выйду? Или малодушно сбежать, мол, я устала и спать хочу? А ведь все равно не убежишь, рано или поздно разговор состоится.

Капли дробью бьют о ванну…

Я запуталась, совсем запуталась. С одной стороны – парень, которого выбрало сердце, с другой – выбор разума. Почему эти органы никак не могут жить в согласовании? Выберешь одного – другой покоя не даст. Однако надо выходить, иначе эти двое могут и пришибить друг друга ненароком.

Я выключила душ, вытерлась зеленым полотенцем, когда-то подаренным мне Миной, закуталась в цветастый желтый халат и вышла. Слава Богу, смертоубийства в мое отсутствие не произошло, оба брата сидели в разных углах, как два боксера в углах ринга.

-Тебе тут какая-то девушка звонила, - нарушил тишину Ромул. – Я просил ее перезвонить.

Я только кивнула, стоя посередине «ринга», словно судья. Ясное дело, обе стороны ждут от меня вердикта.

-Ребят, все так запуталось, - вздохнула я, непроизвольно вплетая пальцы в мокрые волосы. – Но я должна поставить все точки над «i», - и Нефрит, и Ромул с напряженным вниманием смотрели на меня; я повернулась к Рому: - Мы с Нефритом познакомились несколько недель назад, но уже успели и поссориться, и помириться, и ряд глупых ситуаций перенести, - я повернулась к Нефриту: - Ромул перехватил меня в компании по трудоустройству, где мне давали тумаков за побег с фуршета.

-Что ты забыл у отца? – спросил Ли-старший брата.

-Искал официанта, - пожал плечами Ромул.

-То есть, как? – не поняла я.

-Эта фирма принадлежит нашему отцу, - пояснил Ромул, - и отчитывал тебя прямо наш папенька.

Ну идиотизм! Что еще скажут? Что я – приемная дочь Ятена? Или еще что поинтереснее?

-В общем, не суть, - я решила не заморачиваться. – Я не знаю, что мне делать, и прошу дать мне время разобраться в себе.

-Что ж, это правильное решение, - вздохнул Ромул и встал с кресла.

Нефрит промолчал, но тоже поднялся. Я проводила их до двери. Полностью опустошена, полностью вымотана. Я взяла телефон и села в кресло, где сидел Ром. Кто там звонил? Конечно, Минако. Но сколько я не набирала, ответом были лишь длинные гудки…
______________________
Глава 10
Мир сузился до двух янтарных точек на жуткой волосатой морде. Господи… Неужели это конец?

-Крикну – беги, - почти не разжимая губ, шепнул Ятен, но слова эхом раздались в мозгу; его ладонь крепко сжала мою.

-Давай! - его отчаянный возглас, и мои ноги сами несут меня вдоль берега, с ловкостью олимпийца преодолевая валуны и коряги.

Перед глазами – калейдоскоп из зелени и белого хвоста Ятена, в голове – пустой лист А4. Я лопатками ощущаю еще не сомкнувшиеся на моей спине зубастые челюсти и несусь, что есть силы, не задумываясь ни о чем. Ятен ныряет в чащу, я – за ним, мы петляем, но не останавливаемся. Кажется, я слышу, как «морда» рычит позади, я слышу ее дыхание, мягкий удар лап по земле…

Неожиданно хвост Ятена пропадает из видимости, и я лечу на землю, жалобно вскрикнув. Ладони больно проезжаются по корням деревьев, и колени горят, но я даже не осознаю, что упала, и рвусь дальше, но Коу перехватывает меня:

-Стой, - он задыхается и откидывается на спину. – Зверь… куда-то делся…

Я оглядываюсь, но везде только ветки - бесконечные, однотонно-зеленые, жуткие. Неожиданно страх и усталость одной волной накрыли меня:

-Где мы? – я даже повертела головой, будто ожидала увидеть табличку с указателем.

-Я…не знаю, - Ятен сел, вытягивая вперед ноги. – Никогда здесь не был.

-Но мы ведь не могли убежать далеко, правда? – честное слово, хочется разрыдаться в голос в бесконечной жалости к себе. – Правда, Ятен? – я дрожу.

Коу молчит, устало и нервно оглядываясь по сторонам.

-Надо идти, - тяжело произнес он, игнорируя мой вопрос, и встает на ноги.

А я все продолжаю тупо сидеть, прижимая ладони к груди. Коу поворачивает в обратную сторону, откуда мы бежали, и раздраженно оборачивается ко мне:

-Ну и что сидим? Минако, мы заблудились, и если будем просиживать на одном месте, то так тут и останемся. Ты этого ждешь?

У меня шок, я ничего не могу разобрать, но отчаянно мотаю головой из стороны в сторону, поднимаясь на ноги, зудящие от усталости.

Мы плутали час, два, вечность – дикий лес оставался диким лесом, таящим в себе множество опасностей, и я окончательно свыклась с мыслью, что умру. От голода, холода, а может, достанусь на ужин какому-нибудь хищнику. Сначала было жутко думать про смерть, потом – почти приятно, когда целая туча комаров, отобедав моей кровушкой, сменилась следующими посетителями. Вдруг смерть – это не так уж и плохо? По крайней мере, я уже не буду испытывать зуд… а это тоже ничего себе…

Если я под действием безнадеги и усталости совсем превратилась в куклу, апатично сносящую все проблемы, то Ятен чем дальше, тем больше злился и с остервенением раздвигал попадающиеся на пути ветки и коряги. Лично мне было не понятно такое его поведение. Не легче ли просто сдаться? Лечь вот тут под валуном и тихо умереть?..

-Ятен, я больше не могу, давай остановимся, - вяло взмолилась я, обнимая себя за плечи – над лесом легла холодная влажная ночь, а на мне только маечка и шорты.

-Мы должны идти, - упрямо рыкнул Коу, ломясь сквозь валежник.

-Но мы ничего не добьемся этим, - не знаю, откуда в моем голосе появилась решимость. – Ночь, ты понимаешь? Нам надо где-то укрыться, иначе та «морда» вернется за нами.

-Минако… - угрожающе прошипел он, не останавливаясь.

-Я никуда не пойду! - заявила я, выдергивая закоченевшую ладонь из его пальцев. - Я сейчас скончаюсь от усталости, меня обглодали комары, а самой мне есть нечего! – я даже возмущенно уперла руки в боки, глядя в растерянные глаза Ятена. – Нам просто необходим отдых и убежище. Возьми себя уже в руки, Ятен!

Еще с минуту он упрямо и зло глядел на меня, потом вздохнул и устало оперся спиной о дерево.

-Не могу поверить, что мы заблудились, - прошептал он. –Ты понимаешь, Минако, что нас не будут искать? Я сам отправил слуг в город, а отец так привык к моим выходкам, что не скоро хватится.

Нет, не хочу я умирать. Не сейчас, не здесь.

-Не говори так, нас найдут.

Мы принялись сваливать ветви в кучу наподобие шалаша - совсем не просто в темноте ползать по лесу, да и заледеневшие пальцы отказывались слушаться, словно я их зимой в проруби полоскала. Нас окружал глухой, но не очень густой лес, и это в каком-то плане помогало: валежника было достаточно, но не до такой степени, чтобы тонуть в нем.

-Давай, залезай, - когда все было готово, сказал Ятен, и я проползла внутрь, больно цепляясь за ветви.

Ятен – следом, места катастрофически не хватало.

-Минако, может, тебе похудеть? - прокряхтел Коу, копошась рядом со мной.

-ЧТО?!!

Что этот смертник тут городит? С ума, что ли, с горя сошел?

-Тут… совсем…нет места…Ой! – я ткнула его локтем наугад. – Ты меня потомства лишишь!

-Прости! – пискнула я, краснея.

Я что, и вправду попала «туда»?

-Так, давай ляжем по-другому, - принялась распоряжаться я. – Где там твоя голова? Давай в одну сторону с моей.

-Полезай уж ты лучше ко мне, - отдуваясь, сказал зеленоглазый. - Я и так уже не могу понять, где у меня нога, а где рука.

Я полезла на голос (наверное, отдавив маленькому боссу все печенки с селезенками).

-Эй… Минако, если так и дальше будешь двигаться, потомству все-таки быть.
-Ятен!

-Все, шучу, - хихикнул наглец. – Это на нервной почве. Но папа бы обрадовался.

-Губу закатай, - буркнула я, вторично заливаясь краской.

Нащупала хвост (Эврика!) и, как могла, легла рядом, наконец, замирая.

-Эй! – я чуть не задохнулась от возмущения, когда чьи-то наглые да притом холодные руки сомкнулись на мне.

-Тихо ты! – циркнул Ятен, не давая мне вырваться. – Это метод пингвинов.

-Я тебе сейчас такой метод покажу…

-Ой, Мина, я стесняюсь, - нарочито смущенным тоном пролепетал засранец (ну слов на него уже нет!).

-Да ты… ты! – я дышала, как рыба на берегу, но слова протеста птичками разлетелись в разные стороны.

-Вот и славно, нет ничего лучше молчаливой женщины, - тихо рассмеялся Коу; его и вправду плющит.

-А пингвины тоже за грудь лапают?

-Какую еще грудь? – наивно спросил зеленоглазый.

-Мою!

-Нет.

-Тогда что твоя рука делает в районе моего декольте?

-А я откуда знал, что это твое декольте? Мне, мать вашу, нихрена не видно!

-А теперь знаешь. Вопрос повторить?

Он завозился, но в целом положение его пошлой клешни мало изменилось.

-Все? Может вам, мадам Айно, еще книгу жалоб и предложений принести? – иронично спросил он.

-Если она имеется в этом гребаном лесу, то не помешало бы, - в тон ответила я. - Претензий по горло.

-Например?

-Например? Хм! Мой желудок ест меня изнутри, мошки – снаружи, а одна толстая белобрысая «претензия» посягает на мои многострадальные нервы!

-Мои бы кто жалобы выслушал.

-Я вся во внимании.

-Я грязный, мокрый и голодный. У меня все дико болит. Рядом со мной лежит противная язва, тоже грязная, мокрая и злая, как собака.

-Если что-то не устраивает – лес большой, - я ущипнула Коу, искренне надеясь, что хоть на этот раз избежала всех провокационных частей тела. – Ты тоже, знаешь ли, не Джонни Депп, и пахнешь далеко не розами. И у тебя ледяной нос!

-Я не говорил, что ты страшная! – возмутился мой маленький босс. – И про запах ни слова не сказал.

-Еще бы сказал…

-А что? Ты пахнешь неплохо. Деревом и прелой листвой.

Я отчего-то смутилась:

-Прости.

-Ничего, - буркнул он. – А нос я сейчас о тебя согрею, и он совсем не будет холодным, - и Ятен уткнул свой нос куда-то мне в шею.

Я совсем растерялась. Неожиданно вся эта ситуация показалась мне такой интимной, несмотря на то, что положение наше с Ятеном совсем не завидное. Мы заблудились в лесу, при себе – ничего, хватятся нас, похоже, не скоро, но… Что-то не так. Во мне не так. В нас.

-Давай уже спать, - примирительно вздохнул Ятен, опаляя шею горячим дыханием. – Надеюсь, завтра проснемся.

-Буду оптимисткой до конца.

Мы замолчали. Я вслушивалась в звуки леса, которые жутким ознобом отдавались по спине, но я изо всех сил пыталась отрешиться от них и, наконец, заснуть. Буквально сразу я стала замечать пользу чудесного пингвиньего метода – тепло возвращалось ко мне. Жаль только, что в желудке мучительно пусто. Но ничего, мы выберемся, я верю, нас найдут…

Я покрепче обхватила Ятена руками, забираясь ладонями под футболку, чтобы согреть пальцы.

-Ты что, передумала на счет потомства? – игриво хохотнул он.

-Дурак, - фыркнула я. – Метод пингвинов.

-Ну ты толкни, если что, - зевнул Коу. – Пингвины… они отзывчивые.
______________________________
Глава 11
Утро наступило, но я даже не знаю: может, лучше было и не просыпаться?.. Тело ныло нещадно, будто я всю ночь провела в спичечном коробке. Одежда ледяным компрессом прилипла к коже (если эти драные лоскуты вообще можно так назвать), ветки, которые торчали изо всех сторон нашего импровизированного шалаша, чуть к чертовой бабушке не выкололи мне глаза, пока я выползала наружу.

Ятена нигде не наблюдалось, я даже заглядывала в кусты для верности. Кроме потрескивания веток и выкриков птиц ничего не было слышно, а от этого я зябко поежилась. Неужели я осталась одна? Где же мой маленький босс?..

-Ятен!.. – мой голос жалко сорвался и перерос в хлюпанье. Нет, я не хочу умирать. Совсем-совсем. – Ятен! – но ответа не последовало.

Тогда я села на землю и от души разрыдалась, вытирая кулаком нос. Я всегда казалась себе сильным человеком, способным перенести даже самые коварные трудности, а оказалось, что только одна ночь в лесу способна перечеркнуть всю мою стойкость. Я ревела, ревела в голос, пока слезы не кончились, и мое тело не обмякло от усталости. Неужели это конец? Нет, нет, не конец! Я не сдамся! Назло всем я выживу!

-Эй! – закричала я в небо что есть мочи, яростно вытирая слезы. – Я не умру!!!

-Ты чего орешь? - раздался над моим ухом голос Коу, и я с визгом отпрянула в сторону.

Я смотрела на него и не верила глазам: живой. Лохматый, мокрый, исцарапанный, но живой! Уж не спятила ли я с горя?..

-Жив! – я повисла на его шее, чувствую, что новая порция слюней-соплей уже на подходе. – Дурак! Ты почему меня не разбудил? Не делай так бо-ольше…

Ятен, растерянный моими слезами, только неловко гладил меня по голове, терпя то, что я еще сильнее мочу его и без того сырую футболку.

-Я вообще-то искал нам еду, - он вынул из кармана шорт какой-то корень.

Не знаю, что это было: хрен – не хрен, морковка – не морковка, одним словом – корнеплод. Какой-то серенький плотный отросток. Я потерла его рукой и укусила неизвестное растение, которое на вкус оказалось похожим на картонку.

-Я не знаю, что это, - поделился осведомленностью Коу, с любопытством глядя на то, как я царапаю десны о «морковку». – Но я вроде живой.

Жевать эту жесткую, пресную штуковину не было никакого удовольствия, но я для приличия откусила еще кусочек, чтобы не разочаровать маленького босса. В конце концов, наверное, очень тяжело ковыряться в земле наманикюренными пальцами, а потом еще, забыв про чизкейки и лазанью, грызть неизвестный науке корень, рискуя окачуриться в каком-нибудь кусте. Голода это не утоляло, зато Ятен был относительно доволен.

-Честно говоря, даже не знаю, как нам быть: оставаться на месте и ждать подмоги или же идти хоть куда-нибудь? – он с садистским удовольствием раздавил комара на своей руке. – По-моему, не вариант сидеть вдали от воды и ждать, когда какая-нибудь киса решить набить нами желудок. Я тут все облазил в округе – ни одного источника, хотя этот лес довольно влажный.

-Как вас вообще занесло в такую глушь? - буркнула я, следуя за ним через валежник. – Неужели дома поближе к городу не нашлось?

-Почему же? Нашлось, - я лицезрела его спину и белый хвост, из которого торчали листья и ветки. – Только вот отец хотел, чтобы мы с мамой дышали свежим воздухом хоть изредка.

-С мамой? – ляпнула я и тут же заткнулась.

Странно, я никогда не задумывалась, где мать Ятена, ведь ничто не напоминало в доме, что там когда-то жила женщина: ни вещица, ни фотография… Я даже имени ее не слышала. А вдруг она умерла?..

-Прости, не мое дело, - смутилась я.

-Ничего, - равнодушно и как-то сухо ответил он. – Не разводи трагедию, она жива и, насколько я знаю, здравствует.

-Вы не общаетесь? – отрежьте мне язык…

-Нет, я этого не хочу, хотя мы с отцом часто скандалим по этому поводу. Он считает, что общение с Цисси мне необходимо, а я слишком отвык от нее, мне просто нечего ей сказать, - он говорил ровно, спокойно, будто это его не трогает. – Они с отцом развелись, когда мне было десять, и не было какой-то трагической причины, все просто, как белый день: Цисси просто его разлюбила. Отношения переросли в привычку, а за ними и чувства. Родители разошлись мирно, я остался с отцом, мать улетела во Флориду. Вот такая вот скучная история.

-Мне жаль.

-Не стоит, - и в этом бравадном слове так четко слышалось его страдание, что я не знала, как ответить.

Вот у меня, допустим, никогда не было мамы и папы. Нет, они, конечно, были, только я их никогда не видела. Имя и фамилию мне дали в роддоме, в интернате – воспитание и образование, а потом и начало для взрослой жизни. Не люблю себя жалеть, я не ущербная, а во многом даже богаче других, но иногда я искренне не понимаю: может, оно и хорошо, что я не знаю свою родню?..

-Ты чего притихла? – Ятен остановился и обернулся ко мне. – Даже не смей меня жалеть, слышишь? – он натянуто улыбнулся.

-Да, давай быстрее, - я чуть ли не ломанулась вперед него в чащу, пытаясь скрыть свое откровенно жалостливое выражение лица.

Мы останавливались буквально через каждые двадцать минут: и голод, и жажда, и усталость серьезно меня подкосили. Не знаю, что еще способствовало тому, что я кое-как переставляла ноги, но я шла.

-Ятен, - я осела у дерева, задыхаясь, - похоже, я в кровь растерла ноги, мне не подняться, - любое движение приносило жгучую боль.

Даже было страшно снимать обувь, но Коу аккуратно стащил ее с удивительно чувствительных от влаги ступней. Зрелище было действительно ужасным.

-Ай! – невольно вздрогнула я, когда маленький босс дотронулся до наиболее глубокой ранки.

-Похоже, путь дальше для нас заказан, - вздохнул Коу, легко ощупывая заледеневшие пальцы.

И тут он сделал одну из самых удивительных вещей, которые мне приходилось наблюдать. Отодрав с кочки приличную горсть мха, он принялся выжимать воду из него прямо на мои ноги. Таким образом, довольно-таки чистая, хоть и холодная, вода промывала мне ранки. Век бы до такого не додумалась! Потом, стащив с себя синюю фирменную футболку и разодрав ее на несколько тряпок, он с осторожностью врача перевязал мне ступни.

-Спасибо, только как же ты без футболки?

-Ну ты смешная, Минако, - он криво усмехнулся, усаживаясь рядом со мной, - лучше, чтобы в кровь попала зараза? Да и на что мне эта футболка?

Но меня его слова не успокоили.

-Что будем делать? – я обняла его за талию; знаю, толку от этого чуть, но это лучше, чем совсем ничего.

-Пока будем здесь, схожу на разведку, - он посмотрел вверх, видимо, ища солнце. - А там?.. Посмотрим.

Автор: Макото Кино.

Я не знаю, сколько валерианки проглотила – не считала. Было уже почти двенадцать ночи, но Минако не отвечала. Я совсем извелась: уже двое суток телефон молчал – хоть вой, хоть кричи!

Набравшись смелости и наглости (время-то уже не детское), я позвонила Нефриту.

-Алло? – он ответил не сразу.

-Нефрит? Это Макото.

-Я тебя слушаю, - его голос стал взволнованным.

-Ты не связывался на днях с Ятеном?

Наверное, вопрос несколько обескуражил парня, потому что в трубе что-то «закряхтело».

-Ты не подумай, - тут же принялась оправдываться я. – Просто я никак не могу дозвониться до Минако вот уже второй день.

-Нет, я не звонил ему. Так, сейчас попробую и перезвоню тебе, - я отключилась.

Это были самые длинные три минуты моей жизни: я успела оббегать всю квартиру туда-сюда, полить цветы и два раза уронить телефон, пока тот снова не запищал.

-Он не поднимает трубку, - доложил Ли с ходу. – Я позвонил одной из его служанок, и та сказала, что Ятен всех слуг отправил в город, они с Минако остались там одни.

Я не стала размышлять, почему Нефрит может позволить себе звонить горничной Коу в двенадцать ночи. Какая разница? Меня это не касается…

-Что же мне делать?

-Мне еще сказали, что там был какой-то скандал, - парень вздохнул.

-А вдруг что случилось? – я окончательно перепугалась.

-Думаю, нужно туда ехать. Если что, я тебе перезвоню.

-Нет, я с тобой!

Он что, издевается? Да как я смогу спокойно спать и сидеть на месте? Нет, уж пусть лучше берет меня с собой.

-Уверена?

-Естественно. Давай сейчас ко мне. Я быстро договорюсь с соседкой насчет мамы, оденусь, и поедем.

-Хорошо.

Я быстро оделась, без всякого зазрения совести сбегала к пожилой соседке, к счастью, у той бессонница, а телевизор и у меня посмотреть можно, и она согласилась.

Минут через двадцать у моего дома стоял Нефрит, на этот раз он приехал на черном внедорожнике. Я быстро залезла в машину, и мы тронулись.

-По пути заедем на заправку, купим еды, путь неблизкий, - сказал Ли, не отрываясь от дороги, тускло освещаемой фонарями.

-А когда приедем?

-К утру. С Ромом я договорился, он отпустил тебя со смены.

А я совсем и позабыла, что вообще-то завтра работаю!

-Не нравится мне все это, - вздохнул Нефрит. – Там такая глушь. Странно, что мобильная связь ловит. Кругом лес, никаких домов. Может, просто что-то случилось с телефонами? – с надеждой спросил он.

-Но гудки идут, - возразила я. – Никто не берет трубку.

-Это и пугает.

Но в еще большем потрясении мы были, когда прибыли на место на следующее утро. Огромный загородный дом был пуст, и ни следа нападения. Такое ощущение, что Минако и Ятен просто испарились. Телефоны мы нашли в доме, открытом чуть ли не настежь, Седан Коу стоял у дома, а вокруг – ни души. Стало до такой степени жутко, словно я очутилась в фильме ужасов и никак не могла оттуда выбраться.

Нефрит, который всю ночь вел машину и отчаянно нуждался во сне и отдыхе, лишь устало вздохнул, с тревогой глядя на покинутый дом:

-Нужно прочесать лес, - мы стали углубляться в чащу…
___________________________________

@темы: Мои фанфики

15:38 

Красавчик (Часть 2. Глава 12; Часть 3. Главы 1-3)

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Глава 12
Холодные губы коснулись моего лба.

-Ты вся горишь.

Я только зашлась кашлем – на большее просто не хватило. Перед глазами все плыло, в висках пульсировал жар, из груди вырывался хрип, словно какое-то огромное животное дышало рядом. Ятен не переставал растирать меня. Зачем? Мне так жарко, я пылаю. Даже не чувствуется холод сырой земли подо мной…

Снова приступ кашля, Коу вновь проверяет мой лоб, будто за пять минут что-то могло измениться.

-Подожди меня немного, - мое тело переносят на какие-то ветки, и голос умолкает.

А что, я могу убежать? Даже веки налились свинцом, и чтобы приподнять их, нужен титанический труд. Я безвольно лежу, не шевелясь, вслушиваясь в гулкий шум леса где-то над головой. Минута, семь, десять…

-Минако, - ладонь сжимает мое плечо, и взволнованный шепот опаляет нервы, – там озеро! Мы вышли к воде, - холодные сильные руки сгребают меня в охапку и, видимо, куда-то несут.

Наверное, еще вчера я бы прыгала от счастья, узнав, что скоро смогу напиться, сколько захочу, вымыть руки… Сейчас же было почти все равно, я даже не отреагировала на его слова, а только в очередной раз подавила кашель.

Когда мы прибыли, Ятен напоил меня со своей ладони и снова заключил в объятия, будто мне и без него не жарко. Он постоянно что-то шептал и покачивался из стороны в сторону, но его слова смешивались в одну монотонную тревожную мелодию. Мысли путались, путались, путались…

Автор: Макото Кино

-По-моему, это огромная глупость – лезть в лес в одиночестве.

-Можешь позвать друзей, - буркнул Нефрит и продолжил ломиться в чащу.

Я благоразумно промолчала. Меня не меньше пугала эта ситуация, а еще больше те страхи, которые лезли в голову: и про маньяков, и про похитителей вплоть до мистики. Несмотря на то, что я старалась вести себя спокойно, каждый шаг отдавался морозом по коже. Тропка, которая вела от калитки, начала стираться и зарастать травой, пока не потерялась, и мы пошли наугад, неизвестно на что надеясь.

-Тут есть одно место, - Нефрит даже не обернулся ко мне. – Ятен его очень любит. Небольшое озеро, мы часто там с друзьями отдыхаем.

-Хочешь сказать, что они вот уже три дня на пикнике? – я не смогла скрыть раздражения, вызванное нервным напряжением.

-Макото, я делаю, что могу, - он остановился и устало вытер тыльной стороной ладони лоб. – И если есть хоть какая-то надежда, то я ее использую.

-Прости, Нефрит, я нервничаю, - я виновато на него посмотрела. – Просто я очень… боюсь.

-Чего? – он подошел ко мне почти вплотную и сжал мою ладонь.

-Опоздать.

-Ничего, - он положил свой подбородок мне на макушку, и я схватила его за плечи. – Ятен умница, он не даст Минако пропасть.

Я беспомощно кивнула. Утешение слабое, но я просто не знала, как еще найти в себе силы держаться. Не хотелось верить, что моя Минако мертва, нет, лучше обманываться, плевать на логику и разум. Да, это трусость. Но я никогда и ни за что не поверю, что ее нет.

-Нам нужно идти, - я с трудом оторвалась от его надежных плеч.

Он взял меня за руку, и мы пошли дальше. Ну как пошли? Иногда приходилось и перелезать, и перепрыгивать. Лес был довольно густым. Мы с Нефритом неожиданно вылетели на бережок небольшого озера. Сначала я ничего особенно не заметила: река, кувшинки, буки на противоположном берегу… Стоп. Буки? И тут я заметила какое-то движение среди растрепанных веток.

-Неф, смотри, - я дернула Ли за рукав и показала туда, где видела «фантома».
Сперва Ли только щурился, пытаясь разглядеть хоть что-то, и вдруг его лицо разгладилось.

-Ятен!!! – завопил он и замахал руками.

Действительно… Коу!

-Э-ге-гей! – я тоже запрыгала на месте, не зная, смеяться или плакать.
Парень тоже замахал нам руками.

Не сговариваясь, мы с Нефритом побежали вдоль берега, чтобы обогнуть озеро. Мое сердце прыгало от облегчения и восторга. Только бы увидеть сейчас Минако, убедиться, что с ней все в порядке, тогда и буду рыдать. Пока рано.

Я не знаю, сколько мы бежали, но у меня безумно кололо в боку. Эх, плевать на все! Но, увидев Коу и Мину, я чуть не упала наземь от ужаса. Парень был в жутком состоянии: худой, исцарапанный, полуголый. Он смотрел на нас затравленно и болезненно. Но это ничего… Когда я заметила Мину, бесчувственно лежащую на ворохе каких-то веток, то закусила запястье, чтобы не вскрикнуть. Она выглядела, как фарфоровая кукла… испорченная фарфоровая кукла.

-Что случилось? – пораженно прошептал Нефрит, не отрывая взгляда от девушки.

-Быстрее в дом, - дернулась я к Минако, но Ятен, ничего не сказав, поднял мою подругу на руки и понес вдоль берега.

Господи, что с моей девочкой? Но сколько я не пыталась расспросить Ятена, тот угрюмо молчал, а когда Ли попробовал взять Мину у блондина, то тот лишь упрямо мотнул головой. Я видела, что Ятену очень тяжело ее нести, он слаб, но все равно Коу упрямо держал ее на руках и только в доме оставил на диване гостиной.

Нефрит увел его куда-то наверх, а я разыскала кухню, набрала теплой воды и промыла ей раны. Больше всего меня поразили ее разодранные в кровь ноги, у меня даже ком в горле встал, когда я представила, сколько боли пришлось ей перенести. Что же с вами случилось?.. Я раздела девушку и накрыла диванным покрывалом, дожидаясь, пока вернется Нефрит.

-Где Ятен? – прошептала я и потрогала горячий лоб Мины; девушка зашлась кашлем.

-Он помылся, немного поел, и я отправил его спать.

-Отнеси Мину в ванную.

Ли послушно, словно пушинку, поднял Мину на руки и понес ее вверх по лестнице, я пошла следом. Он держал ее на руках, пока я набирала воду и, зажмурившись, опустил в ванну. Пока я мыла подругу, Неф приготовил какую-то кашу, судя по цвету, пшенку. Айно кое-как пришла в себя, я одела ее, покормила, а Нефрит уложил.

Это был удивительно трудный, тревожный день, но я понимала, что Нефриту нужно выспаться, он еле стоит на ногах. Я сходила с ума от беспокойства и неизвестности, но мне ничего не оставалось, как ждать. Когда я в очередной раз зашла к Мине, чтобы проведать ее, то сильно удивилось, застав в комнате Коу. Да не просто в комнате, а в одной с ней кровати.

Они спали. Минако прижалась ухом к его груди, а парень развалился на постели, сцепив на затылке ладони.

-Ну, с этими все понятно, - шепнул мне Нефрит, оказавшийся рядом.

-Зная Минако, могу точно сказать, что ничего еще не понятно, - вздохнула я, прикрывая дверь в комнату. – Ты бы поспал, Нефрит. Завтра нужно везти их в город. Ты видел, в каком они состоянии?

-Да, но мы же из Токио, а значит, живучие, - он ободряюще усмехнулся, ведя меня по коридору. – Вот, это твоя спальня, - он распахнул передо мной какую-то дверь. – Я буду внизу, в гостиной. Если что – зови.

Он развернулся и ушел, а мне так хотелось попросить его остаться, но пришлось покорно лечь на мягкую постель, которая уже через минуту утянула меня в сон.
Я проснулась на рассвете и совсем не удивилась, что Неф лежит рядом, словно и ждала этого. Я осторожно погладила его щеку, и он смешно причмокнул губами, как маленький ребенок.

-Спи, - я ввинтилась ему в подмышку и прикрыла глаза, снова проваливаясь в сон.

***
-Коу, ты в курсе, что ты колючий?

-Извини, еще не побрился. Ты как?

-Не очень. Было бы все-таки круто, если бы мне не хотелось чесаться из-за твоей щетины. Эй, куда пошел?! Лежи уже. Тем более, ты меня греешь.

-Ты веришь, что мы выбрались?

-Может, я умерла, а теперь в Раю?

-Не знаю. По-моему, ты только жаловалась насчет моей несносной бороды. В Раю я давно бы был гладким и источал аромат роз.

-Логично. Сколько сейчас времени?

-Часа три. Темно.

-А Мако где?

-Не знаю, в доме где-то.

Тишина.

-Знаешь, Ятен, я хочу уволиться.

Коу беспокойно заерзал в постели.

-Ну или хотя бы взять больничный.

-Идет. Отлежишься, сколько нужно.

-Теперь я понимаю, почему твои горничные сбегают через месяц. Скажи, ты их всех затаскиваешь в лес?

-Кто тебе это сказал? – его голос зазвучал строго.

-Да так, ходят слухи…

-Нет, никого я в лес не затаскиваю. Прости, что вообще так вышло.

-Не бери в голову. Что было, то было. Главное теперь – выздороветь.

Я закашлялась.

-И вообще, если уходят, значит, не так им эта работа и нужна, - буркнул мой маленький босс.

-Ты о чем?

-О горничных.

-Ну уж я не уйду, мне нужно это место.

-А зачем?

-Коплю на университет.

-Странно, - он задумчиво хмыкнул.

-Что – странно?

-У меня есть куча денег, я могу поступить в любой университет мира, а сижу дома. А тебе приходится работать служанкой, чтобы получить образование. Несправедливо.
-Вот и пользовался бы шансом.

-Зачем? Я могу безбедно жить и умереть на шелковых простынках.

-И тебе нравится эта перспектива? Не верю. Знаешь, как только перестаешь двигаться, перестаешь и жить. А какой смысл существовать овощем?

-Никакого.

-Вот…

-Но я ничего не умею, Минако, я не умею трудиться, я не знаю нужды.

-И не дай Бог тебе узнать ее! Честное слово, были недели, когда я жила на одной яичнице, пока не начинала кукарекать. Я не могла найти работы. Разве нужно в чем-то нуждаться, чтобы двигаться? – я уже начала горячо спорить, игнорируя боль в грудине.

-Тише ты, чудо природоведения. Тебе нужно набраться сил, спи.

Я покорно закрыла глаза и крепче прижалась к парню.

-Нет, Ятен, тебе срочно нужно побриться!

КОНЕЦ 2 ЧАСТИ
______________________________
Часть 3. Спокойные ночи нам только снились... Глава 1
Ну, здравствуй, моя одинокая квартирка! Я снова дома!

Опять передо мной маленькая комнатушка с дряхлым балкончиком, кухонька, размером со спичечный коробок, обшарпанные зеленые обои коридорчика… Плакат с Шакирой прикрывает забрызганную маслом стену у стола. Маленький выцветший коврик около старой кровати, торшер времен русско-японской… Кажется, я уже успела и подзабыть, до чего маленькая у меня квартира, до чего блеклая. Конечно, куда ей до хором Коу!..

Все осталось таким, как прежде, до моего переселения, только маленький слой пушистой пыли образовался на поверхностях, но когда я убрала и ее, возникло ощущение, что все мне только снилось. Все-все: и большой белый особняк, и язвительный юрист, и Зубоскал, и маленький босс. А завтра опять в вечернюю смену в «Розовый закат»… Было тихо-тихо и отчего-то – грустно. Я нехотя сходила за продуктами, стиральным порошком и другими товарами первой необходимости, сварила обед, добросовестно выпила таблетки, удивительно гадкие на вкус. Включила телевизор. Полежала. Выключила телевизор. Как мне уже надоел этот больничный!

Когда зазвонили в дверь, я даже не сразу сообразила, что это звук дверного звонка: я просто ошарашено подскочила в кресле, с недоумением глядя по сторонам. Но нетерпеливый звон повторился, и я поспешила к двери. Кто там? Мако? Да нет, у нее сейчас смена…

-Ятен? – не знаю, чему я удивилась?

На пороге стоял мой маленький босс с авоськой апельсинов в одной руке и со связкой бананов – в другой. Надо же, расстаться с ним не успела, каких-то пять часов прошло, а он уже тут. Прошлую ночь я еще была в доме Коу, только с утра вернулась к себе. Сколько сейчас? Часа два дня…

-Проходи, - я посторонилась и пропустила Ятена в коридор.

Мне почему-то стало неловко от того, что я живу в такой бедняцкой лачуге. Наверное, Коу совсем не понравится здесь, и эта мысль как-то неприятно кольнула. Раньше я никогда не стыдилась своей квартиры, наоборот, несмотря на бедность, тут почти всегда образцовый порядок (привычку класть вещи на свои места переняла у Мако; полезная в хозяйстве вещь, надо сказать!) , но сейчас я как будто ожидала презрения и осуждения со стороны сынка богатенького юриста, которого я когда-то даже недолюбливала.

Но Коу с живым интересом крутил головой из стороны в сторону, словно оказался в музее на неделе известной выставки, и кивнул на Шакиру, задорно ухмыляющуюся с плаката:

-Увлекаешься?

Я только пожала плечами (ну не признаться же ему, что плакат висит только потому, как я косорукая и люблю есть в комнате на кресле?).

-Давай я чай заварю, - пискнула я и юркнула в кухню, мечтая перевести дух, но Коу, как по заказу, пришел следом.

Чувствуя себя так, словно нахожусь под следственным экспериментом, я заварила и разлила по чашкам черный чай, машинально отмечая, что у моей ручка слегка отколота. Но, кажется, Ятен совершенно не обращал на это внимания. Он вел себя просто, как обычно, болтал на отвлеченные темы. Я тоже невольно стала расслабляться, даже кашель посещал меня редко.

Так время подошло к вечеру, на улице стемнело, но мой гость, кажется, совсем никуда не торопился. Он стал смущенно собираться только тогда, когда по телевизору объявили начало девятичасовых новостей.

-Ну, до свидания, - он неловко улыбнулся, подхватывая ветровку. – Не болей.

-Спасибо, - улыбнулась я вполне искренне. – Передай, пожалуйста, отцу…

-Я не домой, - нахмурившись, перебил меня Ятен, замявшись у порога. – Позвони ему сама.

-А куда же? – ляпнула, тут же захлопнув рот. «Не твое дело, Айно»!

-Не знаю, - нарочито небрежно пожал плечами парень, вынимая из кармана пластиковую карту. – Наверное, в гостиницу. Если каналы еще не перекрыты, - он невесело усмехнулся.

-Что случилось? – удивленно и расстроено спросила я.

-Поссорились, - ответил он и глубоко вздохнул. – Ну, ладно, Минако. Я тебя как-нибудь навещу.

-А хочешь, - вдруг сказала я, даже не задумываясь, - оставайся у меня.

Я тут же невольно смутилась своему предложению. Будто Ятен захочет жить в моей бедняцкой квартире! Это совершенно не его среда.

-А я тебя не стесню? – вдруг серьезно спросил он, с какой-то потаенной надеждой глядя на меня.

-Ну, если ты сможешь спать в кресле… - зеленые глаза изумленно округлились, и я поспешила добавить: - Оно у меня разбирается!

-Минако, если ты из вежливости… - строго начал мой маленький босс, но я его остановила жестом руки:

-Не неси чепуху, - я потянула его назад в комнату. – У меня только одна проблема по этому поводу.

-Какая? – осторожно спросил Коу.

-У меня нет таких огромных тапочек для тебя!

Он облегченно улыбнулся.

-Ну да это поправимо, - продолжила я свою оптимистическую речь. – Завтра договорюсь о работе…

-О какой работе? – удивился парень, усаживаясь в кресло. – Ты же на больничном!

-Ну а кушать мы на что будем? – развела руками я. – У меня, конечно, есть кое-какие сбережения, но этого может быть недостаточно.

-Я тоже буду работать, - буркнул Ятен, угрюмо и строго глядя мне в глаза.

-И где же? – по правде говоря, меня очень тронуло его желание мне помочь.

-Грузчики везде нужны.

Я ну никак не могла представить этого аристократа с тяжелым грязным мешком на спине, среди бедноты и пропоиц.

-Ятен, ты сам-то это себе представляешь? – я даже не осознавала, что оскорбляю его мужское достоинство.

-А почему нет? – он гордо и упрямо вскинул голову, и я покраснела до кончиков ушей.

-Прости, ты не так меня понял, - мне стало до ужаса стыдно.

-Ничего, - он отвернулся, я робко положила ему ладонь на плечо:

-Я не так выразилась. Конечно, ты можешь быть и грузчиком, но ты даже не представляешь, как тяжело непривыкшему к физическому труду человеку так работать. Ты сляжешь, Ятен! – я отчаянно потрясла его, и Коу, наконец, повернулся. – Обещаю, что поищу тебе что-нибудь, хорошо?

Он устало и грустно улыбнулся.

-Успокойся, все нормально.

-Правда?

-Правда.

Все еще пристыженная и смущенная, я судорожно полезла за чистым постельным бельем, которое находилось на верхней полке шкафа, и чтобы его достать, требовалось вставать на табуретку, но Коу легко помог мне.

-Не шелк, конечно, но все же… - я скромно развернула белый льняной пододеяльник в яркий синий колокольчик. – Зато оно чистое и отглаженное.

Ятен разобрал кресло, я вдела запасное одеяло в пододеяльник, приготовила подушку с наволочкой, постелила простынь.

-Завтра сходим вместе в магазин, купим тебе зубную пасту, тапки, - я замолчала и расстроено вздохнула. – Ты все еще злишься на меня, да?

Маленький босс оторвался от уборки постели и повернулся ко мне:

-Не говори глупости, Мина, я просто устал, - ответил он, вымученно улыбнувшись. – И в этом ты точно не виновата.

-Тогда давай сегодня пораньше ляжем спать, хорошо?

Парень кивнул.

Я задумалась. Раньше я не особенно парилась, в чем спать, для этого была целая стопка безразмерных старых футболок, которые я просто обожаю. Правда, раньше в моей квартире и не жил Ятен Коу. Собственно говоря, в этой квартире вообще не жил ни один мужчина. Ну да выбора у меня нет. Всякие там сорочки я терпеть не могу, поэтому пришлось искать старые хлопковые шорты.

Потом мы долго спорили, кто первым пойдет в душ. Я доказывала, что девушка в этом доме я, значит, из «привилегированного сословия», и мыться первой мне. Коу же говорил, что он гость, да при том все женщины такие копуши, он успеет состариться до того, как я выйду из ванной. Я клятвенно заверила, что долго плескаться не буду, и была милостиво допущена вперед.

Вымывшись и нацепив свою бесформенную одежду, я поспешила юркнуть в постель. Когда Коу вернулся из душа (ему, в отличие от меня, переодеться было не во что), я постаралась не пялиться на него и даже героически отвернулась к стенке, принимаясь разглядывать удивительно интересную дырочку на обоях.

К полному моему самоуничтожению в дверь опять позвонили, и мне пришлось встать (слава небу, Коу уже лежал под одеялом (его счастье, его счастье…)). Я накинула синий халат с глупыми утятами и выскочила в коридор.

На лестничной площадке стояли Нефрит и Макото. Оба довольные, с пакетом апельсинов в руках. Хм… апельсины. Где-то я уже это видела…

-Что, так и будешь на пороге держать? – весело поинтересовался Ли, и Мако тут же взволнованно нахмурилась:

-Мы тебя не разбудили?

-Нет, мы еще не спим.

-Мы? – приподняла бровь Макото, и я поспешно затащила их с Нефом в коридор.

-Ну да… Тут еще Ятен… - неловко ответила я.

-А он что тут делает? – изумился Ли.

-Живу, - в проходе появился Ятен. Черт возьми, в одних только трусах!

Послышался дробный стук апельсинов об пол, при этом челюсть Нефрита отъехала куда-то в сторону. Я и сама, кажется, потеряла всякую ориентацию в пространстве. Бостон, Бостон, вас вызывает Хьюстон! Как слышите? Прием!.. Ятен же уже откровенно ржал, держась за бока.

-Кажется, мы и вправду не вовремя… - бесцветным голосом прошептала Кино.
-Да нет же! – вскричала я, приходя в себя. – Вы не так все поняли!

Коу шмыгнул в комнату, давясь от смеха, а я крикнула ему вслед:

-Мог бы и штаны надеть! – но, видимо, мой упрек только усугубил ситуацию. – Ну, проходите же.

Я буквально втолкнула запоздалых гостей в комнату, в которой Ятен судорожно застегивал джинсы.

Уже на кухне за чаем мы все вместе смеялись над той шутовской выходкой, и я даже шутливо шлепнула его полотенцем по плечу, на что наглец только захихикал.

Потом мы с Кино ушли в комнату, а мальчики остались курить в форточку, потому что я строго-настрого запретила им выходить на балкон (два трупа под окном мне ни к чему). Мы еще около получаса посидели всей компанией, потом Неф с Мако ушли. При этом Ли так многозначно подмигнул нам с Коу, что заслужил крепкий толчок по печени от Макото, которая тут же принялась жалеть пострадавшего.

Я, конечно, была очень рада повидать ребят, но отдохнуть хотелось еще больше. Мы с Коу разошлись по постелям и потушили свет. И перед тем, как провалиться в сон, я подумала: « И почему же жизнь заперла нас с Ятеном в одном пространстве»?
_____________________________________
Глава 2
Автор: Ятен Коу

Мы с Нефритом зашли на маленькую кухоньку, в которую едва помещались вдвоем, девушки остались в гостиной (а также спальне, кабинете и прочее). Ли достал из кармана сигары и вальяжно (насколько это было возможно)расселся на стульчике у стола, я сел напротив, прямо у входа.

-Ну и как тебя сюда занесло? – шепотом спросил Неф, протягивая мне сигару.

-Зашел проведать Минако, - усмехнулся я, закуривая ( да, видимо, еще не скоро я отведаю таких сигарет).

-Ага, - саркастично хмыкнул друг, выпуская облако дыма, – а она тебе тут же предложила поселиться у нее, чтобы ты больше не утруждался и мог ее навещать, когда захочешь.

-Да нет, - я не сдержал вздоха. – Мне просто больше некуда идти.

-Ты прекрасно знаешь, что я бы тебя никогда не выгнал. Хотя, соглашусь, Минако для тебя более привлекательная компания. Кстати, что у тебя стряслось-то?

-Во-первых, - я недовольно выкинул окурок в форточку, - я не хотел напрашиваться, даже ей рассказывать не думал. Вышло случайно, Минако сама меня пригласила. Ну а во-вторых, мой дражайший батюшка решил заставить меня встретиться с Цисси.

-Она прилетает из Флориды?

-Как всегда. Раз в год. Чтобы обнять любимого сыночка.

Неф понимающе хмыкнул.

-А он совершенно слеп до моей матери, ведет себя, как прыщавый подросток. И при этом говорит, что чувства ушли, а Цис – свободная женщина. Я это ему и сказал, так он аж посинел от злости. Мы повздорили, я психанул и ушел, папочка не держал. Здравствуй, жизнь бомжа! – я даже хлопнул в ладоши от «счастья».

-И что будет дальше? - Нефрит пытливо посмотрел на меня, очевидно, припоминая, что я в таких ситуациях любил снять девицу, купить пару бутылок чего-нибудь покрепче и кутить до тех пор, пока папаша не вытаскивал меня за шкуру домой.

-Пойду работать, - пожал плечами я, и Неф непонимающе уставился на меня. – Пока не знаю, куда, но сидеть на шее у Минако точно не собираюсь. Правда, на данный момент я просто амбициозный идиот.

-Я спрошу у Рома, есть ли вакансии, а еще лучше – у отца, вот старикашка удивится. Их с маман чуть Кондрат не хватил, когда они узнали, что я работаю, - Ли хитро усмехнулся, наливая себе в кружку чай. – А когда еще и сказал, что бросил пить, то мать велела позвать врача. Психиатра. Причем, для нас обоих.

-Ты это ради Макото? – мне нравились перемены, которые в нем происходили; странно и приятно видеть, как он, наконец, превращается в мужчину, а глаза при этом остаются детскими.

-И ради себя тоже. Впервые соглашусь с Ромулом – я не более, чем повеса, Мако нужен другой человек.

-А ты спросил у Мако, что ей самой нужно?

Он задумчиво помолчал.

-Нет, Ятен, я ничего пока из себя не представляю, ей нужна опора, плечо. То есть, Ром, а не я.

-Так почему же она тогда сейчас не с Ромом? Чего ждет? Насколько я знаю по твоим же рассказам, особых надежд она твоему брату не давала. Она не оттолкнула, но и не согласилась. Не находишь? – меня иногда убивает собственная гениальность. Ай да Ятен, ай да умничка!

-Не знаю я! – он рассеянно потрепал себя по голове, отчего волосы превратились в гнездо. – Просто для нее хочется самого лучшего. А лучшим я не являюсь.

-Да кто тебе сказал, что она хочет лучшего? Может, ты нужен ей таким, какой есть, - я прямо доктор Курпатов и сваха в одном лице.

-Посмотрим, Ятен, посмотрим, - он озабоченно вздохнул.

-Эй, мальчики, вы там застряли, да? – на пороге появилась улыбающаяся Мако, и Нефрит расцвел на глазах, лицом напоминая какого-то пришибленного; мне захотелось прыснуть.

Через полчаса они ушли, оставив меня и Минако наедине. Странное дело. Эта девчонка в растянутой футболке «I love rock» привлекает меня больше супермоделей в кружевном белье. Но свои желания пришлось оставить при себе и покорно скукожиться на старом кресле.

Автор: Макото Кино

-Давай немного пройдемся пешком? – Нефрит припарковался недалеко от моего дома, и мы вышли на улицу.

Дневная жара спала, небо затянуло тучами, и подул прохладный ветерок. Ли накинул на меня свою куртку, прямо как в старых романтических фильмах, и меня окутало облако дорогого парфюма. Никогда бы не призналась, что кружится голова от одного только запаха, от крохотной доли тепла, хранящегося в тонкой ткани. Навстречу нам мигали вывески, горели фары, словно салют, что-то волшебное, непременно доброе. Одним словом – сказка.

-Можно? – Неф взял меня под локоток, несвойственно кротко улыбнувшись.

-Руки замерзли? – я не смогла сдержать ответной улыбки.

-Нет, - он строго глядел вперед. – Просто так создается иллюзия, что у нас свидание.

Я смущенно отвернулась. Сердце забилось быстро-быстро, как у испуганного кролика.

-Думаю, в честь нашего свидания можно и выпить чаю у меня дома. Как ты на это смотришь? – я поймала горящий взгляд Ли и невольно опустила ресницы.

-Если только матушка моей спутницы не будет против позднего гостя.

-Не будет. Сегодня с утра моя мама уехала в больницу, - я улыбалась, и это, видимо, обескураживало молодого человека. – Мы три года прождали в очереди на место и, наконец, дождались. Это очень хорошая, современная во всех отношениях больница, а значит, есть маленький шанс на выздоровление.

-Так у тебя, выходит, праздник?! Ну, мисс Кино, чаем вы от меня не отделаетесь.

Мы заскочили в небольшую кондитерскую и купили целый пакет разных пирожных: корзинок с желе и ягодами, заварные трубочки, буше.

-Ваш муж оплатит заказ? – поинтересовалась пухленькая продавщица, искоса поглядывая на Нефа, пока я выбирала сладкое. От изумления все мысли разбежались в стороны, и я как будто издалека услышала озорной и одновременно очень серьезный голос Ли:

-Муж оплатит, - и он достал бумажник.

Всю дорогу до дома мы в основном молчали, размышляя о чем-то своем. Мне не хотелось нарушать этой тишины, обманчиво уютной и родной. Было просто хорошо. И это – главное.

Уже дома я побежала ставить чайник, пока Нефрит снимал ботинки, принялась хлопотать на кухне. Мы с удовольствием и какой-то затаенной неловкостью потягивали чай, изредка пробуя пирожные, и мне отчего-то становилось душно и томительно, хотелось одновременно убежать, скрыться от сияющих синих глаз и отражаться в них вечно, беспричинно смеяться невпопад и громко плакать, танцевать и просто забиться куда-нибудь в темный угол. Что же это? Что со мной?

-Мако, у тебя крем на лице, вот тут, - хриплый шепот с трудом доходит до меня; его взгляд был прикован к моим губам; секунда – и Нефрит, едва касаясь, слизнул заварной крем с моей верхней губки.

А потом… все. Я почти грубо была прижата к стене под напором его рук и поцелуев, но это мало волновало. Кажется, что-то полетело со стола на пол… Мой судорожный вздох, подавляемый его губами. Мысли, мораль и принципы бабочками разлетелись по сторонам, только махнув своими яркими крылами, ослепляющими меня до конца. Мы сползли по стене на пол, даже копчику больно… Он что-то говорит, но я не слышу, как в тумане плетусь за ним к кровати, незрячая, безумная, нежная… Я дышу, но мне кажется, что воздух не попадает в легкие… Наверное, это называют секундами до смерти. Да, наверное. Холодная простынь подо мной и тяжесть чужого волнующего тела… Со мной ли это? Он снова что-то шепчет, но я слишком занята его густыми волосами и такой ненужной футболкой…

Ничего не помню. Резкая вспышка боли. Его жалостливые, испуганные глаза и крепкий сон… у него на груди.

Автор: Нефрит Ли

Она заснула быстро, почти, наверное, не осознавая, что стала женщиной, и этого факта уже не изменить. И меня немного страшило то, что завтра утром это осознание придет, и итог будет необратимым: или Кино возненавидит меня всей душой (чувствовать наполовину она не научилась), или станет моей невестой. И того, и другого я боялся почти в равной степени.

Когда-то давно отец в первый и последний раз вызвал меня на «серьезный» разговор, где я поклялся, что никогда не буду рушить чужую жизнь и не лишу ни одной девушки невинности, кроме своей жены. Он уже, видимо, тогда знал, что женщин я буду менять, как перчатки, но я поклялся и всегда избегал девственниц. Отец твердо внушил, что это – Дар, который не должен быть растрачен на первого встречного, а я всегда занимал такую позицию по отношению к любовницам. Сегодня я нарушил эту клятву.

Я так ошалел от страсти и нежности, что даже и не додумался проверить. Теперь ничего, кроме отвращения к себе я не чувствовал. Я не хочу жениться. Не сейчас, когда я – никто, и ничего не могу ей предложить. А ведь ответственность всегда наступает…

Я знаю, что Мако не хочет затащить меня под венец, то, что произошло сегодня – искренние чувства, доверчивость с ее стороны и полная уверенность, что я ее не подведу. А я уже подводил. И даже если я постараюсь ей объяснить свои страхи, она не поймет, хотя бы потому, что всегда была откровенной, а мне даже перед самим собой приходилось изворачиваться.

Прости, Мако. Я знаю, что не достучусь до твоего сердца и обману тебя, но я постараюсь быть честным с тобой. Прости.
___________________________
Глава 3
Автор: Святой Ятен Коу

-Нет, Айно, это все-таки божественно! Понимаешь? Съесть яичницу прямо со сковородки без всяких тебе тарелочек с голубой каемочкой, - я с удовольствием окунул пакетик с заваркой в чашку и стал наблюдать, как в кипятке появились бледно-коричневые клубы.

-Ну ты прямо ребенок, - звонко рассмеялась Минако, глядя на мою, наверное, восторженную физиономию; она села напротив с тарелкой хлопьев с йогуртом. – Если хочешь, я все буду подавать тебе на сковороде. Даже суп!

-Нет уж, суп, пожалуйста, в тарелке, - Мина снова улыбнулась, и я чуть не растекся лужицей по зеленой скатерти: как же здорово, когда она улыбается!

-А вообще, шутки шутками, но нам нужно побывать в сотне мест, - она запила хлопья соком. – Договориться насчет работы (ну, с этим я и сама справлюсь), сходить в продуктовый, а еще за тапками, щеткой и прочей белибердой.

-Плачу я, - она строго посмотрела на меня, но я не отступлюсь. - У меня еще есть кое-какие наличные. На щетку, думаю, хватит, - последняя фраза разгладила морщинку на ее лбу.

Собираться на улицу было неудобно. Мина, отчаянно краснея, открыла свой шкаф с бельем, и мне пришлось удалиться на кухню, чтобы ее не смущать. Потом оказалось, что щеколды на двери в ванную нет, и я залетел в занятую уборную, за что получил полотенцем по физиономии, а ведь даже не успел ничего толком разглядеть (хоть не так обидно было бы!). Между прочим, специально отвернулся, демонстрируя, что не гляжу в комнату, нарочито тихо прошел к ванной. Откуда мне было знать, что ей приспичило умыться… без футболки?! В общем, процесс одевания принес больше сюрпризов, чем процесс раздевания.

Сначала зашли в хозяйственный магазин, полный коробочек, баночек и тюбиков всякий мастей.

-Возьми, пожалуйста, пачку порошка «Блеск» с кондиционером, - попросила Айно и скрылась в недрах бесчисленных стеллажей.

Я плутал минут пять, пока не вышел к полке со стиральными порошками. Что мне нужно взять? А, вот и «Блеск»! Весьма гордый собой (прямо как Колумб в момент открытия Америки), я снял синюю пачку.

-Взял? – из ниоткуда появилась Мина с целой корзинкой в руках (Господи, как она здесь ориентируется?!).

Я протянул ей «Блеск», но девушка недовольно сунула порошок на полку и взяла соседнюю – такую же! – пачку.
-Но ведь они одинаковые! – возмутился я, выхватывая из ее рук синюю пачку. – Чем тебе мой порошок не угодил?

-Они разные, - возразила Мина. – Видишь, - она ткнула на крохотный розовый цветочек в уголке, - этот с кондиционером, а тот без!

Я все равно не понимал разницы. Это что, принципиально? Мне никогда не понять женской логики…

-Вы, мужчины, ничего не понимаете, - заявила девушка, чудом выходя из этого лабиринта к кассе. – Вам лишь бы потом не воняло.

-Да куда уж нам!.. – фыркнул я и глянул в корзинку. – А это что? – я вынул нечто зеленое… тапок! И он… в форме морды собачки!!!

-Твои тапки, - невозмутимо ответила Мина, пока продавец пробивал счет.

Она хочет сказать, что я буду ходить в этом?!

-А что тебя не устраивает? Твоего размера больше не было.

Интересно, кто выпускает такие тапки сорок третьего размера? Я уже хотел высказаться по этому поводу, но смог только что-то прокряхтеть, тупо глядя, как «любимые» тапки отправляются в пакет с покупками.

-Ты что, застрял? – я так и не двинулся от кассы. - Нам еще за продуктами.

Слава Небу, хоть там все прошло без происшествий. Правда, на этот раз Айно не доверила мне выбрать даже пакет с семечками, наполняя тележку, в основном, полуфабрикатами и любимыми пачками с мюсли.

-Я не очень хорошо готовлю, - призналась она. – Мако еще пробовала учить, но вся затея накрылась медным тазом. Впрочем, в интернате получалось даже хуже (девочки даже боялись со мной готовить!).

-Ничего, яичница у тебя вполне съедобная, - еле выдавил я из себя.

-Теперь тебе нужно хоть что-то на смену купить из одежды, - Мина как ни в чем не бывало порылась в кошельке, а потом передала мне пакеты. – Похолодало, да и вообще…

Действительно, Токио, изнывающий от жары вот уже месяц, вдруг посерел под слоем толстых туч, а на мне только джинсы, футболка да ветровка.

-Знаешь, - Минако вдруг покраснела и жалко улыбнулась. – Я не могу себе позволить одежду из бутика.

Чего? Она не может купить дорогих шмоток мне и стыдится этого? Да это мне должно быть совестно, что я сижу у нее на шее!

-Минако, - я даже поставил пакеты на асфальт и серьезно посмотрел ей в глаза. – Ты не должна так говорить. Ты сама сегодня утром попросила чувствовать себя, как дома. Тогда не стесняйся ничего. Мне не нужны эти тряпки, только толстовка на плохую погоду и, быть может, сменная рубашка. Все. Не такая я уж кисейная барышня.

-Я тебя обидела? – ни с того ни с сего спросила Айно, и я чуть снова не шлепнул только что поднятые пакеты на асфальт.

Господи, почему она постоянно считает себя виноватой и в чем-то обязанной?

-Нет же! Меня расстраивает только то, что ты постоянно оправдываешься, словно я тебе кто-то чужой (на этом месте я чуть не упала назад себя! – прим. ред. Минако).

Она хотела что-то еще спросить, но промолчала. Что ж, по крайней мере, этот неприятный диалог закончился.

Мы зашли в первый попавшийся магазин. Я не стал долго тянуть с выбором, потому что молоденький консультант принялся клеиться к Айно, что меня ну никак не устраивало. Я мельком глянул на пару рубашек, толстовку и кое-как напялил джинсы, оплатил покупки с кошелька Минако и тут же уволок ее из магазина.

-Что случилось? – наивно спросила Мина, когда мы пошли в сторону ее квартиры. – Что ты сказал ему?

Боюсь, психика Айно этого не выдержит. Вон, у консультанта аж глаз дергаться стал.

-Сказал, что у них замечательный магазин, - ухмыльнувшись, ответил я.

-И от этого он так посинел? – выпучила глаза девушка.

-Впечатлительный попался.

Мина просто пожала плечами.

Мы заглянули в кафе, чтобы перекусить, а потом вернулись домой (странное дело: я уже называю эту квартирку домом!). У меня руки отсыхали от тяжелых пакетов, но я спокойно выкладывал на стол покупки, словно я эдакий мачо и готов таскать тяжести аж до Зимбабве.

-Знаешь, - Минако улыбнулась, открывая дверцу холодильника, – а ведь я всегда мечтала, чтобы мне кто-то вот так помогал носить пакеты из магазина или привинтить щеколду в ванной.

Я отложил связку бананов и внимательно посмотрел на нее, но Мина беззаботно улыбалась:

-Раньше как-то самой приходилось.

-Ничего. Теперь я буду тебя помогать, - я слышал свой напряженно-серьезный голос словно издалека, а в глазах повернувшейся ко мне Минако появилось что-то такое… беззащитное, что ли. Неприкрыто доверчивое.

Я уже открыл рот, что что-то сказать, как в дверь постучали…

***
А ранее у Мако…

***
Автор: Макото Кино

Я открыла глаза. Сколько там времени? Вид за окном ничего мне не сказал: все серое, да и только. Я поднялась на локтях и огляделась. Одежда валяется на полу. Дурдом. Надо ж быть такой свиньей…

Накинула халат и вышла на кухню. Судорожный зевок застрял на полпути, а ноги онемели в дверном проеме, когда я увидела за столом Ли с чашкой чая, а в голове мигом пронесся водоворот воспоминаний вчерашней ночи. Ночи…

-С добрым утром, - хрипло откашлялся Нефрит и поднялся со стула как школьник, провинившийся перед строгой учительницей.

Такое начало мне совсем не нравилось, не таким оно должно было быть. Совсем не таким.

-Привет, - я неосознанно потуже запахиваю халат, и это не ускользает от взгляда парня.

-Хочешь чаю? – не дожидаясь ответа и не глядя мне в глаза, он наливает в чашку заварку, его руки трясутся и не слушаются, и мне становится страшно; липкий холод и дурное предчувствие сковывают горло.

-Спасибо, - я пододвигаю горячую чашку к себе, но ледяные пальцы не получают тепла.

-Нам надо поговорить, - его безжизненный голос звучит, как приговор, приговор смертной казни без права на обжалование, и я с трудом отрываю глаза от чашки и смотрю на его бледное лицо.

Холодно, холодно… До чего же холодно!

-Мако… - он прокашливается и смотрит куда-то в сторону. – Нам надо подождать. Понимаешь? Мы… не готовы к серьезным отношениям… Пока. Сейчас я улажу свои дела, и тогда…

-Тогда что? – мой строгий, безжалостный вопрос срывается с губ, хотя все внутри свернулось в жалкий комочек и тихонько стонет от боли… «Не нужна, не нужна…»

Нефрит путается в словах и теряется, и мне хочется помочь ему. Помочь уйти и не мучиться уже.

-Тогда мы будем вместе, - он заглядывает мне в глаза, но, видимо, то, что он в них читает, ему не нравится.

А я чувствую себя такой обгаженной, обплеванной, дешевой. Дешевая отмазка, дешевые слова. И я тоже дешевая.

Так везде и всегда, когда хочется сказать девушке, что все произошедшее ничего не значит. Не предполагала, что и со мной будет так же. «Не готовы к серьезным отношениям…» Видимо, не готовы, и я не зря боялась. Он не готов быть моим плечом, быть рядом, брать на себя ответственность. Неужели все, что было (и работа, и слова, и брошенное спиртное), только ради того, чтобы просто переспать со мной? Зачем этот фарс? Новый способ игры? А что? Неплохо! Очень даже креативно…

Мысли острые, безжалостные, а в душе все ноет, тянет, болит… просит, чтобы это оказалось неправдой, но я не даю лицу отразить, что чувствую. Хватит унижений. Он уже достаточно поглумился надо мной.

-Уходи, - я смотрю прямо на него, но Ли не двигается с места.

-Мако… - он силится что-то сказать, но я не даю ему этого шанса:

-Уходи. Вон.

Нефрит пораженно стоит и только через минуту на негнущихся ногах выходит из кухни. Тихо захлопывается дверь.

Я открываю глаза и ощущаю, как слезы скользят по щекам и падают прямо в чашку, а то жалкое существо внутри меня воет в голос и скребется по сердцу. Я и сама, кажется, давно кричу, проклиная, что когда-то его встретила. Глупо, глупо! Я врываюсь в комнату, срываю белье с постели и заталкиваю его в мусорное ведро, лишь бы не видеть его, не помнить… Дура, какая же я дура!

Сижу на полу и плачу, закусив коленку. Мамочка, пожалуйста, пожалей…

Автор: Нефрит Ли

-Уходи. Вон.

В ее голосе нет ненависти, все ровно и безэмоционально. И меня передергивает от ужаса. Силюсь найти в ней хоть одну слабинку, хоть один малюсенький шанс остаться, но она ждет, когда я уйду: требовательно, безжалостно.

Закрываю за собой дверь. Куда-то иду. Зачем-то иду… прогнала… Навсегда прогнала…
_________________________

@темы: Мои фанфики

15:40 

Красавчик (Часть 3. Главы 4-7)

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Глава 4
Как только мы разложили все покупки по местам, в дверь позвонили.

-Ну, кто еще там? - недовольно пробубнил Ятен, поднимаясь с кресла и натягивая "собачьи мордочки" на ноги.

Через минуту он вернулся с таким выражением лица, что я невольно вскочила с кровати.

-Мин, - не своим голосом сказал он, округлив глаза, - там Нефрит.

Я прошла в коридор и чуть не рухнула: Ли еле держался на ногах, подперев спиной стену. Он был до такой степени пьян, что даже нескоро отыскал меня глазами, когда я позвала его.

-Что случилось? - зачем-то спросила я, но Ятен молча взвалил его на плечи и перетащил к себе на кресло.

Помятый парень, от которого за версту тянуло алкоголем, тут же протяжно захрапел, свесив руку на пол.

-Он же пить бросил! - изумленно и растерянно произнес Коу, глядя на невменяемого друга. - Сам вчера сказал. А еще счастливый такой был, довольный.

-И Мако говорила, что Ли изменился! - я тоже была сбита с толку.- А вдруг что случилось? Давай его растрясем!

-Бесполезно, - Коу безнадежно махнул рукой. - Нужно дать ему хотя бы несколько часов, ты лучше Мако позвони.

Я набрала ее номер, но мне упорно никто не отвечал, отчего мне становилось страшно. В голову лезли всякие глупости.

-Давай пойдем к ней, Ятен, тут недалеко, - попросила я, уже не зная себя от волнения.

-А это тело как оставить? - выдохнул он, тоже изведясь до такой степени, что даже перестал обращать внимание на свои тапки. - Давай подождем пару часов, если Кино не ответит, будим Ли и летим к Макото, хорошо?

Минуты ползли, как улитки. Я бесцельно слонялась по квартире, мучая сотовый.

-Все, приводи своего друга в чувство, - сердито заявила я.

Ятен уволок еле упирающегося Нефрита в ванную и от души макнул его лицом в таз с холодной водой. Ли, ошалевший от протрезвительной процедуры, принялся пыхтеть и отплевываться, но Коу безжалостно повторял издевательство, пока вместо мычания не раздались вполне отчетливые маты.

-Очнулся! - выдохнул уставший Ятен, возвращая Ли в комнату и выкидывая его в кресло. - Все, отставить спячку! Что произошло?

Нефрит схватился за мокрые волосы, сморщившись, словно силясь что-то вспомнить, а потом застонал и закрыл лицо руками.

-Что с Мако? - выпалила я, боясь самого худшего, но Неф ничего не ответил. - Ну скажи же что-нибудь! - взмолилась я.

-Я идиот, - вдруг хрипло сказал , глядя куда-то вперед, вцепившись ладонями в подлокотники.

Мы с Коу минуты две ждали продолжения, но его не следовало. Ли только смотрел вперед с перекосившимся лицом.

-Неф, - тихо позвал его Ятен, - что произошло?

-Вчера мы с Мако... - он неловко вздохнул, не глядя на нас. - Были близки.

-Что? - тупо переспросила я.

У нее не было мужчин, и я знала об этом. И если Макото доверилась ему, то что же он так убит? Нефрит бы попросту белым!

-Да, - зачем-то кивнул Ли, - мы провели вместе ночь. А утром я сказал ей, что мы не готовы к серьезным отношениям, у меня еще ничего нет. Я даже не могу обеспечить достойно свою семью! - вдруг он жарко принялся оправдываться, умоляюще глядя на нас с Ятеном. - А она...

-Что - она?

-Она прогнала. - убийственно ровным тоном ответил Неф. - Вот и все.

Нет, что-то тут не так. Мако не стала б себя так вести. Затаскивать под венец она никого не собиралась...
Стоп.

-Неф, - строго спросила я, - что ты подразумевал под серьезными отношениями?

-Свадьбу, - недоуменно пожал плечами шатен.

-А ты говорил с ней конкретно о свадьбе? Называл это слово? - от этого зависело все.

-По-моему, нет... - он наморщил лоб.

Ну, все ясно.

-Ну ты и дурак, - восхищенно-возмущенно протянула я, садясь на кровать, Коу сел рядом. - Эх, ты! И как ты еще не понял? У Мако никого в этой жизни не было, только я да больная мать. Она привыкла полагаться только на себя. Для нее просто быть рядом, помогать, поддерживать - это уже очень серьезно. Понимаешь? Она по сути услышала от тебя, что не нужна, что ты не хочешь быть с ней рядом. Я понимаю твою точку зрения, ты всегда был избалован женщинами и вниманием, ни в чем не нуждался, поэтому для тебя серьезное - это штамп в паспорте, от которого уже не деться. Вы не поняли друг друга, - горько закончила я. - Мако не мечтала о свадьбе, а совсем о другом.

Какое-то время Нефрит молчал, а потом вдруг вскочил с кресла, тут же чуть не навернувшись назад себя:

-Мне нужно ей все объяснить! – у него был такой вид, словно он мог бы сейчас дойти пешком до Парижа.

Ли сиганул в коридор все еще на нетвердых ногах, Ятен побежал следом, я – за ними. Я не могу вмешиваться в их отношения, но хотя бы должна убедиться, что Неф доберется до места.

Автор: Макото Кино.

Этот день совершенно стерся из моей памяти. Я помню только какую-то тупую апатию и усталость, чье-то бубнение по радио, серое небо за окном. Мне было беспричинно холодно, я куталась в мамину шаль, пытаясь согреться, но ничего не получалось. В моей квартире было тепло, не внутри меня.

Меня всегда раздражали эти штучки, пахнувшие дешевым дамским сериалом, сейчас же я на себе чувствовала эту почти «киношную» боль. Не хотелось уже ничего. Совсем.

Автор: Нефрит Ли

Я бежал к ней, бесконечно ненавидя себя. Быть может, я уже опоздал. Ятен и Мина были со мной, в глазах Минако было столько жалости и надежды, веры в то, что не все еще потеряно. Это в какой-то степени придавало мне сил и уверенности в себе.

-Нефрит! - позвала меня Айно и я остановился. – Неф, не сдавайся, - попросила она меня, схватив за руку, – даже если будет отталкивать, слышишь?

-Не бойся, - через силу улыбнулся я, – не сдамся.

Мы уже подходили к дому Мако. Честно, я даже не знал, что делать, но одновременно понимал: счет идет на минуты. Я не верну ее, если стану медлить.

-Мако! – я что есть силы забарабанил в дверь. – Мако, открой, нам надо поговорить.

Все было тихо, и я продолжал метаться и вышибать старенькую дверцу. Вдруг за ней раздался тихий голос:

-Мистер Ли, уходите, иначе я вызову полицию.

У меня озноб пробежал по спине от ее голоса.

-Мако, - взмолился я. – Пожалуйста, дай мне шанс. Я никуда не уйду, - я демонстративно уселся на деревянный порог. – Я буду ждать, пока ты откроешь.

-Долго сидеть придется, мистер Ли, - дерзко ответила Мако, всхлипнув.

«Плачет…» Неожиданно я почувствовал себя бесконечно усталым и измотанным.

-Мако, - я вздохнул, опираясь спиной об дверь, – давай оставим этот детский сад, нам уже не пятнадцать. Нам нужно поговорить, необходимо. Понимаешь?

-Нам не о чем разговаривать, - упрямо ответила мне.

-Это самая глупая фраза, которую мне приходилось слышать. Нам есть, что обсудить.

-Например?

-Наше будущее. Или это не самый важный вопрос? Открой дверь. Если ты пожелаешь со мной навсегда расстаться, я хотя бы не буду сходить с ума и преследовать тебя.

Наверное, минуту ничего не происходило, только потом щелкнул замок, и я поспешно встал с порога. Ятен и Минако махнули мне рукой издалека и пошли по направлению к своей квартире.

На пороге меня никто не ждал. Пришлось своевольно идти в комнату, а оттуда на кухню. Мако была белая, как мел, только глаза осоловело блестели, и по щекам размазались красные пятна. Она, строго сложив на коленях руки, сидела на стуле. Волосы не расчесаны, на плечах какая-то старая шаль…

-Макото, - я неловко сел напротив, теряя все слова вместе с мужеством, – мне нужно объяснить…

-Знаешь, - вдруг спокойно перебила она, – я не люблю твоих объяснений. С тобой было легче, когда ты был тем Нефритом Ли.

-Легче... - я невесело усмехнулся. – Ты хочешь, чтобы все было просто?

-Я ничего не хочу, - буркнула Кино, опуская глаза.

-Хватит вести себя так, Макото. Я хочу поговорить.

-Ну так говори! – взвилась она, совсем теряя над собой контроль; от апатии не осталось и следа.

Господи, ну почему все превращается в бытовуху, даже не успев толком начаться? Почему людям так нужно устраивать сцены, а не запихать свою гордость куда подальше и просто выслушать?

-Я не могу на тебе сейчас жениться, - спокойно и твердо начал я, замечая удивление в ее глазах. – И именно это я имел ввиду.

Девушка хотела что-то сказать, но я поднял ладонь, останавливая ее:

-Дай мне немного встать на ноги, поднакопить денег. Не придумывай себе ничего, я не собираюсь тебя бросать, а отвечать за свой поступок.

-Свадьба? – она испуганно поднялась со стула, вцепляясь за серую шаль. – Отвечать за поступок? Я не собираюсь требовать от тебя женитьбы, - ее тонкие брови сошлись на переносице, – ты полностью свободен. Я совсем не хочу… так… - ее голос прервался; кажется, подобная мысль просто ужасала Макото и оскорбляла. – Разве я держу тебя? Разве прошу чего-то?

-Это я прошу, - в горле жутко пересохло, а ладони повлажнели; я встал со стула и стиснул ее напряженные плечи. – Макото, ты станешь моей женой?- я неловко опустился перед ней на колено и взял тонкую руку.

Даже выдохнуть было страшно. Что она скажет? Не оттолкнет ли? И что делать, если оттолкнет?..

-Нефрит, ты сейчас совершаешь глупость, - она грустно улыбнулась, будто жалея меня. – Хочешь поступить по совести, но что из этого выйдет? Мы знакомы с тобой чуть больше месяца, ты хочешь связать с человеком, которого не знаешь и не любишь. Я не способна на такое, понимаешь? Не хочу, чтобы мы ошиблись, а потом нас воротило друг от друга.

-Кто сказал тебе, что я тебя не люблю? – это было самое горькое из того, что я услышал.

-Но мне никто и не сказал, что любит. А я этого и не прошу. Так что…

-Ты так хочешь меня выгнать? – я встал с колен. – Может, с предложением я поспешил, если ты боишься. Я буду ждать. Но ты упорно не хочешь дать мне шанс. Что у тебя в голове, Макото Кино? Давай просто попробуем.

-Просто? Ты хочешь, чтобы все было просто? – повторила она мои слова.

-А зачем усложнять там, где и так много проблем? Разве мы не можем пожить вместе? Попробовать создать семью?

-Я не знаю... - я не понимал, что сейчас ее гложет, чего она боится. – Совсем не знаю…

Я осторожно обнял ее за плечи, погладил по напряженной спине. Девушка робко положила голову на мое плечо и прикрыла глаза.

-Пожалуйста, Мако, поверь мне. Ты мне так дорога, так изменила мою жизнь. Если ты не захочешь, я уйду и оставлю тебя в покое. Пожалуйста, всего один шанс.

-Хорошо, мы попробуем, только помни, что у нас теперь все по-другому и мы ответственны друг за друга.

Я кивнул.

-Мы будем жить у тебя, или мне снять квартиру?

-Я не хочу чувствовать себя приживалкой. Останемся здесь.

Мне было все равно. Мы вступали на новый этап жизни, и совсем не известно, к чему это приведет. Хотелось верить, что к лучшему. Хоть и не без трудностей.

_________________________
Глава 5
Автор: Макото Кино

Я сидела у барной стойки , полностью измученная рабочим днем, слава Небу, до конца смены оставалось не больше получаса, а дальше мы с Нефритом поедем ко мне домой. Стоп. Опечатка. К нам домой. И этот факт никак не хотел укладываться у меня в голове.

-Здравствуй, Макото, - к стойке подошел Ромул, чем вывел меня из усталого оцепенения, и я села прямее, стараясь улыбнуться. - Устала?

-Есть немного.

А вот Ром, похоже, чувствовал себя великолепно. Вместо привычного строгого костюма на нем были темные джинсы и синяя рубашка, которые меняли его почти до неузнаваемости, делали более свежим и беззаботным. И вообще, Ли-младший просто ослеплял улыбкой.

-Я знаю, быть может, это эгоистично с моей стороны, но... не хочешь сходить со мной куда-нибудь? Обещаю полное исцеление от усталости!

Вот. Этого-то я и боялась.

-Ромул, понимаешь...я...

-Привет, Ром, - неожиданно из-за спины младшего брата вырос Нефрит. - Как проходит выходной? - его лицо напоминало гипсовую маску, а голос был сухим и предупреждающим.

-Отлично, Неф, - на секунду лицо блондина переменилось, но лишь на мгновение; ослепительная улыбка тут же вернулась к нему, - вот, решил прогуляться.

-С мисс Кино? - Нефрит уж как-то не по-братски сильно вцепился в его плечо.

-Так... - я поднялась со стула, но внимание молодых людей не привлекла; воздух - хоть ножом режь, такая была напряженность.

-С мисс Кино, - уже без улыбки и так же жестко ответил Ромул, - а в чем, собственно, проблема?

-В том, что мисс Кино - моя невеста, я полагаю, - на лице Нефрита отразилась какая-то несвойственная ему злоба и ревность, а Ромул был просто в шоке.

Он с недоумением посмотрел на меня, как бы желая убедиться во лжи брата.

-А не много ли ты на себя берешь? - поинтересовался Ромул, теряя всякое добродушие. - Мако, это правда?

-Да! - выпалила я, с тревогой смотря то на одного, то на другого. - Пожалуйста, не делайте глупостей.

Ромул горько усмехнулся, глядя мне в глаза:

-Ну что ж, - он бравадно хлопнул в ладоши. - Совет да любовь! - и стремительно вышел, ссутулив спину.

-Нефрит, - напустилась я на Ли, который со злобным довольством смотрел брату вслед. - Что это только было? Я не узнаю тебя!

-Рабочий день окончен, - строго бросил мне парень. - Я жду тебя у входа, - и удалился в свой кабинет, даже не обернувшись.

Я стояла в одиночестве, и мне хотелось кричать от досады и обиды. Я что, собачонка, которая бежит по первому зову? И можно тупо затыкать мне рот? Что за свинство?! Кто ему позволил так со мной обращаться? И с Ромом? Неужели можно вот так глумиться над чужим несчастьем?!
С трудом сдерживая раздражение и слезы, я собрала свои вещи и, не глядя, села в машину Нефрита. Я тут же отвернулась к окну, боясь, что вся усталость и негатив вырвутся наружу.

-Мако, - тихо позвал меня Неф, но я не обернулась. - Прости меня, пожалуйста. Я так устал.

-Будешь оправдываться перед Ромулом,- ответила я.

-А что я должен был сказать? - тут же язвительно, но утомленно повысил голос Неф, ударив кулаком по рулю. - Может, еще и выпроводить вас с почестями?

-Для начала ты должен был дать мне слово, - я обернулась к нему, с трудом не крича. - Вы говорили обо мне, о живом человеке, а не о вещи! И за что ты так обидел Ромула? У тебя что, совсем сердце каменное? Как бы ты себя чувствовал на его месте? Он же твой брат! А ты добил его! - я сделал глубокий вдох, пытаясь сдержать чувства.

-Ну как ты не понимаешь? - с отчаянием закричал Нефрит. - Я ревную тебя! Я вижу его около тебя, и что-то гадкое поднимается к горлу. И я не могу это контролировать. Я знаю, что у него на тебя далеко не дружеские виды, и это выводит меня еще сильнее.

-Я выбрала тебя, Нефрит, чего тебе еще от меня надо? Клятвы? Кандалы? Ты бы заковал меня в цепи и носил ключик при себе? - я вцепилась в его руку. - Чего еще тебе надо?

Нефрит молчал, но я видела на его лице живое страдание, разрывающее мое сердце.

-Я хочу, чтобы ты больше не виделась с Ромулом, - тихо произнес он, сжимая мою ладонь в ответ.

-Я на него работаю, Неф.

-Тогда брось работу, - в его глазах появилось что-то лихорадочное. - Пожалуйста, Мако, ради меня.

-Но, Неф, на что мы будем жить? - я искренне не понимала его причуд. - Ты же знаешь, что у нас не то положение, чтобы сидеть дома, свесив ручки.

-Но я прошу! - упрямо мотнул головой он.

-Нефрит, перестань! - мое терпение иссякло. - Перестань себя так вести. Ты упрекал меня в эгоизме и нежелании слушать. А как себя ведешь ты? - Ли отпустил мою руку, и отвернулся к лобовому стеклу. - Я тебя люблю... чего ты еще хочешь? Почему так поступаешь?

Неожиданно Нефрит притянул меня к себе и крепко-крепко обнял, так, что у меня все-таки брызнули слезы.

-Ну за что ты меня так мучаешь, Нефрит? За что?

-Т-с-с... - парень поцеловал меня в лоб, но не отпустил. - Прости, Макото, прости меня. Поедем домой, м?

Я кивнула и отстранилась. Нефрит завел машину, и мы в полном молчании доехали до нашего жилища. Спокойно поужинали, легли спать, но эта тишина будто давила на нас. И сон не шел, а вот Нефрит дышал ровно и мерно. Я осторожно высвободилась от его объятий и встала у окна, замаявшись без сна и покоя. Я все сомневалась: а правильный ли выбор сделала? Мы с Нефритом только мучаем друг друга и делаем больно. Неужели так и должно быть? Неужели так всегда?

-Мако? - я обернулась к кровати; Нефрит, приподнявшись на локтях, смотрел прямо на меня. - Что-то случилось?

-Ничего, - я легла на свое место и юркнула к нему под бок. - Просто не спится.

-Ты все еще переживаешь?- он потерся носом о мое щеку. - Я уже и не знаю, как вымолить у тебя прощение.

-Не надо, я все поняла, Неф. Я уже не злюсь.

-Не расстраивайся, Мако, все еще будет у нас хорошо, слышишь? Только нужно подождать и не сдаваться. Я Минако обещал.

-М?

-Я обещал, что буду бороться, - он тепло усмехнулся. - И не сдамся. Спи, моя хорошая.

Я закрыла глаза и провалилась в сон.

***

-Ты опять, ты опять сожрал все ягодки из варенья! - я с негодованием поставила банку на стол, в которой была одна вязкая жижа. - Ну что ты за человек, Ятен Коу?!

-Хватит жмотничать, Айно! А то толстой будешь, - парень с наглым видом облизал ложку. - Знал бы, что ты такая жадюга, к тебе не переехал.

-Скажите, пожалуйста! - я возмущенно уперла руки в боки, откидывая волосы за спину. - И это я еще жмот! Ты даже мне ничего не оставил. Ни ягодки!

-Я увлекся, - с невинным видом оправдался мой маленький босс.

-Увлекся он! - я скрестила на груди руки и плюхнулась в кресло, всем своим видом показывая свое недовольство. - И еще так выразился, словно я прямо на коленях стояла, чтобы ты переехал. Да, я неидеальная, понимать надо было.

-Вот сейчас развернусь и уйду! - пригрозил Коу, и у меня аж горло перехватило от возмущения:

-Двери показать?

Коу взял ветровку, обулся и вышел. А я даже не поняла, что произошло. Это он что, из-за банки варенья?!

"Ну и дурак!" - в сердцах подумала я, но тут же высунулась в окно, а потом и в подъезд: пусто. Неужели я переиграла и все-таки перегнула палку? Я даже выбежала на улицу и, не дождавшись, в полном расстройстве вернулась домой.

Вдруг дверь скрипнула, и в комнату зашел Ятен с трехлитровой банкой клубничного варенья .

-Ну что, - он со стуком поставил ее передо мной на стол, - вопрос исчерпан? Уж трех литров нам с тобой на двоих хватит?

Я с молчаливым недоумением смотрела на него: все-таки я уже решила, что он не вернется.

-Что молчишь-то?

-Я думала, ты ушел.

Коу смущенно замялся:

-А ты уже хотела устроить пирушку? Извини, что помешал.

-Дурак ты, - безнадежно и одновременно успокоенно вздохнула я, и Ятен как-то странно на меня посмотрел. - Вот точно дурак.

-Ты не хочешь, чтобы я уходил? - спросил он, и я честно покачала головой. - Да куда я денусь? - Коу ухмыльнулся, но как-то неловко. - А теперь предлагаю разделить ягодки и посмотреть телевизор.

-Ага, конечно. А работать кто будет? Скоро принесут.

-Что принесут? - не понял Ятен.

-Клеить конверты будем. Ну, вырезать, приклеивать марки, - я привычно пожала плечами.

-Ого, да я даже смогу тебе помочь! - обрадовался маленький босс.

-А куда ты денешься? Чем больше сделаем, тем больше получим. А потом я пойду на подработку.

-Это куда же?

- В одно местное кафе, на ночные смены, - для меня это не было новшеством, а вот лицо Коу заметно вытянулось:

-На ночь?

-На ночь. Через день. Тебе придется тут одному справляться.

-А к тебе можно будет приходить. Что-то я не очень доверяю вашим ночным заведениям. Я тут в магазине был, так там такие бугаи с рожами доберманов, - для наглядности парень даже скривил рожу.

-Можно, но только в качестве посетителя. Только вот я не хотела бы, чтобы ты тут ночами один расхаживал.

-Ой, мамочка, не бойся, - прогнусавил Ятен, и я запустила в него подушкой.. - Не рассыплюсь.

-Ну, район здесь неспокойный, я тебя сразу предупреждаю. И храбриться тут нечего. Я один раз от маньяка бежала, еле ноги унесла.

-Вот я и постерегу твои ноги и все прилегающие к ним части тела, - улыбнулся он. - И где там твои конверты?

Только Ятен это произнес, как в дверь позвонили, и мне подали толстенную пачку будущих конвертов. Мы, наверное, часа три без передышки клеили, резали и раскладывали.

-Очень хорошо, - поминутно хвалила я Ятена, и тот сиял, как пятерочник на уроке труда.

Коу вдохновенно прицеплял марки, радуясь этому, как заядлый коллекционер. Полагаю, ему просто нравилось быть мне полезным и нужным, чем-то помогать, а не сидеть на шее.

-А ты можешь заказать еще конвертов для меня? - спросил он. - Я буду делать, когда ты на работе.

-Закажу, - согласилась я. -Лишь бы в грузчики не шел, право слово.

-А ты бы в официантки, - насупился маленький босс. - Как представлю, что ты ночью среди пьяных мужиков... Ужас!

-Ничего, мы с Мако уже привыкли,- снисходительно усмехнулась я. - Жизнь еще и не тому научит. Некоторым и больше не повезло.

-Например, мне, - буркнул Коу, устало потирая глаза. - Давай-ка спать, Минако. Уже до полночи час остался.

-Вот именно. А мне еще на работу идти.

-Что? - удивился Коу. -Сегодня? Но ты же совсем не отдыхала! - возмутился парень, вскакивая с кресла.

-Работодателю на это пофиг, уж поверь, - я вздохнула. - А ты ложись.

-Еще чего!- маленький босс возмущенно принялся одеваться. - Я тебя провожу и посижу первое время. И утром встречу. Во сколько?

-В семь, - я с сомнением посмотрела на его гиперрешительный вид. - А ты встанешь?

-Господи, Айно, да я спать спокойно не смогу. Мне не трудно. Даже легче будет.

Мы собрались и вышли на улицу: как назло ни одного фонаря. Как в дыре живем.

-Слушай, а ты точно до дому дойдешь? Не потеряешься?

-Не потеряется, - ответил мне скрипучий голос где-то слева и грязно выругался.
__________________________
Глава 6
-Кто здесь? – пискнула я, машинально отпрыгивая прочь от скрипучего голоса, и схватилась за застывшего Ятена.

Я почувствовала, как волосы шевелятся на загривке, а в горле встает противный ком страха. Какая-то темная фигура колыхнула черное пространство совсем рядом, и у меня возникло острое желание броситься прочь, однако ноги как назло превратились в литые колонны – и пальчиком не пошевелить. Господи, да во что мы опять вляпались?

-Вытряхиваем карманы, господа, - видимо, он был не один, потому что второй голос был жутко гнусавым; кто-то с силой рванул сумочку из моих рук, а я даже и не подумала удерживать ее: пусть забирает мою пудреницу, мятную жвачку и кошелек с тридцатью йенами, не жалко!

-А вы не нарываетесь? – вдруг рыкнул рядом Ятен, и я ударила его локтем в бок, чтобы не вякал, если хочет себя в целости и сохранности унести.

-Ой, кто у нас проснулся, - язвительно просюсюкал Скрипучий, толкая Коу в грудь, и тот невольно отодвинулся на несколько шагов назад.

-Ну не надо, ну пожалуйста, - буквально проскулила я, глядя то на одного гопника, то на другого (хотя видны были только тени). – Мы же все вам отдали!

Но они явно проигнорировали мое лепетание и стали надвигаться на Ятена, как коршуны на добычу. Все инстинкты самосохранения вмиг полетели в тартары, и я кинулась на одного из них, мимолетно жалея, что у меня нет подноса.

-Ай! – взвизгнул мужик, никак не ожидавший от меня подобных действий, а дальше все разворачивалось буквально за секунды.

Воспользовавшись общим замешательством, Коу рванул вперед, прямо между гопников, грубо схватил меня за локоть и что есть силы понесся от них. Позади раздался крик и маты, что еще сильнее пришпорило и меня, и Ятена. Это жутко напоминало мне наши гонки по лесу от волосатой морды, и совсем неизвестно, что хуже. Но я-то уже бывалая Лара Крофт, так что быстро сориентировалась и сама дергала парня в нужную сторону, поближе к дороге. Перед глазами все плясало, нога, которую я неудачно подвернула, отдавала резкой болью, но я неслась меж дворов и домов так, словно на мне сапоги-скороходы из известной сказки. Рядом слышалось неровное дыхание Ятена, который, похоже, был далеко не спортсменом и уже еле держался.

Как только впереди замаячила полоска кафешек и магазинчиков, мы из последних сил рванули к ним и заскочили в первую попавшуюся дверь. Наверное, пара пыхтящих, будто паровозы, людей выглядела ну очень феерично, потому что посетители бара (кажется, привыкшие ко всему на Земле) начали недоуменно на нас оборачиваться и даже тыкать пальцами. Мы с Коу как можно невозмутимее проползли к дальнему столику, удачно закрытому чахлой китайской розой (да в такой атмосфере, загаженной алкоголем и табаком, даже тараканы дохнут!), и расселись, причем я чуть не плюхнулась мимо стула, и если бы меня вовремя не поддержал Ятен, пришлось бы соскребать мою тушку с пола. К нам тут же подбежала официантка в бикини (а может, она просто как надела свое черное платьице лет в десять, так его и не снимала), и мой маленький босс заказал нам две чашки кофе без сахара.

-Айно, где мы хоть находимся? – тихо поинтересовался он и вынул из пачки сигарету, но трясущиеся пальцы тут же сломили ее.

-Точно не скажу, - призналась я и нервно огляделась. – Думаю, до «Пеликана» не так далеко. Еще успеем.

-Чувствую себя этим… ну как его? – парень азартно пощелкал пальцами. – Клайдом!

-Бонни и Клайд? – я хихикнула не своим голосом (дурацкие нервы!). – Ага, вон на нас и смотрят, как на преступников, только что скоммуниздивших миллион. Вот кто бы знал, что я сама сейчас все вещи готова была отдать, лишь бы унести ноги!

-Много украли? – Ятен пододвинул себе чашечку с кофе, словно одолженную из детского набора посуды, а я взяла свою.

-Нет, - махнула я рукой, – только мусор и тридцать йен. Я даже ключи в ней не ношу, больше по привычке таскаю. Пусть подавятся, у меня хоть будет повод сумку сменить, - я отпила и задушено закашлялась. – Знаешь, я в детстве варила кашу-малашу. Это земля, смешанная с водой из лужи. Похоже, местная кухня до сих пор не отошла от детских игр.

Коу с подозрением покосился на содержимое своей чашки и отодвинул ее в сторону.

-Давно заметил твой оптимистичный взгляд на подобные вещи, - произнес Коу и покосился на вход, нет ли кого.

-На кофе? – не сообразила я.

-Да нет же. На неприятности, - парень откинулся на спинку стула и обвел меня внимательным взглядом. – Ты нигде не пропадешь и вечно умудряешься из всего выпутаться.

-И тут же впутываюсь в новое, - насупившись, ответила я. – Знаешь, у меня иногда появляется ощущение, что на моей спине написано: «Эй, неприятности! Я ту-у-ут!» - я даже для наглядности сгримасничала, и Коу рассмеялся. – Ты даже не представляешь, в какой я была дыре, когда попала к вам на работу.

Коу приподнял белесую бровь, как бы показывая, что ждет пояснений.

-В тот вечер меня уволили с работы. Вот с такого же местечка, - я махнула рукой в сторону гудящего зала. – Несправедливо уволили. Я пришла домой: ни денег, ни работы, а тут звонит Макото. Говорит, что одному юристу нужна горничная для сына…

-И тут вступаю я, - самолюбиво улыбнувшись, вставил Ятен.

-Да, - подтвердила я, – и с первых же минут нашей встречи мне захотелось задать тебе леща.

-А вот я тебя зауважал тогда, - обиженно подался вперед Коу, смешно вздернув нос. – Что ты хотела ляпнуть на мое хамство? – тут же полюбопытствовал он.

-Все, что думала о тебе в данный момент. Знаешь, мне даже было пофиг на работу. И вообще, мне намного больше хотелось иметь дело с твоим отцом, нежели с тобой, - я усмехнулась, и Коу тут же прищурился:

-Ага. Ну батюшка, ну дает. Вроде старый хрыч, а все туда же!..

-Ничего не туда же, - оборвала его я. – Тем более, я даже тебя боялась, представляешь?

-Почему? – растерялся мой маленький босс.


-Я просто не знала, когда и чего от тебя ожидать. То ты ведешь себя так, словно я приведение, то любезничаешь. Да и люди твоего круга не внушают мне доверия. Я решила держаться от тебя подальше. Да не тут-то было…

-Потому что я снова вступил в игру и увез тебя в наш загородный дом. И уж тут-то от меня скрываться было не просто…

-Как оказалось, да. И я понять не могла, почему ты постоянно преследуешь меня.

-А я не понимал, зачем ты бегаешь, - парировал Ятен, поддерживая наш диалог по типу «Продолжи мою фразу».

-Вот дурак! – не выдержала я. – Да потому что у тебя есть (то есть была) девушка! И мне нужно было свести наши столкновения до минимума.

-Теперь понятно, - хитро отчеканил Коу, скрещивая на груди руки, а я еще даже не понимала, что попала впросак. – Значит, я тебе нравлюсь, - он улыбнулся, как кот, объевшийся хозяйской сметаной. – Тогда мне все ясно.

С минуту я пораженно глядела на него, а потом меня как прорвало:

-Да ты!.. Ты!.. – пискнула я, позабыв о том, где вообще нахожусь. – Ты все подстроил!

-Да что подстроил-то? – продолжил ухмыляться Ятен. – Что тут ненормального? Ты не смогла устоять перед моим неземным обаянием, вот и всё. Не кори себя, дочь моя.

-Неземным обаянием? – рыкнула я, понижая голос, чувствуя, что горю от смущения и досады. – Ну ты и самолюбивая свинья, Ятен Коу!

-Я и правда не вижу повода так беситься, - все-таки с его лица не сходила гаденькая довольная ухмылочка. – Ты думаешь, я просто так тебя с собой повез и пытался подольше поговорить с тобой? Я же не маньяк какой-нибудь, преследующий блондинок с красным бантиком.

-И из-за чего ты это делал? – строго и требовательно спросила я, желая вытянуть из него ответное признание.

-А ты не опаздываешь на работу? – невинно поинтересовался Коу, и я вскочила со своего места, как ужаленная.

Романтика обождет, а вот если мне откажут в работе, то-то весело будет! Ятен кинул на стол купюру за кофе, и мы помчались в «Пеликан». Слава Небу, успели и даже не наткнулись ни на кого по пути. Коу остался в зале, а я побежала переодеваться в форму, состоящую из юбочки размером с широкий пояс, топика и разноцветных перьев, облепляющих его. Наверное, выглядела как укротительница цирка «Шапито», только вот «укрощать» мне придется не тигров, а пьяных мужиков. Что, впрочем, одно и то же.

-Ой, Мина, ты видела? – в коморку, называющуюся гардеробом, протиснулась Белл, моя напарница на эту ночь.

-Что? – я с трудом натянула малиновый топик на грудь, так и норовящий сползти вниз.

-Там в зале такой красавчик сидит, - девушка возвела ярко накрашенные глаза к потолку и хищно улыбнулась.

-Какой красавчик? – насторожилась я, уже догадываясь, о ком идет речь (ну какой еще красавчик заглянет в эту дыру, кроме Ятена?!).

-Длинноволосый блондин, - подтвердила мои догадки Белл, поправляя рыжие кудряшки. – Зеленоглазый такой. И фигура ничего себе. Надо бы принять у него заказик…

-Сейчас! – саркастично хмыкнула я, и Белл с недоумением выпучила карие глаза; я тут же оправилась, задушив в себе вспышку… ревности?

-Твой, что ли? – поинтересовалась напарница, обрадовавшись новой сплетне.

-Мой, - ответила я, представляя, что бы Ятен сказал на подобное заявление.

-Сторожить пришел? Повезло! – с беззлобной завистью девушка вздохнула, как героиня дамского романа. – А я-то думала, куда ты пропала? А тебе, значит, не до нас было…

Я покраснела под ее взглядом и, схватив свой поднос, пошла в зал, Белл – за мной. Мы обе посмотрели в угол, где сидел Коу, тот в упор смотрел на меня, словно только и ждал моего появления. Его лицо как-то странно застыло, а сигарета так и не дошла до рта: видимо, мой по-настоящему развратный вид подействовал на него, как и на всех остальных. Я невозмутимо подошла к Коу, и он вдруг вскочил со своего места, стянул с себя ветровку и закутал в нее меня. Поднос выпал из моих рук и с противным звяканьем ударился об пол, на нас все обернулись.

-Ятен… - сдавленно прошипела я, когда он чуть ли не насильно усадил меня на свой стул. – Ты что делаешь?

-Айно, ты с ума сошла, - свирепо рявкнул Ятен, пытаясь натянуть свою куртку мне на колени. – Это что за порнография?

-Тихо ты! Это обязательная форма, я ее не выбирала, - конечно, мне и самой было стыдно за эти тряпочки, но какое, черт возьми, право он имеет кричать на меня?! – И это моя работа!

-Работа? Ходить голышом перед этими похотливыми мужиками – твоя работа? – возмутился Ятен, не давая мне подняться со стула и снять ветровку.

-А что мне делать?!- яростно закричала я, наплевав на всех вокруг. – Как зарабатывать на существование? У меня по жизни и другой выбор был: идти на панель, но я работаю честно, не входя в крайности. И мне не стыдно!

-Все, Минако, мы отсюда уходим, - Коу строго посмотрел на меня и потянул со стула, но я уперлась, не желая подчиняться его приказам, тогда Ятен перевалил меня к себе на плечо, как я ни дергалась, невозмутимо вышел из бара под звенящую тишину.

-Отпусти меня, Коу, я не твоя вещь! – кричала я в беспомощной злости и даже пыталась колотить его, но он был словно скала. – Не смей распоряжаться моей жизнью и попрекать работой!

Он молчал и шел, не разбирая дороги, никак не реагируя на мой крик. И я безнадежно затихла, трясясь от злости и беспомощных слез, рвущихся из глаз. Вдруг Коу взял меня на руки так, чтобы я видела его лицо, и сел на какую-то дворовую скамейку. Я оказалась у него на коленях и попыталась встать, но ничего не вышло.

-Пусти, - сдавленно рыкнула я, пихая его локтем.

-Еще чего, - тихо ответил Ятен и прижался губами к моим губам.

_________________________
Глава 7
Автор: Ятен Коу

Минако что-то промычала мне в губы и заерзала, но я благополучно проигнорировал это, еще сильнее сжав ее в объятьях. В голову ударил хмель. Разобраться со всем этим бардаком и потом можно. Кажется, Минако подумала о том же, потому что уже секунд через десять обвила мою шею руками и поудобнее устроилась на коленях.

Я понятия не имею, сколько мы так просидели, но девушка вдруг отпрянула и стыдливо опустила глаза на землю, спрятавшись от меня за густой челкой.

-Мне вообще-то на работу надо, - ворчливо буркнула она, а я просто с недоумением таращился на нее.

И это что – вся ее реакция на произошедшее? А где крики: «О, Ятен, я так счастлива!!» Где улыбка во все тридцать два? Я, конечно, не такой самоуверенный и Богом себя не считаю, но все же… Обидно даже как-то. Никогда не думал, что буду вести себя, как обманутая младшеклассница, но оставить, как есть, не мог:

-Эй, Минако, а ты не хочешь со мной поговорить? - возмущенно протянул я, мешая ей встать с моих колен.
-О чем? – насупилась она, вытирая щеки.

-Ну, например, о том, что мы целовались минуту назад, - с притворным сарказмом пожал плечами я; что за хрень вообще происходит? Где happy end?

-А что не так? – я удивлялся ее спокойствию.

-Да, видимо, все в порядке, - я раздраженно поднялся, буквально стряхивая Минако с колен. – Ты, кажется, торопилась на работу? – не обращая больше внимания ни на усиливающуюся досаду, ни на Айно, пошел разыскивать дорогу назад.

-Ятен, - позвала меня Мина, но я даже не обернулся. – Ну стой же ты! Ты не туда идешь!

Я встал. Не имеет смысла упрямиться, а то уйду неизвестно куда. Хотя до ужаса хотелось психануть и демонстративно убежать. Минако стояла за моей спиной. Я слышал, как она тихонько подошла ко мне и вдруг обняла, уткнувшись лбом в плечо.

-Ну и истеричка ты, Ятен Коу! – громко заявила она, и я чуть не задохнулся от возмущения:

-Это я еще и истеричка?! – я резко крутанулся на пятках на девяносто градусов. – Устроила тут представление!

Но девушка уже не слушала меня, повиснув на моей шее.

***
Всю свою рабочую смену я проходила полной дурочкой. Во-первых, на мне была огромная куртка Ятена, которая прикрывала мои бедра, и от этого создавалось ощущение, что кроме этой ветровки и туфель на мне ничего нет. А Коу коршуном следил за мной со своего угла, беспрестанно куря и отпивая кофе. Во-вторых, я была явно не в себе после наших яростных разборок в каком-то дворе, когда Ятен (будто умалишенный) орал на меня «Да люблю я тебя, люблю!» Ну а как тут не спятить? Теперь-то я уж точно была уверена, что мы с Ятеном друг от друга никуда не денемся. Ага, пусть только попробует улизнуть…

После работы мы отправились к нам домой. И уж сегодня я не отправила его спать на старое кресло…

***
Мы стояли в уже знакомом кабинете Киюки Коу. Мужчина, криво ухмыльнувшись, глядел на нас и ничего не говорил, до того, что нам стало даже неловко.

-Кстати, отец, ты мне даже не звонил, - укоризненно заявил Ятен, сжимая мою руку. – Тебя что, совсем не интересовало, что со мной?

Коу-старший вальяжно развалился за своим столом:

-Ты думаешь, я не знал, где ты? Недооцениваешь мою фантазию! Это очевидно, что ты пошел к Минако, а она тебя не выгонит. Так что я не такой уж бессердечный отец, - в этом Ятен, похоже, все-таки сомневался. – К тому же, без моей опеки ты даже кое-чему научился. Клеить марки, я полагаю?

-Ты следил за мной! – насупился на него мой маленький… бойфренд, только что возмущавшийся, что юрист наплевал на его существование.

-Только чуть-чуть подглядывал, не преувеличивай, - парировал «образцовый папочка». – Прости, привычка. Кстати, Минако, - Коу-старший посмотрел на меня и неизменно улыбнулся – с хитрецой так, лукаво. – Ты уволена.

-Что? – вырвалось у меня. Уволена? За что? Я же ничего дурного не сделала.

-Не может же так быть, чтобы девушка моего сына была еще и его личной горничной, - пояснил он. - А так, очень жаль терять хорошую работницу. Однако этому оболтусу уже пора самостоятельно убирать за собой носки. Ну что, Ятен, ты достаточного для этого вырос? Могу поручить себе сию миссию?

Коу что-то пробурчал, похожее на «Спелись».

Киюки поднялся со своего места, подошел к нам и вдруг сгреб нас в охапку:

-Ну, ребятки, с возвращением домой!

***
Автор: Мако Кино

-Ну что, Мако? Подписала? - Нефрит забрал у меня лист и положил его на стол Ромула.

Я долго не соглашалась уволиться, но и оставаться дольше в «Панаме» не было возможным. Все-таки неловко злоупотреблять добротой Ли-младшего, я и так сыграла в его судьбе плохую партию. Мне было жутко грустно, но, увы, у нас с ним разные дороги.

Мы с Нефом вместе вышли из кафе, и, знаете, даже стало как-то легче дышать. Для нас наступило новое время, новая жизнь с чистого листа. Страх перед будущим, мучивший меня, стал отступать. Быть может, потому, что в моей ладони покоилась его рука?

-Пройдемся? – Ли проигнорировал свою машину, и мы пошли вдаль тротуара.

Солнце снова светило над Токио, как и раньше. Воздух наполнен раскаленной пылью и шумом. Но все это было таким прекрасным, таким родным, что хотелось петь.

-Чего улыбаешься?

-Да так.

Нефрит подошел к мороженщице и купил два фисташковых рожка. Я с удовольствием захрустела вафелькой.

-Мако?

-М? – я перевела взгляд на Нефа. Красивый, аж дух захватывает!

-Любишь фисташковое мороженое?

-А что, не видно? – рассмеялась я, садясь на скамеечку.

-А меня?

Честное слово, я чуть не подавилась!

-А меня любишь? – повторил он и нагнулся к моему лицу.

-Да… - голова кружилась.

-Больше, чем фисташковое мороженое? – прошептал Неф.

-Почти… - больше ничего сказать он мне не дал.

***
-У кого-то ни стыда, ни совести, - я осуждающе покачала головой, глядя на целующуюся у всех на виду парочку.

-И не говори, - в тон мне ответил Ятен. – Совсем народ опошлился! – мы оба прыснули и заскочили в летнее кафе.
-Знаешь, - вдруг сказал Ятен. – А ведь мне даже завидно.

-Ну ты и развратник! – рассмеялась я, легко поцеловав его в щеку, чем вызвала еще большее негодование. – Веди себя прилично!

-У меня не девушка, а тиран, - буркнул зеленоглазый, впрочем, беззлобно.

-Именно поэтому мы с твоим папочкой устроим тебе сладкую жизнь!

Послесловие


Ну вот, в принципе, и все. Хотя нет, не так. Все ведь только началось, так?

Сейчас мы с Ятеном живем в Англии, учимся (однако учусь я, а не Ятен, он и в университете умудряется бить баклуши). Жизнь наша легче не стала, приключения нас преследуют всегда и на все части тела. Но, по крайней мере, мы вместе.

Мако и Неф живут в Токио. Они почти не общаются с семьей Нефрита, резко раскритиковавшей Макото, только с Ромулом, да и то время от времени; продали дом Мако и купили маленькую квартирку, занялись частным бизнесом. Скоро в их семье появится первенец, и поэтому Ли прямо-таки умоляет Кино выйти за него. Что еще она раздумывает, непонятно.

Я не знаю, что нас ждет дальше. Только смею надеяться, что несмотря ни на что, мы будем вместе.

Искренне ваша,

Минако Коу

КОНЕЦ

@темы: Мои фанфики

15:47 

Легенда для Единственной (Главы 1-6)

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Автор: Magicheskaya

Фэндом: Sailor Moon
Персонажи: Сецуна Мейо (Пеллар)/ Алмаз (Диамант)

Рейтинг: R
Жанры: Гет, Романтика, Ангст, Драма, Фэнтези, Фантастика, Психология, POV, Hurt/comfort
Предупреждения: OOC
Размер: Миди, 41 страница
Кол-во частей: 15
Статус: закончен
__________________

Описание:
Сецуна не может найти себе места: будущее, предсказанное ей, говорит, что Алмаз все-таки одолеет Усаги и других воинов. Чтобы хоть как-то изменить неизбежное, Плутон на свой страх и риск вмешивается во временные коридоры и... безнадежно влюбляется в своего врага из параллельного мира.
______________
Один
Видения, резкие и поразительно точные, врезаются в мозг, как вспышки, а потом тут же гаснут, оставляя только пустоту.

Вот синие, почти чернильные глаза из-под белоснежной челки проницательно глядят на меня. Вот белый с узором китель мелькает перед лицом. Он такой реальный, что мне кажется, я могу протянуть руку и ощупать грубоватую ткань, хранящую тепло мужского тела. Блеск какого-то камня, напоминающего темный кристаллик. Резкая удушающая темнота.

Всё.

Картинки молниеносно сменили друг друга, и не осталось ничего, что могло бы хоть как-то пролить свет на будущее.

Я привыкла к таким вспышкам, но именно эти видения являются мне не один раз. Чёткие, быстрые, едва уловимые, но точные. Опять глаза и китель. Синее и белое. Снова и снова, пока не зарябит в глазах.

Я даже знаю, почему их вижу. Их обладатель скоро будет править Галактикой вместе с Мудрецом, который продал свою душу злу. Я знаю это, я чувствую это… Но ничего не могу поделать.

Будущее говорит, что Алмаз подчинит Серенити, девочка слишком измучена, чтобы бороться дальше. А что же станет с планетой? Земля оборотится горсткой космического пепла, несущего на себе отпечатки чужих оборванных судеб. Космос легко забудет эту потерю. А я? Забуду ли я? Нет. У меня нет такой привилегии.

Я должна все помнить. Я проклята все помнить.

Хочу вмешаться, вступить в битву, сделать хоть что-нибудь и, если надо, умереть в бою. Я не хочу прятаться. Но хоть кто-то когда-то спрашивал, чего я хочу?

«Не время», - раздраженно говорит мне Голос Будущего и исчезает, больше не обращая внимания на мои мольбы и уговоры. Стою. Я все также покорно стою у Врат Времени и жду, когда мир разлетится на осколки. И когда это все-таки произойдет, я буду все также нести свою вечную вахту, наблюдая за тем, как Ветер Времени разносит остатки планеты. Единственной планеты, где я хоть кому-то нужна.

Синие глаза и белый китель, я ненавижу Вас! Ненавижу за то, что Вы несете смерть, за то, что не даете ровно дышать, заставляете замирать от испуга и обреченности. Ненавижу за то, что срываюсь и открываю Врата Времени, предаю свой долг и вступаю в Коридоры. Чтобы найти Вас. И остановить. Даже ценой своей жизни.
______________
Два
Все. Назад пути нет. Врата Времени сомкнулись за спиной, оставив меня в кромешной душной темноте. Коридоры Времени. Бесконечные лабиринты, сгустки былых и будущих дней, вымерших и еще не родившихся цивилизаций, государств, жизней. Плотно заряженный воздух, обманчивая невесомость, пространственные воронки, способные утянуть в неизвестность и навсегда замуровать в своих глубинах.

Но я буду осторожна. У меня есть силы перемещаться здесь, есть конкретная цель – прошлое принца Алмаза, которое нужно изменить. А значит, есть все шансы выбраться отсюда.


Как только Плутон сделала шаг в темноту, пространство стало настолько плотным, что коконом окутало ее, мешая дышать и двигаться. От резкой перемены давления голова закружилась, руки и ноги ослабли, и тяжелый жезл, излучающий свет, выпал из ладони и погас; пораженная болью, обессиленная Сецуна упала на колени.

Вдох. Выдох. Вдох. Выдох.

Каждое движение воздуха по организму сопровождалось судорожным хрипом. Силы все быстрее и быстрее покидали ее измученное тело. Еще секунда – и воин потеряла бы сознание, но удушающий воздух резко сменился невесомостью. Если бы Сецуна была обычным человеком, то не перенесла бы подобных перепадов, однако Время милосердно к своей Хранительнице. Девушка просто потеряла сознание, мысленно соединяясь с Голосами Времен.



Вокруг меня белая пустота, поразительно яркая по сравнению с тьмой Коридоров. Я просто зависла в ней, не испытывая ничего, кроме покоя. Известное мне чувство. Астральное соединение со Временем.

-Ты все-таки сделала это, - безжизненный, скучающий Голос Прошлого раздался где-то надо мной, и я невольно подняла голову вверх. Увы, все было девственно белым. – Ты же понимаешь, что тебе это даром не пройдет?

Упрямо молчу. Мне никогда не нравилось разговаривать с Голосом Прошлого, ведь он знает лишь то, что было, большее его и не волнует.

-Ее наказание – ничто по сравнению с последствиями изменения Судьбы, - резкий, язвительный Голос Будущего зазвучал правее меня. - Ты посмела пройти сквозь Врата? Твое дело! Но ты не перепишешь предначертанное.

Издевательский тон выбил меня из уютного спокойствия, вызывая ответное раздражение:

-Ты слишком долго останавливал меня, Голос, - холодно, резко, - а я больше не могу ждать, пока еще один мой дом станет пепелищем.

-Да что ты можешь против меня? - Голос Будущего резко рассмеялся.

-Я слишком долго была покорной, но мое терпение окончено. Я не позволю этому выродку Алмазу уничтожить Землю, а тебе не позволю меня остановить.

Я говорила как можно тверже. Нельзя отступать, не сейчас, когда все еще можно изменить.

-О, Плутон, хорошо, я больше и не слова тебе не скажу, - насмешливо протянул Голос Будущего, - только вот без меня ты как слепой котенок. Ты думаешь, что управляешь Временем? Нет! Это Время управляет тобой. Не забывай этого. Время не терпит непослушания и не выполняет чьи-то капризы.

Разве можно назвать желание спасти свой мир капризом? Я знаю, что беру непосильную ношу, но никто, кроме меня, ее не вынесет. Мой долг – охранять Врата Времени. Но и охранять любимых – тоже мой долг.

-Скажи, Голос Будущего, - я говорю мягко, почти ласково, - если у тебя было бы хоть что-то ценное в твоем существовании, ты разве не пытался бы это сохранить? У Прошлого есть воспоминания, у Настоящего – движение жизни, у тебя – ничего. Будь хоть раз со мной честен.

Затянулось молчание. Неуютное, густое как пустота вокруг меня.
-Я бы отказался от всего ради долга, - бесстрастно ответил Голос Будущего, впервые не выражая никаких чувств.

Лжец.

-Мне жаль тебя.

Неожиданно связь прервалась. Я очнулась в темном Коридоре Времени, больше не испытывая былой слабости.

Голоса молчали. Они не будут мне препятствовать. Впервые я задела тех, у кого нет сердца.



Я кое-как встала на ноги и зажгла жезл. Мягкий зеленоватый огонек моргнул пару раз и потух, вновь смыкая тьму надо мной. Что это значит? Я попыталась вызвать свои силы, но тщетно. Их больше нет. Голоса действительно покинули меня, и я осталась совершенно одна.

Паника холодком по коже поползла вдоль позвоночника, добираясь до самых отдаленных уголков души, но я е позволила себе кинуться назад. Есть долг и есть любимые люди. Есть синие глаза и белый китель, до которых я должна добраться. Любой ценой.

Ноги почти не слушаются меня, но я упрямо иду, сворачивая наобум по темным Коридорам. Я действительно как слепой котенок. Случись что, я не смогу сопротивляться, и тьма Времени затащит меня куда-нибудь. Но я иду.

Рискованно? Безрассудно? Глупо? Да. Но одна жертва – ничто перед миллионами жизней. Время научило меня этому, и я терпела, когда Сейлоры жертвовали собой ради других. Теперь мой черед.

За очередным темным поворотом показалась синяя дверь. Главное здесь – попасть в правильный временной промежуток, были бы у меня силы, я бы довольно легко нашла нужное направление. Сейчас приходилось рисковать.

Затаив дыхание, я открываю дверь…



Всплеск энергии, световая вспышка, и воина затягивает в бледно-голубую пространственную дыру, от которой не отбиться, не скрыться, не убежать. Остается только следовать за ней…




На пустынном серебристом лугу, усыпанном крупными фиолетовыми цветами, лежит девушка в алом бархатном костюме наездницы. Ее черные волосы, словно шелковая паутинка, темным покрывалом раскинулись на высокой траве. Вокруг – ни души. Нежно-розовое небо с желтоватыми всполохами безмятежно и тихо. Серебряные стебли трав колышутся от несуществующего ветерка.

Лицо темноволосой девушки спокойно и умиротворенно, будто она просто крепко спит.

Неожиданно рядом с девушкой остановился белый скакун, а с него легко спрыгнул беловолосый молодой человек. Мужчина нагнулся над девушкой и нежно провел кончиками пальцев по ее скуле; тонкая улыбка тронула его губы:

-Слава Небу, Пеллар, ты жива.
_________________________
Три
Я приоткрыла глаза. Сквозь тоненькие веточки ресниц ударил яркий, щемящий свет, но я не позволила себе зажмуриться и спрятаться под одеяло, хотя (что уж тут лукавить?) очень хотелось. Я лежала на огромной деревянной кровати в комнате, больше похожей на залу средневековья времен рыцарей, прекрасных дам и балов. Куда это меня занесло?..

Хотя в голове подозрительно гудит, а тело кажется ватным, я поразительно ярко помню, как временная воронка затянула меня. А дальше? А дальше я оказалась здесь. Только вот… здесь – это где?

Я приподнялась на кровати и внимательно огляделась, но меня поразило не богатое убранство комнаты с лепниной на потолке, резными колоннами по углам и громадная люстра в форме нераспустившегося бутона, а собственный внешний вид. Я столько времени провожу у Врат Времени, что не припомню, когда снимала сейлор-фуку в последний раз. Сейчас на мне была тончайшая льняная сорочка на бретельках палевого цвета с искуснейшим кружевом по подолу. Ручная работа. Никакая современная машина не могла бы так нежно, так аккуратно сплести эту паутинку. По сердцу резануло древнее как мир воспоминание: принцесса Милена сидит у окна и тонкими пальцами перебирает ниточки… Я вздохнула. Ничего этого нет. И никогда не будет.

Может, стресс на меня повлиял или еще что, но страха не было. Наоборот, и эта комната, и одеяние, и яркий свет огромных, от пола до потолка, окон внушали давно забытый уют, обманчивое ощущение, что я… дома. Сейчас в комнату влетит Серенити, озарит все улыбкой и блеском глаз!.. Сейчас за стеклом раздастся звонкий смех Минории и Литы, которые снова затеяли какую-то невинную шалость!.. Сейчас тихо войдет Амели и улыбнется одними глазами: мудро, проницательно, нежно… А Рейа, Хару, Милена и Хоти соберутся за общим Столом Совета… Сейчас… И никогда.

Давно забытые слезы обожгли глаза и горло, но я только смахнула их легким движением руки. Не время рыдать о былом. Я встала с кровати. Босые ступни кольнуло холодом, но я не обратила на это внимания и подошла к окну. Солнца не было видно, но ярко-рыжий небосвод заливал огромную серебристую степь, окропленную фиолетовыми цветами. Тонкие, с металлическим отливом травы тянули ко мне свои ручки, прорезали тугой воздух, напоенный жаром и пылью. Земля разделилась на две половины: искрящийся океан неба и пушистый ворс трав.

Неожиданно чьи-то приближающиеся шаги и голоса заставили оторваться от вида за окном; я повернулась к двери покоев и замерла. По телу, от носков и до макушки, прошелся электрический заряд, парализовывая меня. Нет. Этого просто не может быть! На пороге стоял… Алмаз.

Мир стремительно завращался перед глазами, мелькнул потолок. Глухой удар, боль. Все.



-Врача! Быстро! – высокий беловолосый молодой человек тут же кинулся к упавшей в обморок девушке, а его свита выбежала из комнаты.

Он осторожно, словно главную драгоценность жизни, поднял Плутон с пола и опустил на кровать, не смея даже случайно сжать ее тонкую руку или дотронуться до черного покрывала волос.

Молодой человек отошел от кровати и опустился в кресло, устало прикрывая веки. Даже когда вбежал главный придворный врач и принялся суетиться около больной, юноша не открыл глаз. Он устал. Он смертельно устал. Он не спал трое суток.

Сначала пропала Пеллар, и он поднял на уши весь двор; потом сидел у ее постели до тех пор, пока та не забормотала во сне, и врач буквально выставил его за дверь, говоря, что уж теперь-то все будет хорошо, и можно спокойно отдохнуть. Он ждал, изнывая от неизвестности, ждал, когда увидит свою невесту, прижмет к себе, поцелует… Тогда на лугу он чуть не умер, когда увидел ее безжизненное тело на земле. Очевидно, девушку сбросил ее жеребец Милорд, которого нашли неподалеку в зарослях травы аон. Почти двое суток Пеллар не приходила в себя, а сейчас?.. вместо того, чтобы кинуться в объятия жениха, она падает в обморок. Но страшно не это. Страшно то, что в ее глазах был настоящий животный ужас, когда она смотрела на него.

-Ваше величество? Ваше величество! – придворный врач Лазурит осмелился потрясти своего короля за плечо.

-Что? – встрепенулся юноша и открыл глаза. Это ж надо проявить такую слабость перед подданным!

-Леди Пеллар проспит еще несколько часов, - робко улыбнулся Лазурит, вытирая блестящую лысину носовым платочком, - вам тоже не мешает отдохнуть. Поверьте, леди и не заметит вашего отсутствия. Я дам вам успокоительный настой.

Беловолосый юноша встал с кресла, оправляя белый китель, и тут же стал чуть ли не вдвое выше маленького, пухлого доктора. Секунды слабости прошли, но он все же отрешенно глядел на спящую невесту, укрытую желтым одеялом. Спросить или не спросить? Может, он просто сошел с ума от переутомления?..

-Лазурит, - все же обратился к врачу молодой человек, - а могло ли быть такое…Понимаете, она очень испугалась меня. Разве… так бывает?

Доктор успокаивающе улыбнулся, чтобы хоть как-то ободрить взволнованного юношу, который уж слишком рано стал правителем королевства Трех Степей:

-Не волнуйтесь, ваше высочество, такое бывает. Леди Пеллар получило травму головы и сейчас очень чувствительна к окружающему миру. Видимо, вы вызвали в ней слишком много эмоций, и ослабленный организм не выдержал такой нагрузки. Уверяю, все встанет на свои места, - и доктор вышел, а вместе с ним вся свита.
Юноша остался наедине со своей невестой. Он подошел к ее постели и сел на самый краешек, чтобы ненароком не навредить ей. Конечно, врач прав. Эта сцена – всего лишь последствие падения с лошади. Но тот страх… Он просто не давал покоя.

Молодой человек аккуратно провел по волосам возлюбленной, пытаясь развеять неприятные ощущения. Все это бред. Пеллар – его невеста, они любят друг друга и вскоре поженятся. И все будет хорошо.

А ему действительно не мешает немного поспать…

Юноша встал с кровати и вышел из покоев.

Завтра будет новый день. Завтра все станет прежним.

Как же он ошибался.
______________________
Четыре
Да, Время, мы квиты. У тебя отличная извращенная фантазия. Я нарушила твои законы – ты не повременил отомстить. Ничья. Только вот почему мне так навязчиво кажется, что вскоре я навсегда потеряю контроль над тобой?..

Я хотела найти Алмаза во Временных коридорах. И нашла. Один шаг до спасения Земли. Один маленький шаг. Длиною в пропасть. Ты отняло у меня силы, Время. Ты бросило свою Хранительницу погибать. Ту, что охраняла твои врата на протяжении вечности, ту, которая безропотно соблюдала твои неписаные законы. Мне ничего не было жаль для тебя, Время. Только одна маленькая просьба – дать шанс спасти свой мир. Но даже этого тебе жалко.

Я ошибалась в тебе, Время. Ты не вечное, всемогущее и великое. Ты скупое. Безжалостное и бездушное. Ты не знаешь справедливости. Но знаешь, Время, я не сдамся. Слышишь? Я буду бороться, пока в моих легких есть воздух, пока двигается хоть один мускул моего тела. Я буду бороться за свой мир. За мир моих любимых.

Слышишь?



Когда я снова открыла глаза, надо мной суетились какие-то люди. Они, словно рой встревоженных пчел, жужжали около меня, а когда заметили, что я очнулась, заговорили еще оживленнее и громче. Только вот я не могла разобрать ни словечка, будто язык этих людей мне не знаком. Первую минуту мне казалось, что это из-за обморока я не могу собрать мысли в кучу и понять этих людей. Но ошибалась. Я действительно не знаю, на каком языке они говорят!

Неожиданно один пухлый мужчина в летах прикрикнул на остальных, и те, наконец, замолчав, вышли из уже знакомой мне комнаты. Я с облегчением вздохнула. И без них голова кругом идет. Толстячок улыбнулся мне, плюхнулся на стул около моей кровати, протер лысину платочком и принялся что-то говорить, но я ничего не понимала.

-Извините, я вас не понимаю, - почти извиняющимся тоном промямлила я на японском, и мужчина с непониманием уставился на меня.

Он что-то пораженно прошептал на своем языке, не сводя с меня глаз. Я пробовала говорить с ним и на французском, английском, немецком, даже на корявом русском, но все было тщетно.

-Я не понимаю вас, - сделала я последнюю попытку на древнеплутонском, и, о чудо, мужчина снова улыбнулся и пулей выскочил из комнаты, оставив меня в полном смятении.

Неужели этот человек знает язык планеты, которая погибла много веков назад? Кроме меня никто его не помнит. Или нет? Куда я попала? Это просто не может быть прошлым принца Алмаза. Но где же я?..

Однако не прошло и минуты, как в комнату снова вернулся тот странный мужчина, а вместе с ним и высокая статная женщина в причудливой желто-зеленой одежде, чем-то напоминающей платья богатых негритянок; на могучей шее висели крупные бусы из камушков, похожих на янтарь, а на голове замотан синий тюрбан, ярко констатирующий с молочно-белой кожей незнакомки.

-Как ваше самочувствие, леди Пеллар? – на чистом древнеплутонском спросила женщина, но меня больше поразило, как именно она меня назвала.

Леди Пеллар. Имя, которое до сих пор ярмом горит в груди. Имя наследной принцессы Плутона. Старое, древнее имя, забытое всеми, но не мной. Откуда эти люди знают его? Неужели в этом мире я – своя?
-Я в порядке, спасибо, - все-таки выдавила я, и женщина, видимо, принялась переводить для мужчины.

Тот снова заговорил, а женщина все также разъясняла:

-Лазурит говорит, что не ожидал такого серьезного последствия падения с лошади.

-Что? – не поняла я. Какое падение?

-Ваш жеребец Милорд сбросил вас во время прогулки. Вы пролежали без сознания почти три дня. Из-за этого ваш жених отложил свадьбу, чтобы вы поправились.

Жених? Нет, это точно не прошлое принца Алмаза. Это странный, неизвестный мне мир, где все знают меня и называют древним именем; где помнят вымерший древнеплутонский язык; где я меня… есть жених. И я в сотый раз спрашиваю себя: куда я попала? Что за месть ты приготовило для меня, Время?

-Я ничего не помню, - прошептала я.

Женщина перевела Лазуриту (так его зовут?), и тот с еще более пораженным видом посмотрел на меня. Он сказал что-то женщине, и они оба вышли из покоев, даже не взглянув в мою сторону.

Голова просто разрывалась от безвыходности и неизвестности. Я так привыкла, что знаю много больше других, что теперешняя беспомощность буквально сводила с ума. Я невидящим взглядом уставилась в окно, за которым горел медный закат. Закат без Солнца.



Лазурит практически бежал по длинным дворцовым коридорам, настолько быстро, насколько позволяли его коротенькие ножки. Он то и дело протирал блестящую лысину и с чувством качал головой каким-то своим, известным только ему мыслям. Сейчас он срочно должен был найти своего короля и, к сожалению, снова принести печальную весть. Почти два аринала* назад Лазурит доложил, что отец юноши скончался, а вот теперь и невеста потеряла память.

Бедный мальчик! Как рано ему пришлось стать мужчиной, стать сильным. В десять лет умерла мать, в семнадцать – отец, и он остался совершенно один. С ним была только Пеллар – взрослая дочь иностранной фрейлины ее величества, небогатая девушка, брак с которой не сулил абсолютно никакой выгоды. Но разве могло это остановить молодое влюбленное сердце? Не прошло и двух ариналов* после кончины отца, как Диамант объявил о помолвке с леди Пеллар. Многие отнеслись к этому событию, как к неуважению к смерти прошлого правителя королевства Трех Степей, но Лазурит-то прекрасно знал, насколько одинок был молодой король, и как «бедная девочка, без роду, без племени» способна отогнать тоску этого рано повзрослевшего юноши.

Но вот и новое несчастье свалилось на голову Диаманта, и снова Лазурит вынужден принести дурную новость. Скоро, честное слово, молодой король возненавидит его как проклятого вестника.

Вот в таких раздумьях главный придворный врач дошел до королевских покоев. Сюда удается попасть далеко не каждому, но его беспрепятственно пропускаю внутрь. Диамант спит. Его мальчишеское лицо не омрачено никакими внешними заботами, даже ранняя морщинка на лбу разгладилась, а правая рука беззащитно лежит над головой. И это – король?

Лазурит тяжело вздохнул и с сожалением произнес:

-Ваше величество?

Диамант вздрогнул и тут же выпрямился:

-Что-то с Пеллар?

-Да.

Юноша, нахмурившись, вскочил с постели.

-Она потеряла память.

____

Аринал - срок в 45 дней, придумано автором для создания "своего" мира
__________________________________
Пять
Как мне теперь вести себя с ним? Это совсем не тот Алмаз, которого я ожидала увидеть и не тот мир, который хотела посетить. Так что же делать? Притворяться, что я чья-то потерявшая память невеста? И до каких пор? Пока Время не соизволит вытянуть меня назад? У меня нет сил воина, мне придется только ждать. Другого пути нет.

Я знаю, я сама виновата во всем. Слишком была самонадеянна, слишком любила свой мир, слишком верила Времени. Да, в этом моя вина. За показной мудростью и усталостью скрывается обычная слабая девушка, мечтающая жить, любить, строить свое будущее!.. Слабая. Да, слабая. И ранимая. Но кто это знал? Кто по-настоящему знал хоть частичку моей души, моей боли? Кто знал, как мучительно стоять у Врат Времени и понимать, что так будет всегда и ничего не изменится, а жизнь пролетит мимо меня?..

Нет, я вечно буду молодой, Время не состарит свою Хранительницу. Но молодость не значит счастье. И вечная жизнь – не жизнь, существование! – не значит радость. От нее устаешь, как от нудного фильма, и хочется просто уснуть. И всё.

Однажды Минако спросила, было ли у меня детство. Наивная девочка! У воинов нет детства, нет юности, зрелости и старости. У воина есть долг. По крайней мере, у меня. Я даже любить не имею права. Время ревниво.

Когда-то много лет назад, я даже уже не помню, когда именно, я встретила юношу и полюбила его. Я поверила, что у воина может быть жизнь, может быть что-то, кроме долга. Я терпела презрительные насмешки Голосов Времен, которые хором доказывали мне, что любовь не возможна! Я – вне человеческих законов. Так почему же у меня простое человеческое сердце? Конечно, чтобы любить! И я свято верила в это. И это давало мне счастье.

Однако все в этом мире не вечно, кроме самой вечности. Шли годы. Мой возлюбленный – простой смертный, а обычным людям свойственно стареть. А я все оставалась в своей двадцатилетней оболочке. Нет, я по-прежнему любила этого человека, но ведь это ненормально… я молода даже в сорок. Наши отношения стали шаткими от недосказанности, но я не имела права раскрыть свою тайну. И ушла. Одним днем я ушла, чтобы больше не вернуться. И все, что осталось мне от любви - маленькая бархотка на шею.

Через двенадцать лет он умер. Сердце. А я даже не могла прийти на скудные, пустынные похороны. Только раз в год я надеваю бархотку, беру букет алых роз и иду на его могилу, чтобы сухо, без слез рыдать у надгробного камня, под которым прахом легли все мои мечты о любви, светлом будущем.

А теперь мне говорят, что у меня есть жених. Да, да! Жених. Жених! У человека, который не имеет права на любовь. Как же, наверное, смеется надо мной сейчас Время и как будет смеяться над моими мучениями. Еще злее, еще безжалостнее.

Горький смех слетел с моих губ, больше похожий на рыдание. Мне все равно. Мое сердце выпито до дна. Ну же, покажите же мне моего жениха! Давайте посмеемся вместе! Пока я безвольно не зарыдаю, стиснув зубами подушку…

Я ждала. Я знала, что он придет. Сейчас. Я с ожиданием уставилась на дверь. И действительно, дверь протяжно скрипнула, и на пороге появился… Алмаз. Только усилием воли я заставила себя не вскрикнуть. Не может быть…

Он нетвердо прошел к моей кровати, неуверенно глядя на меня. И уже нагнулся к моему лицу (я неосознанно вжалась в подушки), как тут же отодвинулся, заметив мое напряжение, и сел на стул около постели.
Мы молчали. Ни я, ни он не знал, что сказать друг другу и надо ли?
Вдруг, решившись, он что-то спросил у меня на том самом неизвестном мне языке.

-Я не понимаю, - ответила я на древнеплутонском, стараясь унять дрожь в голосе. Алмаз, как и Лазурит, с недоумением приподнял брови.

-Ты не помнишь язык? - удивился он; на древнеплутонском он говорил спокойно, но с едва заметным акцентом.

-Я вообще ничего не помню, - игра началась.

Я видела смятение и неуверенность на его лице. Не часто у Алмаза подобный взгляд. Вдруг юноша неуверенно улыбнулся и сжал мою ладонь:

- Тогда нам придется познакомиться заново.

Первым моим порывом было выдернуть руку из его пальцев, но я сдержалась. Я не должна так себя вести. И, признаюсь, мне было немного жаль его.

-Меня зовут Диамант, я – наследный правитель Королевства Трех Степей, - начал он, - а ты – Пеллар, моя невеста. Через три недели должна состояться наша свадьба, - он вздохнул, - если ты вспомнишь свое прошлое.

-Я не могу тебе обещать… - жалко промямлила я, испытывая странное желание сказать хоть что-то.

-Я не требую многого. Мы вместе все вспомним, когда ты немного оправишься и сможешь вставать с постели. Я буду почаще заходить к тебе, чтобы ты немного привыкла ко мне. А сейчас – отдыхай, - он снова неуверенно нагнулся ко мне и поцеловал в щеку. – Яшма станет твоей фрейлиной, она отлично знает древнеплутонский, - он поднялся со стула и выпустил мою руку. – Если тебе что-то понадобиться, то все можешь спросить у нее.

Я кивнула и улыбнулась через силу.

-И… - он растерялся, видимо, решая, стоит ли говорить. – Я люблю тебя, - он стремительно вышел, не оборачиваясь.

Нет таких слов в моей жизни, нет. Я вся сжалась, испытывая почти физическую боль. Господи, за что мне все это?..

Дверь снова распахнулась (сегодня у меня явно приемный день), и ко мне подошла та самая женщина, которую я видела ранее. Он с непривычной для своего роста и веса грацией присела в реверансе и произнесла грудным голосом:

-Добрый день, леди Пеллар, я вам не представилась. Меня зовут Яшма, я знахарка, но какое-то время побуду вашей фрейлиной при дворе.

-Здравствуйте.

-Если вы что-то пожелаете, то я к ваши услугам.

Я замялась, тщательно подбирая слова:

-А вы знали меня… раньше?

-Да, леди, - улыбнулась Яшма. – С младенчества.

-Тогда расскажите… обо мне.
___________________________________
Шесть
Яшма надолго задумалась. Ее чуть резкие, хищноватые черты лица разгладились и стали мягче, на губах появилась мечтательная улыбка.

-Я знала твою маму очень хорошо. Адель прибыла в наше королевство с далекой планеты откуда-то с окраины Солнечной системы. Как оказалось, с Плутона. И привезла с собой маленькую дочь. Тебя. Пока твоя мама находилась при королеве, ты играла вместе с другими детьми в королевской детской, в том числе, с маленьким принцем. И хоть Диамант был старше на два года, но уж верховодила им ты, а не он тобой! – рассмеялась Яшма, обнажая белоснежные зубы. - Вы с ним постоянно ссорились, по любому поводу. Конечно, так было не всегда. Вы росли, менялись, и вот маленькая заносчивая девчонка с серьезными глазами превратилась в красивую юную леди, а худенький растрепанный мальчишка – в высокого молодого человека. Всем, кто хоть раз видел вас вместе, было ясно, что перед ними – расцветающая первая любовь, - женщина грустно вздохнула. - Королю это не нравилось. К тому времени королева умерла, и он единственный, кто мог распоряжаться судьбой сына. И в планы его величества совсем не входила женитьба на дочери бедной фрейлины, не оставившей после себя ничего, кроме маленького имения в Малиновых землях. Он даже подумал сослать тебя от двора, пока вы с принцем тайно не провели обряд Соединения.

-А что это за обряд? – впервые перебили ее я.

-О, это древнее таинство. Не каждый может пройти его, но те, кто совершит Соединение, никогда не смогут расстаться. Где будет один – там будет другой. Даже если смерть заберет одного из них, второй последует.

-А мы с Диамантом… - я с волнением посмотрела на Яшму. – Прошли этот обряд?

-Нет, только собирались. После свадьбы.

-А что будет с тем, кто не сможет пройти Соединение?

-Он умирает, - просто сказала Яшма.

До чего же… эти Пеллар и Диамант любят друг друга, раз готовы даже рискнуть жизнью, чтобы всегда быть вместе.

-На чем я остановилась? – задумчиво протянула Яшма. – Кажется, на том, что король был против брака? Он даже вздумал выдать тебя замуж, чтоб уж наверняка. И подыскал именитого жениха – герцога Сан Дюре, не очень уж желавшего жениться на бедной, хоть и красивой девочке, но король считал тебя такой опасной, что наградил богатейшим приданым. Твоего согласия, конечно, никто не спрашивал. Наоборот, весь двор был уверен, что ты должна быть навек предана его величеству за устройство своей судьбы, тем более такое удачное. Сделав тебя невестой Сан Дюре, король принялся искать жену своему сыну и нашел, принцесса Малин из соседней страны как никто другой подходила на эту роль. И вновь никто и не думал спросить, желают ли этого брака принц и принцесса? Какая разница, когда в дело вступает дипломатия! За два дня до свадьбы ты сбежала в свое имение – неслыханное дело, конфуз, скандал! При дворе полный переполох, герцог глубоко оскорблен (ага, конечно, потерять такое приданое!) король рвет и мечет, а Диамант торжествует - его любимая не сдалась, и он, бросив Малин и наплевав на хваленую дипломатию, кинулся в «Мотылек».

-Мотылек?

-Это твое имение в Малиновых землях. Еще никогда не было такого в нашем тихом королевстве. Король слег в постель, болезнь скоро прикончила его, и Диамант стал полноправным правителем. Вот такая вот история, Пеллар. У нее нет конца, потому что он зависит только от тебя и Диаманта.

Я молчала, переваривая полученную информацию.

-А как же Малин?

-Не думаю, что для нее это важно. Наоборот, уверена, принцесса счастлива, что ее все-таки не выдали за чужого, незнакомого ей человека. Но ее родители не могу просто так смириться, что их дочь прилюдно опозорили. Сейчас между нашими королевствами очень шаткие отношения, не война, но и не мир. Теперь вы с Диамантом просто обязаны пожениться! – рассмеялась Яшма.

-Да уж, - я слишком уж безнадежно вздохнула.

Если бы только Яшма знала, что Диамант – точная копия человека, которого я ненавижу, который может уничтожить мой мир. Вся его фигура, вид, выражение лица вызывают у меня ужас и отвращение, и одновременно я понимаю, что Диамант - не Алмаз. То противоречие, что зародилось внутри меня, не дает мне здраво мыслить. Если в сердце пробралась жалость, что нельзя уже ненавидеть так человека. Я жалею Диаманта и призираю Алмаза. Одного и того же. Или двух разных?

Мы с Яшмой еще долго сидели и разговаривали, пока не пришел Лазурит и не разогнал нашу честную компанию.

-Леди необходим покой, а ты трещишь, не замолкая, - строго проворчал Лазурит (так перевела Яшма).

-Ну тебя, старая колода, - фыркнула женщина, бессовестно пользуясь тем, что врач не знает древнеплутонский, и скрылась за дверью.
Это был очень длинный день.



Тьма.

Диамант нагнулся к мужчине и прошептал:

-Все готово?

Мужчина кивнул.

-Лазурит устранен? Иначе он с меня шкуру живьем снимет… - ухмыльнулся король.

-Спит спокойно, видит сотый сон, очнется завтра к полудню.

-Отлично, я твой должник.

-А то, я не забуду, не надейся, - раздался мягкий смех, - удивляюсь, какой ты все-таки мальчишка!

-Но-но. Я твой король, между прочим.

-Да ну вас, ваше величество! Короли так не поступают.

-Короли поступают по ситуации.

-Я бы сказал, по глупости.

-Та-а-ак…

-Все, остыньте, занудное величество. Вот ключ, - в темноте блеснул резной ключик, - и не напугай там всех. А если тебя поймает собственная охрана, вот умора-то будет!

-Не поймает. Если я король, это не значит, что я только восседаю на троне и приказы отдаю.

-Не суть. Не забудь только нож, длинный и тонкий. Арафата я подгоню.

-На балкон?

-Я бы сказал, над балконом.

-Только не трогай Вождя. А то он тебе какую-нибудь выступающую часть тела откусит.

-Искру приведу.

-Дурень, она родила недавно! Стрелу бери. Она у нас простофиля, как и ты.

-Так, величество, ты по морде давно не получал?!

-Молчать, плебей, - звук затрещины. – Не перепутай ничего.

-За собой следи. В полночь?

-Да.

-Удачи.

Темнота сомкнулась.

@темы: Мои фанфики

15:49 

Легенда для Единственной (Главы 7-10)

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Семь

Диамант стоял на балконе и пытался заглянуть в комнату через окно, но тщетно. Тогда он достал нож и осторожно всунул его тонкое острие в замочную скважину, стараясь при этом лишний раз не лязгать.

-Ах ты!.. – шикнул он, зажимая губами палец, который Диамант все-таки умудрился порезать, но зато огромное, в человеческий рост окно послушно распахнулось.

Молодой человек тенью скользнул в комнату, прижимая к себе сверток, и тихонько затворил окно. Он подошел к кровати и нагнулся над невестой. Пеллар спала; ее длинные черные волосы беспорядочными нитями разметались по подушке, оттеняя нежную светлую кожу.

«Вот глупец! – впервые подумал Диамант. – А что, если она еще слишком слаба?»

Но вопреки всем сомнениям, король осторожно дотронулся до ее плеча. Девушка распахнула глаза и испуганно дернулась.

-Тс-с… - Диамант приложил палец к губам. – Это я.

Пеллар села, натягивая одеяло почти до самой шеи.

-Я тут подумал… - оказывается, все подходящие слова и мысли остались где-то на балконе. - Ты не хочешь прогуляться со мной? – на одном дыхании выпалил юноша, вглядываясь в лицо любимой.

Было видно, что девушку терзают сомнения, но через некоторое время она несмело кивнула. Диамант улыбнулся и протянул ей сверток, в котором лежал костюм наездницы и мягкие кожаные сапожки с перчатками. Юноша послушно отошел к окну, повернувшись спиной к невесте. Все-таки, как бы ни были они близки раньше, сейчас нельзя смущать ее. Он только отпугнет девушку. Диамант вглядывался в черное сплошное небо, но ничего не мог разобрать: видимо, Амазонит еще не…

-Я готова, - раздался звонкий шепот, и Диамант почувствовал, как Пеллар подошла к нему.

Он обернулся, взял ее тонкую руку, и они тихонько вышли на балкон. Юноша осторожно запер окно ножом и сунул его за пазуху.

-Что это? – испуганно прошептала Пеллар, и Диамант посмотрел туда, куда она указывала.

В воздухе над балконом висела огромная черная кошка; ее мощные, лохматые крылья, напоминающие перепончатые лапы лягушек, бесшумно рассекали воздух, позволяя махине держаться на лету. Кошка выглядела свирепо, но когда Диамант вынул из кармана кусочек белого сахара и вытянул вперед руку, зверь мягко слизнул лакомство и ласково заурчал.

-Это – Арафат, летающий кот, - шепотом объяснил юноша, гладя животное по голове, - они живут на Синих Степях, но мы научились отлавливать их и приручать, так что тебе не стоит бояться. Например, эту зовут Стрела, - парень взял ладонь Пеллар и провел ей по мягкой шерсти Арафата, сначала девушка хотела отдернуть руку, но потом передумала: Стрела принялась лизать девичьи пальцы своим шершавым языком, совсем не причиняя боли.

Диаманту было приятно видеть, что Пеллар улыбается.

-Сегодня у нас будет необычная прогулка, - все так же тихо сказал молодой человек, мысленно благодаря Амазонита за вовремя и бесшумно подогнанного Арафата; он выправил уздечку, которую Пеллар не заметила вначале, и потянул: Стрела покорно приземлилась на балкон. – И даже не совсем прогулка.

Он уселся на спину Стрелы и помог Пеллар сесть позади себя. Девушка крепко схватилась за талию Диаманта, и они плавно поднялись вверх. Ночной свежий воздух холодил лицо, но благодаря кожаным перчаткам и бархатному костюму она совсем не мерзла. Сецуна с изумлением смотрела на ровный травяной покров внизу и черное без изъяна небо.

-А где же звезды? – спросила она Диаманта, умело управляющего Стрелой.

-Звезды? – удивился юноша. – С нашей планеты никогда не видно звезд. На ночь планета покрывается таким густым слоем облаков, что создается ощущение: звезд не существует.

-А Солнце?.. – Сецуна вспомнила, что ни разу не наблюдала светила, хотя день был ясным.

-Будет тебе солнце, - усмехнулся Диамант.

До конца пути они не разговаривали. Наконец, впереди показался силуэт огромного здания, точнее, башни с круглым куполом вместо крыши. Арафат взмыл вверх, под самый купол и приземлился на огромный балкон. Диамант спрыгнул со Стрелы, снял Пеллар, достал ключик и открыл кованую дверь. Молодые люди прошли внутрь, и Сецуна ахнула от изумления: вся комната была черной, но на стенах, словно нарисованные звезды, горели яркие искры, а купол пылал разными цветами: вот могучее Солнце в мягком желтом сиянии, Меркурий, Венера, Юпитер, Уран, Нептун, Сатурн, Марс, Земля и Плутон. Они излучали свет и вращались вокруг своего Солнца. Пеллар заворожено смотрела на них, пока не защипало в глазах.

-Это башня Солнечной Системы, твое любимое место, - хриплый шепот Диаманта обволакивал, а когда его теплые ладони легли девушке на плечи, та даже не вздрогнула, - ты могла запереться в ней на часы и молчать, как сейчас, - юноша уткнулся носом в шею любимой. – Иногда ты приводила сюда и меня, и мы лежали на полу и смотрели на твои любимые планеты. Я полюбил их почти так же, как свою Родину, потому что они – часть тебя. А то, что любишь ты, и для меня становится бесценно.

Пеллар смотрела вверх, и ее сердце разрывалось от тоски, а горячие руки и рваное дыхание на шее почти сводило с ума. Ей так одиноко… Но он хочет доказать, что она – центр его Вселенной, он хочет разбудить в ней тепло. И у него это почти получается, ведь ее сердце не каменное. Оно слабое, а от этого еще сильнее боится обмануться. Девушка неосознанно отходит от молодого человека, теряет его нежные прикосновения, но он не держит. Диамант внимательно и грустно смотрит на невесту: ее глаза влажно блестят, а тонкие руки мелко трясутся.

-Пойдем, - он протянул ей ладонь и мягко улыбнулся, - я отведу тебя назад Тебе вредно переутомляться.

Девичьи пальчики скользнули в его руку.

-А мы вернемся сюда? – спросила она, когда они полетели в обратном направлении.

-Как пожелаешь, Единственная.

Диамант довел ее до постели, дождался, пока Пеллар переоденется, собрал узелок и, на прощание коснувшись губами ее щеки, вышел через окно и запер его. Пеллар показалось, что во тьме мелькнуло черное крыло, но, быть может, это было всего лишь воображение?

Она еще долго не могла заснуть, а когда, наконец, сон пришел к ней, ей снилась удивительная комната с планетами, горячие руки на плечах и шепот: «Как пожелаешь, Единственная…»
________________________________
Восемь
Цветы. Они были повсюду: красные, лиловые, желтые; большие и маленькие, тоненькие и пышные. Вся комната пестрела, благоухала цветами, утопала в них. Я смотрела на все это великолепие и не могла понять: откуда и как здесь оказались эти цветы? Что за волшебник превратил эту залу в настоящую оранжерею?

Я встала с постели и прошлась по маленькому пространству, где все-таки еще можно было ступить. Лепестки нежные-нежные, свежие, душистые. Я полной грудью вдохнула аромат неизвестного мне синего цветка и рассмеялась: как же все-таки прекрасно просто так проснуться и увидеть всю эту красоту, понимать, что все эти цветы – для меня…

-А Диамант настоящий романтик! – оценила взявшаяся из ниоткуда Яшма. – Это плохо.

-Почему же? – удивилась я; в душе тепло-тепло и беспричинно радостно.

-Король должен быть реалистом, а не романтиков, - заявила женщина, с особым интересом разглядывая оранжево-желтое растение. – Но надо согласиться – женские слабости он знает. Вот и ты, Пеллар, разрумянилась, в глазах - блеск… - Яшма хитро улыбнулась. – Не иначе как всему предшествовала прекрасная ночь.

Я чувствовала, как кровь приливает к щекам. Отчего же? Ведь ничего не было. Но его слова до сих пор бьют по сердцу, заставляя волноваться.

-О чем ты? – я непроизвольно отвела взгляд.

-Ты знаешь, - загадочно проговорила Яшма, - но можешь не говорить. Диамант не тот человек, который умеет ждать. Отчасти от свойств характера, отчасти – от молодости. Ни за что не поверю, что он не приходил этой ночью. Пеллар, - неожиданно голос женщины стал серьезным. – Я знаю, что ты не помнишь чувств к нему, но не отталкивай новые, не закрывайся. Ты любишь этого человека, и память тут не при чем. Душа всегда найдет родную душу, и этому ничто не может помешать.

«Я тоже так думала», - хотелось горько сказать мне.

Но мой любимый человек умер много лет назад, а потеряла я его еще раньше; наша связь прервалась, и ее не восстановить. Но что мне сказать Яшме? Люди слишком любят обманывать себя, чтобы понять – вечной любви не бывает, и это чувство более хрупкое, чем дыхание, чем крыло бабочки – ее так легко уничтожить.

-Будь по твоему, - пожала плечами я.

Ведь я всего лишь притворяюсь. А может, и нет? Это чувство радости неподдельно во мне, а его руки до сих пор греют мне плечи. Как все сложно!

«Не обольщайся, - оборвала я саму себя. – И та прогулка, и шепот, и эти цветы предназначены не Сецуне Мейо, а Пеллар – совершенно другому человеку».

-Кстати, а где же Лазурит? – вдруг встрепенулась Яшма, прерывая наше молчание. – Уже полдень, а этого старикашки все нет и нет!

На самом деле, врач не так уж и стар, ему от силы пятьдесят, но Яшма предпочитала называть его именно так, хотя вряд ли моложе хотя бы на десяток.

-Ну, у него наверняка есть семья и другие заботы, - предположила я.

-Нет у него никого, - буркнула женщина. – Гол, как ветка на ветру, и одинок на старости лет.

-Разве? – притворно изумилась я. – А я тут видела его с одной миловидной служанкой…

-С какой это служанкой? – возмутилась Яшма и тут же прикусила язык. – Вот же старый хрен, все туда же…

-А ну-ка признавайся, что у тебя с Лазуритом, - велела я, снедаемая любопытством.

-Да ничего, - с напускным безразличием махнула рукой она. – Так, сватался по молодости.

-Думаю, молодостью тут не обошлось, - убежденно заявила я. – Да какие ваши годы?

-Старые годы, девочка, - вздохнула Яшма. – Видишь, что бывает, когда люди отвергают чувства?

-Но ведь еще не все потеряно… - я стала сама себе противоречить.

-Много потеряно, Пеллар. Детей у нас не будет, я уже не выношу ребенка, так что пусть развлекается со служанкой, авось, случиться чудо, - неожиданно вся ее молодость, зрелая красота померкла, рассыпаясь годами грусти.

-А быть рядом? Просто дарить тепло? Разделить остаток дней? Разве это не радость? Разве счастье не в настоящем моменте? – мне так хотелось верить в это, что я забыла свои прошлые принципы.

-Не спрашивай меня, Пеллар. Сложно отвечать на такие вопросы, когда за плечами годы трудной, одинокой жизни.

-Я наврала тебе про служанку, - призналась я, глядя на цветы, которые словно померкли для меня. – Поговори с ним, ты тоскуешь и все еще любишь. Не теряй времени, его может не хватить. Завтра может не быть тех, кого ты любишь сегодня.

Комнату наполнила густая, тягучая тишина из горечи и воспоминаний. Так что же правда? Живем мы для того, чтобы приобретать? Или терять? Я не знаю ответа на этот вопрос. Ценить ли мне каждую секунду, подаренную влюбленным в меня человеком? А может, счастье в том, чтобы избежать всех ошибок?

-Я принесла тебе платье, - Яшма достала из наплечной сумки темно-синее парчовое платье с пышной юбкой, расшитой жемчужинами. – Переоденься, - она встала и пошла к двери.

-Ты куда? – спросила я.

-Пойду, посмотрю, как там…он, - и вышла.

Старость? Какая старость, когда сердце кричит о любви и ищет тепла? Когда ни годы, ни старые раны не способны стереть что-то щемящее, колющееся в сердце? Нет, счастье в настоящем, оно не может быть просроченным.

-Не бойся быть счастливой, Яшма, - сказала я вслух. – Тогда и я не буду бояться.

И цветы, которые заполняли мою комнату, вдруг заиграли красками и свежестью. А теплые руки вновь легли на плечи…
___________________
Девять (1)
-Пеллар, - Диамант появился неожиданно, словно вырос из этих цветочных зарослей, и я невольно смутилась: на мне всего лишь какая-то легкомысленная сорочка, и тут же нырнула под одеяло. – Эй, ты куда?

-Ваше величество, вас никто не учил стучаться? Или в вашем королевстве принято залетать к полуголым девицам без спросу? – молодой человек рассмеялся, подходя к моей постели. – А может, это только вам позволено так поступать?

-Нет, конечно, - заверил меня Диамант. – Но я был бы рад, если бы такое позволение было относительно вашей спальни…

-Фу, Диамант, - теперь уже была моя очередь смеяться. – Как вам не стыдно?

-А вот и ни чуточки, - молодой человек опасно приблизился к моему лицу, но я невольно уперлась ладонями в его грудь.

Я дала себе слово наслаждаться каждым моментом, которым наградила меня судьба, но все не так просто. Да, я чувствую, что его любовь ко мне искренна (я готова даже обманывать себя, что он любит Сецуну Мейо), но его схожесть с Алмазом… она пугает. К тому же я не имею понятия, что сейчас происходит на Земле, да и существует ли Земля вообще. Тревога не дает мне покоя… не дает мне забыться в чужой любви.

-Подожди, Алмаз, - я умоляюще посмотрела в его глаза и тут же обомлела: я назвала Диаманта Алмазом! Но, кажется, юноша ничего не заметил. – Не торопи события.

-Хорошо, - он вздохнул и отодвинулся. – Я знаю, ты еще ничего не помнишь…

-Нет, - врала напропалую я. – Я уже начинаю кое-что вспоминать. Но мне нужно время.

-Тогда моя задача – помочь тебе, - улыбнулся парень. – Торжественно приглашаю вас, леди Пеллар, на прогулку по моим владениям. Вам лучше надеть тот костюм, в котором ты была вчера, - шепотом, словно по секрету сказал он. – Мы будем на лошадях, если ты не боишься теперь ездить верхом.

«Бог мой, да я же вообще не умею кататься на лошади!»

-По правде говоря, - я замялась, подбирая слова, - я боюсь… боюсь снова упасть…

-А если я буду держать тебя крепко-крепко перед собой? – его синие глаза странно блеснули.

-Тогда, думаю, свежий воздух мне не повредит, - только я сказала это, как юноша скрылся в цветочном море, а через секунду появился со знакомым свертком в руках.

-Откуда ты знал, что я соглашусь?

-Ты не могла не согласиться.

Смущаясь под его взглядом, я скрылась за ширмой и переоделась.
-Надеюсь, на этот раз не нужно выбираться через балкон, - я с видом полной готовности подошла к нему.

-Совсем не обязательно. Думаю, никого не смутит, если жених и невеста пойдут куда-то вместе среди белого дня; другое дело – ночь. Совсем нет смысла тебя компрометировать, - он задумчиво вздохнул.

-Ты что-то не договариваешь, - мы вышли в коридор, широкий и светлый; на желтых стенах висели бронзовые канделябры, гобелены.

-Ничего, - быстро ответил он, и я машинально подумала, что обязательно обо всем расспрошу Яшму.

Мы минули несколько огромных зал, блестящих чистотой и дорогой, поистине дорогой обстановкой. Я с любопытством разглядывала хрустальные статуи, расположенные (для чего это?) в самом центре комнат, необычные витиеватые перила, золоченые подсвечники. Все залы были одна краше другой, они напоминали мне венерианские дворцы с их античной, классической красотой и причудливые чертоги Нептуна: яркие в своих деталях, запоминающиеся.

-Смотри, - мы остановились у входа в алую залу; Диамант залез в карман кителя и бросил в проход несколько блестящих монеток, которые на моих глазах вспыхнули огнем, как самые обычные щепки, хотя, я уверена, монеты были металлическими!

-Что это было?

-Это комната Скупца, я здесь иногда веду государственные переговоры, когда не уверен в своих решениях. Здесь все пропитано особенной магией: тот, кто несет в себе жажду наживы, может серьезно подпалить лысину, - Диамант улыбнулся и снял с моих ушей золотые серьги. – Через нее совершенно воспрещено проносить что-либо ценное, так что ни на твоей, ни на моей одежде нет ни одного драгоценного материала.

Мы зашли в красную залу, но ничего не произошло. Меня удивила ее обстановка: она действительно далека от роскоши. Мебель деревянная, грубая, люстра большая, но тоже какая-то громоздкая, словно выточенная неумелым мастером. Как это не похоже на хрустальные статуи и древние гобелены!

-Неужели выход из дворца лежит только через эту комнату?

-Нет, - пожал плечами Диамант, - но я хочу, чтобы ты хорошенько осмотрелась, здесь есть чему удивляться. Я хочу, чтобы ты вспомнила все, чтобы ты снова полюбила этот мир.

-Тогда тебе обязательно нужно рассказать мне все о своей стране, о своем мире, - я улыбнулась в ответ, тронутая его словами.

-Конечно, у нас будет много времени на разговоры. К сожалению, это единственное, на что я имею право, но я не тороплю тебя.

-Спасибо.

Мы, наверное, прошли тысячи лестниц и покоев, пока не оказались на первом этаже. Стражники, уважительно согнув головы, пропустили нас наружу, и моему взору открылась уже знакомая серебристая степь, разрезанная рыжим с розовыми всполохами небом. Ни домов, ни людей видно не было, словно дворец находился в пустыне. Только сплошная ровная гладь и бахрома леса где-то на горизонте.

-Знакомься, Пеллар, - с необычайной любовью в голосе произнес Диамант, - это мое королевство Трех Степей, моя Родина и судьба.
________________________
Девять (2)
-И, надо заметить, - Диамант повернулся ко мне и сжал мою ладонь, - скоро это место станет и твоей Родиной. До свадьбы всего ничего.

Мы прошли к огромной пристройке правее дворца, который оказался огромным светло-голубым зданием, шпилями и куполами упирающимся в яркое небо. Пристройка являлась конюшней, хотя, так можно назвать это место только с натяжкой: в стойлах находились не только дивной красоты и мощи жеребцы всех мастей, но и уже знакомые мне Арафаты и еще какие-то звери, странно напоминающие помесь страуса и лани. Может, там были кто-то еще, но юноша взял под уздцы белого коня, и мы вышли. Он ловко уселся в седло и посадил меня перед собой, так, что моя спина крепко прижималась к его груди. Жеребец, не спеша, пошел в сторону кромки горизонта.

-Расскажи мне о своем государстве, - попросила я, только чтобы не сойти с ума от неловкости.

Диамант некоторое время молчал, а потом начал свой рассказ:

-Королевство Трех Степей образовалось не так давно, где-то около двухсот астероидных лет*. Раньше все степи (Малиновая, Серебряная и Синяя) существовали обособленно и даже враждовали. Синие Степи полны диких животных, а суровый климат и сейчас способствует тому, что там самое маленькое население в королевстве. Малиновые, наоборот, плодородны. Именно из Малиновых Степей привозят больше половины фруктов и овощей. Серебряная Степь, которая находится между ними, славится своими мастерами и умельцами, особенно по части цветной металлургии. Здесь можно найти драгоценный камень прямо на земле, - Диамант спрыгнул с лошади, нагнулся к траве и, пошарив по ней рукой, достал маленький фиолетовый камушек с молочно-белым налетом и протянул его мне. – Это повелин, самый часто встречающийся камень на Серебряных Степях. С ним связана одна любопытная легенда.

-Какая? – я повертела гладкий камушек в руке.

-Видишь эти цветы? – в траве пестрели такого же оттенка бутоны с восковыми лепестками, покрытыми белесым пушком. – Это повелианы. И они всегда рядом: между цветов обязательно можно найти камушек и наоборот.

Когда-то в Серебряные Степи пришла нищая девушка-травница. Жила она обособленно и людей сторонилась, и только однажды вышла из своей лесной лачуги на ярмарку в честь праздника Неба. Там она увидела самого богатого и красивого юношу королевства и тут же влюбилась. Она позабросила и свой лес, и травы и устроилась в его дом обычной прачкой, чтобы хоть издали наблюдать за ним, ничего не требуя взамен. А юноша тот славился не только красотой и богатством, но и ледяным, безжалостным сердцем, однако травница продолжала его любить: провожать глазами, когда он проезжал на своем жеребце мимо заднего двора, ухаживать за его рубашками и тайком подкладывать в карманы душистые травы. И в этом была ее радость.

Но однажды одна фея, потеряв терпение и устав от злых, эгоистичных поступков молодого человека, применила необоротимое волшебство и превратила юношу в камень. Отчаявшаяся девушка молила вернуть юношу, но фея, растроганная чистой любовью травницы, сказала, что не может изменить содеянного. Тогда девушка попросила тоже оборотить ее в камень и поставить его рядом с любимым. Но фея не стала этого делать. Она превратила травницу в красивый фиолетовый цветок и посадила его рядом с тем камнем.

Со временем камень точили ветры и дожди, и он раскололся на множество фиолетовых камушков, а вместе с их количеством росло и количество цветов. Так цветок и камень, повелин и повелиана, стали символом неразлучной чистой любви. Кстати, - он ловким движением заправского фокусника вынул из кармана бусы из повелин, - хоть в нашем королевстве эти камни уже не считаются драгоценными, но бусы из повелин – знак самых серьезных намерений, - Диамант вернулся в седло, аккуратно приподнял мои волосы и надел короткие изящные бусики.

Я непроизвольно перехватила его ладонь, словно он хотел вцепиться мне в горло. Старый рефлекс воина. Я не привыкла подпускать к себе слишком близко, а точнее, отвыкла, но я тут же выпустила его длинные пальцы. Он не причинит мне вреда и не сделает больно.

-Ты чего? – удивился Диамант, пытаясь заглянуть мне в глаза.

-Ты не закончил свой рассказ, - отвернулась я помимо воли, и мужчина тяжело вздохнул, но выспрашивать не стал.

-Ну, так вот. Около двухсот астероидных лет назад мой прапрапра.., в общем, дедушка, перехватил власть у Совета Степей. Гордиться здесь нечем, крови было пролито много и напрасно, но с тех пор Степи объединились, и мой род стоит в их главе. Мы не умеем и не любим воевать, все пытаемся решить миром, хоть были и случаи, что кровью и мечом приходилось отбирать свои земли и независимость и даже постыдно откупаться от более подкованных в военном деле государств. Но мы все еще существуем, как видишь. Наша планета, Абалита, место сонное только по отношению к другим планетам и Галактикам, среди множества же больших государств жизнь кипит. К сожалению, не могу похвастаться, что сейчас все спокойно: государство Золотого Кольца, что по соседству от Синих Степей, грозит нам войной.

-И все из-за того, что ты женишься на мне? – я нахмурилась.

Я знаю, как это грязно и мелко, я знаю вонь крови, невинности и смерти, и это знание никогда не забудешь, если прошел через него. И мне было непонятно и гадко осознавать, что Диамант ради своих амбиций и чувств готов подставить под удар целое государство. Что это за правитель?

-Нет, не из-за этого, - горячо возразил юноша, темнея лицом. – Не мы развязали эту войну. Все дело в чужой гордости и уязвимости, в жажде власти и ставить только свои порядки. Какое право они имеют меня принуждать? Если они уже сейчас так относятся ко мне, к моему народу, то что было бы, если бы я женился на Малин? Мое королевство растоптали бы, превратили в колонию, а моих людей – в рабов. Я сам стал бы безвольной марионеткой в руках их дипломатической машины. Отличается только способ достижения – добровольный или принудительный, и мне и моему народу хочется бороться за независимость. Поверь, Пеллар, я лучше знаю, кто такие правители Золотого Кольца, знаю их цели. И эгоизм – последнее, что движет моими поступками.

Мне даже стыдно стало, что я так плохо о нем подумала. Да, нельзя судить о людях по поверхности.

-Прости, если обидела, - вздохнула я.

-Ничего, - его синие глаза показались бесконечно усталыми. – Тебе не о чем тревожиться. Войны не будет.

___
*Астероидный год - примерно 7 ареналов (1 аренал - 45 дней), т.е. 1 астероидный год равен 315 дней.
_____________________________
Десять (1)
Я долго лежала без сна, обдумывая сказанное Диамантом. Я и предположить не могла, что этому безмятежному, тихому королевству с его спокойным течением жизни грозит смертельная опасность быть разрушенным другой страной. Никто и взглядом не намекнул мне, что помимо моих светлых покоев существуют и грязь, и чад, и опасность, лишь Яшма упомянула о нелегком положении. Так вот почему дворец так пуст… идет мобилизация. А Диамант? Хоть бы раз сказал, как ему тяжело, но все старается, чтобы меня не коснулась война. А его? Его первого засосет в это болото и смерть, и неизвестно, вернется ли этот совсем еще молоденький юноша назад, а если и вернется, то тем ли, кем был?..

Я помню стон пожарищ и хруст каменных плит Лунного королевства; помню крики, звон лезвий и чьи-то тихие молитвы… помню смерть, которая во всем своем бесстыдном великолепии и жуткой красоте раскинулась над Луной – беспощадная и милосердная, нежная и грубая. И я видела, как умирают надежды, мечты, как все сливается в одно сплошное пятно, и уже непонятно, за что борешься, что защищаешь, ведь ты по горло в чужой крови. Серебряное Тысячелетие погибло, и только теперь я начинаю понимать, какой это был подарок судьбы: нет того поколения с исковерканными душами, изломанными сердцами. Что, если бы Солнечная система стала темной колонией? Насилие, боль, грабежи, убийства – и целые миллионы озлобленных и униженных. Поэтому Диамант предпочитает битву, а не покорение. Лучше умереть, чем быть порабощенным.

Сон никак не шел, сколько я не вертелась на перинах, которые теперь казались отвратительно мягкими. Кто-то сейчас спит на холодной земле, а я нежусь на подушках; кто-то умирает от голода, а я ем из серебра и хрусталя; кто-то перевязывает загнившие раны грязным бинтом, а я симулирую болезнь. Аж самой от себя противно!

Мысли опять вернулись к Диаманту. Возможно, скоро он умрет. Смерть не признает возрастов и титулов – для нее все равны. А он даже жизни не видал. Мне ли не знать, из чего состоит существование правителя? Это беспросветность в блестящей обертке. Я стала яснее осознавать, каким ударом для него была болезнь Пеллар (то есть меня… или не меня?) – земля дрогнула под ним. А он… все пытался создать для меня сказку, отгородить от всего, что могло бы хоть чуть-чуть расстроить. А я отталкиваю. Мальчишка, какой же он мальчишка!.. И какой сильный мужчина.

Он сказал, что войны не будет. Врет – мне или себе? Наверное, мне. Если мобилизация достигла таких масштабов, что у королевского дворца стоит гробовая тишина, то есть ли вопрос, будет ли война? Бережет, снова бережет меня…

Я встала с постели и подошла к окну, но в кромешной темноте ничего не видно. «Звезд не существует…» Хоть отсюда не видать родных звезд, Солнца, это место слишком прекрасно, чтобы бездумно разрушить его. Неужели люди не понимают, на что идут? Почему прошлое не учит их? Как жаль, что со мной сейчас нет Яшмы, она бы нашла слова для меня, помогла избавиться от этой давящей неизвестности и тревоги. Теперь есть два мира, которые я ценой жизни хочу защитить, но ничего не могу поделать. Господи, за что ты создал меня такой слабой и беспомощной?..

…Интересно, что сейчас делает Диамант? Спит? Или думает о войне? Страшно ли ему идти на смерть? Умирать очень страшно, кто бы что ни говорил, особенно если есть ради кого жить. Наверное, ему страшно. Он не скажет никому об этом, даже мне. Но я и не спрашивала.
Больше не в силах оставаться в своей комнате, я выскользнула за дверь. Темнота коридоров сразу поглотила меня Я поплотнее запахнула легкий халатик, машинально думая, что если кто-то увидит меня в подобной одежде – позора не избежать. Собственно говоря, что я ищу? Или кого? Я ведь и понятия не имею, где находятся покои Диаманта, и как он отреагирует на мое появление посреди ночи. Наверное, я спятила.

Было оглушительно тихо и пусто. Ощущение, что я плутаю по заброшенному храму: темному, огромному, молчаливому. Сердце тревожно билось, а зрение и слух обострились. Нет, все-таки я сумасшедшая.

-Пеллар? – низкий шепот позади чуть не довел меня до инфаркта; я даже подпрыгнула на месте, оборачиваясь.

-Диамант?

Фигура кивнула и взяла меня под локоток:

-Что ты тут делаешь ночью в одиночестве?- юноша потянул меня куда-то вперед.

-Не спится, - промямлила я, чувствуя себя ужасно глупо. – А ты что здесь забыл?

-Я шел из библиотеки, - он вздохнул и снял с переносицы очки (я и понятия не имела, что он их носит). – Нужно было доработать кое-какие документы.

-Что-то важное? – мой голос дрогнул.

-Нет, ничего страшного, сам виноват, нужно было не тянуть с ними, - снова врет.

-Скажи, все так плохо? Не ври, пожалуйста, не надо.

С полминуты он колебался:

-Плохо, Пеллар, плохо, - Диамант остановился и распахнул какую-то дверь, пропуская меня внутрь.

Это оказалась большая спальня. В камине догорали поленья, отбрасывая всполохи на светлые стены и огромную кровать. У окна, прикрытого однотонными шторами, стоял стол и кресла; шкаф, заваленный книгами и бумагами, ютился в самом углу. В отличие от многих покоев дворца, эта комната лишена какого-то изящества, отличается добротностью. Я села в одно из кресел поближе к камину и неловко натянула на обнаженные ноги халат.

Юноша пошевелил дрова, пробуждая сноп искр, и сел прямо на пол. Мы молчали, я даже не ждала, что он заговорит, однако когда Диамант начал, я даже не удивилась.

-Час назад ко мне пришел гонец из Синих Степей. Золотое Кольцо набирает себе мощную армию, кое-где уже вспыхивают первые стычки, но они не принимают серьезного распространения. Но это пока. Мы на грани, Пеллар.

-Ты должен уйти? – мой голос безжизненно прошелестел, вторя потрескиванию дров. Я знала ответ, знала, но зачем-то спросила это.

-Да. И как можно скорее.

-А я? – почему-то мне стало до боли жаль и себя, и его, этого мальчишку с мудрым сердцем.

-Здесь небезопасно, - Диамант встал, взял одеяло и накрыл меня им. – Ты с Яшмой и Лазуритом поедешь на Малиновые Степи в свое имение «Мотылек», думаю, там не будет открытой войны, - он сел на корточки и положил ладони мне на колени; я сжала его длинные ледяные пальцы. – Не плачь, не надо, я вернусь, - его руки мягко стерли соленые дорожки с моих щек. – Я вернусь.

«Нет, не вернешься», - слезы бежали из глаз помимо воли.
______________________
Десять (2)
-Поклянись, что не погибнешь, - шепнула я, обхватывая его лицо руками, целуя губы, щеки, ресницы. – Поклянись, что вернешься прежним.

Он ничего не ответил, а только подался на мои ласки, откидывая одеяло в сторону. Какие-то секунды – и халатик упал на пол, расплываясь шелковой лужицей на ковре. Диамант легко поднял меня на руки и перенес на постель.

«Господи, поклянись, поклянись же мне, что сохранишь свое сердце незапятнанным этой грязью…»

-Пеллар, остановись сейчас, - взмолился он, но не отдалился от меня ни на миллиметр.

Но я не собиралась останавливаться, нет. Не хочу, не буду. Я спасаю тебя, мальчик, спасаю от холодных ночей в тылу врага, где каждый удар – приговор. Я стану твоим маяком, твоим божеством, ты будешь вспоминать меня и видеть стимул жить. Ты будешь знать, что тебя ждут, и это даст тебе сил бороться.

И это даст сил и мне – ждать. Ждать и верить, что с войны иногда возвращаются.

***
Я проснулась в одиночестве. За окном был день. Одеяла, в которые я была завернута, были холодными: видимо, Диамант ушел давно. Интересно, а как мы объясним мое исчезновение из спальни?.. Даже бы если я и вознамерилась найти свои комнаты самостоятельно, то все равно не смогла бы: как можно ходить по дворцу в этом халатике? А что, если Диамант уехал на Синие Степи навстречу смерти? Господи, храни его…

Короткий стук в дверь, и на пороге оказалась Яшма. Я, красная, как зрелый помидор, закуталась в одеяло и ровнее откинулась на подушки.
-Доброе утро, Пеллар, - улыбнулась мне Яшма совершенно бесхитростно и прошла к постели.

-Доброе, - буркнула я. – И ничего не говори мне, пожалуйста.

-Что ты, и в мыслях не было, - наконец, я заметила в ее глазах знакомую хитринку. – Разве есть что-то зазорное в том, что женщина проснулась в спальне любимого мужчины, и сердцем, и законом принадлежащего ей?

-Тем более, если этот мужчина уходит на войну, - вздохнула я, отбрасывая стеснение.

-Не жалей его, милая, - серьезно сказала женщина, присаживаясь на край кровати, - такой гордый человек, как Диамант жалости к себе не потерпит, тем более от тебя.

-А когда он уезжает? – тихо спросила я, раздумывая над ее словами.

-Думаю, завтра на рассвете, а мы уже сегодня, Диамант не позволит тебе уйти без его присмотра. Он лично будет следить за твоими сборами.

День… нам остался какой-то день. Вот и все, Сецуна. Тебе отвели только половину суток.

-Я, наверное, пойду, - она странно покосилась на дверь и встала с постели.

-Кстати, а что там с Лазуритом? – поинтересовалась я о моем пропавшем докторе.

-Кто-то дал ему лошадиную дозу сонной травы, он только несколько часов назад проснулся.

Мне кажется, я знаю, кто «усыпил» Лазурита.

-С ним все хорошо?

-Хорошо, как огурчик. Надеюсь, что Диамант больше не будет так делать, пожалел бы старика, бессовестный.

-А с чего ты взяла, что это все он? – я сделала наивное лицо.

Яшма только укоризненно покачала головой.

-Все, еще увидимся, - она выскользнула с необычайной для ее комплекции грацией за дверь.

Не прошло и минуты, как в комнату зашел Диамант. Честно говоря, я не знала, как себя вести: то ли смущенно потупить глаза, то ли кинуться ему на шею. Ни то, ни другое не потребовалось: юноша сам подошел ко мне и поцеловал в губы.

-Тебе нужно собираться, - он нехотя выпустил меня из объятий. – Подготовка идет полным ходом.

Я почувствовала, как что-то щемяще-тревожное разливается по груди:

-Уходи, пожалуйста, не трави мне душу, - он вздохнул, коснулся губами моего лба и уже на выходе из спальни обернулся:

-Твоя одежда на кресле, - и ушел.

Целый день я видела его только мельком, у нас даже не было времени перемолвиться. А время текло, текло, приближая момент расставания. Уже стали закладывать лошадей, когда в мою комнату зашел Диамант, он был не один. С ним пришел очень высокий, очень сухой молодой человек с короткими огненно-рыжими волосами и блестящими голубыми глазами. Зеленый китель ладно сидел на широких, но худых плечах.

-Пеллар, - Диамант легко сжал мои пальцы. – Познакомься, это мой друг и твой сопровождающий Амазонит. Я доверяю ему, как себе, поэтому именно он поедет с тобой, а потом вернется на границу.

Амазонит сделал маленький поклон. Он с любопытством глядел на меня своими сияющими глазами, словно за строгой осанкой и спокойной линией губ скрывался проказливый мальчишка.

-А сейчас спускайся, - Диамант вздохнул. – Тебе пора ехать, все готово.

Амазонит предусмотрительно вышел за дверь, оставляя нас наедине. Слов не находилось, хотя мне казалось, что нам мало тех часов, которые отвел день. Но нет…

-Ну, до свидания? Никогда не любил долгих прощаний, - он полу-улыбнулся, касаясь моей щеки, и я тихонько потерлась о его руку.

-Пообещай, что вернешься, я буду тебя ждать. Быть может, - я улыбнулась, не обращая внимания на скользящую по щеке слезу. – Тебя будет ждать еще и наш малыш. Но ты только вернись.

-Вернусь, мне нельзя умереть, - он осторожно поцеловал меня, словно я могла раствориться в его руках. – А ты обещай, что будешь беречь себя. А может, и не только себя. К тому же, я верю, что имение поможет вернуть тебе память.

-Пора, - Амазонит нетерпеливо постучал в дверь, но не заглянул.

-Пора, - зачем-то повторил Диамант и повернулся к выходу.

-Подожди, - я сняла с шеи бусы из повелин и протянула ему. – Возьми их с собой.

Юноша бережно убрал их в нагрудный карман.

***
Дворец остался позади. Лошади мягко шли по траве, оставляя и светлые комнаты, и Диаманта, и нашу ночь. Что же меня ждет там, впереди? И что ждет Диаманта? Будущее, голос которого я успела подзабыть, молчало…

@темы: Мои фанфики

15:51 

Легенда для Единственной (Главы 11-12 + эпилог)

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Одиннадцать
Дворцовая роскошь осталась далеко позади, обнажая бедность и уныние простого народа. Города и села королевства были пустынны, тихи, а те редкие лица, которые все-таки встречались нам на пути, были безрадостными и укоряющими. Я в своей золоченой карете и костюме из бархата смотрелась неуместно.

Дорога была довольно нудной: мне не хотелось разговаривать, остальные тоже молчали. Со временем сон сморил меня…

***
Знакомая белая пустота окутала меня, пугая своей тишиной и спокойствием. Нет, не может быть. Они вернулись! Зачем? Я заметалась из стороны в сторону, но ничего не произошло: та же белизна и тишина.

-Здравствуй, Плутон, - язвительный Голос Будущего раздался где-то надо мной. – Скучала?

-Не очень, призналась я, стараясь сохранить хоть видимое спокойствие.
-Знаем, - прошелестел Голос Прошлого.

-Не забылась ли ты, воин? – Голос Будущего стал звенеть от возмущения. – Ты не просто предала свой долг, Родину и любимых, ты променяла все на мальчишку!

-Я не предавала! – мой жалкий крик растворился в пустоте.

-Нет? Тогда отрекись от него. Скажи, что не хочешь вернуться к нему. Ну? Ты молчишь?! Презренная! Как Время еще с тобой не расквиталось? – его слова больно ударяли по сердцу, но не было сил хоть как-то возразить. – Но ты сама наказала себя, Плутон.

-Пусть! – я даже не обратила внимания на слезы, бегущие по щекам. – Пусть он станет моим наказанием, но, умоляю, дайте мне еще хоть чуть-чуть времени, если я пропаду снова или потеряю память, он не выживет, сломается!.. Умоляю вас…

-Ты опустилась ниже некуда, Плутон, - брезгливо прошипел Голос Будущего. – Но не нам решать, когда ты вернешься к Вратам, на все есть великое Время. Мы предупреждали тебя, Хранительница. А страдать будешь ты.

***
-Остановите, остановите карету! – Пеллар чуть ли не на ходу выскочила наружу, заставив Лазурита, Амазонита и Яшму замереть от изумления.

Лошади стали, и девушка выбежала в поле и пустилась в обратном направлении. Оправившись, Амазонит сиганул следом. Пеллар бежала, схватившись за голову и рыдая в голос; мужчина пытался до нее докричаться, но тщетно. Вдруг девушка запнулась и ничком рухнула в траву.

-Пеллар, - испуганный Амазонит поднял ее с травы. – Что случилось?

-Мы должны, должны вернуться к Диаманту! Пожалуйста, отвезите меня к нему!

-Что ты? Он уже давно на границе! Куда же мы поедем? Да Диамант с меня голову снимет, если узнает, что я подверг тебя такой опасности. Одумайся! – он усадил Пеллар в карету к изумленным спутникам.

Яшма тут же дала ей какой-то травяной настой, и через какое-то время всхлипывающая девушка утихла, безмятежно уснув.

-Что с ней? – беспокойно спросил Лазурит, глядя на Яшму, но женщина лишь качнула головой.

***
Дни в имении превратились в один тягучий сон. Его планета, которой я так восхищалась, померкла и поблекла. Я каждую минуту ждала, что Время вернет меня в реальность, и эта мысль точила меня изнутри, словно страшная, молниеносная болезнь. Я вяла, худела, и вскоре в отражении зеркала появилась новая Сецуна: бледная, с потускневшими волосами, потухшими глазами и нездоровой худобой. Кажется, кровь застыла в моих жилах, и только воспоминания о Диаманте и надежда увидеть его все еще заставляли сердце биться. А для чего мне жить? Я больше не могу быть прежней, не смогу забыть тепло, которое коснулось меня, разбудило живое чувство, ощущение, что я – простая девушка, достойная счастья. Как жить дальше и знать, что я буду лишена всего этого?

Ни чудодейственные лекарства Лазурита, ни уговоры Яшмы не могли вылечить меня. Только он способен пробудить ту искру, уже начавшую гаснуть во мне.

-Послушай, Пеллар, - Яшма села за красивое старинное фортепиано, стоящее в гостиной моего маленького поместного домика. – Это – любимая мелодия Диаманта, он всегда слушал ее перед сном, когда был маленьким, - видя мою заинтересованность, впервые мелькнувшую в пустых глазах, женщина принялась играть.

Ее пальцы порхали по клавишам, извлекая из громоздкого, неуклюжего инструмента чарующие звуки, полные грусти и нежности. Мелодия то звенела и переливалась, а то гремела громовыми раскатами, причудливо переплетая ласку и грубость, радость и грусть.

Я каждый день мучила Яшму и умоляла играть его мелодию, и она играла снова и снова. И вместе с ней возрождалась моя душа. Все те шесть месяцев, что я жила в пустынно бедном поместье в предчувствии неминуемой беды, слушая предостережения Голосов, жалко собирая те крохи воспоминаний, что остались мне о моем мальчишке, только эта музыка грела меня.

И вот в один вечер, такой же бесконечный и холодный, как предыдущие, в комнату влетел Лазурит. Я еще никогда не видела его в таком возбуждении.

-Он едет! – воскликнул мужчина и протянул мне клочок бумаги.

Я рассеянно уткнулась в лист и замерла.

« Милые мои!

Простите, что столько времени не давал о себе знать. Я не мог позволить себе подвергнуть вас опасности. С радостью могу сказать, что ситуация на поле боя нормализовалась, эскадры Золотого Кольца в бездействии! Это еще не значит конец войны, но надежды самые радужные. Скоро прибуду.

Дорогая моя Пеллар!

Твой подарок при мне, всегда у сердца… Надеюсь, что это не последний твой подарок для меня. В виде себя – здоровой и невредимой.
Ты мне снишься ночами. Такая реальная, живая, родная, что даже сердце начинает щемить, и я просыпаюсь. Вот не выходит спать, все ты перед глазами. Смеешься, зовешь… Я чувствую, тебе плохо без меня. Прошу, не изводи себя, я скоро вернусь. Смерти я не нужен.

Ну, до свидания, мои дорогие. Дай Бог, скоро увидимся.

Диамант»
________________
Двенадцать
С тех пор время для меня летело незаметно. Я просто не обращала на него внимания. Все мое существование превратилось в одно большое ожидание его возвращения, и даже страх за будущее отошел на второй план. Я вечерами просиживала у окна, мечтая увидеть во дворе белого жеребца, днем приводила в порядок свое скромное жилище, а ночью грезила о счастье. Простом, обычном счастье обычной девушки.

И он пришел… Я почти не верила своим глазам. Полгода воспоминаний… а тут… живой, настоящий. Он послушно сидел за праздничным столом, позволяя Яшме и Лазуриту вздыхать и радоваться его возвращению. А я молча ждала, даже не спрашивала ничего, наступления ночи. Мы еще поговорим…

Диамант изменился. Левую щеку пересек кривой шрам от виска до подбородка, в шагах появилась легкая хромота. А взгляд… он стал совсем другим – мудрым и настороженным. Такой взгляд можно встретить у собаки, преданной своим хозяином. Мой мальчишка все-таки умер там, среди грязи и крови. Но и я умерла здесь, без него. Мне было больно смотреть на этого мужчину, быть может, уже чужого мне, но по-прежнему желанного и долгожданного.

Наконец, вечер приблизился к своему завершению. Мы с Диамантом остались наедине. Я не знала, что сказать ему, что делать, и мы просто молчали, готовясь ко сну. И эта тишина была такой ощутимой, такой страшной, что захотелось плакать. Неужели шесть месяцев одиночества безвозвратно разделили нас?

-Ты позволишь? – его рука мягко высвободила расческу из моих ладоней, и стала аккуратно водить по волосам.

Я замерла, не смея громко вздохнуть. В его пальцах, огрубелых от работы, была такая всепоглощающая нежность, что все чувства разом взметнулись во мне. Разве мой мальчишка умер? Нет, он пережил этот кошмар, смог вернуться!

Я даже не заметила, как перехватила его ладонь и прижалась к ней губами, как та стена между нами рухнула лавиной к ногам и заластилась, словно домашний котенок; как я плакала от счастья и любила, любила всем исстрадавшемся сердцем, каждой клеточкой души. И я освобождалась от страха: разве может нас что-то теперь разлучить? Разве есть закон выше этой любви? Нет, человек еще не придумал, а Время тут бессильно.

-Давай обручимся, - я уютно устроилась у него на груди. – Прямо завтра. Мне не нужно пышной свадьбы.

Диамант только кивнул, продолжая глядеть в потолок.

-И еще… тот обряд Соединения, - Диамант вопросительно глянул на меня. – Я бы хотела…

-Давай после войны.

-Я не хочу ждать, - убежденно заявила ; я не боюсь испытаний и не боюсь умереть – Время не даст мне этого.

-А если меня убьют? – он хмуро свел брови на переносице, и я поспешила разгладить складочку пальчиком.

-Значит, я уйду за тобой, - просто ответила я.

Он больше ничего не сказал, а просто крепче прижал к своей груди.
К полудню следующего дня нас обвенчали, а вечером Яшма вызвала меня и Диаманта для проведения обряда. Я ожидала чего-то волнительного и страшного, а она просто перевязала наши запястья одной белой нитью и, проткнув подушечки указательных пальцев, сжала наши руки.

-Это все? – удивилась я, крепко держась за Диаманта. – А как же смертельные испытания?

Яшма снисходительно улыбнулась:

-Если бы все знали, насколько просто «привязать» себя к человеку, то, наверное, делали бы множество необдуманных поступков и рушили свои же судьбы. Только самые смелые и преданные должны «привязываться», несмотря на угрозу смерти. Вас не страшит гибель, значит, вы достойны быть вместе.

Что-то мне подсказывало, что они с Лазуритом свой обряд уже свершили…

Теперь, когда наши с Диамантом судьбы были надежно сплетены друг с другом, меня начал мучить только один вопрос: как же мне и дальше скрываться под именем Пеллар? Ведь однажды я могу пусть и случайно разрушить тайну, тогда… все может быть. И я боялась, но раскрыться перед Диамантом пока не могла.

Он уехал назад на границу, шли дни, а волнение не уходило. Мне казалось неправильным, что мой муж ничего не знает, и что бы я к нему не чувствовала, ложь – преступление. Больше не в силах держать эту тяжесть на душе, я решила объясниться с Яшмой. Может, она возненавидит меня, я выскажусь… будь что будет!

-Яшма? – я нашла ее в саду.

Женщина вязала из зеленой пряжи пинеточки, любовно улыбаясь своей работе.

-Что?

-Мне нужно кое-что тебе рассказать.

Женщина хлопнула рукой около себя по скамеечке, и я присела рядом. Начинался вечер. Небо особенно вспыхивало перед тем, чтобы затянуться темнотой; бардового цвета трава сливалась с небом, словно кругом горел пожар. И тревожно, и тепло, и завораживающе…

-Я не Пеллар. Я – Сецуна Мейо, по случайности попавшая в ваш мир, - я вздохнула. – На самом деле, я воин Времени. Диамант – точная внешняя копия моего врага Алмаза, но… все вышло из-под контроля, я убедилась, что Диамант – не Алмаз, однако в свой мир вернуться не могла. А потом…

-Ты полюбила его? – ее голос звучал печально и мягко.

-Да. Так я стала Пеллар, а теперь понимаю, что дольше не могу жить чужой жизнью…

-Ты мало рассказала мне нового, девочка. Мы с Амазонитом и Лазуритом нашли мертвую Пеллар еще за несколько часов до твоего появления. Но сил сказать, что Милорд убил свою хозяйку, мы не нашли. Представляешь, что было бы с Диамантом, если б он узнал правду? А тут ты…

-И вы мне поверили? Так и позволили обманывать? – изумилась я.

-В тебе не было зла, я знала это, не забывай, кто я такая. И мы решили оставить все так, как есть. Может, это было малодушно, но мы побоялись правды. Я видела, что ты меняешься, влюбляешься в нашего короля. Не рассказывай Диаманту правды, он горячий человек, может рубануть с плеча. Ты должна остаться для него Пеллар, как бы ни было тяжело. Мы с Лазуритом навсегда сохраним эту правду, Амазонит теперь разве что с ангелами разговоры ведет.

-Хорошо.

Я буду врать, да. Буду.

И ждать.
___________________________
Завершение... или начало?
-Ну, Сец, с возвращением, - Нептун тонко улыбнулась и присела рядом со мной у Врат.

Я промолчала. В мыслях я уже давно была с дочкой и Диамантом где-нибудь в столовой за обедом или ужином... слышала их дорогой, бесконечно любимый смех... А потом придут Яшма с Лазуритом и маленьким Серпентинитом...

-Когда назад?

-Через десять лунных суток.

-Скучаешь?

-Да.

Мы помолчали.

-Мы с Ураном за тебя рады, правда. Они тебе нужны, да и Сенши пока без нас отлично справляются. Эти девочки, они сильнее, чем я думала. А тебе необходимо жить.

-Знаешь, - я задумчиво смотрела в пустоту. - Я так хочу состариться с ним, проводить каждую минуту... хочу всегда быть со своей дочуркой, а не врать, что обязана улетать на Плутон...

-Ты сама это выбрала.

-И не жалею. Просто, я не знаю, что будет дальше, Время молчит. Я умру с Диамантом, или он станет бессмертным? Нашу связь не разорвать.

-А чего хочешь ты - вечной жизни или "сказочной" смерти? - ее светлые глаза блеснули в темноте.

-Или то, или другое. Лишь бы с ним вместе.

... А где-то там, далеко, серебрятся луга, и шпили башен взмывают в небо. Звучит фортепиано... слышится смех... Где-то там не существует Времени. А значит, не существует и границ. Ни для чего.
КОНЕЦ

@темы: Мои фанфики

15:54 

Краденое счастье

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Автор: Magicheskaya

Фэндом: Sailor Moon
Персонажи: Нефрит/ Ливия (Макото)/ Алмаз

Рейтинг: R
Жанры: Гет, Ангст, Драма, POV, ER (Established Relationship)
Предупреждения: OOC
Размер: Мини, 9 страниц
Кол-во частей: 6
Статус: закончен
_________________________
Описание:
История, смежная с рассказом "Клеймо".
"...Она встала, даже не удосужившись прикрыться, и отвернулась к окну. Я прекрасно знал, что она не попросит остаться даже на минуточку, не будет требовать обещаний и пустых признаний - это выше ее гордости. Но смотреть, как я ухожу - выше ее сил..."

Посвящение:
Все той же Мину

Публикация на других ресурсах:
С разрешения

Примечания автора:
Так уж получилось, что в "Клеймо" Нефрит присутствует мимолетно, в этой же истории он - главный персонаж. Надеюсь, и этот рассказ окажется не хуже и сумеет затронуть душу.
_______________________________
Пролог
Я смотрел в темный высокий потолок пустым взглядом, машинально накручивая тугой каштановый локон ее волос себе на палец. Ливия дышала ровно, но я знал, что она не спит: девушка никогда не засыпала в моих объятиях. Я украдкой вдыхал запах ее волос, отдающий сандалом и чередой, считая минуты, которые нам остались. Судя по яркой полоске света, вкрадывающийся из неплотно задернутых штор, немного.

-Пора, - она спокойно встала, будто отработала свое время, даже не удосужившись прикрыться, и отвернулась к окну.

Я прекрасно знал, что девушка не попросит остаться даже на минуточку, не будет требовать обещаний и пустых признаний - это выше ее гордости. Но смотреть, как я ухожу, выше ее сил... Никогда не говорила "люблю" - и любила до отчаяния и исступления, никогда не говорила "дождусь" - и ждала, бледнея лицом и впиваясь ногтями в ладони. Я не видел ее слез и ревности, зато видел, с какой нежной дружбой она относится к своему законному супругу. И то, что мне в ее жизни отведена лишь роль любовника, разъедало меня изнутри.

Я не считал женщин, их были десятки и до нее, и после, она знала это, и не было ни слова упрека с ее стороны. Но рано или поздно, с проклятиями или признаниями, я приползал к ее ногам, простуженный ею, побитый и надломленный, почти ненавистный сам себе, чтоб обмануть себя на несколько часов, что эта женщина моя и принадлежит только мне. А потом снова, получив свою дозу, плестись прочь, как собака, навсегда преданная своему хозяину...

Я встал с беспорядочных простыней, безмолвно одел брюки, рубашку, китель, сапоги, коротко поглядывая на обнаженную девушку, но она так и не обернулась ко мне. Я уже не надеялся услышать от нее хоть слово и хотел тихо уйти, как тоскливый шепот разрезал тяжелую тишину:

-Когда вернешься? - ее голос невольно дрогнул, и я встал у порога.

Что я могу сказать? Что несчастен, скитаясь по свету, но не имея возможности вернуться к ней и открыто заявить о своих чувствах? Что в каждой женщине ищу ее черты, но вижу лишь бледные тени, а дорогие духи и помады не могут заглушить запах сандала и череды, отпечатавшийся в моем сознании? Что схожу с ума, представляя, как Алмаз дотрагивается до нее, смеет целовать мою любимую родинку на плече и желать от нее ребенка? Что я могу сказать?!

-Месяц или два, - я чуть ли не лениво поправляю волосы, спутанные ее пальцами. - Мне не за чем тебя компрометировать.

Она сухо смеется, будто я сказал что-то остроумное, ведь, кажется, все знают о нашей связи, даже Алмаз.

-Иди, - она надела на тонкий пальчик обручальное колечко, которое всегда снимала во время наших встреч, подошла ко мне, совсем не стыдясь своей наготы, и, заправив в нагрудный карман кителя шелковый платок, как это делают жены, подтолкнула меня к двери, лихорадочно улыбаясь.

Я отрывисто поцеловал ее в макушку и скрылся за дверью, щурясь от боли.

____________

Часть 1
Море лизало гальку, частыми поцелуями набегая на берег; ветерок, пропахший водорослями и солью, свежо скользил по лицу, путался в волосах, горячил заледенелые от утренней прохлады руки. Я часто просиживал рассветы у моря, словно я все еще тот семилетний мальчик, с восторгом слушающий отца-моряка. Мы с ним нередко уходили еще до света в порт, гуляли по берегу, рассматривали фрегаты и бойкие лодочки, а какое было удовольствие есть вяленую рыбу с грузчиками! И чувствовать, что ты свой в этой компании сильных рабочих людей. А как завидовал забияка Зой, которого строгая мать день-деньской держала дома?

Я любил море, оно, как и звезды, всегда было моим другом. Конечно, это Лунное море не сравнится с тем, оставшимся на родной Земле, но и эти волны послушно ластились к моим ногам и урчали, словно огромный сытый кот, а солнце, огненным шаром нависшее над водой, горело и переливалось. И я сидел на песке, завороженный звуками и красками, уютно сливаясь с этим миром.

Вдруг невдалеке послышался звонкий смех и разноголосые переговоры.

«Не иначе, как какие-то чудачки решили спозаранку поплескаться в воде…» Не имея никакого желания встречаться с кем бы то ни было, но и уходить раньше срока, я уселся за прибрежный валун, изрезанный ветром. Не прошло и минуты, как на берегу показались две девушки. Я невольно стал наблюдать за ними.

-Тащи, тащи, - невысокая блондинка, одетая в одну только голубую тунику, отчаянно потянула огромную рыболовную сеть.

Ого, вот это манеры! Интересно, родители хоть знают, в каком виде и куда по утрам ходят их дочери?

-Ты сейчас все порвешь, - вторая, темноволосая, повыше первой девушки, решительно отобрала у блондинки сеть.

-Надо было Амалию позвать, - блондинка обиженно уселась на песок, откидывая длинные волосы за спину.

-Ну и какая это будет рыбалка? – темноволосая разложила сеть на песке. - Не стыдно халтурить? К ней же вся рыба потянется!

-А это разве плохо?

-Нет, не плохо, но азарта-то нет. Если нравится легкая добыча, то иди на Лунный пруд, где специально разводят осетра. Разве мы за рыбой сюда пришли?

Я невольно вылез из своего укрытия, наблюдая за подругами. Было в них что-то необычное, несоответствующее обстановке. Судя по одежде, это простолюдинки, может, рыбачки, а вот что с гордой осанкой блондинки? Они была в каких-то двадцати метрах от меня, что я прекрасно мог видеть их ухоженность, даже изнеженность. И эти разговоры про Лунный пруд, находящийся при дворе… откуда им о нем знать? Тут какая-то загадка… А загадки я люблю почти также, как море.

Темноволосая отвернулась от подруги и стала заходить в воду прямо в кремовой сорочке, и уже через секунду на поверхности была видна только ее кудрявая голова. Блондинка, затянув волосы лентой, пошла следом, но все топталась у берега, ежась от прохлады.

-Ты чего там застряла? – прокричала темноволосая, поворачивая к берегу.

-Холодно, - пожаловалась первая, обнимая себя за плечи. – Понятия не имею, как ты это выносишь.

-Сразу видно, кто у нас на перинах почивает, - рассмеялась девушка, медленно выходя из воды.

Я даже замер, глядя на эту чарующую картину. Сорочка второй кожей облепила стройный стан девушки, обрисовывая соблазнительную фигуру: покатые плечи, высокую грудь, осиную талию.. В лучах зари она выглядела словно Ундина, вышедшая из морских пучин. Мокрые кудри до плеч липли к щекам и шее.

-Выходи уже, - сжалилась она над подругой и вытянула ее из воды. – Сегодня клева не будет. Да и к приему нужно подготовиться. Энди прилетает, Серенити с вечера угомонить не могут.

-Даже если мир перевернется, Серенити останется собой, - фыркнула блондинка, и девушки пошли от берега в заросли, через которые, зная, где, можно пробраться в Лунный дворец.

Я не слышал их дальнейшего разговора, но непременно решил найти Ундину среди приближенных принцессы Серенити.
____________________
Часть 2
Средь шумного бала, случайно,
В тревоге мирской суеты,
Тебя я увидел, но тайна
Твои покрывала черты.

Лишь очи печально глядели,
А голос так дивно звучал,
Как звон отдаленной свирели,
Как моря играющий вал.

Мне стан твой понравился тонкий
И весь твой задумчивый вид,
А смех твой, и грустный и звонкий,
С тех пор в моем сердце звучит.

В часы одинокие ночи
Люблю я, усталый, прилечь –
Я вижу печальные очи,
Я слышу веселую речь;

И грустно я так засыпаю,
И в грезах неведомых сплю…
Люблю ли тебя – я не знаю,
Но кажется мне, что люблю!
(А.К. Толстой)

Наверное, на Луне теперь кудри в моде, раз каждая вторая дама в зале непременно с завитыми волосами. Конечно, у моей «рыбачки» кудри от природы, но это знание спасало мало. Я не знал, зачем ее ищу, может, от скуки или праздного любопытства, но я не мог не признаться: девушка меня заинтриговала. Было что-то глупо-сказочное во всех этой ситуации, и мне, как человеку романтичному, хоть и холодному, было просто занятно это маленькое приключение. Скорее всего, мне скоро наскучит и девушка, и ее тайна, но раз по-другому я от скуки спастись не могу, то почему бы и нет?

В конце концов, я всегда так делал: увлекался, увлекал, а в конечном итоге шел дальше. Меня вполне устраивали истерики и слезы дамочек, рассчитывавших на что-то большее после очевидного, в этом есть какая-то закономерность. Прекрасные феи и чаровницы превращаются в горгулий и химер, словно они и не знали, на что шли, делая меня мерзавцем и обманщиком. Наверное, видя это лет с шестнадцати, я настолько разуверился в женщинах, их верности и честности, что просто устал.

Что меня ждет с моей «рыбачкой»? А то же, что и с остальными. Флирт в саду, поцелуи украдкой, тайные встречи, полные лживой искренности, а потом моя Ундина с наступлением полночи обернется ведьмой. Скучно, да чего же скучно! Но я невольно искал ее глазами… И обомлел, когда увидел.

Это была она. Даже не зная черт ее лица, и бы не ошибся. Каштановые кудри естественной волной чуть касались оголенных молочно-белых плечиков, резко контрастировавших с темно-синим платьем, обнимавшем ее крепкое, словно молодое деревце, тело. Взгляд зеленых спокойных глаз с затаенной скукой скользил по толпе придворных, ни на ком не задерживаясь, впрочем, никого и не ища. В этой равнодушной особе не было и частички моей Ундины, заинтересовавшей меня. Наверное, если бы не эта встреча у моря, я бы никогда на нее не посмотрел. Потому что и она никогда не посмотрела бы на меня, как на живого человека.

А впрочем, меня не пугала ее, безусловно, показная холодность. Так даже интереснее. Я, прихватив пару бокалов с игристой сливовой настойкой, небрежно направился к моей «рыбачке», спокойно стоящей у колонны. Когда я оказался в нескольких шагах от нее, девушка с недоумением и какой-то строгостью посмотрела на меня.

-Дама скучает? – я расслабленно, но не развязно улыбнулся ей и протянул фужер, хотя взгляд «рыбачки» говорил, что ей и одной вполне неплохо. Маленькая лгунья. – Вы не против моей компании?

Девушка скорее из вежливости приняла бокал, судорожно соображая, как от меня отделаться. Я прямо видел на лице все чувства, словно такое вообще возможно – читать мысли. Даже Джед, который, кажется, вдоль и поперек знает фибры человеческой души, не способен проделывать такое.

-Позвольте представиться: лорд Нефрит, - я продолжал играть идиота и с чувством пожал тоненькие пальчики, в рассеянности протянутые мне.

-Ливия… Ландрианская, - чуть запнувшись, ответила девушка, высвобождая свою руку.

Хм… не помню такой фамилии.

-Не хотите прогуляться? На Луне прекрасные сады, - я даже не пытался быть оригинальным. – А еще живописнее пляж у порта, - она пристально смотрела мне в глаза, нахмурив тонкие брови, - Особенно на рассвете. Я лично видел Ундину нынче утром. Вы когда-нибудь встречали здесь русалок?

Я ожидал заметить испуг, знакомую мне рассеянность, но только не эту строгость и презрительную холодность, мелькнувшую на красивом лице.

-Нет, - она дерзко подняла на меня гордый взгляд. – Здесь редко можно увидеть что-то достойное, всё мелочь, - по одной только интонации можно было почувствовать, кто является самой главной «мелочью» этого двора. – Вы ошиблись во мне, лорд. Пусть вам будет стыдно.

И ушла, оставив меня в удивлении и какой-то горечи. Не знаю, зачем и в чем хотел ее устыдить, но в самой грязи оказался я сам.
_______________________
Часть 3
Я был полностью уверен, что она придет, поэтому сам пришел раньше, когда небо на горизонте стало только розоветь. Наверное, мы с ней в чем-то похожи, потому что я слишком ясно понимал: даже обида не заставит ее остаться в комнате и пропустить очередной рассвет. Я не умел просить прощения и никогда этого не делал, но перед ней мне хотелось объясниться. Именно перед моей «рыбачкой», а не той Ливией Ландрианской. Ундина любит и чувствует море, я знаю, а та строгая девушка обижена на лорда Нефрита, ну так и пусть обижается, мне нет до нее дела. Тут вопрос совсем в другом…

Она действительно пришла, на этот раз одна и в зеленом плаще из тонкой шерсти. Невозмутимо подошла к воде, потрогала ее пальчиками ноги и села на песок, вглядываясь вдаль. Так мы и сидели в двадцати метрах друг от друга. Я даже не помню, когда к ней повернулся, что сказал и что она мне ответила. Помню только одно – ее живое, подвижное лицо, полное непосредственности и живости, такое непохожее на невозмутимый лик дамы с бала. Помню, как вспыхивали золотистые искорки в глазах и плясали где-то у радужки. Я зачем-то рассказывал ей о море, о том, что когда-то узнал от своего отца, и даже про звезды, хотя вообще редко завожу о них разговор: люди слишком привыкли принимать их, как романтический атрибут, просто прелюдию, для меня же звезды – святы.

Ливия говорила о юпитерианских грозах и вообще о том, что, по моему мнению, светская женщина не понимает и не знает. Но рассказывала об этом не для того, чтобы показаться образованной, а потому, что это было ей действительно интересно.

Так начиналось каждое наше утро на Луне до начала конгресса. А по вечерам Ливия Ландрианская и лорд Нефрит равнодушно проходили мимо друг друга, хотя то и дело сталкивались взглядами.

-Хочешь, познакомлю? – вдруг спросил Джед, перехватив мой взгляд. – Это принцесса Ливия с Юпитера, - я недоуменно уставился на Джедайта. – Только вот не советую тебе ее ворожить: по окончанию конгресса она выходит замуж за Алмаза.

Ах, вот, значит, как… Принцесса… Тот смущенный зяблик, с которым я когда-то танцевал в честь союза между Землей и Луной. Не узнал… Невеста короля Алмаза. Представляю, как я унизил ее своими намеками. Но она же пришла тогда… хотя знала, что наверняка и я буду на берегу…

-Представь нас, - попросил я, и мы двинулись к стайке девушек.
Ну вот, одной загадкой меньше. Только я не чувствовал, что мой интерес к ней гаснет.

-Дамы, - Джедайт был как всегда безукоризненно вежлив, и девушки тут же присел в реверансах; моя Ундина почти испуганно смотрела на меня. – Позвольте представить вам моего друга, лорда Нефрита. А это, - он повел рукой в сторону принцесс, - Амалия, принцесса Меркурия, Реяна, принцесса Марса, Миналин, принцесса Венеры, и Ливия, принцесса Юпитера.

Проговорив пару положенных по этикету фраз и кинув на мою «рыбачку» испытывающий взгляд, я поспешил ретироваться. До завтрашнего утра.
_________________________
Часть 4
Ничего не изменилось. Она даже не удосужилась оправдаться, зачем врала мне, да и я не нуждался в объяснениях. Я просто с новой жадностью разговаривал с ней, чувствуя, что время на исходе. Во мне не было ревности, только какая-то исступленная скупость до ее взгляда и рассказов. Мы ничего не знали друг о друге, не заводили темы вечный философствований, но я ощущал, как умнею и мудрею после этих бесед. Кажется, ничего между нами не происходит, и нет тех ожидаемых прогулок под звездами и поцелуев, но что-то невозвратимо менялось…

И в день ее свадьбы я не мечтал быть на месте жениха. Я смотрел на мою «рыбачку» в этом длинном, наверняка неудобном и душном платье, в этой короне, осыпанной алмазами и жемчугом, и только думал, что со мной она бы никогда такой не была: важной, спокойной, правильной. Со мной она была бы свободной, моей Ундиной, которую я когда-то повстречал у моря.

Мы ни разу не говорили о любви, я не жал ее руку в приступе нежности, не мечтал сделать своей. Хотя, о последнем, наверное, вру. Где страсть? Где неземные чувства? Где клятвы вечной любви? Их не было. Тогда почему я постыдно напился в их брачную ночь? Я пил, пил, пока не потемнело в глазах, пока Энди, злой и отчаявшийся, не отобрал бутылку, а Зойсайт и Кун не утащили меня в мою комнату.

На следующее утро я как всегда пришел на наше место. Только вот она не пришла. Я знал это, но все ждал чего-то. Глупый, глупый! Они с Алмазом улетели на рассвете. Муж и жена…

Я тоже, поспешно распрощавшись с Сереной, вернулся домой. Как зверь, загнанный в клетку, метался по замку, ходил к морю и бесконечно злился на него за то, что он не может вернуть мне мою Ундину. Ни Энд, ни Зой, ни Кун не понимали моего поведения, моей нервозности, только Джед, кажется, знал все и ничего не говорил. Верил, дурачок, что я переболею.

Но как только выпал шанс лететь на Юпитер, я первым вызвался быть представителем Земли. Зачем? Чтобы помучить себя? Наверное. Я чувствовал, что почти в горячке, страшной лихорадке, туманившей мне сердце и разум. И грудь болит нестерпимо и колко. А когда я увидел ее после месячной разлуки, то затосковал по моей «рыбачке» еще сильнее.

Она была безупречна. Кажется, трудно найти кого-то столь красивого, идеально вежливого и такого неживого. Мы поздоровались друг с другом так, словно совершенно чужие, однако когда она протянула мне ручку, я нагнулся и вместо поцелуя осторожно укусил ее за кончик пальчика. Ее ладонь дрогнула в моей руке, а в глубине усталых глаз мелькнуло что-то, что, наверное, вспыхнуло и во мне. Я не помню тот вечер. Помню только, что оказался с ней в одной комнате. Ливия молча плакала и с отчаянной яростью срывала с меня китель. Тогда я в первый и последний раз видел ее слезы. Я, даже не соображая, что, быть может, делаю ей больно своими полугрубыми движениями, стаскивая с нее платье, чуть не в лоскуты срывая нежный шелк. Мне еще никогда не было так убивающее мучительно и прекрасно. Я воровал ее у Алмаза, жалко и позорно, но ничего не мог поделать.

Когда все произошло, я видел, что она убита. Хотя бы тем, что изменила мужу, что сдалась, не сумев побороть запретных чувств. Презирал ли я ее в этот момент, как других женщин? Нет. Я был готов падать перед ней на колени за ее страдания и боль, за то рабство, которое стало для нас обоюдным. Разве это любовь? Да, любовь, которую можно назвать низкой и подлой, но теперь я понял, что со мной. Я презирал себя, но отказаться от своей Ундины не мог.
Мы стали любовниками. Я мог иногда владеть ее телом, но не более. Она всегда ставила преграды между нами, может, все еще пытаясь отвоевать у меня свою независимость, только вот ничего не выходило. Я чувствовал, что она – моя, и она чувствовала это.

Иногда мне хотелось убить Алмаза. В голову приходила глупая мысль, что если его не будет, то мы с Ливией сможем наконец быть вместе. Это бред, горячка. На чужих костях своего счастья не построишь. Только вот что же делать?

Однажды я даже предложил ей бежать, бросить все, скрыться, и мы действительно сделали это. Но все только ухудшилось. Ливия перестала есть, спать, чувство вины грызло ее изнутри, и даже я не мог уменьшить ее боль. Уже через три дня она ушла от меня, оставив только короткое «Прости» на клочке бумаги. Я пил и бродяжничал месяц, а потом снова вернулся. Наверное, это проклятие – любить замужнюю.

Помню, как она рассказала мне, что Алмаз встретил ее абсолютно спокойно, только тени под глазами и потухший, раздавленный позором взгляд говорил, как настрадался этот мужчина за те три дня.
-Делай, что хочешь, - бесцветным голосом сказал он ей. – Только не пропадай так больше, пожалуйста.

Она всю ночь проплакала в подушку…

А недавно Энд заявил мне, что мне необходимо жениться, и невеста уже найдена. Я знаю, он хотел блага для меня, видел наши с Ливией муки, но я чистосердечно послал его, впервые рассорившись со своим королем. Нет, мне не убежать от моей Ундины.

_________________
Эпилог

Через полтора месяца после событий, рассказанных в прологе.

Ее комната была сплошь залита светом: косые лучи небрежно скользили по полу, стенам. Ливия стояла у окна и смотрела на улицу, скрестив на груди руки. Идеально убранные в высокий хвост волосы блестели в солнечном тумане, а одна непокорная прядка обрамляла нежный овал лица. Я подошел к ней и вместо того, чтобы убрать упрямый локон за ухо, аккуратно стянул заколку, копна кудрей упала мне на руку. Я нагнулся к ее макушке и зарылся лицом в пахнущие сандалом и чередой волосы. Девушка прижала мою ладонь к сухим губам.

Так мы и стояли, не говоря друг другу ни слова, покорно ловя минуты, предназначенные нам судьбой и временем. В этот вечер я не спешил поскорее соединиться с ней, мы просто разговаривали, сидя в одном кресле, будто наш морской пляж здесь, в этой комнате… И море, как там, у Лунного замка, ласково урчит у ног, а заря приветливо вспыхивает где-то на горизонте… И пахнет солью и свободой, нашей безграничной свободой, которую не смогло забрать ни расстояние, ни время, ни тонкое обручальное колечко.

-Проклятый, - говорит она мне, но в ее голосе нет ни капли ненависти, только смирение своей судьбе и своему чувству. Я не слышу в ее словах злобы. Ее не было и нет. И пусть не говорит «люблю», я не нуждаюсь в том, что вижу. Но мне жаль, что она боится беспомощно заснуть в моих объятьях.

Я не знаю, может, мы достойны осуждения, и Рай когда-то закроет перед нами врата, а друзья плюнут в нашу сторону. Но вряд ли я когда-нибудь испытаю что-то чище, сильнее и честнее этой любви. Любви, которую украл.
Поделиться…

КОНЕЦ

@темы: Мои фанфики

15:55 

Красная лента

Хочешь изменить мир? Начни с себя!
Автор: Magicheskaya

Фэндом: Sailor Moon
Персонажи: Минако Айно, ее мама

Рейтинг: G
Жанры: Джен, Философия

Размер: Драббл, 1 страница
Кол-во частей: 1
Статус: закончен
________________
Описание:
Детство кончилось. Развязываем бантики. (с)
______________
Знаете… наверное, детство кончилось.

Оно рассыпалось ворохом осенних пестрых листьев и разметалось по свету, оставляя меня на холодном ветру… Оно обернулось Синей Птицей, той самой, о которой говорится в сказке, раз! – и только перышко осталось в моей ладошке… но и оно поблекло старыми фотографиями в альбоме. Оно скользнуло по моей алой ленте, которую я так любила заплетать бантом на затылке, и исчезло. Говорят, что навсегда.

Знаете, наверное, детство кончилось.

Сегодня я встала другой. Прошлась босиком по холодному полу, нагнулась над спящей мамой, тихонько поцеловала ее в сомкнутые глаза, из уголков которых сияют лучики первых морщинок… я не замечала их раньше. Мне казалось, что моя любимая мамочка, такая красивая и молодая, никогда не станет стареть… Когда же все изменилось?..

Знаете, наверное, детство кончилось.

Я подошла к зеркалу, стала почти испуганно искать изменения и в себе, но ничего не было видно… Внешне… только глаза изменились и стали будто чуть строже. И красная лента, которую я привычно вплела в волосы, неуместно и чересчур ярко смотрелась на мне. Я сняла ее, сминая в руках, и поняла… Детство все-таки кончилось. Не вчера, не сегодня и не в эту минуту. Оно просто заснуло на любимой кукле и старой открытке, обернувшись на прощание шелковой лентой.

Знаете, наверное, детство кончилось, и когда я вышла на улицу, где средь серых тротуаров ютились голые ветки озябший деревьев, то повязала алую ленту к одной из них… Детство кончилось. А мне надо идти дальше… храня в кармашке цветастого платья синее перышко…

@темы: Мои фанфики

Katerina Magicheskaya

главная